Ребёнок, связавший души.

Получив чашечку чая, Скуало осматривал девушку. Её хрупкие черты лица так и не изменились, её длинные каштановые волосы стали виться ещё больше, спадая с плеч, как дождь с небес, её фарфоровая кожа стала ещё прозрачней из-за беременности. После объяснительной Скуало понял, что его единственная одарит его ребёнком, и он станет отцом. Наконец-то он вспомнил ту ночь, когда они, накрываемые волной страсти, целовались, когда в такси он целовал её шею, оставляя дорожку засосов, когда он наслаждался её сладкими стонами, когда под луной их тела стали едиными. И вот он смотрел на неё, чувствуя, что хочет её больше всего на свете, что хочет соединить свою жизнь только с ней, единственной и неповторимой. Он садится перед ней на колени, чем вызывает большое недоумение у людей, наблюдавшими за ними, отправляет свою руку в карман и достаёт от туда маленькую красную коробочку. - Тсуна, прости, что оставил тебя одну на время своей ми... командировки, но всё же, прошу выходи за меня. - Скуало открыл, и там оказалось золотое колечко с одним среднем бриллиантом и несколькими маленькими, равномерно усыпанами по всему колечку. Тсуна ахнула и чуть покраснела. Для неё это был сверх всех мечтаний. Она очень сильно любила Скуало. Она ведь до сих пор хранит воспоминание о их первом поцелуе. Да, он случился тогда, когда он пришёл вместо Занзаса на собрание. Наверно это был сотый раз, когда босс всея Варии не удостоил чести посетить особняк Вонголы. Он поцеловал её в разгар собрания, на глазах у всех её хранителей и варийцев, от чего Фран, два месяца при виде её и Скуало хлопал в ладоши и говорил, чтобы не заигрывали друг с другом на глазах у всех, ибо это не пристойно. Всё же за их нынешнее друг к другу надо благодарить Занзаса, ведь если бы он ходил на собрания, они виделись бы очень редко. Тсуна улыбнулась. - Да! - Это заветное слово из-за которого на свете может быть появится ещё одна семья. Вдруг Тсуна схватилась за живот и начала кричать. Её мать сразу же спохватилась и раздала всем указы. В результате Гокудера пришёл с Шамалом, а Скуало велел ей делать дыхательные упражнения, указанные матерью. Спустя пять часов напряжения в бывшей комнате Тсуны раздался крик младенца, это оказался мальчик. Его глаза были карие с оттенком красного. У него была белая чистая кожа. Ну а орал он похлеще своего отца, из-за чего все очнулись в секунды, ну а Скуало, который не спал всё это время, а маячил под дверью через секунду оказался рядом со своими, уже двумя, но всё также любимыми людьми. Он приобнял Тсуну за плече и мягко поцеловал в макушку. Его лицо озарила улыбка, уже не похожая на кровожадную, она была более... миролюбивой. Эта улыбка принадлежала человеку, самому счастливому человеку на земле. Он посмотрел в глаза младенцу. - И как ты его назовешь? - Тихо, едва слышно сказал он на ушко шатенки. - Давай мы назовем его... Лео. - У новоиспечённой мамы был осипший, толи от усталости, толи из-за криков, голос. По ней было видно, что улыбка на лице была вымучена, а в глазах читалась небольшая дымка усталости. Её руки дрожали, а кожа стала такой прозрачной, что можно было увидеть все вены. Скуало аккуратно взял ребёнка на руки и начал тихонько покачивать, как это делала Тсуна, чтоб ребёнок не плакал. - Я думаю тебе не мешало бы поспать. - Ты прав. - Савада младшая медленно легла на подушку и закуталась по сильнее в одеяло. Шамал тем временем приоткрыл окна, чтоб выветрился запах крови. Увидев, что его пациентка заснула, он тихо вышел из комнаты. - Скуало, сейчас ей надо отдыхать и побольше витаминов, так что желательно ей употреблять здоровую и витаминизированную пищу. Малыш пусть тоже поспит, я думаю Нана-сан знает, что ему нужно. До свидания. - Доктор поклонился и ушёл.