Напротив друг друга

      В помещении было до ужаса тихо. Казалось, что абсолютно все живые существа в радиусе одного километра просто вымерли, оставив Тигнари совсем одного. Но, наверное, все же это не так - где-то отдалённо гудел вентилятор.       Вдруг дверь открылась. Фенек, сидевший на стуле, резко обернулся и столкнулся взглядом с беловолосым парнем. Смуглая кожа, ярко-рубиновые глаза и абсолютно никакой улыбки. Как мило. Незнакомец сказал лишь одно слово:       - Привет.       И Тигнари совершенно не знал, что ему ответить. Поприветствовать в ответ? Спросить, что он тут вообще забыл? Узнать его имя?       - А...ты кто? - смог лишь выдавить из себя ушастый.       - Сайно Махаматра, трибут из дистрикта два. А ты ведь Тигнари?       - Да. По крайней мере утром...я был именно им. - лишь после этой фразы фенек отвел свой взгляд в сторону, перестав сверлить своего собеседника взглядом.       - Коллеи - твоя сестра? - неожиданно спросил парень.       - Да, а тебе зачем? Выбираешь, кого убить первым?       - Нет. Хотел предложить вам союз.       Стоп. В каком из ста случаев опытный профи (и тем более весьма симпатичный) решит подружиться тем, кого убьют в первые часы игры? Наверное, ни в каком.       Ловушка ли это?              - Что же...ну, классно. Мы ещё подумаем, но спасибо за приглашение.              - Не хочешь прогуляться по центру?       Тигнари мотнул головой.       - Спасибо, но нет. Ещё жду стилиста.       - Если передумаешь - скажи.       И Сайно просто ушёл, оставив лиса совершенно одного. Куча вопросов роились в голове, начиная от "что вообще сейчас произошло?" и до "Какого хера?".       Если это не сон, то все действительно хреново. На всякий случай фенек ущипнул себя за предплечье. Он не спит.       Вот дерьмо.

      * * *

      За всё время ожидания у Тигнари затекли не только ноги, но и сам хвост. В помещении стало немного холодно и душно одновременно. Звук открытой двери.       - И ты меня до сих пор ждёшь, лисёнок? - очень выразительный и бархатный тембр переливался и словно ласкал слух. Достаточно необычный способ привлекать к себе внимание. Но, если быть до конца откровенным, то Тигнари слушал вошедшую лишь краем уха: все его мысли были прикованы к странному и очень загадочному трибуту из дистрикта два.       - Мне кажется, что мне тут не особо рады. Гандхарва, повернись ко мне лицом, - продолжила свой разговор в одну сторону женщина, - хочу взглянуть на объём работы.       - Яэ Мико, рад Вас видеть.       На вид даме было не больше тридцати пяти, однако угловатые черты лица и ярко выраженные скулы прибавляли возраст. Хитрый блеск лисьих глаз было видно даже через солнцезащитные очки в золотой оправе. Длинные волосы цвета цветущей сакуры были собраны в аккуратный хвост, заплетённый резинкой ближе к кончикам, выдавая объём причёски. Одежда выглядела сочно и со вкусом: короткое белое платье, расшитое сплетениями золотого и блестящего, длинный чёрный пиджак нестандартного кроя и, конечно же, массивные металические серьги с огромными камнями аметиста и мелкими вкраплениями алмазов.       - Хм, всё не так уж и плохо, как мне рассказывали, - женщина рассмеялась, - были бы мои годы...возможно и сходила бы на свидание с таким ушастиком.       - А Вы, как я погляжу, тоже не чистокровный человек. - саркастично подметил Тигнари, перекидывая одну ногу на другую.       - Острый язык - не всегда хорошее оружие. Помни об этом, когда выйдешь на интервью с Цезарем.       - Вам ли не знать, госпожа Яэ. Надеюсь, что Вы не станете меня одевать в какое-нибудь женское платье, как того парня из второго.       - Пхах, ты про Горо? Ох, он такой славный малый...как же я счастлива, что он смог выжить в такой резне!       - Сарказм? - и недовольный взгляд.       - Всё возможно. Поэтому раздевайся.)

* * *

      Сила двух дам была неравной: Кудзё Сара из второго так грозно сверлила взглядом Шаану, что вторая невольно пялилась назад, продолжая крепко сжимать в руках свое копье.       - Ты хочешь умереть?! - закричала темноволосая, натянув тетиву лука. Она целилась прямо в сердце, в её янтарных глазах светился огонёк злобы.       - Попробуешь выстрелить...и сразу же получишь эту палку в лоб! Но знай - я предупреждаю лишь один раз. Второго ты уже не увидишь.       - Ненормальная! Я сильнее, чем ты!       Самые мучительные минуты обжигающей боли происходили здесь, прямо над обрывом, откуда открывался живописный вид на всю арену. Длинные уши Шааны недовольно подрагивали, ловя каждый порыв ветра и прислушиваясь к посторонним звукам.       - Так почему же не стреляешь? - решительно спросила девушка. - У тебя было столько возможностей скинуть меня вниз, но ты лишь продолжаешь стоять и ждать! Ты боишься замарать свои руки?!       - Заткнись! Заткнись! Я убью тебя! Прямо сейчас! - оба трибута были на грани истерики.       - У тебя сильно дрожат руки. Промахнёшься.       Состояние Шааны было схоже с человеком, который идёт по минному полю: уже устал бояться и лишь ждёт, когда его разорвет на мелкие кусочки.       - Тогда прощай! - и Сара отпустила тетиву, пустив стрелу прямо в девушку. На траву попали горячие капли крови, в районе плеча виднелось оперение, каждое малейшее движение отдавало во всем теле скупой болью. Попала, прямо в плечо.       Стиснув зубы от боли, девушка замахнулась и побежала на Кудзё. Удар, ещё один - на землю, словно водопадом, начала литься кровь. Её не становилось меньше. Всё поле битвы двух живых девушек превратилось в кровавое месиво. Но, в конце концов, Сара упала вниз без сил, безмолвно передавая в руки к Шаане собственную судьбу, висевшую на волоске.       - Я тебя не убью. Хочу, чтоб ты ещё пожила. - Лиса прошипела каждое слово, грозно глядя на поверженного врага, но счастья от победы не испытывала.       Рассечённая губа продолжала кровить и отекать. Под глазом виднелся огромный фингал, а во рту собиралась слюна со вкусом крови. Сидящая на коленях побеждённая выглядела ещё хуже - много колотых ран, кровавые подтёки по всему лицу и уже оставший пыл драки. Её глаза смотрели мертвым взглядом в одну точку, не отрываясь ни на что.       Что может сломать человека сильнее, чем пытки и страдания? Что может быть больнее, чем непризнание семьи? Что может стать смертельнее, чем быстродействующий яд?       Разрушенная Надежда, разбитая на миллионы кусочков. Её не собрать - порежешься так, что в венах не останется крови, а в глазах слёз.       Вдруг Сара прикрыла глаза и, наклонившись чуть вбок, упала наземь. Её короткое каре закрыло лицо. Тело не двигается, разум заторможен. Девушка хотела встать, но что-то словно вновь опускали вниз, заставляя лечь на холодную траву. Лук давно выпал из рук и остался валяться где-то позади, поэтому теперь девушка открыта со всех сторон.       - Лиса...белый туман, что застилает мне...обзор... - из-за прибывавшей крови во рту, что проливалась на траву, говорить с каждой секундой становилось всё сложнее. На гортань и лёгкие словно давило несколько килограммов стали. - Это...и есть...смерть?       Но в ответ Кудзё услышала лишь печальный вздох. Ещё секунда - и Шаана села рядом, положив своё копье на землю и начав нежно трепать тёмные локоны волос.       - Я не знаю точно, - и, чуть подумав, девушка продолжила. - Мне очень жаль, что так получилось.       Тело Сары вдруг резко пронзила предсмертная судорога. Зрачки сузились, а в уголках глаз скопилась влага.       - Семья...победа...верность...       На все вопросы смогло ответить только одно слово - Любовь.       - Я тоже сражаюсь не ради себя, а ради семьи и людей, что живут в девятом. Прости. Это была вынужденная мера для того, чтобы выжить. В правилах победить может только один.       Тело пронзило ещё несколько судорог. Холодный пот градом стекал со лба девушки и Шаана не нашла ничего лучше, кроме как медленно стирать их, каплю за каплей. Но вот всё прекратилось: и неразборчивый шёпот, и резкие импульсы, и стук сердца.       Прозвучал ещё один взрыв из пушки, но на этот раз лиса не смогла сдержать слёз, разрыдавшись прямо над лицом Сары. Горячие капли слёз падали на щёки и лоб. Дрожащими руками выжившая девушка застегнула куртку уже погибшей соперницы и одними большими пальцами стёрла влагу с лица. Теперь, после всего того, что произошло до этого мгновения, казалось, что она просто спит болезненным сном, но уже засохшая кровь на губах портила весь мираж.       Осталось всего четыре человека.