Ночи ужасов с Первым Поколением

Эту историю я услышала в поезде, когда ехала в соседний город. Бабульки, сидящие рядом, как всегда, делились сплетнями, и вот мне невольно удалось услышать. Пусть я не дословно это пересказала, но такое действительно было и люди это видели. В то время мы как раз проезжали возле церкви, где это случилось. И где такими случаями занимаются. Хаято медленно топал в направлении школы. Бессонная ночь совсем измотала десятого урагана. – Снова кто-то из этих чёртовых иллюзионистов постарался… - прошипел парень, заходя в здание. Наглухо закрытые окна и двери, ужасающие белесые глаза, от которых нигде не скрыться - жуткие сны едва не довели бедных ураганов до сердечного приступа. Всегда такие холодные и бесстрашные, этой ночью они сполна познали всю "прелесть" ночных кошмаров. Джи слёг с мигренью, но он, избавленный от необходимости идти в школу, мог спокойно отлежаться перед тренировкой. Хаято же впервые подумал, что его босс мог быть прав насчёт таких «тренировок». Зайдя в кабинет, Гокудера не очень удивился такому же зомбированному виду Тсуны и Такеши. Видимо, «глазки» преследовали не только его с Джи. Обменявшись лёгкими кивками, три парня расползлись по своим партам. После уроков, пообедав в столовой, хранители сразу пошли к лесу, где их уже дожидались остальные во главе с Реборном. Понимающе переглянувшись, все медленно направились по тропе, поднимавшейся на небольшую гору. Никого не удивила живость двух иллюзионистов, лишь Хром сочувственно поглядывала на уже начинающих сдавать позиции хранителей обоих поколений. Даже всегда непроницаемые облака выглядели устало, и были заметны тёмные круги у них под глазами. Тренировка прошла вяло, что не очень обрадовало Реборна, но он решил промолчать, лишь хитро блеснув чёрными глазками. Аркобалено отошёл в сторону и достал телефон: - Чаоссу. Нужна помощь. Ребята отдыхали. Казалось, уже, что это какой-то таинственный магический обряд - лежать в доме Савады где попало и едва слышно постанывать от усталости. Так как сил готовить ни у кого не было, то по просьбе Ямамото его отец привёз уже готовую еду, и хранители с удовольствием и благодарностью поужинали японской кухней. Перспектива очередной бессонной ночи не радовала уже не только Саваду. Джотто окончательно убедился, что поспешил с одобрением такой затеи. Ребята не высыпались и от того качество тренировок начало заметно снижаться день ото дня. После ужина кто-то решил урвать хоть немного времени для сна, другие или читали, или смотрели телевизор. На дворе уже смеркалось, и у всех потихоньку нарастала тревога, никто не знал, что же сегодня выкинет Кнакл. Джотто подошёл к сидящему на подоконнике киллеру и позвал его во двор. Малыш, ловко запрыгнув тому на плечо, пресёк вопрос первого неба, догадываясь о цели разговора. - Мы будем продолжать тренировки. Все тренировки, - уточнил Реборн. Джотто вздохнул. - Я-то только за, но ты видишь их состояние. Даже мои хранители устали уже... – Джотто заглянул в комнату через окно. – Деймон что-то зазнался. И тянет за собой Мукуро. - Не волнуйся, будет и на них управа. - От улыбки аркобалено Примо невольно вздрогнул. Тот явно что-то задумал. - Ладно, - снова вздохнул Джотто. - Я доверяю тебе. - Вот и славно. Джи, Асари, Кнакл, Алауди и их наследники, сидя на диване и креслах, смотрели телевизор. Первые быстро приловчились к приспособлениям этой эры, поэтому каждый увлечённо щёлкал пультом и с интересом наблюдал за сменяющимися картинками на «большой чёрной доске», как назвал Кнакл сам телевизор. Включив один из музыкальных каналов, ребята попали на какую-то группу, чей клип не был особо деликатным, пристойным и божеским. Десятые посмеивались, в то время как первые во все глаза уставились на экран, а солнце начал увлечённо креститься, приговаривая: «Изыди, нечистая сила». Выхватив у ошалелого Джи пульт, он тыкнул на первую попавшуюся кнопку и тут же на экране появилось не менее интересное изображение. Комнату вдруг наполнили стоны, охи-вздохи и другие неприличные звуки. К телевизору подтянулись все до того дремавшие хранители, даже Джотто заглянул в гостиную. Тсуна, мысленно ругая спутниковое телевидение, от греха подальше отнёс задремавшего Ламбо в другую комнату. - Оппа, ну-ка, ну-ка, - Джи аж привстал с дивана. - Джи, здесь дети, - мягко усаживая друга на место, улыбнулся Асари. - Безобразие, что за время наступило? Вокруг одна пошлость! – смутился священник. – Я надеюсь, это хоть днём не показывают? - Зависит от канала, - пытаясь незаметно поглядывать на экран, отозвался Хаято. - Святые Небеса! – первое солнце закрыл лицо подушкой. - Я остаюсь в этом времени, - без тени смущения и колебания признался Джи. - Кто бы сомневался? – тихо отозвался Алауди. – У тебя только одно на уме. - Ой-ой, недотрога ты наша, - первый ураган хлопнул детектива по плечу. – Не строй из себя монашку, глянь, какие у неё сис… Ай! Джотто?! - Хватит, Джи, - дав тому подзатыльник, Джотто присел возле красного как свёкла Тсуны. – Асари прав, здесь дети. - Значит, для драк они мужики, а для этого, - он показал пальцем на экран, - дети? Все задумались, а Джи недовольно цыкнул. - Вот именно. Как раз время. И вообще, не нравится – свободны, а я хочу посмотреть. В тот вечер Джи чуть ли не рыдал у телевизора, упрашивая Джотто придумать, как бы остаться тут навсегда. Сам первый босс, будучи цвета волос своего лучшего друга, мог лишь что-то пищать и выдавать несвязные звуки. Деймон же открещивался, что у него есть Елена, но поглядывать на экран всё же не забывал. Кнакл, забыв о своём статусе и положении, в конце концов вместе с уже не понимающим реальности Асари намертво прилип к экрану. Лампо пускал слюни на подушку, то и дело дёргая кого-то за рукав, чтобы что-то спросить. Даже Алауди, пытаясь сохранить пофигистичный вид, сдался, понимая, что такого в их времени точно не было, и тоже залип. Десятые сначала вели себя как красны девицы, но под руководством Джи всё же досмотрели тот фильм. Ближе к полуночи бедному Тсуне подумалось, что можно написать целую книгу о том, как Первое и Десятое поколения смотрели порнушку. На часах уже было двенадцать, но ребята были немного не в том состоянии, чтобы слушать страшные истории, да и сам Кнакл, похоже, забыл, что сегодня был его черёд. Один за другим они направлялись освежиться под душем и потихоньку сползались в комнату Тсуны. Хром, ещё ранее благоразумно ушедшая к Ламбо, ради своей же безопасности сделала с помощью иллюзий из себя парня и ловила на себе благодарные взгляды хранителей. «Умная девочка», - подумалось тогда многим. Где-то к половине первого все снова сидели на своих местах. Десятые ещё были немного смущены, а первые вообще двух слов связать не могли. Проведя некоторое время в полном молчании, Тсуна, вдруг решив, а почему бы не воспользоваться данной ситуацией, подал голос: - Ано... может, пойдём спать?.. К затылку бедного Дечимо прижалось холодное дуло пистолета Реборна. - Понял, - пискнул Тсуна и обречённо вздохнул. Видимо, не судьба. Похоже, все немного очухались и оживились. - Да-да, что-то мы отвлеклись, - пропел Деймон. - Да, сегодня же моя чрезвычайная очередь! – Кнакл быстро пересел за стол. – Выключайте свет! Ямамото, почувствовав себя местным электриком, снова потушил свет и уселся рядом с Хаято. - Итак, я обещал вам рассказать историю, что произошла со мной. - Даа, небось, на исповедях такого наслушался, что не позавидуешь, - усмехнулся Джи. - Ну, я вам много рассказывал, но эту историю умолчал, потому что сам был напуган… Все удивились и притихли. - Давай, толкай речь. - Так вот, пришли ко мне однажды молодые родители, да и рассказали, что пару месяцев назад родился у них сынок. Ну как все дети сначала плакал, кричал, спать не давал. Но в последние недели стало с ним что-то твориться: он уже не кричал, а орал просто, не спал совсем, а если и удавалось родителям его убаюкать, то мог резко проснуться с дикими криками. Ребята заинтересовано прислушались, даже у Тсуны заиграло любопытство. Что же было с ребёнком? Кнакл, ещё больше наведя на себя свет фонарика, продолжил: - А ещё порой у него начинали темнеть глазки. Почти чёрные глазницы становились. Вот малыш улыбается и прижимается к маме, а в другую секунду бьёт её ладошкой по лицу, – хранители невольно вздрогнули, услышав о глазах. - Как не белые, то чёрные, - буркнул Джи, и все понимающе на него посмотрели. Кнакл кивнул. - Обращались они уже и к докторам, и даже к нетрадиционной медицине. Да всё без толку. Ребёнок уже почти не выходил из такого состояния. Я заподозрил, что дело тут в нечистой силе и попросил родителей принести ребёнка в церковь. - Ты шутишь, ты занимался экзорцизмом? – удивился Джотто. - Да, один старый священник научил меня, как только я пришёл в церковь. Я сначала удивлялся, зачем мне это, но потом я понял, что он многое знал и готовил нас к такому. Всем стало как-то тревожно. - Значит, это правда? Ну, нечисть существует? – спросил Хаято. - Ты же веришь в НЛО, - отозвался Такеши. - Это разные вещи, бейсбольный придурок! - Ну-ну, успокойтесь, ребята, - решил примирить урагана и дождя Асари. - Ещё один, - буркнул Гокудера, но притих. - Да, она существует и может поджидать каждого из нас, - отозвался Кнакл. Все ребята невольно оглянулись. В комнате повисла напряжённая тишина - мужчина не торопился продолжать рассказ, внимательно оглядывая всех присутствующих. - Так вот, - наконец произнёс священник, - достал я из тайников книгу старую… чтобы демонов выгонять… - Но это же был ребёнок! – взвизгнул Тсуна. - Да, но он был ещё не крещёный, что такой ребёнок против демона сделает? Бедное невинное дитя… - сокрушённо помотал головой Кнакл. Напряжение в комнате всё нарастало. - Принесли на следующий день этого мальчика ко мне. В городе у нас новости быстро разлетались, так что прихожан моих тоже немного собралось. Пока шли с мальчиком к церкви, он был тих и спокоен, но лишь переступили порог, начал плакать и вырываться. Больше сомнений у меня не было. Кнакл нервно сглотнул, вспоминая те пережитые мгновения. - Это было жутко, ребята. Вы не представляете себе, как это было жутко. Тсуна уже был в предобморочном состоянии, и Хаято подал своему боссу стакан воды, затем отпил сам. - Расставил я, значит, всё необходимое, и сказал, что ребёнка связать нужно… - Да ты что?! – испуганно откликнулся первый мечник. - Да, друг мой, так нужно было… - Какой кошмар, - даже Спейду стало не по себе. - Это ещё не самое страшное. Ребёнок уже тогда не давался, я был в изумлении, что трёхмесячный мальчик мог быть таким сильным. Перед началом обряда я предупредил людей, чтобы не пугались, и что бы они ни увидели, пусть молятся, чтобы не впустить демона в себя. Как только я начал читать… Казалось, в комнате наступила мёртвая тишина, все даже дыхание задержали. - …а у него глаза стали чернее ночи! Да как начнёт орать! Да как заговорит нечеловеческим голосом! – Кнакл начал креститься и все, сами того не понимая, тоже. – Он говорил, кричал, проклинал, это словами не передать! А это ведь младенец! Люди неистово крестились и молились, а я уже чуть было сам не сдался, но взял себя в руки и продолжил. Ребёнок уже почти порвал пояса, которыми был связан. Я начал читать и молиться громче, и вскоре из малыша вышла густая чёрная масса, да и давай кружиться по храму. Люди кричали и молились, я пытался успокоить их и в то же время гнать черта с церкви. А он носился между рядами, желая найти новый сосуд. Жуткие адские звуки разносились по церкви, но я уже просто кричал священные слова и он, протяжно и ужасно прорычав, взорвался ярким светом! – Кнакл сорвался на ноги, уронив фонарик на пол, и следом за ним закричали все. Кто-то сразу включил свет. Состояние ребят было сложно описать. Они были бледны и напуганы, тяжело и сбивчиво дышали, а некоторые до сих пор крестились. Хранители грозы потеряли сознание, остальные уже были на грани. Несколько минут в комнате стояла тишина, каждый пытался прийти в себя. - Это… ты так нас решил за порнушку наказать? – спросил немного дрожащим голосом Джи. - Да я и сам себя наказал, - Кнакла самого заметно потряхивало от пережитых воспоминаний. - А чем всё закончилось? – Рёхей пришёл в себя быстрее всех. - Демона я изгнал, крестил мальчика и окропил всех присутствующих. С тех пор в той семье было тихо, а малыш тот вырос славным парнем. Все облегчённо вздохнули. В ту ночь сил и желания идти по домам ни у кого не было, и оба поколения решили остаться у Тсуны. Савада даже не был против. Прежде чем уснуть, каждый про себя по-своему помолился. При такой их жизни можно было ожидать чего угодно.