Вернись ко мне

Тэхен лежал на своей кровати в доме дяди, настроение было ниже плинтуса. Он предполагал, что Чон его будет отвергать, но это стало сложнее воспринимать, когда Тэхен понял, почему ему в такие моменты не по себе. Он понял это сегодня вечером в той самой комнатке, возможно, он понял это раньше, но осознал только сегодня. От размышлений его отвлек Юнги. — Тэ, как прошла выставка? — Хён, все было хорошо, меня очень хвалили и говорили, что у меня есть будущее. А как твой день? — Как обычно скучно, Чимин занят подготовкой к свадьбе с нашими папами, я его практически не вижу, а сейчас он вообще уехал в Японию, чтобы найти те самые цветы, которые он когда-то в детстве там видел. Это глупость, но если для него это важно, я не возражаю. — Юнги, а расскажи, как у вас все случилось. — Конечно. Несколько месяцев назад. Партнёр родителей Юнги по бизнесу устраивал приём. Юнги как скорый получатель места отца должен был там присутствовать. Но ему никогда не были интересны эти сборища. Чонгук тогда сильно болел, Чимину пришлось согласится на уговоры родителей пойти с ними на мероприятие их хорошего знакомого. Родители Юнги стояли возле своих партнёров, когда к ним подошло семейство Пак. — Господин Мин, вы ещё не знакомы с моим сыном — это Чимин. — Рад знакомству, молодой человек. Хочу представить тебе моего наследника, скоро вступает в должность, — Юнги. — Рад знакомству! — произнесли они одновременно и пожали руки. После этого родители переключились на деловые темы, Чимин стоял и смотрел себе под ноги, Юнги заметил, что ему не по себе. — Тебе не нравится такие мероприятия? — решился на разговор Юнги. — Не совсем, просто настроение не очень, хотелось бы посидеть дома в теплом одеяле с вкусняшками, но родители заставили. А вам? — Давай на ты. Да, мне тоже это не особо по душе, лучше дома, в уюте. — А сколько вам… то есть тебе лет? — 24. — А мне 19. — Что ж, предлагаю оставить наших занятых родителей и пройтись по двору, если ты не против? — Отличная идея! Они вышли во внутренний двор. — А чем ты занимаешься, Юнги? — У родителей строительная фирма, отец уже устал от работы, поэтому через несколько недель я займу его место. Закончил архитектурный, иногда увлекаюсь музыкой, но это так, для общего развития. А ты? — Учусь на хореографа, но, если честно, меня много чего привлекает, до сих пор не смогу определиться, и это злит родителей. Мир такой интересный, хочется и танцами заниматься, и музыкой, или освоить какой нибудь другой труд, а иногда просто хочется прийти домой упасть в любимый объятия и чтобы в соседней комнате смеялись двое детей. Не знаю, сплошная неопределенность, наверное, я сейчас странно звучу? — Почему же, нет, это прекрасно, что тебя так много интересует. Не каждый человек найдёт на все это силы, главное — не останавливаться, и при большом рвении все получится, — Юнги говорил от сердца. Потому что, как только он завёл разговор с этим омегой, то больше не мог остановится. Ему хотелось слышать этот ласковый, сладкий голос, видеть, как сверкают эти глаза и на лице появляется улыбка. Где же ты был? Кто тебя скрывал от меня? — Мне раньше никто такого не говорил, обычно семья и друзья говорят, что мне нужно уже выбрать, ведь не маленький, но это так сложно. Даже любимый человек не поддерживает, — грустно сказал Пак, а Мин впал в ступор. — Любимый человек? — Да, у меня есть парень, он учится со мной, но мы на разных направлениях, я пошёл в балет, а он на современные. Мы вместе уже три года, он замечательный! Да, именно, как ты, Мин Юнги, мог подумать, что тебе что-то светит? Такой прекрасный человек, как Чимин, уже давно занят. — Возможно, он просто заботится о тебе, боится, что ты можешь не справиться со всем этим, он дорожит тобой. — Возможно, ты прав, — пожал плечами Пак. Они гуляли по саду, который был украшен яркими гирляндами, букетами цветов, все цвело и пахло. Но Юнги чувствовал только освежающий запах мандаринов. Хоть вечер и начался не совсем уютно, зато продлился и закончился для обоих людей приятно. Они разговаривали на разные темы, шутили, смеялись. Время пролетело быстро, когда родители Чимина сообщили ему, что пора ехать, Юнги хотелось схватить его и не отпускать от себя. Но Мин отрезвлял себя словами о том, что Чимин ему не принадлежит, он не имеет на него никаких прав, хотя очень бы хотелось. Всю ночь Юнги не мог заснуть, ему тут и там виделся мандариновый омега. Сердце скребло и ныло. Такой прекрасный, разносторонний и душевный омега принадлежал другому, от этих мыслей кровь закипала, а внутренний альфа выл. Но насильно мил не будешь, раз не светит, так не светит, подумал утром Юнги и стал собираться в фирму. Через две недели после первой встречи. В обеденный перерыв Мин решил сам сходить себе за перекусом, переговоры с партнерами его переутомили, хотелось прогуляться. Он зашел в кафе, которое находилось напротив здания фирмы Мин. Заказав салат, горячее и латте, Юнги стоял возле кассы, когда почувствовал легкий аромат мандаринов. Чимин! Юнги стал осматривать помещение и увидел у дальнего столика возле окна омегу, он сидел с ноутбуком и кофе. Забрав свой заказ, Мин не мог себя пересилить, ноги сами начали двигаться в сторону омеги. — Чимин, добрый день! Омега тут же поднял свои глаза от работы, а на его лице расцвела улыбка. — Юнги, рад тебя видеть! Что ты тут делаешь? Я просто раньше тебя здесь не видел, — Мин сел на соседний стул. — Решил выйти за перекусом, а то работа задавила, — с улыбкой ответил альфа. — А ты? — Я люблю сюда приходить и заниматься, чтобы и мне никто не мешал, и я никому, — как-то грустно сообщил омега. — Разве ты кому-то можешь помешать? — недоумевая, спросил Мин. — Дома родители говорят, что я занимаюсь ерундой, а мой молодой человек с ними согласен. — Бред. — Все говорят: зачем мне учить языки, танцев хватает. А я хочу, мне это так интересно, хотя стулья тут жесткие. — Можешь заниматься у меня? — выпалил Мин, даже не подумав. Чимин вопросительно на него посмотрел. — То есть у меня через дорогу отдельный кабинет, ты мне мешать не будешь, я предупрежу охрану, и тебе никто мешать не будет. Кофе у нас тоже есть, но на вкус чуть хуже, чем тут. Как тебе идея? На несколько минут Чимин задумался, но потом стеснительно закивал, соглашаясь. С того момента Чимин приходил каждый день, тихо занимался сидя за журнальным столиком на кожаном диване в кабинете Юнги. Это несравненно радовало Мина, видеть омегу каждый день, разговаривать с ним, помогать в обучении. Но через две недели омега исчез, даже не предупредив. Возможно, у него были какие-то проблемы, этого Юнги никак узнать не мог, ведь, несмотря на их общение, номерами они так и не обменялись. Чимин отсутствовал уже около месяца, из-за чего альфа находился в подавленном состоянии. Юнги весь извелся мыслями об омеге. Вдруг случилось что-то плохое? Может, он сильно заболел? Поранился? Лежит в больнице? Но ответов на свои вопросы он не получал. Теперь находиться в собственном кабинете стало невыносимо, все напоминало о Чимине. Так прошло еще несколько недель. Но в один из вечеров родители Юнги решили отпраздновать его новую должность вместе с давними друзьями отца. Юнги пригласил всех к себе домой. Каково было его удивление, когда друзьями отца оказались родители Чимина, да еще и с ним в придачу. Впервые за полтора месяца отсутствия Юнги увидел омегу и ничего не мог сказать. Чимин был понурый, голова опущена, а под глазами синяки от усталости. Юнги не мог совладать с эмоциями. Ему хотелось одновременно и прижать к себе омегу, и узнать, что случилось, и утешить. Но он просто стоял и смотрел на омегу, который не знал, куда деть глаза. Вечер прошел хорошо. Но так казалось лишь родителям Юнги и Чимина. В моменты, когда речь не касалась Юнги и его новой должности, он глаз не сводил с молчаливого омеги, в то время, как Чимин молчал весь вечер и только заливал в себе бокал шампанского за бокалом. Под конец вечера уже не только Юнги заметил состояние омеги, но и остальные. Но ни омега, ни альфа не знали, что их родители уже давно смотрят на этих двоих как на что-то большее. Именно поэтому слово взял папа омеги: — Чимини, дорогой, ты в таком состоянии вряд ли сможешь сам добраться до дома, может, ты еще немного побудешь в гостях у Юнги, а станет полегче тогда — уже соберешься? На это омега лишь икнул. — Я думаю, мой сын не будет против присмотреть за Чимином, — не предполагая, а приказывая, сказал господин Мин. — Конечно, я не буду против, тем более, что мне есть о чем поговорить с Чимином. Родители на это лишь заулыбались и оставили детей наедине. Чимину до их разговоров и прощаний было как до луны. Он был пьян, в своих мыслях и просто стоял в стороне, пытаясь не упасть, но у него это плохо получалось. И как только Юнги закрыл за предками дверь, Чимин, как мешок картошки рухнул вниз. Пьяным умом Чимин уже был готов соприкоснуться с полом, но сильные руки обвили его талию и прижали к крепкой груди. — Ну и налакался же ты! Юнги ждет хоть какого-нибудь ответа от омеги, но тот молчит. Альфа, крепко держа пьяного омегу, осторожно довел его до дивана и сел перед ним на корточки. Юнги изучал лицо Чимина. — Почему? — еле выговаривая слова, произнес омега. — Что почему? — Почему ты переворачиваешь мою жизнь с ног на голову? — Чимин уже более трезвым взглядом посмотрел на альфу. — Я не понимаю, к чему ты ведешь? — Юнги потер уставшее лицо ладонями. Все это время его интересовали вопросы о том, где омега и что с ним. А теперь он пьяный сидит перед ним и говорит такие вещи. — Ты единственный, кто меня понимает, я одновременно и рад этому, и расхлебываю то, что ты теперь есть в моей жизни, — произнес омега. — Если с первым более-менее мне понятно, и я даже рад, что ты такое чувствуешь, то со вторым я ничего не понимаю. О чем ты говоришь? — Из-за тебя у меня проблемы с Гуки, он ревнует, запретил общаться с тобой и приходить к тебе. Думает, что я что-то чувствую к тебе. Теперь для альфы стало понятно, что случилось и почему омега пропал. Но упоминание парня Чимина заставила внутреннего зверя зарычать от злости и ревности. И также последние слова Чимина заставили сердце трепетать. Вопрос сам слетел с его уст: — А ты что-нибудь чувствуешь ко мне? — спросил альфа, внутри которого все замерло от ожидания ответа. Пожалуйста, чувствуй что-нибудь. Ну хоть капельку. Чимин молчал несколько минут, а потом тихо начал: — Я могу показаться легкомысленным или даже наивным, но это не так. Сразу, конечно, не понял, но, когда твой запах засел у меня внутри, когда мои мысли все чаще стали возвращаться к твоему лицу и твоим словам, я понял, что это не просто влюбленность. Ты ведь понимаешь, что происходит? От этого вопроса у Юнги все похолодело внутри, он уже знал, но вот как на это отреагирует омега, альфа боялся, тем более у Чимина уже есть любимый человек. Но сейчас: — Мы истинные! — выдает альфа, на что омега кивает. — Чимин, я… — Ничего не говори. Я пытаюсь не натворить ошибок, но судьба будто испытывает меня, постоянно сталкивая с тобой. И не поддаваться ей с каждым разом становится все сложнее и сложнее. Знал бы альфа, какие муки испытывал Чимин в его кабинете, когда они оставались один на один. Когда аромат мандаринов заполнял альфу, а аромат мяты омегу. Чимин не мог отвести взгляда от альфы, который так усердно, со всей серьезность работал за своим столом. Но когда Чонгук с каждым днем чувствовал на омеге все усиливавшийся и усиливавшийся запах другого альфы, омеге ничего не оставалось, как исчезнуть из жизни Юнги. Чимин наклонился к лицу Юнги и прошептал практически в самые губы. — Сможем ли мы сдержаться? — Нет! Альфа впился в настолько желанные губы глубоким поцелуем. Омега тут же начал отвечать, запуская свои маленькие ладони в волосы альфы. Юнги встал на ноги и облокотился руками на спинку дивана, по обе стороны от головы омеги, нависая над ним. Когда они оторвались друг от друга, омега собрал остатки сил и перевернул их, оказавшись верхом на бёдрах альфы. Пока Чимин своим языком изучал рот альфы, Юнги скользил руками по желанному телу, пока не дошёл до бёдер. Омега тут же потерся о возбуждение альфы. — Малыш, пойдём наверх. С этими словами Юнги подхватил Чимина под бедра и понёс на второй этаж дома в свою комнату. Когда они достигли кровати, Мин бросил Чимина на кровать, а сам забрался сверху. Манящая шея Чимина, где вздымалась ароматная жилка, сводили альфу с ума. Юнги присосался к ней, оставляя после себя фиолетовое пятно, попутно расстегивая и стаскивая с омеги его рубашку. Взор альфы упал на возбужденные соски омеги, которые просили внимания, и Юнги дал им то, что они хотели. Альфа припал к ним губами, из-за чего омега прогнулся в спине, подаваясь навстречу ласке. Сладкие стоны разнеслись по комнате альфы, будто в его уши пели ангелы. Мин начал спусться ниже, обцеловывая каждый сантиметр тела омеги, уделяя внимание бокам, впалому животу и наконец дойдя до кромки брюк. Желание уже побороло здравый смысл, и Юнги перевернул Чинима на живот и с треском стянул с него мешающую вещь. Перед Юнги показались округлые ягодицы, а до ушей донесся жалобный скулеж. Омега просил большего. — Ангел мой, приподними попку. И омега послушно выставил её. — Разведи! — уже не сдерживаясь, прорычал Мин. Маленькие ладошки развели половинки, и Мин утробно зарычал. Колечко мышц блестело от вытекающей смазки, а аромат мандаринов стал ещё сильнее. Альфа облизнулся от такой картины. Мин припал губами к анусу омеги и стал его вылизывать, на что Чимин только интенсивней стал вилять задом и стонать. — Юнги… Альфа понимал, что его омега хочет большего, но для такого ангела Юнги хотел сделать большее, чем пустой секс. Поэтому он стал стимулировать уже подрагивающий член омеги, при этом не отстраняясь от его ануса. У Чимина перед глазами звезды засверкали, а спинка кровати стала расплываться. — Юнги, я хочу больше… — стонал омега. — Ах, малыш, потерпи. — Нет! Юнги, пожалуйста, вставь. Желание своей омеги для альфы закон. Мин освободил себя от остатков одежды, перевернув омегу на спину, чтобы видеть лицо Чимина, и приставил свой член к его входу. — Потерпи, милый. Но омега уже не мог терпеть, и как только Юнги в него вошёл, по комнате вновь разлились сладкие стоны омеги. От такой картины альфа не мог сдержаться и сразу стал наращивать темп. Звук двух сливающихся тел разнесся по комнате. Чимин выгибался навстречу Мину, крепче обхватив того ногами за поясницу. А альфа с каждым новым толчком прохводился по комочку нервов, из-за чего омега не мог сдержать свой голос, его горло уже рвало от стонов. — Юнги, я уже… скоро…ааа… — Да, милый, давай! Тело омеги затряслось от нахлынувших чувств. Чимин кончив себе на живот, сладко протянул: — Твой! Альфа толкнувшись ещё несколько раз, кончил вслед за омегой и вышел до образования узла. После того, как альфа отошёл от оргазма, он заметил, что омега уже сладко спал. Юнги осторожно лёг рядом и накрыл их обоих одеялом. Он прижал к себе омегу. Теперь все будет по-другому! Именно с такой мыслью заснул альфа. Но утро встретило его жестокой реальностью. Юнги проснулся один в постели и в доме. Омеги и след простыл. Сердце альфы разорвалось. Омега опять пропал. Несколько месяцев Мин не видел его. И не пытался связаться, он уже не подросток и понимал, что если омега решил, то так тому и быть. Но слова Чимина и эта ночь не давали Юнги покоя. Каждый сон возвращал его в ту ночь, а день встречал его мыслями о том, что его сладкий омега сейчас может быть в объятиях другого альфы. Но разум подсказывал, что так и должно быть, с самого начала между ними ничего не могло было быть, у омеги уже был альфа, и истинность не могла решить эту проблему. Через три месяца. Юнги как руководителя компании пригласили на благотворительный вечер, где собрались многие его партнёры, спонсоры, его родители и многие другие. Именно здесь в толпе этих людей Юнги увидел родителей Пака, по их внешнему виду альфа понял, что те были на взводе, постоянно озирались по сторонам. Но Юнги решил не обращать на это внимания, раз с ними не было их сына. Но Юнги быстро наскучило все это мероприятие, он решил прогуляться по комплексу, где оно и проходило. Когда он завернул в очередной коридор, в котором никого не было, ему навстречу попалась парочка. Сердце Юнги тут же сжалось от ревности, ведь это был Чимин, а второй — альфа, нетрудно было догадаться, что это был парень Пака. Парочка выглядела так себе. Оба были растрепаны, губы омеги были красные и опухшие. Альфа, что пах шоколадом, с интересом смотрел на человека, с которым чуть не столкнулся. А омега с грустью и стыдом во взгляде посмотрел на Мина, а потом скрылся за спиной своего альфы. Юнги просто опустил голову и продолжил свой путь. Сердце разрывалось, будто в него вонзили тысячу клинков. Знать, что у омеги есть парень, и наблюдать за следами им близости — это абсолютно разные вещи. Если первое можно сравнить с пулей в сердце, то второе с ядерным взрывом. Его будто полностью уничтожили. После этой встречи Юнги завалил себя работой, иногда даже оставаясь ночевать в офисе, отказывался от приглашений родителей на разные мероприятия, боясь снова встретиться с омегой. Через несколько недель, когда Юнги разбирал бумаги по новому проекту, его телефон зазвонил, а на дисплее высветился незнакомый номер. — Слушаю. — Юнги? Сердце тут же пропустило удар. Этот голос. Это он. — Чимин. — Юнги, забери меня, я так больше не могу. Ты мне нужен! — рыдал в трубку омега. — Где ты? — Я дома. — Скинь адрес, я выезжаю! Альфа, даже не раздумывая, выскочил из офиса и на всей скорости помчался до нужного места. Когда машина Мина остановилась возле нужного дома, Чимин уже сидел снаружи. Альфа подошёл к Паку, а тот кинулся у нему на шею. — Юнги, я так виноват! Я… — захлебывался рыданиями Пак. — Тише, тише. — Я ужасен. Я обманывал его, оставил тебя, думал, так будет правильно, но нет. Нельзя быть с человеком, когда в сердце другой, когда любишь другого. После этих слов Юнги, ничего не говоря, просто поцеловал омегу, посадил в машину и увёз. — Ну вот как-то так! — пожал плечами Юнги, заканчивая свой рассказ. — Здорово! Неважно когда, главное, что он понял, — произнес Тэ. — Да, когда любишь, можно простить. Было сложно, но наша любовь все выдержала. Пожелав сладкий снов хену, Тэхен с грустью посмотрел на себя в зеркало. — У меня так никогда не будет.