Ten years ahead

***

— Мы вам перезвоним, — Слышит парень в очередной раз и отворачивается. — Мгм, — Он уже не таил надежд, слишком много раз за неделю уже слышал эту фразу и её последствия, которых, кстати, ни разу не было. Выйдя на улицу из серого офисного здания, он пинает мелкий камушек и идёт обратно домой. Знакомьтесь, это Гомозов Марк, двадцать три годика. Звучит как анкета на сайте знакомств, на котором, кстати, наш безработный гений был зарегистрирован. Парень прокручивает ключи в замке, открывает дверь, после чего сам ступает внутрь. — Маркуша, ну что теперь? — Подлетает к нему мать с расспросами, но сразу видя лицо сына, теряет надежду в глазах. — Да ну я не знаю. Уже четвертое собеседование с «мы вам перезвоним, ляляля.» Зачем так вообще говорить? Не перезвонят же, — Скинув осеннюю, лёгкую куртку на тумбочку, Марк уходит в свою комнату. " Почему я такой неудачник?» — Только и возникало в голове. — " Почему я не остановился тогда?» — Стоя посреди собственной комнаты, Марк окидывает взглядом старую футболку из Франции. Ей было уже под 6 лет, точно уже никто не знает. Хоть и старая, но выглядит дорого, если так можно сказать о ткани. Единственное, что осталось от старого времени. В голове всплыли воспоминания о былом и старых друзьях. О старых и тех, чью внешность он уже не помнил

***

— Банжур, Марк~ , — Протянул друг и заржал, даже по звонку было слышно, как тот похлопывает по столу. Мальчик прищурился и улыбнулся, слыша голос друга. — Да ну Сань, иди ты, — Гомозов закатил глаза и удобнее утроился кресле, сжав в руке совсем новый телефон. — Ахах, ну че, выучил свой францищ? — Чуть успокоившись, спросил тот, все ещё с усмешкой. — Ну не совсем. Я по большей части по английски говорю тут. Хотя, в магазинах со мной пытались по французки базарить, — Вспомнил он о сегодняшнем походе за продуктами. — О, ещё и американец. Ну капец ты без меня там деградируешь. Лучше бы с нами остался, в футбик не с кем играть, — С наигранной грустью произнес Санечка — Тебе одно только и нужно от меня, — Марк устроился поудобнее в кресле. — Материться теперь тебе удобно. Никто же не поймет на улицах тебя, — Хрюкнул пацанчик, и по звукам, начал что-то жевать. — Да блин, и это тот диалог, но который я тут свои сто рубликов трачу? — Очень недовольный Марк. Цены дорожают так то, обоснованно. — Да ладно, мы тут все без тебя страдаем. Вот Маша вообще плачет. — И вот Санечка затрагивает болезненную тему. «За что так, братан?» — Подумал несчастный. — М. Ну не начинай про неё. Я же говорил, что мы с ней расстались полгода назад ещё. — Пассивно-агрессивный Марк это плохо. Пассивно-агрессивный Марк при упоминании своей бывшей девушки — ещё хуже. — А ты думаешь, что раз расстались — реветь не будет? — Уже по интонации было видно улыбку. Без разницы как. Марк всё видит. Мальчик лишь вздохнул и провел рукой по волосам. — Блять, ну пошел ты, а. Щас отключусь и фиг ты меня найдешь где. — Угрозы пошли. — В доту будешь? Бип. Бип. — Вот и поговорили, хах. — И пошел Марк заваривать чай. Он досих пор не привык к жизни в другой стране. Особенно с языковым барьером. Сложновато читать надписи на коробочке с различными чаями, ничего не понимать, а после начинать угадывать лишь по картинке вкус. — Да ну вот и с чем это? Листочки какие-то. Малинки. Ну, ладно, возьму этот, что рядом, с лимончиком. Он ведь с лимончиком, да? — Мальчик поднял пакетик и кинул в кружку с горячей водичкой. — Да почему нарисован лимончик, а на вкус ебанная мята?! — Выливая чай в раковину, негодовал Гомозов и злобно смотрел на раковину, по которой расстекалась мятная жидкость. — Хочу домой… А дом был родной Россией и друзьями. Вот уже полгода он выживает в этом долбанном Париже. А ведь некоторые мечтают о том, дабы переехать сюда, а тут Марк такой нетакуся. А вообще, кто хочет в свои «мне-почти-четырнадцать-я-не-малолетка-это-лицо-такое» уехать нафиг в другую страну? Не гомозенок. Точно не он. Тут даже ежемесячные звонки от Сани не спасают. Скучно до слез. Вот лучше бы геометрию учил там, а не тут без дела лежал. А вообще, лежит он без дела не по своей воле, а потому что кто-то сверху решить не может, куда его. В пятый или седьмой класс отдавать. Языка то он не знает. Тут можно и сразу в первый так то… Брынь~Брынь! «Новые сообщения? Если это зефирка, то я выкидываю телефон нафиг.» — Подумал Марк и включил телефон. Сасаня 14:03 *Два пропущенных от Сасаня* Да блять Марк Марк Але *Один пропущенный от Сасаня* Так в дотку будешь? На этом моменте Марк исполнил свои же слова и телефон полетел на полузолотой-полубелый пуфик в углу комнаты. После сия действий, он врубил телек нажатием кнопки. Конечно, французкий телек. А то жить легко что-то стало. Вообще, его комната была не очень богата на вещи и мебель. Письменный стол белого цвета, с черным-причерным креслом в комплекте. На столике был компьютер и пара учебников на английском языке. Дверь ближе к углу комнаты. Возле стола находился большой шкаф. Он занимал хорошую такую часть у стены. Громоздкий, зато внутри одежда, которой у Марка теперь придостаточно. Окно со светлыми шторами, два пуфика в углу комнаты. Большой диван, что стоял на белоснежном ковре, и занимал пол комнаты, а за ним кровать. Мягкая и уютная кровать. Всякие полочки вокруг тоже имелись. Вообщем, не плохо. Все вещи были куплены у дизайнеров и стояли не малых денег. Через несколько секунд после включения, на экране широкого телевизора появилась тетя. Просто тетя. — Pluie de marbre attendue aujourd'hui. — Бормотала она из телека, а Гомозенок сидел и офигевал от искусства так выворачивать свой язык. — Как она свой микрофон ещё не заплевала? Пипец. Чето про погоду вроде, а ощущение, что она тут твердый знак выговаривает. Ужас. Так как телек нашего чебупелькина висел прям над кроватью его, Маркуня расположился на ней в неестественной позе. Правую ногу закинул на стену, а вторую согнул под себя. Лежал он на животе, так что все вышло удобненько. Одну руку просто положил под голову, и, нащупав пульт другой, одним нажатием по кнопочке переключил программу. Ну вообще, он никогда телеком и не интересовался, но на французском то языке… Вот он и лежал минут тридцать, пока не услышал шаги к комнате и соответственное открытие двери. Кто-то зашёл к нему. — Мелкий, ты спишь что-ли? — О, а это старший братик. Ян. Он дома редко появляется, так что повстречать его легендарно. А тут он сам пришел. Явно же не просто так. Не просто так же? — Мг, не сплю. А че ты тут делаешь? — Приподнялся на локтях Маркуша и посмотрел на старшего, который, в свою очередь, что-то доставал из пакета. — Во первых, лови — И в голову мелкому прилетела игрушка нян-кета. — Во вторых, вставай, я тебя сводить кое куда хочу. Ты дома постоянно, а так хоть проветришься. Мальчик тряхнул головой и поднял маленького нян-кета, а потом положил его возле подушки, на кровать. Он заинтересовался предложением брата, так что молча кивнул и пошел на кроссовками. Парни в комфортной тишине вышли из дома. Марк, насколько бы его родители не были богаты, предпочитал жить в квартире, а не в частном доме. Не понятно почему, просто так нравится больше. Жил он на третьем этаже, спускаться можно и по лестнице. — Так, куда мы идём? — С зевком спросил младший, передвигая конечностями и смотря по сторонам, оглядывая улочки Парижа. Повсюду был слышен звук машин и разговоров людей. Уютно даже. Приятная обстановка и вкусный запах из соседней пекарни. — Хах, в одно место, что организовал мой близкий друг. — И пройдя через переходный переход, ведёт брата к табличке, и, соответственно двери, где она висит — «Ромашка» — Это что вообще. — Марк вопросительно глянул на Яна, а тот как ни в чем не бывало подтолкнул его ближе ко входу. — Честно, мы сами не определились ещё. А тебя я привел, просто чтобы ты знал о том, где я работаю сейчас. Да и народу бы побольше нам… — И открыл дверь. — О. А тут красиво. — Марк пробежал взглядом по полкам и диванчикам, улыбнулся брату, и прошел внутрь. На пуфиках у стены сидели трое ребят его возраста. Две девочки — блондинки лет пятнадцати и темноволосый мальчик, с короткой прической. Даже очень короткой. Девочки о чем то смеялись, а челик сидел уткнувшись в телефон. Мальчик сразу заметил их, так как они были единственными, кто тут вообще помимо его и брата находился. Марк решил подойти, почему бы и нет. Все равно, даже если те французы какие-нибудь, переводчик же существует. «Раз шаг, два шаг, три шаг. Ну, давай, Марк.» — И он заговорил. — Банжьюрь? — Ты ебанутый?