Месть Гамлета

АКТ ПЕРВЫЙ «Счастье» "Ведь если что-нибудь неотвратимо И потому случается со всеми, То можно ль этим в хмуром возмущенье Тревожить сердце?" Жизнь Алексиса была идеальной. Будучи наследником могущественной семьи, он жил в роскоши, ни в чём себе не отказывая. Если бы вы посмотрели на этого омегу, то, будьте уверенны, непременно попали в его ловушку: прекрасная внешность и острый язык в купе с лёгким нравом – вот то, за что альфы, беты и, сказать по секрету, некоторые омеги любили его. Как уже сказано, Алексис принадлежал семье, имя которой было широко известно во многих кругах – Девис. Она владела сетью строительных компаний, а также фирм, отвечающих за транспортировку иностранных товаров, так что связей как на родине, так и за границей им было не занимать. Александр, отец омеги, был строгим и образованным альфой, а его мать-бета – Виктория - занималась домом, всячески балуя своего единственного сына. Альфа, хотя частенько и гонял Алексиса, но любил его и давал всё, что было необходимо. Александр, видя, что омега совершенно не желает становится управленцем его компании, уже подыскивал достойную пару Алексису. Омега знал об этом и не сопротивлялся, так как не хотелось ему взваливать на свои плечи заботу о бизнесе и отказываться от столь сладкой жизни. К тому же всем уже было известно, кто станет ему женихом: семья Гарсия была в весьма тесных отношениях с семьёй Девисов. Её глава – Габриель – был словно брат Александру. Оба альфы уже давно мечтали о слиянии компаний, и как удачно вышло! В семье Гарсия рос наследник – альфа Ливар. Он был на два года старше Алексиса, но это не мешало им встречаться и строить планы на счёт будущего брака. Их отцы, уверенные в совместном будущем своих детей, уже подписали необходимые бумаги, которые гласили, что часть акций будет поровну распределена между семьями, как в частности и обязанности по её управлению, и именно сейчас это событие отмечалось в самом дорогом ресторане, который принадлежал Калебу, супруг Габриеля. Это было его небольшое хобби... -Мой милый, тебе следует больше есть, - приговаривал Калеб, накладывая в тарелку Алексиса еду, которая так и не будет съедена. – Альфы любят полненьких омег. Так ведь, Ливар? Ливар лишь улыбнулся и посмотрел на Алексиса. -Дядя Калеб, но вы ведь сами худы, словно щепка! Как тогда можете так говорить? – парировал младший омега. -Алексис! – шыкнула на него Виктория. – Извини его, милый друг. -Пускай! – отмахнулся старший омега. – Когда был моложе, был таким же. Кровь горячая, что ещё сказать! Вечер проходил совершенно обычно. Но как это бывает иногда, хмель в голову кому-нибудь ударит, и зазвучит прекрасный тост. -Мне бы хотелось поднять этот бокал, - говорил Габриель. – За наши семьи! Пускай дружба между ними будет вечной! И никому её не прекратить! В зале раздавался звон хрусталя от бокалов... Да будет так.... -Ты меня любишь? – спрашивал в тот вечер Алексис. Омега хоть и был упрямым и с диким нравом, но сердце трепетало, когда он на альфу своего смотрел. Кому не хочется услышать эти слова? Ответом стал глубокий поцелуй, дарованный ему Ливаром. Конечно любит! Разве может быть иначе? «Пусть столько ж лун и солнц сочтём мы вновь Скорее, чем в сердце кончится любовь!» АКТ 2 «Беда» Прошло семь месяцев... Семье Гарсия должна была покинуть родину, так что всё было оставлено Девисам. Мудрый Александр заверил брата, что бизнес будет процветать, и беспокоится тому нет смысла. Влюблённые прощались долго (о жарких поцелуях и не менее жарких вечерах я промолчу...), а в конце дали обещание, что брак будет заключён немедленно, как только Ливар вернётся. И вот Алексис вновь один. Друзья, гулянки, клубы...Всё повторялось. Но час настал... Неделя вся была мрачной. Глава семьи Девисов всё хмурился и молча коротал часы в рабочем кабинете. Алексис всё видел и молчал. Мало ли у бизнесменов забот... В тот вечер глава семьи вернулся поздно и долго говорил со своей женой, а та всё плакала. Не выдержав, омега спросил: -Вы ходите как тучи всю неделю, а тут вдруг слёзы! У нас что, умер кто-то? – пытался развеселить их сын. Но Александр лишь молча вышел из гостиной, оставив их одних. Виктория, не выдержав, упала на колени, и зарыдала. Алексис испугался и сам упал. -Мамочка, в чём дело? -О, милый! – не унималась бета. – Отца твоего вызывают в суд. Совет директоров в течение недели проводил расследование, и теперь они обвиняют Александра в перевозке контрабанды и взяточничестве. И даже есть свидетели! О, милый! Все будто против нас, и вот так сразу! Откуда, моя радость?! Красивое лицо опухло, а слёзы всё катились. -О, мамочка, не плачь! Ты знала, за кого пошла! Мой папа мудр и хитёр! Он найдёт выход, к тому же он не виноват! Не будут же судить того, кто не виновен!? Так ведь? – Алексис всячески пытался убедить маму. -О, моё солнце! Ты так наивен, - вещала бета с нежностью, крепко обнимая сына, будто отберут. – И многого не знаешь. Жестокость людей не знает границ, но в кое-чём ты прав. Мой муж, достойный альфа, не проиграет. А мы его опора. Тот день был последним днём счастья прекраснейшей семьи. Бета чувствовала это, поэтому так и сжимала... «О, иди! Страх и смятенье у меня в груди!» Дни шли, но всё становилось только хуже: счета все были кем-то перекрыты, и адвокаты бросили дело. Семья пришла в упадок. И как бы Александр не пытался связаться с братом названным, всё четно: семья Гарсия пропала. Вскоре, после долгого разбирательства, был вынесен приговор: виновен, и даже приложили все доказательства, да только откуда же они взялись? Отца забрали, а дом был конфискован, и Алексис с матерью уехали туда, где правит нищета – две комнаты, и те стоят на честном слове. Омега чувствовал себя херово, осознавая, что жизнь идёт в тартарары, но маме дал слово, что останется сильным. Решил Алексис взять денег у знакомых, да только правы были мудрецы, когда говорили, что в горе друга фальшь наружу выйдет, так что никто ему не помог, и ничего другого не осталось, кроме как идти работать. Хоть институт и был закончен, да никому не нужен омега с нулевым опытом и сомнительной репутацией. Но мелкий персонал всем нужен, и Алексис берётся за самое крайнее: уборщик в мелком магазинчике – что может быть унизительнее? Сначала всё просто ужасно: работа идёт плохо (чёрт возьми! омега никогда не думал, что мойка полов может быть настолько трудной), но уже спустя две недели Алексис привыкает, и нежные ручки становятся шершавыми и постоянно пахнущими белизной. Однако этого мало: денег едва хватает на оплату коморки. Так что омега принимает на себя ещё несколько работ. Он устаёт, плачет и теряется, однако понимает, что его мать всё это не потянет, поэтому спит по два часа и терпит унижения со стороны начальника. Это случается впервые спустя три месяца его заработок: возвращаясь в квартиру, на улице он встретил группу альф, которые, судя по их виду, были пьяны. Увидев Алексиса, они возбуждённо загудели, выкрикивая пошлые фразы. Один из них попытался схватить парня за бёдра, но омега вывернулся и помчался изо всех сил. К счастью, альфам было всё равно: они просто посмеялись над реакцией омеги и продолжили идти. Однако Алексису пофиг не было: в ту ночь он опять плакал то ли от страха и унижения, то ли от боли, что скопилась внутри. Его пугает и раздражает абсолютно всё: окружение, работа, и даже Виктория вводит его в ярость одним своим видом. «Как она может сидеть здесь, пока я горбачусь на трёх работах?! Почему улыбается мне каждый день?!» - думает про себя омега. А однажды в его голове возникла мысль о том, что ему было бы легче, если бы её вообще не было, и в ту же секунду Алексис ужаснулся самому себе. Когда он успел превратиться в «это»? Из такого яркого и прекрасного существа в убогое и мрачное нечто? Неизвестность из-за отца ещё сильнее давила на него, и Алексис хотел знать, что же с Александром, однако уже спустя два дня омега думал о том, что лучше оставаться в неизвестности. Смерть по неосторожности. Так им с матерью сообщили. Виктория упала в обморок, а Алексис даже не смог помочь ей подняться: слишком был шокирован. Это и вправду происходит с ним? Это он сейчас валяется на полу, в истерике, в Богом забытой комнатушке, а рядом с ним лежит его мать без сознания? Это он пахнет мусором? Это он больше не язвит и улыбается? Когда его спросили про похороны, он ничего не ответил. Алексис не сможет осилить затраты, так что ничего не оставалось, кроме как поставит подпись на согласие кремирования. Он даже не способен отца похоронить! Убожество... После всего его мать потеряла себя: она вечно была в бреду и иногда даже звала его Александром. Омега утешал себя, говорил, что Виктория выкарабкается, но где-то внутри понимал, что этого не произойдёт. Его мать, бета из богатой семьи, будучи в таком состоянии потеряла истинного – это убило её морально. Она больше его не узнавала... Он остался совсем один...с больной матерью на руках... -Не волнуйся, - шептал он однажды Виктории, кормя её. – Мама, я всё исправлю. «Будь только истина, хотя б она Таилась в центре» АКТ 3 «Любовь» Ливар не часто бывал в этих краях, однако он попросил своего секретаря заказать букет в честь годовщины его родителей, и этому простафиле приспичило сделать заказ у самого, казалось, далёкого магазина. Доставщик был занят, так что Ливару самому пришлось ехать в эту часть города. Еле-еле найдя магазина, он вошёл внутрь: совершенно обычный цветочный. И почему Логану нужно было сделать заказ именно здесь? За стойкой никого не оказалось, так что альфа окликнул продавца, и когда тот вышел из служебного помещения, то так и застыл. Алексис выгляделуставшим, и многое в нём поменялось, однако не пропало присущее омегеочарование. С того момента, как его семья стала управлять обеими компаниями,Гарсия потеряли связь с Девисами, так что омегу он больше не видел. Но сейчас альфа мог с точностью сказать, что тот пахнет всё также сладко. Алексис тоже был шокирован. -Ливар? – его глаза были полны удивления. -Алексис...Мы давно не виделись, - Ливар не знал, что сказать. Они так странно расстались. Неужели Алексис не злится? Но, посмотрев на омегу, он увидел лишь удивление и радость на прекрасном лице. -Да, - согласился тот. – Три года прошло. Что тебя привело? -Мой секретарь сделал здесь заказ, так что я приехал его забрать. Алексис видимо понял о чём речь, и только хотел отдать букет, как вдруг Ливар его остановил. -Не думаю, что моему папе он понравится. Можешь сделать другой? -Конечно, - Алексис принялся за работу. На самом деле альфе был всё равно на букет: он просто хотел подольше задержаться. -Как ты? – прервал он тишину. – Я знаю, что произошло с дядей. Мне правда жаль... -Я работаю здесь и ещё в одном месте, - тему отца омега обошёл. –Моя мама сейчас больна, так что я забочусь о ней. Живу потихоньку. Я слышал, вы объединили компании после ухода моего отца. Трудно, должно быть, твоей семье быть управленцами? -Я помогаю своему отцу, занимаю пост зам.директора. И наши трудности не в коем сравнении не могут идти с тем, с чем столкнулась твоя семья. Если ты не против, я хотел бы как-нибудь встретится с тобой в более комфортной обстановке. Ты не против? -Конечно, нет, - отвечал Алексис. -И да: тот букет тебе, - сказал Ливар, указывая на другой свёрток. С этого дня они стали видеться почти каждый день, и со временем давно забытая любовь вспыхнула вновь, так что нет ничего удивительного в том, что спустя четыре месяца альфа сделал предложение Алексису, а тот согласился. Услышав согласие омеги, Ливар долго целовал Алексиса. -Наверное, это судьба, - шептал альфа. -Судьба? – не понимал омега. -Наша встреча в том магазинчике была судьбой. -Да...Судьба... «В дни молодой любви, любви, Я думал – милей всего Коротать часы – ох! – с огнём – ух! – в крови, Я думал – нет ничего.» АКТ 4 «Хаос» Три года спустя... Они были женаты не много и не мало. Семейная жизнь строилась в именном поместье семьи Гарсия, так что Алексису приходилось не совсем легко: старшие жильцы, которые некогда называли его своим племянником, холодно встретили жениха своего сына. Иногда Калеб острыми словами указывал место омеги в доме, и даже когда Алексис родил сына – Льюиса – отношение не поменялось. Габриель предпочитал вообще не обращать на него своё внимание, что не могло не радовать. Виктория была отправлена в хороший пансионат, и Алексис частенько навещал её, заботясь о матери, которая лишь изредка называла его правильное имя. Ездил он к ней всегда один, а иногда брал маленького сына, так как чаще это делать не позволял Калеб. Ливар постоянно был на работе, так что за неимением какого-либо занятия Алексис постоянно сидел дома. Правда, был один человек, с которым он общался – Грета работал у них давно. Она была экономкой, отвечавшей за уборку и готовку. Эта довольно пожилая омега всегда составляла компанию Алексису. В целом его жизнь была приемлемой. Он волочил своё тихое существование, никем не замеченный. -Они нас разорят, - размышлял Габриель за «семейным» ужином. -Опять совет директоров смуту наводят? – спросил Калеб. -Другая компания обходит нас. Они будто знают наши планы. Совет этим крайне недоволен. -Хотите сказать, у вас завелась крыса? -Кто бы осмелился? Скорее всего это просто совпадение, - ответил Ливар. Алексис, до этого тихо сидевший за столом, тепло улыбнулся мужу. После трапезы омега возвращался в комнату, когда подслушал разговор Калеба по телефону. -Я уже не знаю, что мне делать. Уже вторая течка прошла, а я так и не смог забеременеть. Все анализы в норме, а ребёнка нет. Диеты тоже не помогают...Хорошо. Я позже позвоню, - старший омега отложил телефон, когда Алексис осмелился зайти в комнату. -Подслушивал? – шыкнул Калеб. -Простите. Господин Калеб, может дело во враче? -Да что ты знаешь? -У меня есть один хороший специалист. Он наблюдал меня, когда я носил Льюиса. Почему бы вам не пройти у него обследование? Калеб раздражённо вздохнул. -Хорошо, мальчишка. Дай мне позже адрес. Хоть в чём-то можешь быть полезен. На следующий день старший омега посетил того самого врача, и после этого стал довольно часто его навещать. Габриель не обратил на это внимание: конкуренты наступали им на пятки, компания несла убытки, проигрывая проекты один за другим, а совет давил ещё сильнее. Альфы оказались в довольно сложной ситуации. -Что мне делать? – спросил однажды Ливар у Алексис в спальне. -Ты профессионал, - отвечал омега. – У тебя за спиной твой отец, да к тому же ваш секретарь Логан очень помогает. Всё будет хорошо. -Ты прав, - улыбался ему альфа. – Пока ты со мной, мне ничего не страшно. Однажды, приехав от Виктории, Алексис застал следующую картину: Габриель и Калеб ругались. Хотя нет - они были в гневе. Супруги кричали друг на друга. -Ты всё время на работе! А как же я!? Я – молодой красивый омега?! А ты только течки со мной проводишь! – кричал Калеб. -Поэтому ты изменял мне!? Мне?! И с кем!? С доктором! -Да! И знаешь, что!? Он лучше тебя в сто крат! В тысячу! Я наконец смог почувствовать себя любимым! -Вот как? Хорошо! – вздохнул альфа. – Тогда иди к нему! Я развожусь с тобой! -Отлично! Чем скорее, тем лучше! -Но ты ничего не получишь, - ухмыльнулся альфа. – Ни монетки. И твой ресторан больше тебе не принадлежит. -Нет...Ты не можешь так со мной поступить! – впал в ярость Калеб. – Это моя жизнь! Ты не отнимешь! -Я даю тебе день, чтобы собрать свои вещи, хотя они тоже куплены на мои деньги. После этого я не желаю тебя видеть. Габриель так и ушёл, оставляя старшего омегу, который стоял в слезах ярости. Позже Алексис узнал от Греты, что на почту альфы пришло анонимное письмо, внутри которого были довольно откровенные фотографии Калеба с тем самым врачом, которого ему порекомендовал Алексис. Ливар, узнав об этом, уехал в ярости из дома. Калеб был ему противен! Уже на следующий день Калеб покинул дом, и пара разошлась. Габриель ему ничего не отдал. В компании продолжалась твориться суматоха: дела становились всё хуже. Это значительно пошатнуло здоровье Габриеля, а Ливар всё чаще приходил домой совершенно раздражённый. Однажды он даже накричал на маленького Льюиса. Последней каплей стало упущенный компанией проект, над которым альфы трудились очень долго, вложив в него целую кучу ресурсов и денег. Габриеля нашли в его кабинете. Он так и умер за рабочим столом. Инсульт. Стресс и возраст сыграли свою роль, и альфа не выдержал. Семья готовилась к похоронам, когда к ним в дом заявились следователи, предоставляя ордер. -Господин следователь, что вас привело? – спрашивал Ливар. -В крови вашего отца были найдены соответствующие препараты, которые сыграли роль в его смерти. -Хотите сказать, дядю отравили? – спрашивал Алексис. -Именно так. Поэтому я обязан обыскать ваш дом. Прошу прощение, - и, не дождавшись разрешения альфы, группа начала обыск. Через пол часа один из полицейских принёс небольшой тюбик, внутри которого лежали таблетки неизвестного состава. Это нашли в кабинете Ливара. -Господин Гарсия, я прошу пройти вас с нами. -На каком основании? – возражал Алексис. -Не волнуйтесь. После того, как будет завершена экспертиза мы вас отпустим. Если, конечно, она будет отрицательной. -На что вы намекаете?! – пришёл в ярость Ливар. – Хотите сказать, я отравил собственного отца!? Я даже не знаю, что это за таблетки! -Милый? – Алексис был напуган, и это отрезвило альфу. -Дорогой, не волнуйся, - успокаивал его Ливар. – Скоро я вернусь домой. Позаботься о нашем сыне, хорошо? Омега кивнул. После этого альфа послушно сел в машину, однако он ещё не знал, что в этот дом ему было не суждено вернуться. Экспертиза показала, что в состав таблеток входили вещества, негативно влияющие на сердечно-сосудистую систему, то есть именно они вызвали остановку сердца. На самом тюбике были найдены отпечатки Ливара. Его обвинили в убийстве. Три заседания, и все три проиграны. Альфе дали восемь лет. Когда Ливара уводили из зала заседания, он видел, как Алексис плакал. Кто теперь позаботится о его семье? АКТ 5 «Откровения» Они встретились в тюрьме. Алексис пришёл к нему на свидание. Ливар, измученный и уставший, был не ровня красивому омеге, который, казалось, изменился. -Милый, - альфа хотел обнять его, но разделявшая их преграда мешала. – Как ты? Как сын? -Всё хорошо, - спокойно отвечал омега. -Я знаю, тебе страшно. Но не волнуйся: я скоро выйду. Я защищу вас. Алексис прыснул от смеха, но сдержался, чтобы не рассмеяться. -Прости. Не смог удержатся, - извинился омега. Ливар был шокирован. -Тебе не стоит переживать, милый, - из голоса сочился яд. – Лучше позаботься о себе. Я слышал, здесь довольно тяжёлые условия. -Что ты...? Что ты такое говоришь? – Ливар не узнавал своего мужа. -Говорю, тебе стоит обжиться здесь, - а затем, взглянув на альфу, улыбнулся. – Мне нравится. -Что? – Ливар всё ещё не понимал. -Нравится твой вид. Он прям таки возбуждает меня. Выглядишь таким жалким – прям красота! -Что ты, блять, несёшь? -А ты не понял? – омега приблизил лицо ближе к ограде. – Это всё я. Альфу пробил холодный пот. Он смотрел на своего мужа (а мужа ли?), и не узнавал. Этот человек смотрел на него не с нежностью, а с презрением. В голове -крутилась куча догадок, но он боялся верить им. -Ты же не хочешь сказать, что... -Именно. Затягивать удавку на вашей шее было крайним удовольствием. -Почему ты...Неужели отравление твоих рук дело? – шептал, как в бреду, альфа. -Шире. -Бесплодие... -Больше. -Слив информации... -Ещё! -Неужели, даже та измена? Омега рассмеялся. -Ты псих! – Ливар был в ярости. –Зачем? Как же наш брак!? Как же все эти годы!? -Все эти годы я ненавидел вас, - теперь омега сам не скрывал свою ярость. – Каждый день, каждую секунду! Удивительно, что я не убил вас всех к чертям ещё раньше. -Боже...- альфа видел перед собой дьявола. – Зачем? Почему всё разрушил? -Разрушил? Ты думаешь, я не знаю? Это вы всё разрушали. -О чём ты? -Вы, ублюдки, уничтожали мою семью. Вы превратили жизнь в ад! – каждое слово было чётким и произносилось с огромной злостью. К Ливару пришло осознание. -А ты думал, я не узнаю. Это Гарсия подставили моего отца, сделали мою мать инвалидом, а меня бросили на произвол! И из-за чего?! Чёртовых денег! Ты и твой отец хотели заполучить эту долбанную компанию. Но я не понимаю одного: зачем? После нашей свадьбы она стала бы принадлежать и вам тоже? Так почему!? – омега кричал, а в глазах полыхала ярость. – Скажи мне, муженёк, почему?! Не отвечаешь?! А я скажу!? Жадность! Вы не хотели делить компанию с кем-то! Она нужна была вам целиком! И поэтому вы уничтожили нас! А я уничтожил вас! Омега улыбался будто безумец. -Так все эти годы ты рушил нашу жизнь? Это всё – свадьба, сын – были твоим планом? Омега не ответил, однако Ливару этого и так всё понял. -Господи, - альфа взвыл. – Я думал, ты любишь меня. Думал, ты на моей стороне. А ты...А ты всё это время хотел придушить меня ночью подушкой. Боже...Я пригрел на груди змею. -В этом мире кроме любви есть ещё много того, что может дать жизнь. Любовь, говоришь? Когда-то я и вправду любил тебя, но теперь я желаю лишь одного – чтобы ты сгнил здесь! Ты знаешь, какого это – каждый день хотеть смерти? Не, не знаешь! Все эти годы я жил в нищете! Однажды мне даже пришлось лазить по бакам, как какая-то собака! И ты говоришь мне о чёртовой любви! Она умерла вместе с моим отцом, которого я даже не похоронил! -Наш сын... -Это мой сын! – парировал Алексис. – А ты теперь не его отец. И никогда им не будешь. Альфа был в ступоре. Правда с трудом укладывалась в голове. -Что же. Мне пора. Мы больше не увидимся, милый муж. Не смею желать тебя всего лучшего. Ливар резко вскочил. -Чёртов ублюдок! Я убью тебя! Скоро я выйду и найду тебя! Задушу собственными руками! Но омега уже вышел за дверь. Проходя по коридору, Алексис встретил следователя. -Господин Гарсия, - обратился к нему он. – Ваши слова, адресованные мужу...Вам стоит быть осторожнее. -Извините, не сдержался, - улыбнулся Алексис. – Ах да: не зовите меня больше Гарсия. Я Девис. С этими словами омега ушёл. Он знал: следователь на его стороне. АКТ 6 «Смерть Гамлету?» Алексис сидел на веранде теперь уже его поместья и думал о том, как пришёл к такому. Все эти годы им двигала месть. Всё началось с Логана, «верного секретаря», который как раз таки и предъявил омеге доказательства того, что гибель его семьи – дело руг семьи Гарсия. Логан буквально с пелёнок воспитывался Александром, так что месть объединила сына родного и названного. Узнав об этом, омега решил действовать. Он всё рассчитал: встреча в магазине с Ливаром состоялась благодаря Логану. Алексис даже подсчитал день своей течки, чтобы запах смог сыграть роль в привлечении альфы. Кстати, утечка информации тоже было дело рук секретаря. Семья Гарсия допустила огромную ошибку, нажив себе кучу врагов. Одним из них оказалась Грета. Её муж был уничтожен Гарсией, и женщина встала на сторону Алексиса. Согласно плану, она устроилась к ним в дом ещё до его свадьбы, дабы не вызывать подозрений. И она же являлась причиной бесплодия Калеба: противозачаточные, которые подсыпались в еду, делали своё дело. Алексис сильно рисковал, покупая таблетки, запрещённые в их стране. Тут то и пригодился следователь, который давно копил обиду на Гарсию. С его подачи был организован «неожиданный» обыск. Врач тоже вышел на сцену по указке Алексиса. Немного денег, и он воспылал "любовью" к тому, кому её не хватало – Калебу. Фото тоже были сделаны его людьми. Смерть Габриеля стало грехом Алексиса, о котором он не жалел. Он был слишком опасен, так что омеге пришлось идти этим путём. Младший Девис разрушал их семью. Конечно, Алексис мог просто обнародовать все грехи Гарсии, но он наслаждался местью. Омега хотел лично их уничтожить. И вот он этого добился: несколько дней назад Ливара нашли в тюрьме повешенным, однако только некоторые знали, что всё это не было самоубийством. А на вопрос о том, что же делать с телом, Алексис ответил: кремировать. Сейчас он управлял компанией и жил в особняке со своей матерью и сыном. Держа бокал с вином и сидя на веранде, Алексис думал о том, что наконец может дышать свободно. Он стал убийцей, заслужив место в аду, но ни капли не жалел. -Скажите, вы довольны своей местью? - спросил его однажды Логан. -Честно? Я в восторге, - улыбался омега. -Вы как Гамлет. -Гамлет? - удивился Алексис. – Может быть. Да только я не умру. Им следовал уничтожать всех, но они допустили ошибку. И никто не отравит меня, а сам я яда не выпью. Я буду жить... «Ты, жалкий, суетливый шут, прощай! Я метил в высшего; прими свой жребий; Вот как опасно быть не в меру шустрым. Рук не ломайте. Тише! Я хочу Ломать вам сердце; я его сломаю, Когда оно доступно проницанью, Когда оно проклято привычкой Насквозь не закалилось против чувств.» PS: строки были взяты из произведения Уильяма Шекспира "Гамлет, принц датский"