Причина осмелеть

      — Альбедо, ты живой! — воскликнул с порога Кэйя.       Входная дверь громко хлопнула, оповестив присутствующих о приходе алхимиков. Вода с Альбедо текла водопадом. Промокла до нитки и Сахароза, по-прежнему сидящая у него на спине. Девушка слегка шевелила своими продрогшими мятного цвета ушками и пыталась рассмотреть всё и всех через очки.       — Альбедо пришёл! — послышался знакомый детский голосок и в коридоре показалась Кли, — Уй!.. Вы в озеро упали.?       — Если бы, — усмехнулся парень, — под ливень попали.       — Ужас какой!..       — Это-то понятно. А Сахароза — ты чего на Альбедо залезла? Сейчас поломаешь его, вон как колени уже трясутся! — трагично произнёс Кэйя.       — Это у тебя глаз дёргается, — отпарировал Альбедо, — и я сам вызвался донести, не нужно вмешиваться.       — Да ладно тебе. Сахароза, слезай! Смотри, он сейчас рухнет!       Сахароза покраснела. Как-никак, она и сама считает, что поступила неучтиво… Ноги же есть, в конце концов — вполне себе дошла бы!..       — Не обращай внимания, — провела пальчиком по мокрому сапожку девушки Кли, — Кэйя просто завидует, я уверена!       — Что?! Это я-то завидую? Да никогда! — воскликнул он, — Тоже мне… Всё равно слезай — сейчас упадёте оба, и тащить вас придётся мне.       Алхимик действительно начала подумывать о том, что стоило бы уже продолжить путь по дому на своих двоих и даже попыталась спустить ногу на пол, но не тут-то было. Альбедо только сильнее подхватил её под коленками и, гордо вскинув голову, направился к лестнице.       — Понтуется, посмотрите на него, — усмехнулся Кэйя, — смотри не шлёпнись там!       — Учись лучше, пока я жив, — донеслось ему вслед.       — Какой упёртый, — покачал он головой, — И откуда в нём столько сил?.. Не высыпается ведь даже толком… Кли, иди-ка, убери свои фломастеры на полу этажом выше — они сейчас пойдут и навернутся, я уверен.       Девочка кивнула и послушно засеменила наверх. Вдруг оттуда раздался страшный грохот и тихий вскрик.       — Что, шлёпнулся? — крикнул Кэйя, — А я говорил!..       — Никто не падал, не злорадствуй. Мы… Ну… Я. Я шкаф задел… — послышался ответ.       — Неправда, это я ногой его задела!.. Я случайно, я всё уберу!.. — послышался голо Сахарозы.       — Шкаф?! Совсем с ума сошли? Тц, как дети малые, честное слово… — он, держась за перила, начал подниматься, — Глаз да глаз за вами нужен! — поправил парень повязку на лице.

***

      — Ну что, допонтовался? — ворчал Кэйя, когда Сахароза ушла к себе, а он с Альбедо наводили порядок после своеобразного инцидента, — Шкаф уронил хоть как крутой или слепой? Эй, ты чего, плачешь что ли?.. Да я ж пошутил!..       — Не плачу я, — улыбнулся главный алхимик, — вода по лицу течёт.       — Ух ё, ты ж ещё мокрый весь… Уйди с глаз моих, не разводи тут сырость! — усмехнулся он, — Поди вон, тоже переоденься.       Альбедо послушно встал с корточек и направился к себе. Вскоре тот вернулся в сухом виде и полотенцем, накинутым на мокрую голову.       — Как я устал…       — Да ладно? Серьёзно чтоль? Может ещё меня на спине покатаешь?       — Не завидуй. Завидовать — плохо, — с лёгкой улыбкой произнёс алхимик.       — Кто тут ещё завидует!.. Как вообще колено твоё, инвалид?       Тут-то Альбедо как в первый раз ощутил все прелести адской боли. Удивительно, что она затихала, стоило ему проводить время с Сахарозой… Настолько увлечён, что не замечает боли? Скорее всего…       — Ужасно…       — Ну-ну. Иди, отдыхай, я сам закончу, тут немного осталось.       — А как же Кли? — раздался из-за их спин детский голос, — Альбедо вчера обещал поиграть со мной!..       — Точно, — хлопнул себя по лбу алхимик, — Минуточку, скоро приду, Кли!       — Тц… Кли, не сильно там его гоняй! — цокнул языком Кэйя. Он понимал: раз Альбедо дал обещание, он выполнит его, даже если ему отсекут руки, ноги и язык. Потому, останавливать его смысла не было.       — Хорошо! — хихикнула девочка.

***

      — Не поймаешь! — радостно визжала искорка Ордо Фавониус.       — Обоснуй!       — Кли быстро бегает!       — Я тоже!       — И все равно не так быстро!       Альбедо носился за неуловимым ребёнком по своей комнате.       — Мне просто колено мешает!       — Мешает? А давай его апм. аму. амупурием… ам-пу-ти-ру-ем, вот! — и продолжая кричать от восторга, Кли подскочила к окну и остановилась. А вот Альбедо… Подскользнувшись на каменном холодном полу, тот с размаху навернулся и самым неудачнейшим образом приземлился на колено. На оба.       Тихонько взвыв, алхимик сел, вытянув ноги вперёд. Что же ему так везёт на травмы?..       — Поломал?! — ахнула девочка.       — Нет, просто ушиб…       — Надо лечить! — радостно воскликнула вдруг она, — Доктор Кли сейчас мигом поставит тебя на ноги! Ну, она постарается…       Альбедо усмехнулся и, переползя на ковёр, лёг. Кли расплела хвостики и достала из кармашков платьица… фантики? Да, фантики. От конфет. Просунув их сквозь резинки для волос, та, бормоча что-то под нос, начала натягивать две такие конструкции на ноги алхимика. Подтянув их к нужному уровню, она встряхнула руками и довольно уставилась на работу. Фантики, привязанные на резиночки к коленям. Мило.       — Та-дам! Супер-компресс готов! Но это ещё не всё… Больной, не двигайтесь! Вам противоказапано!       — Может, противопоказано? — усмехнулся парень.       — Кли так и сказала! Хм… Вас надо чем-нибудь… посыпать!       — Зачем?!       — Для профилакатики!       — Профилактики.?       — Её самой, — деловито произнесла девочка и, достав со шкафа банку с засушенными лепестками цветков-сахарков, щедро посыпала ими Альбедо, — Как себя чувствуете, больной?       — Просто космос…       — Это что, звёзды у Вас в глазах? Ой-ой-ой!.. Может, Вам сварить кашу из… кактуса? Очень помогает!..       — Нет, доктор, пожалуйста, не трогайте мой кактус, он мой друг, его зовут Роберт!.. — воскликнул алхимик.       — Совсем с ума сошёл от одиночества… Уже с кактусами разговаривает… Больной, Вы вообще хоть с кем-то из людей общаетесь?       — Конечно! С Кэйей, с Вами…       — С нами Вы не каждый день общаетесь, это не считается. Другие есть?       — С Сахарозой… Мы желаем друг другу спокойной ночи и доброго утра. Каждый день!..       — Мало, — покачала головой девочка, — прописываю Вам рецепт: компрессы, посыпание лепесточками и общение по душам! Вот! Не только на ноги, ещё и на руки встанете, гарантирую! Уй, а мне надо бежать! Джинн будет недовольна, если я опоздаю… Удачи, Альбедо! Кэйя, Кли надо спешить! — и маленькая искорка, хлопнув дверью, понеслась в коридор — Кэйя обещал её проводить до штаба. Вскоре хлопнула и входная дверь…

***

      Альбедо всё также лежал на полу, не мигая глядя в потолок. Общение по душам… Это как вообще? Когда не думаешь, что говоришь, а говоришь, что думаешь?.. Хах, ему обязательно нужно попробовать!.. Ладно, а с кем провести такую беседу?..       На ум сразу приходит Сахароза. Давно следует пойти проведать её… Потому, превозмогая боль уже в обоих коленях, алхимик встаёт и в очередной раз за этот день направляется к лестнице…       Девушке не спится. Нет, в голове мыслей отнюдь не много… Точнее, она одна. Альбедо. Хочется думать только о нём и ни о чём больше…       В тот раз она его тронула. Смешанные на самом деле чувства… Вроде Сахароза и ужасно недовольна своим поступком — нужно уметь себя сдерживать, а с другой стороны… Всё же, он не отреагировал отрицательно и даже уделил ей время…       Даже не знает… Сложно…       — Сахароза? — дверь была открыта, и девушка увидела Альбедо, стучащего по дверному косяку. — Могу зайти?       Помощница кивнула. Алхимик вошёл и присел рядом с ней на кровать.       — Не спится?       — Неа…       Тишина… Или правильнее сказать пауза?       — Что-то беспокоит?       Сахароза пожала плечами. Мамочки, он совсем рядом…       Снова томительная тишина, давящая на уши… Разговор по душам не очень клеился. Но да ладно — что ж, в другой раз...       — Тогда я пойду? Обращайся, если понадоблюсь.       — Господин Альбедо…       Алхимик повернул голову в сторону девушки. Та, глядя куда-то в пол, кожей почуяла тёплый взгляд с той капелькой беспокойства и доброты, согревающий на расстоянии…       — Господин Альбедо… — сглотнув, повторила она, — У Вас было такое…       Сахароза, не говори глупостей. Нет.       — Было ли, что… Что вот Вы видите человека, и Вам кажется, что он… он идеал… А ещё постоянно думаете о нём… И… И хочется проводить с ним больше времени, знать всё-всё о нём…       Понеслось.       — А иногда хочется даже… дотронуться… И человек не выходит из головы… Совсем.       Знакомо, да, Альбедо?       — Ох, верно. Есть такое…       — И… И что Вы сделали?       — Я.? Оу… Оставил это… Думал, оно пройдёт… Не прошло… Оно даже перетекло в новую стадию…       — Новую стадию?!.. Ах-ха… А… а если я буду отрицать все эти ощущения?.. Самовнушением, например.?       — Даже не знаю, Сахароза… Тебе мешают они?       — Нет, совсем нет… Они, ну, ощущения, наоборот помогают в трудные минуты и часто именно с них начинается хороший день… Эти мысли… окрыляют? Не дают упасть…       Сахароза надеется, что её пунцовых щёк не видно из-за наклоненной головы и спадающих волос.       — Тогда почему ты хочешь от них избавиться?       — Я… я боюсь… Боюсь, что это всё нереально… будет. Не знаю, как сказать… Ну…       Она сейчас сгорит на месте. Теперь смысл фразы «кровь закипает» девушка ощущает на собственной шкуре…       — Боюсь, что человек не примет… То есть да, такие мысли иногда хороши, они помогают, окрыляют, воодушевляют, но… что, если… если… Если я так и останусь жить в этих фантазиях, забыв о реальности? Что, если эти же ощущения только усугубят те дружеские отношения, которыми я очень, очень дорожу!..       Слишком знакомо для Альбедо. Слишком. Он обязан ей помочь.       — А кто это, Сахароза?       Тишина, молчание, пауза — что угодно. Сердце колотится как бешеное. Оно буквально грохочет, как поезд по рельсам. Сказать или промолчать? Что, если сказанное всё испортит?!       — Бог ты мой, прости, прости, пожалуйста, за столь нетактичный вопрос!.. Я не подумал!..       Сахароза молчала. Ей страшно и неловко.       Сейчас Альбедо осыпает её миллионами извинений. А через минуту может холодно промолчать, обдумывая услышанное, и уйти. Нет, она ничего не скажет.       — Не говори, прости меня, Сахароза, — словно читает он её мысли, положив руки ей на плечи, словно в тот раз, и… обнимает её, — Прости что я такой дурак… Стоило же так резко сказать…       Как ему страшно. Что он творит?! Вдруг сейчас их дружеские отношения оборвутся? Он, пожалуй, промолчит…       — Извини, что обнял так… без предупреждения… — он осторожно убирает руки. Но Сахароза вдруг сама крепко его обнимает. Ему ничего не остаётся сделать, как приобнять в ответ.       Сколько лет они не обнимались… Уже и забыли, каково это…       — Альбедо…       — Сахароза…       Они оба не знают, как сказать. Но интуитивно чувствуют: на языке у обоих вертится одно и то же.       — Название второй стадии, в которую у нас перешла первая — любовь?       — Верно, Сахароза…       — Я люблю тебя…       — И я люблю тебя. Очень.       Сердце загрохотало только громче. Это им не помеха. Теперь-то им нечего бояться. Нечего отрицать, скрывать…       Они готовы пробыть так целую вечность. Альбедо, сидящий уже на больных коленях на полу, бережно обнимая девушку, и Сахароза, не менее бережно и нежно обнимающая его в ответ… Они оба молили архонтов, чтобы этот сладостный момент не кончался. А если всё же кончится - то пусть таких эпизодов будет как можно больше.