Christmas in Busan

Китай. Пекин. 13 февраля. 21:30 вечера. Отель «JEN Beijing by Shangri-La».       Я сижу на диване около панорамного окна и пью чай «Си Ху Лун Цзин», который мне принесли вместе с ужином в номер и, как я просил, целый чайник. Я люблю в конце трудного трудового дня пить какой-нибудь чай дома, сидя на лоджии, а в данной ситуации около окна. Недавно я закончил говорить с Юнги по видеосвязи. Так как мне завтра рано вставать на самолёт, он у меня в 7 утра, то мы закончили пораньше. Юнги очень переживал, что из-за усталости я опять могу забыть поесть, поэтому он позвонил мне сразу, как получил от меня сообщение, что я всё закончил и вошёл в номер. Поэтому во время звонка он не только узнавал, как у меня обстоят дела, но и контролировал, чтобы я хорошо поел. Ну а после того как я всё съел, мы ещё немного поговорили. Перед завершением звонка мы пожелали друг другу спокойной ночи и сладких снов.       Пока я пил чай, глядя на красивых вид, который открывался у меня из окна, я думал о нас.

«С того дня, как мы начали встречаться, прошло практически 1,5 месяца. Хоть я и начал встречаться с Юнги, но мы пока решили не афишировать наши отношения, но и не скрывать их тоже. Да и отношениями это пока сложно назвать. Конечно, после того как мы вернулись от моих родителей, наше общение с ним изменилось.»

      Лёгкая улыбка появилась на моём лице, а я чуть сильнее сжал кружку чая.

«Да, мы стали часто переписываться и общаться по телефону, засиживаясь до поздней ночи, несмотря на то, что нам обоим рано вставать на работу. Также Юнги стал меня привозить на работу и отвозить домой, несмотря на то, что я живу далеко от его дома. Даже было пару раз, когда он отвозил меня домой, а потом возвращался в офис доделывать работу. Когда я об этом узнал, — чисто случайно, — то сразу сказал, что мне это не нравится, заявив, что в таких случаях я лучше буду ездить самостоятельно, чем отвлекать его от работы, или просто буду его ждать, при этом что-то делая. Но Юнги это тоже не понравилось, поэтому он пообещал так больше не делать, а если будет какая-то работа — либо оставлять на завтра, либо брать с собой. В общем, мы долго говорили на эту тему, пока не пришли к компромиссу. Ещё в конце рабочего дня он всегда дарил мне букет цветов. И каждый раз в букете была новая, но не менее шикарная композиция цветов. Ооо! А эти 3 свидания, на которые мы успели сходить. И ведь каждое свидание было в новом месте, после которого мы шли ужинать в ресторан, а потом Юнги отвозил меня домой, где, перед тем как расстаться, мы стояли перед моим подъездом и дарили друг другу горячие поцелуи, находясь в объятиях друг друга. А потом на работе начался кошмар.»

      Вспомнив это, улыбка сползала с моего лица, а я тяжело вздохнул, делая глоток чая.

«Из-за этого нашим отношениям пришлось замедлить своё развитие. Да, общение по телефону, совместные поездки на машине и букеты остались, а вот свидание, которые могли потом иметь горячее продолжение, пришлось отложить, так как работа забирала все силы. А ведь было даже пару раз, когда либо Юнги оставался у меня, когда сил ехать к себе домой не было, либо я у него, когда поскорее хотелось отдохнуть. И неважно, у кого мы были дома — спали мы вместе, в одной кровати. Но это было очень забавно, когда мы оставались друг у друга то, так как первое время у нас не было в квартирах одежды друг друга, я носил одежду Юнги, а он — мою. Это было очень мило! Ещё Юнги очень удивился, когда я принёс ему одежду, которую носят альфы. Он сразу же задался вопросом, откуда она у меня, случайно сказав это вслух, что неужели она моего бывшего, а когда услышал мой смех, то понял, что сделал, а потом залился румянцем. После того как я насмеялся, то пояснил ему, что это мои вещи, так как иногда мне хочется поносить простые и свободные вещи без яркого и дебильного принта, поэтому иногда люблю зайти и походить в отделе для альф и что-то прикупить себе. Услышав мой ответ, Юнги подошёл и обнял меня за талию, притянув к себе, а после поцеловал в лоб и сказал, что я могу спокойно брать и носить его вещи, когда я буду у него. После этого в квартире у каждого появились вещи другого. Хотя, в моём случае, в квартире Юнги находились только нижнее бельё и личные принадлежности, потому что домашнюю одежду я брал у него, так как мне очень нравилось в ней ходить, а Юнги нравилось, как я в ней выгляжу.»

      Опять тяжёлый вздох и глоток чая.

«Мы более-менее привыкли к дурдому, который творился на работе, уже хотели попробовать возобновить наши походы на свидания, ну или просто проводить время вместе, чтобы получше узнать друг друга. Но нашим планам снова не суждено было сбыться, потому что по работе мне пришлось съездить в 3 командировки, так как Юнги должен был оставаться в Корее, потому что у него были запланированы встречи, на которых его присутствие было обязательным. Возможно кто-то другой на моём месте был бы рад, что благодаря своей работе посетил и провёл 5 дней в Америке, 7 дней в Японии и 3 дня в Китае. Кто-нибудь другой, но не я! Ведь из-за этого мне пришлось расстаться с Юнги! После того как мы начали встречаться, с каждым днём меня всё сильнее тянет к нему, и я ничего не могу с этим поделать. Поэтому эти дни без него в командировке были для меня самой настоящей пыткой. Но благодаря этому я смог многое понять для себя, так как таких вечеров, в которых было больше времени, чтобы о многом подумать, у меня было достаточно. И сейчас моё решение действовать, когда я вернусь из Китая, только укрепилось!»

— Я сделаю это, несмотря ни на что! Неважно, что будет происходить: офис сгорит, в мире случится апокалипсис, — завтра или никогда! — решительно проговорил вслух я.       После этого я допил чай и отправился в ванную, где быстро принял душ.       Выйдя из ванной в пижаме, я пошёл к кровати, а потом лёг в неё. Перед тем как уснуть, я ещё раз проверил будильник, а после поставил телефон на зарядку.

*****

14 февраля. 10:15 утра. Корея. Сеул. Международный аэропорт Инчхон.       Я благополучно вернулся домой и, так как самолёт вовремя взлетел, прибыл я в то время, в которое было заявлено. Сейчас я вышел из коридора в свой терминал. И только я собрался двинуться в сторону ленты, где скоро должен был появиться багаж, как услышал, что меня кто-то окликнул. Я повернулся в сторону зова. Это был Юнги, который бежал ко мне. — Чимин~и! — сказал он, когда подбежал ко мне и обнял. — Наконец-то, я могу обнять тебя! Я так по тебе соскучился! — проговорил он, а после зарылся своим лицом в мою светлую макушку, вдыхая мой запах. — Мне тебя так не хватало! — проговорил уже в макушку. — Я тоже по тебе соскучился! — сказал я, обнимая в ответ. — Юнги~я, но почему ты не сказал мне вчера, что приедешь меня встретить? — Хотел сделать тебе сюрприз. Тебе не понравилось? Ты не рад? — спросил Юнги, немного отстраняясь от меня. — Понравился. Рад, — ответил я с улыбкой, смотря ему в глаза. — Просто не стоило из-за меня отвлекаться от работы. Я бы мог спокойно сам добраться до дома, — спокойно заявил я. — Вот поэтому и не сказал, так как знал, что ты начнёшь возмущаться по этому поводу. Но не стоит. Всё в порядке. Оттого что я встречу и отвезу тебя домой, ничего в офисе не случится. Так что, пожалуйста, не переживай. Хорошо? — спросил он меня, улыбнувшись, начиная гладить мою щёку большим пальцем, так как его рука переместилась на моё лицо.       Я кивнул ему в ответ, а после наклонил голову так, чтобы его рука сильнее и больше прижималась к моему лицу. После этого он поцеловал меня в лоб. — Ну что? Пойдём забирать твой багаж? — Пошли.       Выпустив друг друга из объятий, Юнги взял меня за руку и повёл в сторону ленты с багажом, не обращая внимания на других сотрудников, которые летали со мной в командировку и наблюдали за всем происходящим. Все они были в шоке от увиденной сцены, которая подкинула им пищу для обсуждения в офисе.       Мне повезло: мой чемодан был уже на ленте. Поэтому, взяв мой чемодан, мы пошли к машине Юнги, всё также держась за руки.

***

      Дошли мы до машины довольно-таки быстро. Я пошёл садиться в автомобиль, а Юнги пошёл убирать мой чемодан в багажник. Когда он его убрал, то сел на водительское сиденье, пристёгиваясь, и завёл машину.       Когда мы выехали с территории аэропорта на шоссе, то Юнги взял меня за руку. После того как мы начали встречаться, он стал часто так делать, а я не был против, потому что мне тоже нравилось держать его за руку.

«Я думаю, что это хороший момент для того, чтобы начать разговор, который является первым пунктом в моём плане.»

— Юнги~я, у меня есть просьба к тебе, — начал я, смотря на замок из наших рук. — Какая? — спросил он, не отвлекаясь от дороги. — Скажи, ты можешь дать мне и себе 5 дней выходных, начиная с завтрашнего дня? — Не знаю. А что такое? У тебя что-то случилось? — спросил взволновано он, чуть сильнее сжав мою руку в своей.       Переведя взгляд на Юнги, я сказал: — Просто завтра у меня должна начаться течка, и я хочу провести её с тобой. Но если нельзя, то всё в порядке, я тогда просто приму лекарства и выйду на работу.       Помолчав и подумав несколько секунд, Юнги сказал: — Не надо пить никакие лекарства, на работе сейчас всё спокойно, поэтому я дам нам выходные, чтобы провести твою течку вместе. — Правда? — не веря, спросил я. — Правда! — ответил Юнги с улыбкой, переводя ненадолго свой взгляд на меня. — Спасибо! — радостно проговорил я, а после поцеловал его в щёку, так как он уже снова смотрел на дорогу. — Не за что.       Оставшийся путь мы провели за разговором о моей командировке: как всё прошло и удалось ли мне погулять по городу.

***

      Вот мы подъехали к моему дому. Юнги решил проводить меня до квартиры.       Открыв дверь, Юнги, перед тем как занести чемодан, спросил, куда его нести. Я сказал, чтобы он нёс его в спальню. — Ну всё. Ты дома, вещи в спальне, так что можешь спокойно отдыхать. Ведь несмотря на то, что перелёт был недолгий, ты всё равно устал, да и течка ещё, — сказал он, обнимая за талию. — Хорошо. — Ну, я тогда пошёл… — А можно ещё одну просьбу? — спросил я, перебивая Юнги. — Можно, — ответил он с улыбкой. — Слушаю. — Так как сегодня 14 февраля, День альф, то я подготовил для тебя подарок, — начал говорить я, размещая руки на его плечах. — Поэтому постарайся, пожалуйста, не задерживаться. А если всё-таки придётся, то не забудь меня предупредить. Хорошо? — Хорошо. Постараюсь прийти пораньше. — Это было бы просто замечательно! — восторженно сказал я, растягивая губы в широкой улыбке. — Ну ладно. Я пошёл, — сказав это, Юнги поцеловал меня в губы, а после, отпустив, двинулся в сторону входной двери. — Увидимся вечером. — Конечно! Только не забудь позвонить, когда закончишь и поедешь ко мне, — сказал я, стоя в дверях и смотря на Юнги. — Хорошо. До встречи, — сказал он, махнув рукой перед тем, как скрыться за дверьми лифта.       Закрыв дверь, я пошёл в спальню, чтобы вытащить из чемодана подавляющий уходовый набор, а после отправился в душ.       После того как я его принял, то я начал разбирать чемодан.       А когда с чемоданом было покончено, то я начал собираться в магазин, так как мне нужно было кое-что прикупить для сегодняшнего вечера.       Быстро одевшись, я взял с собой необходимые вещи, а после, надев подавляющий браслет, верхнюю одежду и обувь, я покинул квартиру.

***

      Поход в магазин прошёл успешно. Я смог найти в магазине всё, что мне было необходимо. Но из-за того, что пакеты оказались тяжёлыми, то пришлось заказывать такси.       Поездка на нём не заняла много времени. Да и водитель попался хороший. Он вёл машину очень умело, а когда приехал к моему дому, то помог мне донести и поднять пакеты прямо до квартиры, а цену за поездку не поднял. Мне даже пришлось уговаривать взять его чаевые. И после долгих уговоров он всё-таки согласился. Поблагодарив меня поклоном, он попрощался и ушёл.       Открыв квартиру, я занёс пакеты, а после того как разделся, то отнёс их на кухню.       После того как я переоделся в домашнюю одежду, я начал готовиться к вечеру.       Позже, когда процесс готовки шёл полным ходом, мне позвонил Юнги и сообщил радостную новость, что он сегодня освободится пораньше.

***

      Я ещё раз пробегаюсь по всему, проверяя всё ли на месте, ничего ли я не забыл. Проверив всё, я пошёл смотреть время.

«Так. Если верить навигатору, то Юнги сейчас должен уже подъезжать к моему дому. Поэтому пойду-ка я переодеваться и делать макияж.»

      И как раз когда я был полностью готов, то я услышал, как в дверной замок вставили ключ, поворачивая в замке, а после открывая в дверь.       Когда дверь закрылась, тихо хлопнув, я вышел в коридор встретить Юнги, который начал раздеваться.       Как он закончил, то повернулся ко мне лицом и замер. Данная реакция была понятна, ведь он впервые видит меня в шёлковом халате, да ещё и с таким макияжем.

«Надеюсь, что это значит, что ему нравится!»

— С возвращением, Юнги~я! — сказал я, подходя к нему, а после обнимая за шею и целуя в губы. — Здравствуй! — ответил он, кладя руки мне на талию и залипая взглядом на моём лице. — Нравится? — спросил я, улыбаясь. — Очень! — восторженно ответил он. — Я рад! И это только начало! — интригующее ответил я. — Интересно, что же будет дальше? — загадочно улыбнувшись, спросил он. — Ужин, так как ты после работы, то точно голодный. Надеюсь, что тебе он понравится.       Сказав это, я отпустил Юнги, а он — меня, и, взяв за руку, я повёл его на кухню, где стоял накрытый стол, который вместе с кухней был подготовлен для романтического ужина: был включён приглушённый свет, на столе и по комнате стояли свечи, а на фоне тихо играла музыка.       Усадив Юнги за стол, я пошёл за основным блюдом, которое уже красиво лежало на тарелках, так как всё остальное было уже на столе, а Юнги принялся открывать бутылку с вином. Бутылка была открыта в тот момент, когда я поставил блюда на стол. Когда я присел на стул напротив него, он разлил вино по бокалам. — За то, что мы снова вместе! А также за сегодняшний вечер! — сказал Юнги тост, поднимая бокал с вином.       Я улыбнулся ему, а после поднял бокал, чтобы стукнуться им.       Сделав глоток вина, мы приступили к еде. Юнги очень понравился стейк и овощи гриль.       Когда с ужином было покончено, а грязная посуда убрана, то я перешёл к следующему этапу. — Итак, — начал я. — Так как сегодня твой праздник, то я приготовил для тебя подарок. Только подожди, пожалуйста, одну минуту. Я сейчас вернусь.       Сказав это, я встал и вышел из-за стола, направляясь в спальню за ним. Взяв его, я сразу пошёл обратно к Юнги.       Когда я вернулся в комнату, Юнги сидел на диване и смотрел в окно. Его туловище было развёрнуто к окну, а одна нога была закинута на диван и согнута в колене. Юнги очень нравился вид, открывающийся из окна. Я сел рядом с ним. — Вот! — сказал я, протягивая пакет с подарком. — С Днём Святого Валентина! Надеюсь, что тебе понравится!       Приняв подарок, Юнги принялся его осматривать. Он аккуратно вытащил коробочку из пакета, а после принялся также аккуратно её распаковывать.       Когда с подарочной обёрткой было покончено, то он, наконец-то, открыл коробку, а после вытащил её содержимое: чёрный мешочек с чем-то. Сняв мешочек, он увидел стеклянный пузырёк и кисточку. — Спасибо большое за подарок! Но что это? — спросил Юнги, после того как повертел пузырёк в руках и не смог понять, что это. — Это шоколадная краска для тела, — начал пояснять я, смотря ему в глаза. — Так как в этот праздник принято дарить любимым альфам самодельный шоколад, то я решил подарить его в более оригинальном виде, потому что конфеты дарить уже неинтересно, да и ты у меня довольно редко ешь сладкое. — Это да. Но у тебя и вправду получилось меня удивить, — признался Юнги. — Покажешь, как пользоваться ей? — спросил он, хитро улыбаясь. — С удовольствием!       Сказав это, я придвинулся ближе к Юнги. — Позволишь? — спросил я, поднимая руки к воротнику его рубашки. — Конечно!

~«Taste (Instrumental) — Stray Kids»~

      Получив согласие, я начал расстёгивать его рубашку, а Юнги начал внимательно следить за моими действиями. Когда рубашка была полностью расстёгнута, я взял из его рук флакон. Открыв его, я взял у Юнги кисточку и окунул её во флакон. Набрав достаточное количество краски, я вытащил её из флакона и провёл ей по телу Юнги, рисуя линию от выемки между ключиц до пупка. После того как я вернул кисточку обратно во флакон, я принялся слизывать то, что только что нарисовал, начиная от пупка, при этом смотря Юнги прямо в глаза. Пока я вёл по его телу своими языком и губами, Юнги начал тихо мычать и тяжело и глубоко дышать, но зрительный контакт не разрывал. Когда я закончил, то поднял лицо так, что до соприкосновения наших губ оставалось несколько миллиметров. — Вот как нужно использовать эту краску. Я всё понятно объяснил? — спросил я, прошептав прямо ему в губы, а после слизал со своих остатки шоколада.       После этого действия, Юнги прильнул к моим губам, начиная страстно целовать и заваливать нас на диван. Так как у меня получилось сделать это действие настолько сексуально, да и феромоны приближающейся течки делали своё дело, что его самообладание начало давать слабину, затмевая разум и взгляд пеленой возбуждения.       Также я еле успел убрать руку, чтобы не пролить и не разбить флакон, так как он находился между нашими телами. Не глядя и не разрывая поцелуя, я поставил флакон на кофейный столик, хоть это получилось не с первого раза, а после запустил пальцы в его волосы, начиная их сжимать и слегка оттягивать. Юнги в свою очередь положил свои руки мне на талию, начиная её сминать.       Во время поцелуя мы терзали наши губы, делая на них маленькие ранки, которые потом зализывали, а наши языки сплетались в страстном танце, борясь друг с другом.       Разорвали поцелуй мы только тогда, когда у нас в лёгких практически не осталось воздуха. Смотря мне прямо в глаза, Юнги тихо, с отдышкой, проговорил: — Понятнее просто быть не может. И сейчас я продемонстрирую, как усвоил материал. Позволишь? — спросил он, игриво улыбаясь и указывая взглядом на пояс моего халата. — А ты как думаешь? — ответил я вопросом на вопрос, спустив правую руку ему на щёку, начиная поглаживать её большим пальцем.       Улыбнувшись на это, он потянул пояс за кончик, развязав красивый красный бант. Распахнув халат, он замер, кажется даже не дыша, и с обожанием оглядел меня, бегая взглядом по телу. Так как халат имел длинные рукава и был в пол, Юнги не мог увидеть то, что он скрывал, подготовленное мной специально для него. А скрывал он чёрное кружевное бельё с поясом и такого же цвета чулки. Всё также заворожённо глядя на меня, Юнги потянулся рукой к поясу, потом провёл своими пальцами сначала по нему, а после, по ремешку, перешёл на чулки. Когда его пальцы оказались на моём бедре, он положил свою ладонь, провёл ею до колена, а после слегка его сжал. От этого движения по моему телу пробежались небольшим табуном мурашки. Проследив за ними и дождавшись, когда они исчезнут, Юнги повёл кистью вверх, останавливая и располагая её на моей щеке. — Ты просто прекрасен! А сейчас станешь ещё прекраснее, — проговорив это, он хищно улыбнулся, а огонёк возбуждения в его глазах начал разгораться с каждой секундой всё сильнее. Юнги чуть приподнялся и развернулся в сторону стола, чтобы взять флакон с краской.       Когда цель была достигнута, он развернулся обратно ко мне, но прежде, чем приступить к рисованию, Юнги решил поудобнее устроится. Он аккуратно перекинул одну мою ногу через себя и удобно расположился между ними, сев на диван на колени, а после сняв с себя рубашку за ненадобностью.       Взяв флакон в левую руку, а в правую — кисть, он начал набирать краску. Когда нужное количество краски было набрано, он вытащил кисть и начал ей рисовать прямую линию от пупка до выемке между ключиц. Закончив рисовать эту линию и набрав ещё краски, он начал рисовать новую линию справа от этой. Только если та линия шла ровно, то эту он закончил спиралью на моей правой груди, поставив жирную точку на соске, от чего я томно промычал. Проделав то же самое с левой стороны и получив от меня такую же реакцию, он надёжно поставил краску на спинку дивана и, оперевшись на руки, поставленные на уровне моей талии, принялся её слизывать. Он решил сделать так же, как сделал я: смотреть мне прямо в глаза, слизывая краску и слушая моё мычание с участившимся дыханием. Но когда он дошёл до правого соска, то я не выдержал и прервал зрительный контакт, так как начал вертеть головой из стороны в сторону, жмуря глаза, сжимая в руках халат и начиная тихо постанывать. Закончив с правым соском, Юнги перешёл на левый, при этом начиная пальцами играть с правым. Это было настолько приятно-возбуждающе, что я начал чувствовать, как сильнее скручивается узел возбуждения у меня в животе, заставляя член наливаться кровью, и как начинает понемногу вытекать смазка. Почувствовав, как губы Юнги растянулись в улыбке, я сделал вывод, что ему нравится моя реакция.       Когда Юнги закончил слизывать краску, он снова начал страстно целовать мои губы, играясь пальцами уже с обоими сосками, а я положил свои руки ему на плечи, которые начал понемногу царапать от удовольствия. Ещё он начал тереться своим пахом об мой. Сквозь ткань его брюк и моего белья я почувствовал, каким твёрдым уже стал Юнги, и что я недалеко от него ушёл. Также от всего этого я начал громче стонать в поцелуй и выгибаться в пояснице, ёрзая тазом на месте.       Когда у нас опять не осталось кислорода, мы оторвались друг от друга, а между нашими губами на несколько миллисекунд появилась ниточка слюны, которая потом разорвалась. — Юн~и! — протянул я, смотря ему в глаза и пытаясь отдышаться. — Я очень хочу тебя! Я очень хочу почувствовать тебя в себе! Пожалуйста, возьми меня уже! Я уже такой мокрый!       И тут я увидел, как в глазах Юнги вспыхнул костёр, и услышал его утробный рык. Он опустил и провёл своим лицом от моего плеча и через запаховую железу к уху, вдыхая мой усилившийся запах, а после прошептал в ухо, опаляя его горячим дыханием: — Хорошо, Минни! Я исполню твоё желание!       После он прикусил мою мочку уха, а потом мокрыми поцелуями начал спускаться вниз, местами покусывая кожу. В это время его руки спустились к моим трусикам, которые в следующее мгновение были с треском разорваны и выброшены в неизвестном направлении. Убрав препятствие, он принялся меня растягивать. Благодаря приближающейся течке этот процесс был менее болезненным, так как у меня давно никого не было.       В это время я места себе не находил, метаясь на диване и постанывая. Кусая нижнюю губу, которая была и так достаточно истерзана, и мотая головой из стороны в сторону, раскидывая волосы в разные стороны и путая их, я продолжал держать руки на плечах Юнги, царапая или впиваясь в них. Кожа от его касаний приятно горела и требовала побольше контакта, поэтому, закинув ноги к Юнги на талию, я притянул его к себе, тем самым заставляя лечь на себя. Данное действие никак не помешало ему, так как он занимался украшением моей шеи.       Когда я был достаточно растянут, а на коже стояло множество меток, Юнги отстранился от меня, закинув одну мою ногу к себе на плечо. Взяв в руку свой член, который уже болел и требовал разрядки, и проведя по нему рукой несколько раз туда-сюда, чтобы хоть немного смазать, Юнги приставил его и начал медленно входить. Я протяжно застонал в голос и, благодаря хорошей растяжке, не испытывал боль. Когда он вошёл до упора, начал также медленно выходить, полностью покидая меня. Повторяя такие манипуляции несколько раз, он начал понемногу набирать темп.       Когда он перешёл на быстрый темп, то мне стало неудобно лежать, так как тело начало потихоньку затекать. Сказав об этом Юнги, мы решили сменить позу. Выйдя из меня, мы быстро её поменяли: теперь он сидел на диване, а я сидел на его бедрах. Заведя руку за спину, я взял его член и, приставив ко входу, сел, протяжно простонав, так как это было невероятно потрясающе — снова чувствовать наполненность.       Снова расположив руки на его плечах, я начал двигаться, переходя на быстрый темп с помощью Юнги, чьи руки расположились на моих ягодицах и сильно сжимали их, от чего я получал удовольствие, а его губы путешествовали по моей груди. Запрокинув голову, я начал стонать уже в голос. Случайно приоткрыв глаза, чтобы посмотреть на Юнги, мой взгляд упал на краску, за которой я потом потянулся. Отстранив Юнги от себя ненадолго, я, придерживая кисть, чтобы она не упала, что получалось с трудом, вылил немного краски на грудь, на что получил довольный рык от Юнги, который принялся активно её слизывать. — Ах! Юн~и! — простонал я спустя несколько минут. — Ах! Я! Ах! Я-я скоро кончу! — Хорошо, мой Сладкий! — прорычал он мне в грудь, продолжая её целовать.       После этого Юнги ускорил движения. Когда я кончил, вскрикнув от удовольствия и впиваясь в него ногтями, через несколько толчков кончил и сам Юнги, который поспешил выйти из меня до набухания узла, так как мы оба понимали, что не готовы сейчас к детям.       Мы сидели молча, приходя в себя. Я вдыхал невероятный мятный запах Юнги, так как моя голова лежала на запаховой железе, а руки держали его за плечи. Он же обнимал меня за талию и тоже наслаждался моим малиновым запахом. — Это было прекрасно! — прервал тишину Юнги. — Спасибо тебе, любимый!       Сказав это, он поцеловал меня в висок. — Как ты меня только что назвал? — спросил я, поднимая голову и смотря на него. — Любимый. Да, тебе не послышалось, — сказал Юнги, улыбнувшись и кладя руку мне на щёку, начиная гладить её большим пальцем. — Я назвал тебя так, потому что я люблю тебя. И понял я это благодаря командировке. Ты не представляешь, как мне тебя не хватало всё то время, что ты был в ней. Мне так хотелось прикоснуться к тебе, обнять тебя, поцеловать, но я не мог. Также, мне очень не хватало тебя под боком во время сна, из-за чего я не мог долго уснуть. И как-то перед сном, думая обо всём этом, я понял, что люблю тебя, что не могу жить без тебя. Поэтому, когда закончится твоя течка, я очень хочу, чтобы ты собрал свои вещи и переехал жить ко мне, — сказал Юнги, глядя на меня с любовью и нежностью. — Правда? — спросил я, не веря услышанному. — Правда. Ты согласен? — Конечно!       Сказав это, я поцеловал Юнги в губы. — Ты не представляешь, как я рад! — проговорил Юнги, когда мы отстранились друг от друга, и прижался лбом к моему.       Посидев так ещё немного, мы решили сходить и вместе принять душ. Подняв меня на руки, Юнги понёс меня в ванную, где помог избавиться от оставшихся элементов одежды.       Во время принятия душа, мы ещё раз занялись любовью. А после отправились в спальню отдыхать и набираться сил к предстоящей моей течке, которая должна была начаться через несколько часов. Ведь впереди нас ждал пятидневный секс-марафон.