Желтая раскраска напротив меня.

Туман.

Слово олицетворяющее пригород, куда переезжал Хенджин со своей семьей. Было начало августа, но он уже устал от суматохи творившейся в городе. Огромные пробки и длинные очереди. Это сильно давило на нервы и усталость проявлялась в два раза больше, хотелось свободы. Хен ехал в наушниках слушая убаюкивающие песни и разглядывал маленькие, соревнующиеся капли моросившего дождя, на оконном стекле. Хотелось попробовать их свежесть, свободную от городской пыли. Разглядев через пелену стоящие друг за другом серые дома, парень понял, что вот-вот они приедут. Проехав еще пару кварталов, машина свернула на участок дома блекло-синего цвета, с выцветшей крышей. Хенджин вышел из машины и вдохнул чистый воздух. Было ощущение будто в нем кружили кристальные бабочки, которые наполняли его грудь взмахами прозрачных крылышек. – Замок.. - ответил Хен, своей мягко улыбающейся маме, поднимая голову вверх оглядывая дом. Осмотрев местность вокруг, взгляд упал на яркий желтый домик напротив, видный сквозь большого количество тумана. На веранде висела гирлянда, горящая теплым светом. Было ощущение будто дом являлся большим обогревателем, который ночью притягивал к себе светлячков, от чего становился еще светлее и теплее. Хотелось подойти и рассмотреть всё, вплоть до облупившейся на углах краски. – Джинни, вот твой мольберт и.. – Это муштабель. – Хенджин взял свои самые большие художественные принадлежности и понес в дом. Кисти, карандаши, мастихин, краски и всевсевсе остальное лежало в сумке, которую скорее всего мама уже занесла в дом. Пахло сыростью и побелкой. Вся мебель уже стояла на своих местах и ждала новых хозяев. – Твоя комната на втором этаже справа, можешь подниматься и раскладывать свои вещи. Мы скоро позовем тебя. – с улыбкой произнес отец Хенджина. На узкой лестнице был расстелен красный ковер, будто ведущий на самую высокую башню в маленьком замке. В комнате была тишина, а внизу уже загремела посуда. Хен подошел к окну чтобы поставить свой мольберт. Через стекло виднелся желтый дом напротив. Сквозь мгу не было видно, что происходило в противоположном окне, свет не горел. Хенджин подумал о том, что обязательно нарисует хотя бы небольшой кусочек этого солнечного здания. – Джинни, спускайся. – голос матери снизу звучал глухо. – Как впечатления? – все так же весело говорил отец. – Мне нравится, свет хорошо падает, поэтому будет удобно рисовать в любой части комнаты. – Выбирали специально для тебя подходящую – женщина нежно поцеловала сына в макушку светлых волос. После теплой посиделки с родителями и горячего чая, Хен предупредил их, что пойдет прогуляется между кварталами. Собрав рисовальные принадлежности в потертую сумку, с заплатками на некоторых местах, он решил что на обратном пути своей прогулки, когда уже стемнеет, что бы увидеть свечение гирлянд еще ярче,  сделает набросок домика. Выйдя на дорогу Хен ощущал полную свободу и атмосферу осени, которую так сильно любил. Перейдя на противоположную сторону он, оглядывая желтое чудо света со всех ракурсов, пока не врезался в какого то парня. – Чего по сторонам не смотришь? Вроде солнца тут не бывает, голову напечь не могло – холодно сказал незнакомец. – Извините пожалуйста – только и извлек из себя Хенджин и скромно поклонился. – В следующий раз смотри по сторонам, перед машиной ты уже так не извинишься. Взгляд Хена последовал за спиной парня. Он удалялся вниз, пока не поднялся по ступенькам и зашел внутрь солнечного дома – Ого..– шепотом произнес Хенджин, а беспримесный воздух впитал его шепот в себя. Наступили сумерки, на небо разлилась густая синяя краска, на улице начало холодать, фонари загорались будто на каждый вздох. Хен встал на лужайку перед своим домом, откуда было видно лучезарное здание и начал делать наброски, думая о том, что сегодня он встретил и даже поговорил с хозяином постройки. – Он ведь совсем не похож на того, кто живет в таком месте. Дом притягивает своим теплом, но этот парень наоборот отталкивает. – рассуждал вслух Джинни. На траве появлялись капельки росы от растущего холода. Набросок был закончен, позже Хенджин переведет его на холст и будет красить его всеми желтыми оттенками, которые только вмещал в себя дом. Поднявшись к себе, не включив свет, он увидел как в окне напротив висит лиловый тюль, горит лампочка и видна макушка парня, с которым сегодня столкнулся Хен. Вспоминая грубость по отношению к нему, Джинни завесил шторы и начал переводить скетч на холст. Уснул он только к трем часам ночи, заглядывая в отдернутую стороны занавесок. Свет противоположного окна, все так же кутал темную улочку, уже не освещаемую фонарями.