Я найду тебя при свете уличного фонаря

Антон очень долго блуждал по знакомым старым улицам ночного Санкт-Петербурга. Проходя каждую улицу, замечая небольшие магазины или рестораны, у парня накатывали воспоминания. Антон остановился на перекрестке возле небольшого клуба. Посмотрев на вход, в мыслях сразу же промелькнуло воспоминание. ... –Это вредно Антон. — сказал учитель, недоверчиво смотря на сигарету в руках юноши. –Я устал, а это мое спасение. — прокомментировал рассерженный парень. –А бросить не хочешь? — мужчина выхватил наполовину использованную сигарету из чужих рук. –Ей, отдай блин! Мне уже поздно бросать! — ещё больше рассердился Шастун, а учитель выкинул сигарету. –А если взамен каждой сигареты мы будем делать так… — Арсений наклонился ближе. Он посмотрел в зелёные глаза, те смотрели в ответ. Их носы почти соприкоснулись, а дыхание затаилось. Попов коснулся своими губами губ Шастуна, затягивая в нежный поцелуй. Поцелуй был искренним, становился глубоким. Языки сплетались в жарком танце, а оба теряли свою крышу от переполняющих чувств. Разорвав поцелуй, от нехватки воздуха, Арсений соприкоснулся своим лбом с Антоном. –Сможешь бросить ради меня? Я обязательно буду тебя во всем поддерживать. –прошептал старший, ожидая ответ от приходящего в себя юноши. –Если ты будешь так мне помогать, то я готов попробовать. — улыбнулся младший, возвращая свое сбитое дыхание в норму. ... Встряхнув головой, Антон пошел дальше, закрывая свою голову капюшоном, от лишних воспоминаний. Голова не соображала, в мыслях пустота, а ноги ведут к самому родному и привычному месту. Антон остановился у единственного фонаря, который освещал лишь небольшой участок этой, как сам он, темной улицы. Подняв свой взгляд, Антон увидел порыв воспоминания, в котором он стоял рядом с любимым человеком, облокотившись об перила моста. Его мысли, воспоминания и память привели к самому дорогу месту. Мост, а внизу обрыв. Зажмурив глаза, он вновь открыл их обнаруживая перед собой пустоту. «Я определенно схожу с ума» — подумал младший, делая неуверенные шаги вперёд. Подойдя краю и посмотрев вниз, парень почувствовал дрожь по телу от холода или страха. Он пропал. Он так сильно винил себя о всем случившемся, что не заметил как начал прокручивать свои мысли в голос. –Никогда не думал, что буду стоять здесь не с тобой. При свете одинокого тусклого, как и сам я, фонаря! — парень оглянулся вокруг, удостоверившись, что его никто не слышит. — Я так много глупостей натворил. И я за все так хочу извиниться. Наверное, по большой части, прощения нужно просить у Арсения. Мне так тяжело, каждый божий день. Я просыпался и молился что найду тебя. Я был с тобой безумно счастлив, даже бросил курить, хотя думал, что никогда не смогу этого сделать. Если ты посмотришь на меня, то абсолютно разочаровуешься моему тощему телу, прокуренным волосам, синяками под глазами от бессонных ночей. Я так верю в то, что ты жив! — с каждым словом он говорил все громче и громче. — Это только моя вина… Это я с тобой поругался, это я тебе не поверил, это я был зол, это я напился… А моей беспомощностью просто воспользовались, затолкали наркотой и увезли нахрен. Я гнил так много дней, перечёркивая их в своем календаре. Я не верил словам Руслана, и по ходу правильно делал, так как узнал от Оксаны, что ты можешь быть живой. Сегодня тысячный день, и я наконец в нашем любимом Питере. Я сам себе обещал, что если не найду тебя, то покончу эту жизнь самоубийством. — Парень начал медленно перелезать через ограждение. –Я знаю что ты меня не простишь за мой поступок, но я надеялся хоть раз взглянуть в твои глаза. В мои самые любимые, голубые как ясный день, глаза. Я умираю Арс! — Антон вцепился руками в забор, откидываясь вперёд, парируя над пропастью, начиная кричать. — Я безумно тебя люблю и не вижу смысла жить без тебя! Ты бы знал как я хочу тебя вернуть, только тебя! Ты моя жизнь… — слёзы стекали по щекам, капая в пропасть. –Арс! Арс! Ты нужен мне… Я люблю тебя, поэтому ухожу… — парень затих. Тишина такая спокойная и необходимая. Глаза смотрят в пустоту, а скинутый капюшон помог ветру развеять кудрявые волосы. Пустые надежды и последние минуты, потраченные на свежий ночной воздух. Вдох… Выдох… Руки расслабляются, ноги подкашиваются, сердце ноет, душа кричит, голова болит, крылья сломаны, мечты мертвы, надежды излишне, путь один, спасение = суицид. Антон закрывает глаза и откидывается вперёд… Все будто в замедленной съёмке. Тело откидывается, одна рука уже парит в воздухе. Ноги сгибаются. Тело опускается. Он летит. Неожиданно на руку хватаются сильные пальцы. Кто-то вцепился в парня мертвой хваткой. Антон открыл глаза, замечая как весит в воздухе. Он резко поднял голову, заметив человеческий силуэт. Запыхавшийся незнакомец держал его руку обеими своими. Он тяжело дышал. На голове был довольно большой капюшон. Хоть и незнакомец смотрел в зелёные глаза довольно чётко, Антон не мог рассмотреть своего спасителя. Свет за незнакомцем лишь больше придавал темноты его лицу. «Меня спасает смерть или я действительно уже кукухой поехал?» — пронеслось в голове парня. Вспомнив из-за чего он здесь, Антон крикнул: –Пускай меня! Ты только себе вредишь! Мне не зачем жить тут! — кричал Антон, но похоже его никто не слышал. Незнакомец потянул Антона вверх, не давая ему возможности вновь спрыгнуть. Когда Шастун оказался напротив спасителя, он хотел посмотреть на него, но увы даже так, он не мог рассмотреть лицо в капюшоне. –Зачем? — тихо спросил Антон. Незнакомец молчал. — Тогда не мешай мне. — Антон снова развернулся и закрыл глаза. Не успел ничего сделать, он оказался на мокром асфальте, больно стукнувшись спиной. –А-ау… — тихо простонал Шастун и сдался. — Ладно заслужил. Антон открыл глаза, замечая лишь один сраный фонарь, который слепил его. Он привстал на локтях, заметив незнакомца, который сидел на полу, облокотившись об забор, тяжело дыша. –Успел. — тихо выдал незнакомец, держась рукой за сердце. –Что? — тихо переспросил Антон. Незнакомец потушил свое тяжелое дыхание. –Ты так громко кричал. Я боялся что не успею. — Антон нахмурил, явно не понимая, что за голос сейчас звучит. Мужчина схватился руками за свой мокрый капюшон, медленно откидывая назад. Прямая черная челка показалась перед Антоном, а после незнакомец поднял свою голову. Антон застыл, смотря в чужие глаза. Самые родные океаны смотрели на Шастуна со слезами. Те самые глаза! О которых мечтал Антон все свои тысячу адских дней. Самые чистые. Самые любимые. Самые красивые. Сердцебиение участилось, парень тяжело вздохнул, а слёзы машинально стекали ещё больше по щекам, не пойми от чего. Антон не знал, что у него лидирует в голове: радость или горе. Он безумно хотел его обнять. Безумно хотел смотреть и смотреть. Вот так и сидят оба возлюбленных, посередине ночного города и, одинокого во всем районе, фонаря. –Я тоже тебя искал. Я ездил за вами каждый раз, находил. Руслан не давал с тобой поговорить. Я знал, что ты ни за что не стал бы добровольно уезжать с таким кретином как он, даже после нашей небольшой ссоры. Господи Антон… Он сказал мне, что ты умер… Я не верил, а после сдался, принимая поражение. Я так скучал по тебе… Не знаю почему не сделал суицид раньше. — сказал Арсений, полностью отдышавшись. Глаза Антона засветились счастьем. Он искал его! Тоже искал! Антон сжал в своих руках кофту, явно останавливая себя от того, чтобы не кинуться в Арсения с объятиями. Он мечтал об этом каждый день. Арсений уловил его действие, но заметил, что тот хочет что-то сказать и не шевелился. –Как ты узнал? –безумно тихо сказал Антон. –Когда начался дождь, я пошел гулять, а после услышал звонок Оксаны с тем, что ты только что убежал с её кафе. Я сразу же понял куда ты пойдешь… — парни смотрели друг на друга. –Прости меня, Арс. — тихо сказал Антон. –Я тоже виноват перед тобой. Не нужно было оставлять тебя на том выпускном одного. — Попов раздвинул руки для объятий и парень ярко улыбнулся. Вытерев свои слезы, он упал в объятия самого прекрасного и родного человека в этом мире. –Я нашел тебя. — тихо сказал Антон. –И я, нашел тебя.— улыбаясь, сказал Арсений, закрывая свои глаза. Свет фонаря освещал два любящих сердца, которые вновь воссоединились. Судьба свела их под одиноким уличным фонарём в теплых объятиях.