Как Костя семейные проблемы в интернете решал

От скуки на новогодних каникулах Костя едва не лезет на стену. Очень не кстати они с Виталиной заболевают, по очереди принося друг другу лекарства и напоминая померить температуру. Старый мем про «дед забыл принять таблетки» теперь играет новыми красками, заставляя Костика грустно вздыхать. Назвать Виту бабкой у него язык не поворачивается, потому что та не вылезает из детских пижам и не выпускает из рук акулу. Естественно, ни о каких прогулках с друзьями или хотя бы поездке в лес к папе не может идти речи. Виталине и Косте приходится болеть в четырёх стенах. Сердобольный сосед делится с молодыми своими запасами с дачи и переодически таскает им то малиновое варенье, то сушёную мяту. Виталий Николаевич мирится с Костиком, хоть и смотрит на него не добро, считая, что мужчина слово должен держать. А Константин своё нарушил. Но этот эпизод, вроде как, в прошлом году остаётся. Вита целыми днями занимается ерундой, проводя всё своё время за просмотром мультиков. Она с радостью ест малиновое варенье, и сушёные яблоки, запивая всё это чаем с натуральными травами. Однако стоит только Косте подойти к ней с таблетками или сиропом от кашля, как Виталина устраивает капризы. Она отказывается от лекарств и вырывается из рук мужа как кошка. Терпение у Константина небезграничное, поэтому он вновь применяет свои методы, угрожая жене отобрать телефон с мультиками, малиновое варенье или вообще поставить её в угол. Вита каждый раз умело напускает на себя жалостливый вид и смотрит своими карими глазами Косте прямо в душу, не позволяя ему выполнить свои угрозы. Лекарства остаются нетронутыми, а Виталина и дальше лечится одними народными методами, изредка съедая пол тарелки куриного бульона, который каждый день варит муж, веря, что это лекарство от всех простуд. Увиливать от микстуры от кашля с мишкой на упаковке долго не выходит, и когда через пару дней Вите всё-таки становится хуже, Костя идёт на крайние меры. — Так, бэбик, заканчивай капризничать. — Приказывает Виталине муж, открывая бутылку с лекарством и выливая нужное количество в столовую ложку. — А то я сейчас новый ремень на твоей заднице опробую. — Не умеешь ты договариваться, Костя. — Виталина всё-таки суёт ложку с лекарством в рот, недовольно косясь на мужа за слово «бэбик». Сироп не такой уж и отвратительный, да и вредничает она больше для виду, чтобы муж не расслаблялся. — И кто это такой умный, чтобы тебе — садисту, на праздники новый ремень дарить? — Ваня, — Костик находит данное совпадение забавным и улыбается. — Правда купил он его сильно до… Вита закатывает глаза, и Константин не продолжает, с облегчением забирая у жены из рук ложку. Первый этап лечения успешно пройден, можно переходить ко второму. — Нам моя бабушка с каким-то своим соседом передала деревенский борщ на натуральном мясе, так что выключай своих малышариков, и пошли обедать. — Говорит Костя, наверное, и сам не испытывая большого желания есть борщ, сваренный из какого-то животного, которое ещё совсем недавно бегало по огороду его бабули. В пакете молодых ждёт не только борщ, но и сырники, картошка, какая-то рыба, пирожки с капустой и литр томатного сока. Виталина без энтузиазма смотрит на то, как муж отправляет еду в холодильник и морщит нос. Она вновь утыкается в телефон, смотря вовсе не малышариков, а простых смешариков. — Я лучше голодная посижу. — Объявляет она, не собираясь есть ни борщ, ни пирожки, ни уж тем более сырники. Творог она, в принципе, ненавидит. Опасаясь, что Костик снова будет угрожать угостить её своим новым ремнём, она предусмотрительно добавляет: — Между прочим пихать в меня еду, которая мне не нравится, — это пищевое насилие. — Каких ты умных словечек понабралась, милая, — Костя щёлкает жену по носу пальцем, а после ставит перед ней полную тарелку борща, которую недавно вытащил из микроволновки. — Пожила бы ты с моим дедом, он бы тебя быстро перевоспитал. — С этим ты вроде и сам неплохо справляешься. — Вита опускает ложку в тарелку и, чуть подумав, наливает туда же деревенскую густую сметану через края банки, надеясь, что так борщ будет чуть менее отвратительным на вкус. Сметана шлёпается в суп с противным звуком и оставляет красные пятна брызг и на пижаме Виталины, и на столе. Константин подозрительно хорошо держит себя в руках и просто вытирает клеёнку, разогревая борщ и себе. — Вот поедем летом к деду на дачу, и займусь твоим воспитанием. — Лукавит Костик, краем глаза замечая, как у жены краснеют уши. — Там и ива, и крапива растёт. А самое главное, дед точно против не будет. — Абьюзер. — Бормочет Виталина, таки принимаясь за борщ. Умничать и отказываться от еды ей больше что-то не хочется. — По-русски — тиран, а на самом деле просто строгий муж. — Ещё шире улыбается Костя, а после добавляет, — да не бойся, я пошутил. Вита недовольно смотрит на мужа, думая, какую бы гадость ему сказать, но молчит, живо представляя себе знакомство с советским дедом Кости в подобных условиях. «Ну, и кринж» — думает она. Такой, конечно, против розог не будет, если единственный внук пожалуется, что жена отказалась есть борщ его бабки. Ей уже в пору заводить блог в инстаграме — «жизнь итальянки в российской глубинке, куда не ступала нога прогресса!», а следом выкладывать фотографии из деревни этого загадочного и страшного деда. Обязательно, с подписями, что ива и крапивы полезны для ума. Правда почему-то, по мнению Кости, только для женского. — Константин Алексеевич, а Вам не кажется, что Вы сексист? — Осилив лишь половину своей порции этого мерзкого и жирного борща, спрашивает вдруг Виталина, делая вид, что берёт у мужа интервью и готовится записывать его ответ. Костик закатывает глаза, продолжая есть. Ему хочется напомнить жене, что пока та не доест весь свой обед, из-за стола не выйдет, но Вита слишком настойчиво требует ответ, гремя ложкой по краю тарелки. — Нет, не кажется, золотце, — едко отвечает Костя. — Вроде бы к плите против твоего желания я тебя ещё ни разу не отправлял. А то, что ты ремня по заднице получаешь, так это у себя спроси «за что?». — Понятно. — Тянет Виталина, на самом деле записывая что-то в телефоне. — Ты у меня, милый, совсем дремучий лес. Константин согласно кивает, не теряя весёлого настроения. Он не отрицает, что прогресс феминизма обошёл его стороной, однако верит, что и совсем мужланом его назвать нельзя. Чистоту в доме и меню из трёх блюд на день от своей жены он не требует; точно так же как и кровных наследников. Даже собственное мнение Виталине иметь не запрещает. Да и ремнём наказывает редко. — Ешь! — Напоминает Костя Вите и пытается отобрать у неё из рук телефон. Но жена успевает увернуться и спрятать обе руки с айфоном под стол. — Я смотрю, ты у меня очень прогрессивная, что от телефона глаз оторвать не можешь. — Ну, не могу я сразу столько борща твоей бабушки слопать. — Жалуется Виталина. — Она, наверное, всех коров на своём огороде зарубила, чтобы такой бульон наварить. Дай мне посидеть в вк, глядишь отвлекусь на новости в группах и съем этот кринжовый суп. Константин, конечно, позволяет, решая не спросить с Мисс Италией о степени «кринжовости» супа, который ей объективно не нравится. Несколько минут Виталина, как типичный тинейджер скроллит ленту вк, и Костя вдруг чувствует себя дедом, словно они с женой не ровесники, а он на много лет её страше. Видимо, грипп подкосил. Вита снова принимается за борщ, почти не чувствуя его вкус за чтением смешных историй, и едва не давится им, натыкаясь в группе «Послушно у семейных» на пост какого-то Константина. С такой же фамилией, как у её мужа. Забавно, что история начинается со слов: «Анонимно, пожалуйста», однако рядом с кружком-автаркой группы Виталина замечает крожочек поменьше с фото и именем автора — Константин Поликовский. Быстро пробегаясь глазами по посту, Вита понимает, что этот ужас написал её муж. Она тут же откладывает ложку в сторону и отталкивает от себя тарелку, едва не расплескав остатки супа, и погружается в интересное чтиво. «Как жить, если твоя жена понимает только ремень?» — Чётко зачитывает мужу Виталина. — Ты что, охерел, чёрт? Пиздец, ты душнила, Костя. Константин изо всех сил делает непонимающий вид, полагая, что админ этого «женского» паблика умеет читать и опубликовал пост, согласно запросу анонимно. Однако жена тут же рушит его надежды, когда суёт в руки свой айфон, указывая пальцем на профиль Костика в вк. — Я был не в себе. У меня был жар. — Костик пытается отмазаться и ссылается на болезнь. Он даже театрально трогает себя ладонью за лоб, словно проверяет температуру. Костя уже и сам не знает, зачем от скуки настрочил этот пост, желая проверить публикуют ли в таких «семейных» группах реальные истории подписчиков, или нет. Ему казалось, что его история с лечением гриппа у жены ремнём довольно-таки забавная, и для поднятия актива группы подойдёт. — У тебя не жар, у тебя обострение! — Возмущается Виталина. А после печетает свой комментарий, забивая на анонимность: «милый, прими таблетки!». Она уверена, их по-любому примут за интернет-троллей, поэтому абсолютно спокойна, хоть и испывает каплю радостного злорадства. — Или ты просто ебанутый! — По губам за мат сейчас кто-то получит. — Константин становится серьёзным, не смотря на то, что находит комментарий жены под постом забавным. — Ты, я надеюсь? — Дерзит Виталина, забывая про угрозу отвезти её летом в деревню к деду. — Или лучше сразу по пальцам, чтобы они не печатали всякую кринжульку в подобных пабликах? — Может мне совет дельный дадут, а ты тут страдаешь. — Смеётся Костя, принимаясь точить бабушкины пирожки. Его совсем не расстраивает ситуация с нарушением анонимности, потому что таких Константинов, как он, в Магнитогорске, наверное, миллион. — Это мне скорее дадут дельный совет. Развестись с тобой! Вита дуется, но в душе радуется, что открыла вк вовремя. Теперь борщ можно не доедать, на пирожки и мужа обидится, и продолжать смотреть мультики, питаясь одним вареньем. Вряд ли Костик будет драть её новым ремнём, если увидит, как Виталине «горько» и «обидно» за произошедшее. — В Советском Союзе разводов не было! — Шутит Костя, не понимая эмоций жены. Она выглядит так, словно её всё устраивает. — В этой кринжульке ничего не было, даже секс-просвета и контрацепции, вот твой дед и родился, а потом твой отец, и ты! У Константина, кажется, падает челюсть. Он удивлённо смотрит на Виталину, не сразу успевая обдумать её слова. За шутками Вита переходит все границы. А может быть во всём виноват бабкин борщ. Натуральные продукты просто временно повредили мозг его благоверной. — Ну, это уже слишком, — тихо говорит он Виталине. В руках Кости как-то слишком быстро появляется деревянная кухонная лопатка. — Иди-ка сюда, жена! Вита понимает, что её ждёт, и пробовать на вкус лопатку она не собирается. Ей начинает казаться, что в руках мужа любой бытовой предмет может стать орудием наказания. Эта мысль её не утешает, поэтому Виталина пользуется тем, что сидит ближе к выходу из кухни, и резко срывается с места, успевая закрыться в ванной прежде, чем муж поймает её на пути к спасению. Она садится на холодный пол в темноте и грустно обнимает свои голые коленки. — Вит, выходи. — Костя включает жене свет, полагая, что сидеть в темноте ванной — грустно. — Нет, я не вылезу отсюда, пока ты не уйдёшь! — Виталина, давай поговорим. — Ни на какой другой ответ Костик и не расчитывал, полагая, что ещё долго будет разговаривать с дверью. — Мне не нравятся такие разговоры. Обычно говоришь только ты, а я получаю. — Слишком затравленно отзывается Вита, кусая зубами коленку. — Да не стал бы я тебя сильно бить. Так шлёпнул бы десяток разков и всё. — Косте кажется, что он объясняет жене очевидные вещи. — Шлёпни себя десять разков с такой силой, с какой собирался бить меня, и поймёшь, что это вовсе не весело, а очень горько. — Виталина и обижается, и злится, и расстраивается одновременно. Её начинает бесить дебильная семья мужа, из-за которой её заставляют есть суп, собираются выпороть, и вообще пугают розгами! — Вит, я не буду тебя наказывать. Выходи уже. — Просит Константин, уставая смотреть на белую дверь, словно он уже в психушке, а вокруг белые стены. — Ты что, меня теперь к своему деду отвезёшь? — Внезапно Вита всхлипывает, принимая шутки мужа за реальность, которая ждёт её не за горами. — Нет, родная, ты чего? — Пугается Костя. Ему хочется снести нахер эту дверь и прижать к себе Виталину. — Да и дед у меня не суровый. Со мной, пацаном, был. Но уж чтоб он позволил тебя обидеть, да не будет такого. Некоторое время Вита молчит, ничего не отвечая. Вроде больше не плачет, быстро вытирая глаза руками. — Иди сюда, мириться будем. — Вновь просит Костик, замечая, что пауза затягивается. — Я с тобой и не ссорилась. Это ты меня отлупить хотел! — Да ничего я не хотел! — Отрицает Константин. — Я же не синяя борода. Выходи уже, тебя малиновое варенье заждалось уже, а я чай поставлю. Виталина раздумывает — слишком уж чай с вареньем хорошая приманка. Но ведь борщ она почти весь съела, а значит десерт ей полагается. Да и муж не злится. Вита тихонечко отодвигает щеколду и, приоткрывая дверь, высосывает из ванной нос, пытаясь разведать обстановку снаружи. Костя стоит прислонившись плечом к стене у двери ванной и выглядит добродушным. — Обниматься будем? — Спрашивает жену Костя, когда та совсем смелеет и выходит из ванной. Виталина кивает, позволяя мужу крепко обхватить себя руками, а после неловко хлопает его ладошками по спине, всё ещё немного обижаясь. Извиняться за сказанное она не хочет из принципа, считая, что это необязательно. Костя, вон, тоже не торопится просить прощение за кухонную лопатку. — Давай так, ты будешь хорошо кушать и принимать лекарства, а я не буду так резко реагировать на твои дерзости и мешать тебе смотреть мультики? — Подумав, предлагает Виталине Константин. — И не будешь меня лупить! — Пытается договориться Вита, не собираясь пользоваться этим и стоять на ушах. Или собираясь? — Ну, уж нет, хитрая. — Не соглашается Костя. — Я же у тебя дремучий и скрепный мужик, позволь уж и построжить тебя, если надо. Виталина недовольно прищуривается, думая, какую ещё альтернативу предложить мужу. В принципе, она согласна, что порет Костик её не часто и за дело. А значит пользуясь случаем, ей нужно избавиться от чего-то другого. — Хорошо, ярый последователь патриархата, я согласна, — обзывает Константина Вита. — Я буду и по жопе получать, и кушать хорошо, но стряпню своей бабки ты в меня пихать больше не будешь. Хочешь, чтобы я нормально ела, купи мне что-то более съедобное. Костя даже не вспыхивает, получая столь нелестный отзыв о бабушкиной еде. Может, не пихай он сегодня в Виталину этот проклятый борщ, она бы и не сказала такого. — Ладно. — Соглашается Костик. — Но это не значит, что я позволю тебе питаться одними нуддолсами, мишками барни и вареньем. Виталина только улыбается в ответ своей самой елейной улыбкой и напускает на себя максимально милый и смиренный вид, радуясь, что советский режим сброшен вместе с отвратительной едой, и можно снова жить нормально, как свободные люди.