Словно во сне

Малиновый закат окутал все побережье мягким светом, оставляя розоватую дорожку к солнцу в отблесках волн. Это место затрагивало самые нежные струны души, пропитывало теплом каждую клеточку тела. Здесь Чонгука посещала сладкая меланхолия, и он готов был поклясться, что променял бы все рассветы, лишь бы остаться здесь, сидя на теплом белом песке, наблюдая заход солнца вместе с самым любимым человеком. — Знаешь легенду о том, как появился закат? — парень, устроившийся рядом, вытянул ноги вперед, мечтательно наблюдая за спокойными волнами, подбегающими к щиколоткам. — Расскажи мне. Чонгук накрыл ладонью тёплую руку, покрытую мелкими песчинками, и пододвинулся поближе, чтобы не вынуждать собеседника повышать голос, нарушая при этом умиротворяющую тишину. — Давным-давно в нашем мире жили двое юношей, что безумно любили друг друга. Народ питал к ним и их чувствам нескрываемую зависть и злобу, вынуждая прятаться. Эти двое были не в силах противостоять козням и вскоре ушли. Один из них стал синим морем, а другой – красным солнцем, и лишь вечером, на закате, они могли соприкасаться друг с другом. Песня волн и нежные, ласковые объятия розовых лучей – символ их вечной любви. Красиво, не правда ли? Чон внимательно слушал, но с каждым новым произнесенным предложением что-то внутри сжималось, рвалось наружу, не давая покоя. Он поник и почувствовал, будто упускает что-то очень важное… Но что? — Мне их жаль. — Почему? — Это, наверное, сложно – видеть и ощущать рядом любимого человека лишь на недолгое время. Парень обеспокоено взглянул на Чонгука, но, так ничего и не сказав, только трепетно дотронулся до выбившейся пряди волос, убирая ее в сторону. Каждое его касание было таким родным и необходимым, будто кислород. Казалось, если они перестанут ощущать друг друга рядом, то забудут, как дышать. Влюбленные просидели в тишине еще какое-то время, наблюдая за уходящим солнцем. Волны осторожно подкрадывались к кончикам пальцев на ногах, оставляя на них прохладный след, невольно вызывающий мурашки по всему телу. Ненавязчивый запах морской соли, витавший в воздухе, заставлял прикрыть глаза от удовольствия, дабы полностью насладиться этим моментом. — Я хотел бы быть твоим солнцем, — вдруг прозвучал родной голос. — А я готов отдать всю свою жизнь, лишь бы быть уверенным в том, что каждый день будет заканчиваться моей песней тебе и твоими объятиями. Парень положил свою голову на плечо Чонгука и расплылся в легкой улыбке. — Ты правда пожертвовал бы всем ради этого? — Я бы даже мог отдать что-то более значимое, чем жизнь, если бы этим чем-то не был ты. Их нежные, пропитанные искренними, светлыми чувствами взгляды встретились, и, казалось, это будет длиться вечность, если бы не внезапная яркая вспышка, ослепившая Чонгука и сжигающая райский уголок до болезненной пустоты. Парень открыл глаза, и его сердце, так и не смирившееся с неизбежным, пропустило удар. — Я уж думал, ты тут помер. На звонки не отвечаешь, на смс тоже… — Намджу-у-ун, — протянул Чонгук, поморщившись от яркого света, проникающего в панорамное окно, — зачем я вообще дал тебе дубликат ключей? — Чтобы ты не спал двадцать четыре часа в сутки. Опять он снился? Чон снова поник и кивнул, опуская глаза на белоснежное постельное белье. — Влюбиться в несуществующего человека – так глупо, правда? Намджун присел на край кровати, оперевшись локтями на колени и сжав ладони в замок. — Ну если прислушаться к научно доказанному факту, то наш мозг не может сам выдумывать людей и воспроизводить этот образ во сне. Значит, этот парень существует. Возможно, ты когда-то видел его, но не придал этому значения. — Даже не знаю, какой вариант хуже… Тот, что этого человека вообще нет, или тот, что я его когда-то видел, но упустил возможность хотя бы познакомиться. — Я уже не понимаю, чем тебе помочь, правда. Ты зациклен на нем уже около года. Постоянно спишь, а жизнь-то проходит, понимаешь? Возьми себя уже в руки. Намджун и правда в последнее время был сильно обеспокоен моральным состоянием лучшего друга. Сначала это было забавно: он с интересом слушал пересказ каждого сна и ждал новый, будто это какой-то сериал. Однако вскоре безобидная шутка превратилась во что-то похожее на депрессию, отравляющую сознание близкого человека. — Почему ты до сих пор не узнал, как его зовут или кто он такой? — Я же не понимаю, что я сплю, поэтому не могу контролировать свои действия и речь. Чонгук повернулся на бок, натягивая одеяло на плечи, и уставился в окно. Там, на улице, пролетала жизнь, и вот уже почти год Чон не был в ней заинтересован. Он мог существовать только во сне. Пусть 3-4 часа пролетали там как 10 минут… ему этого хватало. Намджун мог лишь попытаться вытянуть друга из этой бездны, но вскоре вообще перестал понимать, как можно уберечь человека от него же самого. — Неподалеку открылась новая кофейня, говорят, там неимоверно вкусные напитки и десерты. Догадываюсь, сколько ты уже не ел, поэтому приводи себя в порядок и идем. Чонгук прикрыл глаза в попытке понять, сможет ли поспать еще хотя бы час, но когда те непослушно открылись, будто пружинки, пришло осознание, что пора потратить куда-то накопленную энергию. Обычно парень занимался изнурительными домашними тренировками, после которых сон был просто необходим. Это помогало и сохранять физическую форму, и не ворочаться по 2 часа в кровати, ведь отключался он потом моментально. — Встаю.

***

— Что собираешься с этим делать? Так и будешь жить в спячке? — заговорил первым Намджун, отпив горячий фисташковый латте. Чонгук лишь пожал плечами, уставившись на стаканчик горячего шоколада, усыпанного сверху маршмеллоу. Кофейня окутывала невероятным ароматом корицы и свежей выпечки. Парень вдохнул полной грудью, прикрыв глаза, и заулыбался на выдохе. Все-таки не зря принял решение наконец выйти из дома. — Не хочу потерять надежду в то, что он существует… — Ты же знаешь, Джу Сон может попытаться найти его со своими хакерскими навыками, но мы даже имени его не знаем. — Как мне его узнать? — Я, на самом деле, в последнее время очень переживаю за тебя и сначала решил поискать, как лечить зависимых от сновидений людей, но наткнулся на интересную статью про осознанный сон. — Что это? — Ты понимаешь, что ты спишь, и можешь контролировать свои действия, речь и тому подобное. Не уверен, что получится… Возможно, это всё вообще бред, но попробовать стоит. Чонгук свел брови к переносице и прикусил внутреннюю часть щеки, выводя на столешнице замысловатые узоры указательным пальцем. В его глазах вдруг загорелся огонек, и парень вскочил с места, прижимая к груди стаканчик с нетронутым напитком. — Что если и правда получится? Поеду домой, попробую разобраться в этом. Намджун лишь обреченно вздохнул, но все же улыбнулся. Его радовала даже эта маленькая искорка, зародившаяся в черных, давно поникших глазах. В друге вспыхнула новая частичка надежды, а значит она возникла и в сердце Кима, ведь на то они и близкие люди, чтобы понимать, прощать и помогать. — Позвони мне, как только что-то узнаешь, — успел бросить парень в спину убегающего из кофейни.

***

Солнце по-прежнему нагло проникало в комнату, отвыкшую от ярких лучей. В воздухе виднелись летающие пылинки, разбегающиеся от дерганых, нетерпеливых движений хозяина квартиры. Тот что-то бормотал себе под нос, в спешке ища ноутбук, будто возможность найти информацию с каждой секундой все быстрее вытекала сквозь пальцы. «Ну где ты…» Открыв нижний шкаф письменного стола, Чонгук судорожно схватил гаджет и плюхнулся на постель, которую ранее даже не удосужился заправить. Парень вообще не помнил, когда последний раз это делал, ведь надобности в данном занятии абсолютно не видел. — Так-с… — пробормотал Чон, отбивая пальцами по клавиатуре с неимоверной скоростью, — осознанный сон… Самая первая ссылка – самая толковая. И это правильно обычно срабатывало, однако юноша, перечитав всю статью вдоль и поперек, так ничего и не понял. Для начала надо было уснуть и поставить будильник, отсчитав пять часов в момента засыпания. Чонгук почесал затылок и уставился в стену. Накопившаяся за все время энергия, готова была хлестать через края. О каком сне может идти речь? А отодвигать такую практику на потом не хотелось от слова совсем, поэтому в голову быстро пришла идея найти опытного помощника. – В Сеуле наверняка много таких людей, надо только поискать, – разговаривал сам с собой Чон. Пальцы снова в бешеном ритме застучали по кнопкам. К огромному удивлению, лиц, готовых помочь в данной ситуации, оказалось крайне мало. В основном это были взрослые женщины или мужчины, фотографии которых не внушали никакого доверия. Желания засыпать в их присутствии тоже не оказалось. – Ким Тэхен, 24 года, фото… нет, – парень нахмурился, но по указанной ссылке все же перешел. На странице не было никаких картинок, только номер телефона, несколько отзывов и краткий рассказ о его занятии. Молодой человек был старше Чонгука всего на два года, и находиться в такой компании намного приятнее, чем с женщиной шестидесяти лет, нацепившей множество непонятных аксессуаров и с копной кудряшек, образовавших шар над головой. Решено. Чон схватил телефон и набрал нужный номер, однако не спешил звонить. Неужели он провел столько дней, будучи спящим, лишь бы увидеть любимого, и в скором времени все может решиться? Не верится… И от того звучит неправдоподобно, но огонек, горящий уже не только в глазах, но и в душе, заставил нажать на кнопку и слушать длинные гудки, нервно ерзая на мятой постели. – Я вас слушаю, – вскоре прозвучало на другом конце провода. Какой-то до боли знакомый голос, вот только где Чонгук его уже слышал?