Ты сделал неправильный выбор, Феликс.

В комнате был включен свет, на столе стоял подарочный алкоголь от заведения, в воздухе витал запах мяты, который напомнил альфе о Феликсе. Стены в комнате были красные, как и диваны, Хенджин присел на один из них, взял стакан с виски и немного отхлебнул из него. Заиграла музыка, свет приглушился и дверь в приват открылась. Неторопливым и медленными шагом, качая бедрами, в комнату зашел незнакомец с маской на лице. Хенджин не придал этому значение, надеясь, что танец пройдет быстро и ему даже не нужно будет смотреть на него. Вдруг танцор подошел ближе к альфе и коснулся его бедра ножкой, обтянутой белым капроном. Опешив от такого, Альфа опустил взгляд и заметил маленькие пальчики у себя на бедре, очень близко к опасной зоне, и с удивлением взглянул на танцора. На него смотрел полузнакомый танцор в маске и хитро улыбался, иногда выпуская горячий язычок и облизывая нижнюю губу. - Ты плохой папочка. – С такими слова танцор резко убрал ногу от альфы и подошел к шесту. Схватившись за него руками начал кружиться в танце, изгибая свое тело, прижимаясь им к металлу, крутя бедрами и иногда касаясь себя маленькими ручками в кружевных перчатках. На нем был почти строгий костюм, с синей юбкой и кроп-пиджаком, которые на удивление не сильно подходили для стриптиза. Все более увлеченно за ним наблюдал альфа, пытаясь понять, где он мог видеть это чудо на шесте. Неожиданно он все понял, танцор, не останавливая танец, кружа вокруг шеста снял маску и кинул ее в сторону альфы. Хенджин ловко поймал ее и перевел в взгляд назад, перед ним был Феликс. Его лицо осветило светом прожектора, сам парень был сильно накрашен, его алые губы были почеркнуты красной помадой, карие глаза обведены длинными стрелками. Альфа обомлел и забыл все слова, он не мог поверить, что перед ним стоит его возлюбленный. Мотая головой и пытаясь прийти в чувства, Хенджин залпом выпил бокал виски. Он закрыл рукой глаза и устало вздохнул, понимая, что сегодня одной мастурбацией он точно не сможет снять свой груз с тела. - Очень плохой папочка. – Феликс надул губки, от того, что альфа ничего не сказал и продолжил свой танец. Теперь альфа за ним следил еще внимательнее, всматриваюсь в каждое движение, в каждый вздох, упиваясь представлением. Феликс танцевал красиво, выгибаясь в спине он выпячивал зад и немного им тряс. Для пущего эффекта музыка начала замедляться, и немного поджимая колени, омега начал расстёгивать пиджак, который не давался для снятия. Наконец управившись с пуговицами, омега резво прокрутил его над головой и бросил его в сторону дивана, на лицо альфы. Хенджин быстро снял с лица пиджак, не желая пропускать и секунды шоу. Через мгновение на диване оказалась и юбка, омега предстал перед альфой в черных чулках, обтягивающем кружевном топе и, как вишенка на торте, в жутко обтягивающих его причиндалы, полупрозрачных черных стрингах. От увиденного альфа охнул и прижался к спинке дивана, все его тело пробило током, он рассматривал каждое кружево на белье омеги. Жадно пожирая его глазами. Довольный столь непривычной реакцией, Феликс повернулся к альфе спиной и, присев, встал сильно выгибая спину в наклоне, показывая свои прелести, которые не в силах был спрятать маленький кусочек ткани. - Феликс. – мучительно проронил альфа, пряча глаза от увиденного, в штанах альфы стало жутко тесно. Феликс, отпустил шест и приблизился к альфе, того бросило в жар. Хенджин впился глазами в чужие, пытаясь не опускать их, чтобы немного остыть. Омега сел ему на колени, обнял за шею и прикоснулся своим носом шеи, шумно и жадно втягивая запах. - Давно мечтал тебя понюхать – томно, прошептал тому на ухо и поелозил задом на коленях у старшего. Хенджин боролся, боролся сам с собой. Желание прикоснуться к омеге было огромным. Но он сдерживался. Вспомнив свое обещание не трогать его, пытался его сдержать, думая, что омега еще не готов. Феликс, видя, как альфа снова играет в недотрогу, решил идти в наступление, он начал тереться своими ягодицами о колени альфы, иногда прикасаясь своим пахом чужого. Почувствовав возбуждение альфы, у самого напряглись все ниточки, ткать на стрингах натянулась до максимума, пытаясь не выпускать агрегат наружу. Уже теревшись своим членом о чужой бугор и оставляя на брюках след от естественной смазки, сказал: - Сегодня снова будешь себя ублажать? – резким движением приблизился к альфе, прижимаясь к нему всем телом, так, что наконец оба члена соприкоснулись как родные. Притянул к себе лицо альфы и затянул их в нежный поцелуй. Нащупав наконец такие сладкие и желанные губы, протяженно простонал прямо в рот альфе. От такого напора у Хенджина сдали нервы, услышав омегу он оторвал его он себя и вопросительно на него посмотрел спросил: - То есть как снова? Так это ты принес документы домой? – Ошалело смотрел альфа - Да, и я все видел и все слышал. - хитро улыбнувшись, Феликс облизнул сухие губы. Хенджин сдался под напором омеги. Он проиграл. Альфа схватил Феликса за руки и притянул к себе, вовлекая того в страстный поцелуй. Губы омеги были пухлыми, нежными и сладкими на вкус. Сминая их, альфа был готов разорваться на атомы. - Ты даже не представляешь, сколько дней я снимал напряжение. Каждый твой вдох, движение возбуждали меня. Я хотел овладеть тобой на каждой поверхности моего офиса и дома. А когда ты пришел в юбке, то трижды подрочил в офисе, а потом еще и дома. Что ты со мной делаешь? – Хенджин не прерывал поцелуй и с трудом, задыхаясь, проговаривал каждое слово в рот омеги. - Зачем же ты тогда делал вид что не замечаешь меня? – Феликс также не разорвал поцелуй - Потому что я знаю, что с тобой случилось, Феликс. Тебя изнасиловали, и я не хотел причинять тебе боль. – Хенджин наконец признался омеге - Хенджин, меня не насиловали! Чанбин только попытался это сделать. – Омега опешил от слов альфы и наконец разорвал поцелуй, отпрянув от альфы. - Как это? - А вот так, и я докажу тебе, что я уже в порядке. – Феликс заманчиво произнес последнюю фразу и опустился в ноги к альфе.