Не такие как все — иные. Тропинка нового пути.

      Ярко-рыжий, почти красный кот, раскрыл свои жёлтые, как осенние листья, глаза. В них различалось недоумение, переходящее в понимание. Он стоял в окружавшем его золотом поле. По его краям стояли берёзки, за которыми продолжалась лесная чаща. Её листья мерцали крупинками света, стволы деревьев переливались, будто охваченные инеем. Лапы наполнила когда-то ушедшая сила, сердце забилось сильнее.       — Я рад тебя видеть, Багряный Закат. — Появился рядом дымчато-бурый кот с серой грудкой и серыми лапами. Блёкло-жёлтые глаза были подведены белой шерстью. В них светилась многолетняя мудрость уже прожитой жизни.       — И я рад, Сыч, — приветственно кивнул Багряный Закат, который по сравнению со своим собеседником выглядел котом, только познавший жизнь, — У тебя есть для меня послание?       — Верно, — ответил Сыч. Глаза его резко стали яркими, будто полная луна в ночном небе. Шерсть заискрилась звёздными туманностями, которые безмятежно передвигались от шерстинке к шерстинке, постепенно заполняя собой всё тело. — Есть одно спасение от вымирания оставшихся иных. В тёмной ночи, поглощающей светящуюся луну и сверкающие звёзды, между стволов деревьев разлетится крик птицы, и утихнет он в усопших в надежде сердцах.       После этого кончики колосьев ярко засияли. Багряный Закат зажмурился от сильной яркости, не успев обдумать слова небесного стража. Дорожка на которой стояли коты становилась блестящей, покрываясь маленькими, будто светлячками, звёздочками. Сон начал ускользать, теряя свет Млечного Пути, и вскоре, всё, что находилось перед Багряным Закатом, изчезло как рассеяный ветром утренний туман.       Кот, мелькнув белым кончиком хвоста в темноте его покоев, поднялся со своего места, и, кряхтя, выбрался из дупла большого, раскидистого дуба. Багряный Закат выглядел намного старше, чем он есть на самом деле. То есть не старше, а слабее. Болезнь сильно подорвала его силы. К сожалению, только во сне он мог чувствовать себя свободным от сдерживающих его оков хвори, которая может последовать за котом до конца его жизни. И если она последует за ним, несмотря на все усилия травенства Нектара, то жизнь лидера станет короткой, длиною с хвоинку сосны.       — Прыткий! — повелительным голосом шептул в ночную темноту иной.       — Я здесь, Багряный Закат, — вышел из тени тёмный, цвета жёлудя, кот. — Я получил вещение, — сказав эту фразу, лидер закашлялся, нарушая таинственную лесную тишину.       Прыткий бросился к Багряному Закату и помог ему сесть на холодную, от прихода осени, землю. Приемник был не на шутку обеспокоен здоровьем рыжего кота— Что в нём говорилось? — серьёзным басом спросил Прыткий.— «Есть только одно спасение от вымирания оставшихся иных. В тёмной ночи, поглощающей светящуюся луну и сверкающие звёзды, между стволов деревьев разлетится крик птицы и утихнет в усопших в надежде сердцах», — хрипло цитировал Багряный Закат, снова закашлявшись, — передай это другим старшим хранителям, травникам и мастерам.       — Будет сделано, — кивнул Прыткий, заметив едва видную туманную пелену во взгляде кота. «Снежная хворь переходит в Стеклянную. Я не готов так быстро занять место Багряного Заката. Он должен быть на посту ещё множество и множевство циклов…»       Рыжий кот поднялся с земли, оставив тёплый, быстро остывающий след на ней и направился к себе в дупло. Он услышал сзади себя шаги и раздражённо обернулся через плечо.       — Не нужно за мной следовать, Прыткий.       Послышался вздох и, удаляющиеся в темноту ночи, шорохи шагов. Багряный Закат запрыгнул на ствол дерева, отчего по дереву расползлись светящиеся синие линии, которые через секунду потухли, добравшись до жёлтых листьев, готовившихся к скорому падению.       Кот тяжело вскарабкался до своего места с тревожными мыслями. «А если мы не найдём спасение? Нас и так горстка осталась, мы не выдержим под давлением Алмаза. Что за крик птицы? Что всё это значит? Как скоро нам будут подаваться дополнительные знамения? Будут ли они вообще?»