Спасите-ка Арсения!

Антон вышел на крышу офисного здания, вдыхая свежий воздух. Он знал и примерно понимал на что шел, когда сюда устраивался. Стоя на краю, глядя вниз, он старался сделать глубокий вдох, но воздух словно застревал в груди. Не упасть помогали лишь перила, что были расположены по всему периметру. Город внизу жил своей жизнью: в свете фонарей машины двигались в нескончаемом потоке, люди спешили по своим делам, не задумываясь о сложностях и проблемах что гложат других его обитателей. Этот контраст с тем, что сейчас творилось у Антона внутри, был почти невыносим. Сегодняшний день оказался особенно тяжелым. Телефон от звонков не умолкал: плачущая девушка, которая не могла разбудить своего двухмесячного ребенка. Или подросток, спрятавшийся в шкафу у себя в комнате, пока родители били посуду и выясняли отношения. Студентка, которая принимала транквилизаторы, как успокоительное перед экзаменами. Антон выслушивал каждого, пытаясь удержать голос ровным, не показывать, как его самого захлестывает паника. Он знал, что не имеет права сорваться, хоть на каплю изменить тон голоса. От его спокойствия возможно зависела чья-то жизнь, чье-то решение свести ее с концами. Но сейчас, когда его смена подошла к концу и часовая стрелка указывала на 8, его накрыло. Он прижал руки к вискам, словно пытаясь удержать мысли, которые стучались в голове как барабаны. Каждое слово, каждая просьба о помощи, каждое рыдание звучало эхом, превращаясь в невыносимый шум. Гортань сжалась, глаза наполнились слезами. Он сжал кулаки, но сдерживаться больше не было сил. Горячие слезы покатились по щекам и он осел на землю утыкаясь лицом в колени. Каждое "спасибо", каждое "прошу, помогите" запоминались навсегда, выгравированы ржавым гвоздем на подкорке, будто их можно было стереть только ценой собственного ментального здоровья. Капли дождя начали падать с новой силой, охлаждая разум, высвобождая накопленное за день. Антон поднял лицо вверх раскрывая глаза, вглядываясь в серое небо. Но лишь одно не давало покоя. Антон уже не мог отступить, пообещал себе в самом начале: он будет продолжать. Неважно, сколько боли придется вынести. Потому что, если он сдастся, то… сколько еще подростков, студентов да и в целом людей спрыгнет с крыши, порежет вены из-за буллинга или будут избиты до полусмерти собственными родителями? Он будет продолжать. Ради неё. Из-за неё. Он хочет помочь или … искупить вину? Что не доглядел, не увидел вовремя, не остановил, не поддержал? *** —Арсений, я сказала нет! Ты сначала с учебой разберись, конец года на носу. А поработать успеешь. Летом- хоть полную ставку бери.—Оксана сложила руки на груди. —Но.. —Никаких но! —вступился Леша—Еще 3 дня больничного, оплачиваемого, Мирослава подписала(начальница), а это прекрасная возможность появиться в школе и нагнать успеваемость. Ты же не хочешь чтобы опека заинтересовалась твоими прогулами? Так давай им как можно меньше поводов для визитов. —Ладно. Только ко мне вопросов будет больше, если я появлюсь там в спортивках и кофте, нежели не появлюсь вообще. —спортивки у тебя черные и узкие, модник. Я сам в таких всю старшую школу отходил. А рубашку…—Леша выудил из шкафа свою рубашку Polo —эту возьми, если хочешь. *** Трель звонка неприятно била по ушам. И кто вообще его придумал? Намного приятнее было бы слушать какую-то незамысловатую мелодию, чем не безызвестный школьный звонок. Даже вариантов будильника в телефоне несколько, а тут? Отсидев 3 урока, Арсений вдруг осознал что очень сильно отстал по точным наукам. Если на физике темы плюс минус не пересекались и он спокойно слушал про колебания. То по химии он пропустил одно занятие и вообще не врубился в тему. Спасибо однокласснице, которая до конца дня дала переписать конспекты предыдущих тем, по ним можно будет хоть как-то догнать. Почему не сфоткал? Так телефон остался в джинсах, а те в квартире Антона. После 5 урока, на большой перемене был обед. Большинство учеников поперлось в столовую. В меню на обед сегодня гречневый суп и пюре с гуляшом. Но, только для тех, у кого есть деньги или соцталон. Свой такой талон, позволяющий ему обедать в школе и не умереть с голодухи он благополучно оставил в своем шкафчике дома. Потому и сидел сейчас Арсений с Матвиенко на лавочке во дворе школы. И ел бутерброд с колбасой, которым поделился Сережа и поддерживал разговор о каком-то гран-при Формулы 1, которое одноклассник смотрел на телефоне. После уроков, через телефон Сережи он договорился с Антоном о встрече(позвонил на свой, а Антон был дома), чтобы забрать одежду и телефон. Матвиенко любезно согласился его проводить, чтоб если что вдруг, с его мобилы можно было набрать . *** —Алло.—телефон, что до этого несколько недель беззвучно лежал на рабочем столе у ноутбука неожиданно завибрировал и высветился неизвестный номер. —Здравствуйте! Антон, это Арсений. Я бы хотел с вами встретиться сегодня. Мне нужно телефон и штаны у вас забрать свои. —Арсений!Да, конечно! Помнишь где я живу? —Угу —Приходи к 5, я как раз домой с универа вернусь. Как на зло, именно сегодня у него 4-ой парой стояло практическое занятие и пропустить нельзя было. Да и выходить уже пора было, чтобы успеть. *** Честно признаться, не очень хотелось снова возвращаться в ту квартиру. Вернее, его не квартира отталкивала. А его поступок. Ему вроде как помочь пытались, а он сбежал и даже вещи забыл. Но, он согласился. С Сережей попрощался, так как до 5 оставалось больше часа, а тот а это время должен был быть на тренировке. Да и Арсению в общагу нужно заскочить забрать штаны, которые ему Антон давал на смену. Чтобы ничего их больше не связывало. *** —О, ты уже здесь? Привет! —немного запыхавшись, произносит Шастун.—Давно ждешь? —Арсений поднялся с лавочки, на которой просидел около часа: Минут 10—соврал. —Извини, в универе задержали. Но я старался побыстрее как мог. Я другу твоему позвонил, предупредить что опаздываю. А он сказал, что вы не вместе и передать тебе он не сможет. —Ничего страшного.—Арсений зашел в открытую дверь подьезда. Снова ступеньки, снова дверь, снова та самая квартира. А ведь он был тут сегодня. Стоял минут 40 назад, в назначеное время. Подумав, что если вдруг Антон дома, то обмен можно и пораньше совершить. Но на трель дверного звонка никто не выходил. И Арс остался ждать на лавке. —В этот раз на чай останешься? А то в прошлый раз как-то не получилось—разбуваясь, весело спросил Шастун. —Ну..можно наверное—Арсений все же решил остаться, только ради приличия. Хоть и неловко было что «к чаю» ничего у него нет. —Проходи тогда на кухню, я пока переоденусь. Руки ты знаешь где помыть можно—хозяин ушел вглубь квартиры, прикрыв дверь. Переодевшись, снова вышел. —Держи—Антон вручил телефон и джинсы Арсению. —Спасибо. После долгих попыток Антона разговорить Арсения, младший начал разговаривать: —Антон,—обратился к старшему брюнет, когда кипяток был разлит по кружкам.—вы извините меня, пожалуйста, за тот случай. Я… испугался тогда. Незнакомец привел в квартиру, на конфеты заманил еще и увидел… без футболки. Арсений старательно избегал слов увечья и шрамы. Надеясь что шатен вовсе забыл про его внешний вид. Я не знал, что вы можете сделать и испугался. —Успокойся!—прервал Шастун.—Я правда, ничего с тобой делать не хотел и сдавать никуда тоже. Просто там на мосту… —Арсений опустил голову, гипнотизиркя воду в чашке. Было стыдно и неприятно вспоминать тот день. —Ты мне напомил одного человека. Не внешностью, нет. Случаем. И тогда у меня не было возможности узнать, почему этот человек так поступил, возможно я бы помог, отговорил, успокоил. Но я узнал о… ее смерти… только на следующий день. Мне даже не рассказали сразу. Хоть я был не пустым местом. Так еще и ее родители, отец в частности, обвинил меня в ее суициде. А я виноват лишь в том, что не был тогда рядом. И теперь ничего не вернуть. И знаешь, я тебя когда там увидел, ну, во мне что-то переклинило. Я подумал, вот: вот мой шанс исправить ошибку и по факту, я ее исправил. Ты ведь сидишь здесь, а не зарыт в земле или сожжен. —Я сожалею.—единственное что нашелся сказать подросток.—Но мне помогать не нужно. Я вроде как…понял ошибку. Спасибо вам, что телефон зарядили и джинсы постирали. Я наверное пойду?—брюнет встал из-за стола так и не допив напиток. —Я проведу. Шатен убрал чашки в мойку и последовал в коридор за подростком. Арсений до сегодняшнего дня и не знал, что «провести» значит дойти аж до самого места жительства. Тем не менее, они разговаривали. Много и обо всем. Обо всем, что Арс мог обсудить. Учебу, еду, новости, спорт. Антон поддерживал и вовлечено слушал все что говорил Арс. Перед тем, как Арс пошел в общагу, Антон окликнул его:Арсений, если вдруг нужна будет помощь. Или захочешь поговорить с кем-то кого знаешь. То мой номер есть у тебя в телефонной книге. Хорошо.— лучше сразу согласиться. А уже потом думать, как Антон записал его в свою телефонную книгу. —Пока?— Арс еще ожидал вопроса, почему общага, но Шастун его не задал. —Пока!—Антон весело махнул рукой. А ушел, лишь когда увидел что брюнет зашел в здание общежития. *** С последней встречи с Антоном прошло около месяца. Но позвонить, только ради того чтобы еще раз встретиться, у Арса ни разу не хватило сил и смелости. Близился конец учебного года. У Леши с Оксаной зачеты и сессия. Чтобы как-то отвлечься Попов погрузился в учебу, стараясь как можно чаще появляться в учебном заведении. Домой он так и не вернулся. Вернее заходил пару раз. Сначала выслеживал отца, который уезжал утром на работу, и заходил чтобы забрать немногочисленные вещи. Сосед Леши по комнате перевелся в другой универ. Судя по рассказам за девушкой поехал. И койко-место освободилось. Ну и коробка конфет с фруктами и обязательство неофициально платить за место в общежитии дало Попову «жилплощадь». Сдав сессию, Оксана с Лешей взяли отпуск и поехали к родителям, а затем и в другой город отдохнуть. Арсений же остался в общаге и пользуясь каникулами работал днями на пролет. В один из летних вечеров, когда он пришел с ночной смены в кафе. Приняв душ и собираясь отсыпаться, неожиданно зазвонил телефон. Контакт был неопознанным, но Попов взял, так как могли звонить по работе. —Алло? —Здравствуйте, Попов Арсений Сергеевич?—сказал строгий женский голос. —Д-да—выпалил Арс раньше чем подумал о возможных мошенниках и людях из опеки. —Меня зовут Алина Алексеева, я назначена следователем по делу Попова С.А. Арсений Сергеевич, кем вы являетесь Попову Сергею Александровичу? —Сын —Ваш номер был записан в личном деле вашего отца, на случай экстренных ситуаций. …Приносим свои соболезнования. Но вчера, 19 июня, около 10 часов утра, ваш отец получил на рабочем месте травмы не совместимые с жизнью. Скончался на месте. У Арса шок повис на лице. —Вы сможете приехать завтра на опознание? Но Арс уже не слушал. Телефон выпал из рук приземлившись на деревянный пол команты. *** —Шастун, я же сказал тебе, чтобы ты и близко не подходил к моему дому.—грубо отозвался преподаватель, закрывая за собой дверь в подьезд. Антон ждал на площадке двора последние 3 часа, ожидая когда Павел Алексеевич вернется с работы, чтобы поговорить с ним лично. Суд снял с него все обвинения. Соседи подтвердили информацию о том, что на момент инцидента Антон находился за городом. Прослушав все его телефонные звонки, полиция не нашла ни одной улики, ни одного намека на ссору. В университете тоже не получалось поговорить. Лекции у его потока по этому предмету, передали другому преподавателю. Единственным способом узнать правду оставалась мама Лизы. На свой страх и риск, Антон зашел в гости в отсутствие Павла Алексеевича. Женщина не была настроена против студента, хоть и горе утраты нанесло свои раны. Смерть единственной дочери будто бы добавило ей плюс 10 лет к возрасту. Студент привычно прошел на кухню. От фотографии с черной лентой в углу стало не по себе и глаза помокрели. Антон тяжело сглотнул переведя взгляд на женщину, что бездумно смотрела на чайник и газовую плиту. —Давайте я—предложил Антон, забирая спички. Чайник грелся. —Евгения Петровна, я понимаю, вам сложно..это вспоминать, но прошу…—студент взял ее руку в свою.—расскажите мне как …вы узнали о том… что—ему самому было нелегко об этом говорить.—Лиза мертва. *** Антону пришлось поднять свое тело с дивана. Ведь стук в дверь не прекращался последние 3 минуты. Входную дверь открывали с большим желанием если не за шиворот выставить, так наорать точно. Дверной звонок точно исправлен, так почему бы не использовать его по назначению? Но вопреки всему, открыв дверь Антона заключили в объятия и зарыдали взахлеб. Шатен поспешил закрыть дверь, уволакивая заплаканного подростка в комнату. —Арс, Арс!— брюнета усадили на диван—Что случилось?— тот лишь мотал головой, прижимая ноги к груди. Антон не на шутку испугался. Ведь они не виделись с Арсением последний месяц и даже не созванивались. А сейчас он сидит у него в квартире в истерике. Спустя полчаса уговоров, таблетки успокоительного и просьбы пойти умыть лицо, Антону удалось уложить подростка спать. Тот не способен был ни объяснить ни даже сказать внятно несколько слов. Антон сидел напротив дивана за письменным столом, печатая реферат и изредка поглядывая на мальчика. Произошло что-то очень ужасное, раз уж Арсений прибежал в тапках и домашней одежде. Шастун искренне надеялся что с ним не сделали ничего плохого и правда, был рад что тот не пошел снова на мост, а пришел к нему. Возможно, начал доверять? Ближе к вечеру, Арсений начал ворочаться, а позже и вообще проснулся. Истерика немного повысила ему температуру, оттого и голова начала болеть. —Проснулся?—Антон обратил на себя внимание, вставая с кресла. Арсений, непонимающе сел на диване, протирая глаза, кивнул. —Арс, как себя чувствуешь?—Антон приложил руку ко лбу подростка.