"Подарочек"

— Куникида, уходи отсюда и забери Кёку, если она рядом. Вам здесь нечего делать. А мы с Чуей тут запросто со всем разберёмся. Правда, приятель? — Дазай посмотрел на Чую. — Да... — ответил он сквозь зубы. — Хорошо... Если что, вот вам планировка здания. То, что я успел увидеть и понять. — Куникида протянул Дазаю листок. — Хорошо. Спасибо, — Осаму забрал чертёж и побежал в глубину здания. Чуя направился за ним. — И куда мы? — На поиски Достоевского. Он явно где-то в глубине. — Дазай был серьёзным, что бывает как-то редко. — Логично... А ты не думаешь, что тут везде прослушка и твои планы слышны? И ты не замечал камеры? — Накахара указал на ближайшую камеру в этом здании. — Конечно замечал. А на счёт прослушки... Ну и что? У нас есть план. Будем его придерживаться. Нам дали главное – выход из той комнаты. — Какой же ты идиот... Напарники пришли в помещение, где была пропасть, а внизу пропали была разбита лава. По всему периметру были дорожки с забором, чтоб случайно не упасть туда. К середине комнаты с этих дорожек вели мостики. На той платформе на стуле сидел Фёдор. — Ты был прав. — Я всегда прав. — Нет. — Ты будешь сейчас спорить? — Ох, какие вы глупцы.. Вы ведь не доберётесь до меня... — Фёдор сидел спокойно и смотрел на них. — Почему это? — Чуя ступил на один из мостиков. — Чуя, нет! Достоевский нажал на кнопку на пульте. Создался какой-то купол из-за чего обнулились все дары. Нажав вторую кнопку, Фёдор активировал механизм, который ослабил крепление мостов и Чуя начал падать в пропасть. — Почему способность не работает?! В какой-то момент Дазай схватил Чую за плащ и потянул к себе. Чуя схватился за вторую руку Осаму и смог выбраться. — Не всё так просто, как тебе кажется, Чуя. — Дазай был вновь серьёзен. Чуя огляделся, чтоб понял, как пробраться к Фёдору на платформу. Расстояние слишком велико... — Будем на равных. Способности обнулены. Ни вы, ни я не воспользуемся ими сейчас. Чуя взглянул на Дазая в надежде, что у того есть план. Но хоть Осаму и сохранял спокойствие, никакого плана действий не было. Он не знал, как противостоять Фёдору. Единственное, о чём он мог думать — бежать.