Глава 71
28 сентября 2024 г., 13:20
Жон пнул Нору под столом.
Его усилия так ни к чему и не привели.
— Мы с твоим отцом тобой недовольны, – сказала она, довольно точно скопировав тон строгой матери и тем самым лишь подлив масла в огонь кошмара Блейк. – Мы тебя воспитывали не так. По крайней мере, я надеялась, что не так.
— Вы меня воспитывали слабой, – возразила ей Блейк. – Вы меня воспитывали в иллюзии о том, что с людьми возможно подружиться, если продемонстрировать им отсутствие угрозы с нашей стороны.
Она стукнула маленьким кулачком по столу и добавила:
— Но это! Не! Работает!
— Не смей повышать на меня голос.
— Блейк, Но-... Кали. Почему бы нам всем не успокоиться? – поспешил вмешаться в разговор замаскированный под Гиру Жон. – Мы – одна семья. Нам нужно просто всё обсудить и-...
— А чем мы, по-твоему, сейчас занимаемся? – перебила его Нора. – Обсуждаем.
— Ты не обсуждаешь, а кричишь на меня, – буркнула Блейк.
— Я – твоя мать! – крикнула Нора. – Я тебя родила!
— Я уже взрослая!
— В лучшем случае – подросток! И сейчас принимаешь наитупейшее подростковое решение присоединиться к террористам-психопатам просто потому... Я даже не знаю, почему ты его принимаешь! Ты живешь на Менаджери. Здесь нет людей, которые могли бы проявить по отношению к тебе хоть какую-то жестокость.
— Но люди есть там, на большой земле. Как и фавны. И у тех фавнов нет нашей защиты. Я не собираюсь спокойно сидеть, пока они страдают! Я... Мы обязаны им помочь. И если вы не желаете этим заниматься, то за дело возьмусь я.
— О чем потом горько пожалеешь!
Жон едва слышно застонал.
Нора несколько перебарщивала с подпитыванием чувства вины Блейк, отлично исполняя роль персонажа кошмара. И в этом бы имелся определенный смысл, если бы в реальности Блейк до сих пор придерживалась взглядов Белого Клыка.
— Доченька, – произнес он. – Дай нам с твоей мамой пару минут на то, чтобы немного посовещаться, ладно?
Блейк фыркнула.
— Совещайтесь, – пожала она плечами. – Возможно, тебе даже удастся вытащить из ее задницы то, что мешает ей увидеть правду.
— Блейк! – рявкнула Нора. – Да будет тебе известно, что в моей заднице ничего и никогда не бывало! Мы с твоим отцом занимались исключительно скучным сексом в скучной миссионерской позиции, так что-...
— Фу! Мама!
— Один момент! – вновь подал голос Жон, подхватив Нору сзади за подмышки и потащив прочь.
Когда щелкнул замок двери, он повернулся к ней и спросил:
— Что это вообще было? Я же сказал, что нам необходимо вести себя естественно!
— Я и вела себя естественно, – спокойно ответила ему Нора.
— Что?.. – растерянно уставился на нее Жон, изо всех сил пытаясь осознать сказанное.
— Разве родители обычно ведут себя не так?
— Нет!
— Правда? – уточнила Нора, причем в ее голосе звучало не столько огорчение, сколько удивление. – Хм. Всегда думала, что всё происходит именно так. Наверное, стоит тебе напомнить, что у меня не было семьи. Я – сирота. Если всё это учесть, то, полагаю, справиться с ролью матери у меня получилось довольно неплохо.
"Да, она же действительно сирота!"
Жон хлопнул себя по лбу.
Разумеется, Нора понятия не имела, как должны были вести себя родители в настоящей семье, и черпала информацию исключительно из глупых телевизионных сериалов.
— Во-первых, твои родители не мертвы, – вслух произнес он. – Я, между прочим, стою прямо перед тобой.
— Фу, – скривилась Нора. – Я с этим соглашаться не собиралась и не собираюсь. Понимаю, что некоторых девушек заводит, когда они называют своего ровесника "папочкой", но я не из их числа.
— Во-вторых, у Блейк родители тоже живы, – проигнорировав ее ворчание, продолжил Жон. – И чем лучше мы скопируем их поведение, тем меньше к нам потом возникнет вопросов.
— Как это сделать? – поинтересовалась Нора. – Мы их никогда не видели и понятия не имеем, как они себя ведут.
Это действительно было так. И пусть Жон однажды встретился с Кали Белладонной, но поскольку та была порождением кошмара Блейк, призванным лишний раз заставить испытать чувство вины, в том, что у нее имелось хоть что-то общее со своим оригиналом из реального мира, он серьезно сомневался.
— Просто постарайся проявить чуть больше понимания. Не забывай, что Блейк и в самом деле взрослая. Дави на логику, а не на эмоции. И помни, что нам не требуется побеждать. В прошлом она всё равно присоединилась к Белому Клыку, и родителям ее переубедить так и не удалось. Не стоит переворачивать всё с ног на голову.
— Потому что тогда мы рискуем устроить временной парадокс? – уточнила Нора.
— Нет, – покачал головой Жон, вспомнив слова Озпина о том, что историю его Проявление вовсе не переписывало. – Потому что Блейк проснется в недоумении, с памятью обо всём, что мы с тобой сделали в роли ее родителей, и закономерными вопросами к нам.
Развернув Нору по направлению к двери, Жон добавил:
— А теперь пойдем-ка продолжим общение с нашей дочерью.
Когда они вернулись обратно, то внезапно обнаружили, что компанию Блейк составлял Адам Таурус.
Жон его сразу же узнал, несмотря на довольно юный возраст.
Клеймо на месте глаза закрывала маска, только поменьше размером, чем во сне самого Адама. Впрочем, это было как раз вполне логично. Наверняка он менял ее по мере роста точно так же, как и любой другой элемент одежды.
— Это еще кто?! – спросила незнакомая с ним Нора.
— Мама. Папа, – сказала Блейк. – Это мой парень Адам.
Нора вскинула руки к потолку.
— Я думала, что мы тут собрались обсудить твое решение стать террористкой! – воскликнула она. – И стоило нам ненадолго отойти, как всё превратилось в знакомство парня дочери с родителями?!
Жон пнул ее по ноге.
К счастью, сама природа сна не позволяла Блейк заметить и осознать некоторые несостыковки.
— Адам изначально присутствовал при нашем разговоре, – произнесла она, даже не покривив душой, поскольку для нее это действительно было так.
— Само собой, – поспешил подтвердить Жон, пока Нора не взорвалась новыми воплями. – Думаю, твое внезапное решение нас слишком сильно шокировало, чтобы мы заметили кого-либо еще.
Он с некоторым усилием заставил Нору сесть за стол, после чего устроился рядом с ней и спросил:
— Как у тебя дела, Адам?
— Довольно неплохо, сэр, – отозвался тот.
Судя по едва ли не откровенной насмешке в обращении "сэр", отношения между ним и Гирой оставляли желать лучшего.
Впрочем, Жона всё это ни капельки не удивляло.
Многие отцы терпеть не могли первых парней своих дочерей – вероятно, просто потому, что когда-то сами были точно такими же и знали, что подростков обычно интересовала совсем не романтика.
С другой стороны, на мнение родителей серьезное влияние оказывал их собственный негативный опыт десятков лет разочарований и неудач в личной жизни. И потому возникал вопрос: а как именно Жон должен был повести себя в подобной ситуации?
Ему хотелось думать, что однажды он станет замечательным отцом. Но разве не все так считали? Хоть кто-нибудь потирал руки, с нетерпением ожидая в будущем получить возможность испортить жизнь своим собственным еще не родившимся детям?
В общем, Жон оказался в сложном положении.
Но еще не стоило забывать о том, что Адам Таурус официально считался террористом, а потому некоторая настороженность была вполне простительна.
— И каковы твои намерения относительно моей дочери?
Блейк со стуком опустила голову на столешницу.
— Папа, нет!
— Я намерен ее защищать, – спокойно ответил ему Адам.
— Никакого упоминания любви я так и не услышал, – заметил Жон.
— Сомневаюсь, что вы действительно желаете услышать о том, как и в каких позах мы с вашей дочерью будем любить друг друга.
— Адам! – закашлявшись, прохрипела Блейк.
— Правильно сомневаешься, – слегка прищурившись, подтвердил Жон.
— И к слову о защите, – вставила Нора. – Вы хотя бы презервативы используете?!
Тут наступила очередь Жона закашляться.
Насколько ему было известно, Блейк в своей жизни ни разу не беременела. И да, он никак не мог назвать себя знатоком ее биографии, а потому Блейк вполне могла завести с Адамом ребенка и тем или иным способом его потерять. Но в такой версии Жон серьезно сомневался. В конце концов, подобный эпизод точно бы появился либо в ее кошмарах, либо в кошмарах Адама.
— Мама! – воскликнула Блейк. – Да! Мы используем презервативы! И хватит уже об этом говорить!
— Хорошо, что используете, – кивнула Нора, откашлявшись в кулак и с намеком посмотрев на Жона. – Продолжайте в том же духе. Нам не нужны внезапные беременности, не так ли, Гира?
"Мое Проявление. Она имеет в виду мое Проявление..."
— Не будет никаких внезапных беременностей, – прошипел Жон. – Потому что никто ни о чем подобном и не говорил, пока ты, моя дорогая жена, не подняла данную тему. А теперь прекрати, пожалуйста, увеличивать шансы на какую-нибудь неожиданность!
— Я всего лишь проявляю осмотрительность!
— Эм... – с недоумением протянула Блейк, переведя взгляд с Норы на Жона и обратно. – О чем вообще идет речь?
— Ни о чем!
— Ни о чем, милая!
Она повернулась к Адаму, надеясь хоть от него услышать какие-нибудь объяснения, но тот лишь пожал плечами, как бы говоря, что своих родителей Блейк должна была знать лучше, чем он.
— Давайте вернемся к тому, что я решила стать террористкой.
— Да, давайте, – согласился с ней Жон. – Раз уж мы закончили кричать друг на друга-...
— За себя говори, – проворчала Нора.
— ...и готовы спокойно всё обсудить, как и полагается взрослым фавнам. Во-первых, Блейк, почему ты вообще решила стать террористкой?
— Чтобы бороться с жестокостью и притеснениями, направленными против фавнов, – ответила она.
— Хорошо, – кивнул Жон. – А чем именно в данном несомненно достойном деле способен помочь терроризм?
— Он создаст в головах у расистов страх перед потенциальными последствиями их действий, – привела неожиданно неплохой аргумент Блейк. – Сейчас компании вроде ПКШ пользуются полнейшей безнаказанностью. Система правосудия не работает, а потому мы должны придумать и воплотить в жизнь собственные механизмы воздаяния, которые заставят людей дважды задуматься перед тем, как обидеть фавна.
И это звучало весьма убедительно, пусть Жон и знал, что на практике ничего хорошего из их затеи не выйдет.
— Да, мир стал бы гораздо лучше, если бы каждый получал по заслугам, – вздохнул он. – К сожалению, конкретно наш крайне далек от идеала. И потому я не могу не спросить: ты продумала последствия своих действий для невинных фавнов? Допустим, до тебя дотянуться плохие люди не смогут. Но не считаешь же ты, что они просто успокоятся и не обрушат свой гнев на более доступные цели?
Адам открыл было рот, чтобы возразить, но Жон не дал ему это сделать:
— Я бы предпочел выслушать мнение моей дочери.
— Наше с ним мнение совпадает, – сказала Блейк.
— Тогда озвучь его, – попросил ее Жон. – Ему я не отец, чтобы что-либо запрещать и ставить это самое мнение под вопрос.
Блейк что-то тихо проворчала себе под нос, прежде чем начать говорить:
— Я знаю, что винить начнут всех фавнов, и знаю, что отношение людей к нам еще больше испортится. Но они и без того нас порабощают. Фавны умирают на рудниках ПКШ, пап. Мы не можем это игнорировать. Твой подход не сработал. Вы с мамой шли по своему пути еще до моего рождения, но так ничего и не добились.
"Искоренить расизм оказалось не очень-то и просто. Кто бы мог подумать?"
— Не говори об отсутствии успехов у твоего отца в таком тоне, – вмешалась Нора. – Для него это крайне чувствительная тема.
Жон в очередной раз пнул ее под столом.
— Спасибо, любовь моя, – вслух произнес он. – Ты всегда готова меня поддержать. Кхем... Блейк. То, что у нас не получилось, вовсе не значит, что метод не работает. Насилие же и вовсе не принесет ничего, кроме нового насилия.
— В прошлый раз мы победили...
"Восстание фавнов..."
Жон не знал о нем до начала учебы в Биконе, но вовсе не из-за собственной тупости. Просто образование в Анселе было не слишком хорошим, и таким предметам, как история, в небольших поселениях обычно особого внимания не уделяли.
— Времена изменились. Атлас стал еще сильнее и способен причинить нам немало вреда.
— Наплевать! – рявкнула Блейк. – Я приняла решение и вовсе не спрашиваю у вас позволения, а ставлю перед фактом!
Мир вокруг размылся, намекая на то, что она посчитала их спор оконченным, а ее подсознание принялось менять декорации.
— Не смей убегать от серьезного разговора, юная леди! – крикнула вдогонку Нора. – Я еще не успела высказаться по поводу твоего отвратительного выбора парня!
***
Вокруг пылало пламя и слышались вопли ужаса. — Эм... – пробормотала Нора, оглядевшись по сторонам и встав поближе к Жону. – Это же всё не по-настоящему, правда? — Не по-настоящему, – подтвердил он. – Мы по-прежнему во сне. Если поискать источник воплей, то ты, скорее всего, никого не найдешь. — Да? Хорошо. Ох, ну и дочка же у нас... – покачала головой Нора, но тут же поспешила исправиться: – У них. Да, именно у них. Я оказалась полностью права, когда говорила, что среди наших друзей Блейк – самый худший кандидат на роль ребенка. Представь себе Вайсс. Готова поспорить, что в детстве она была очень милой и старательной! Наверное, даже излишне старательной. "Вполне возможно..." Честно говоря, Жон знал только то, что Вайсс с детством не повезло, и если они с Норой внезапно займут место ее родителей, то хуже при всём желании не сделают. Хотя, конечно, им придется очень сильно постараться вести себя столь же жестоко, чтобы не вызвать потом лишних подозрений... В общем, родителям Блейк Жон точно не завидовал. В небесах раздался рев. — Это не монстр, – посмотрев туда и прищурившись, произнесла Нора. – Больше похоже на... двигатель? Воздушный корабль снизился, заливая землю огнем. "Напалм..." Жон мгновение созерцал данную картину, пока испуганный вопль Норы не привел его в чувство. Взмахнув рукой и задействовав ауру, он повторил жест персонажа из увиденного в детстве мультфильма, позволяя крепкому каменному барьеру вырасти прямо из земли. Напалм бессильно расплескался о возникшее препятствие. — Что?! – удивленно воскликнула Нора. – Как это?! — Мы находимся во сне, – напомнил ей Жон. – Здесь нет ничего настоящего и всё поддается изменениям. — А я... тоже так смогу? — Скорее всего, нет, – покачал он головой. – Сон принадлежит Блейк, а не тебе. У меня есть возможность в некоторой степени воздействовать на него благодаря моему Проявлению. Прижав Нору к себе, Жон добавил: — А теперь держись поближе ко мне. — Эм... Ты, мне, конечно, друг, но... — Держись поближе, если хочешь жить. — Эм... Хе-хе. Я сразу это поняла, – солгала Нора. – Н-но... Что тут вообще происходит? Сомневаюсь, что Атлас заливал напалмом какую-нибудь базу Белого Клыка. Блейк их атаку точно бы не пережила. "Мы тоже такое не переживем..." Жон огляделся по сторонам, но никаких знакомых зданий так и не обнаружил. Архитектура оказалась тропической и малоэтажной. Ни одного небоскреба здесь не было. В больших городах так не строили, да и выход к океану, ныне заполненный флотом Атласа, намекал на вполне определенное место. — Похоже, мы по-прежнему находимся на Менаджери, – сказал Жон. — Хм? – удивленно посмотрела на него Нора. – О, так это вторжение? Но ведь Атлас никогда не вторгался на Менаджери! — Не вторгался, – кивнул Жон. – И думаю, в таком повороте сюжета сна виноват именно я. Если точнее, то моя фраза насчет последствий решения Блейк присоединиться к террористам. О том, как "плохие люди" за это с нами обязательно поквитаются. Я имел в виду беззащитных фавнов, но она-то ради Белого Клыка бросила своих родителей. — Вот же тупая кошка! – простонала Нора. – Блейк собирается убить нас, потому что испытывает чувство вины. Погоди-ка, а мы с тобой что, и в самом деле можем здесь умереть? Ответом ей стало хмурое выражение лица Жона. — Да во имя же... Блейк, ты – полный отстой! Намерена прикончить нас, поскольку не способна избавиться от чувства вины за ошибки, давным-давно совершенные и уже сто раз исправленные! Ох! Жон был полностью согласен с Норой, но и суть кошмаров с их тягой преувеличивать всё плохое тоже довольно неплохо понимал. "Интересно, она тогда позвонила родителям и сообщила им о том, что жива, или все-таки испугалась?.." — Давай сосредоточимся на нашем выживании, – вслух произнес Жон, превращая каменный барьер в полноценный бункер. На крыше тут же начали разрываться артиллерийские снаряды, но он уже успел укрепить материал настолько, что подобная мелочь ничего не могла с ним поделать. — Это тот тип кошмаров, когда ты просыпаешься из-за смерти дорогих тебе людей, – пояснил Жон. – То есть сейчас на нас навалятся в полную силу. — Мне нужно оружие, – мрачно сказала Нора. Жон создал для нее меч. — Нет, не такое. Я предпочитаю молоты... — Ты считаешь, что мать Блейк тоже предпочитает молоты, Нора? Я, конечно, могу выдать тебе Манхильд, но на вопросы Блейк утром сама будешь отвечать. — О да, давай поставим секретность выше собственных жизней! Это же так мудро! Жон усмехнулся, приняв боксерскую стойку. Для такого здоровяка, как Гира, наверняка хватало и голых кулаков. — Ты бы поменьше меня недооценивала, – произнес он. – Это в реальности я слабее большинства наших знакомых, но здесь... Невероятно прочная стена столкнулась с подсознанием Блейк, искренне пожелавшим их уничтожить. В получившийся пролом моментально полезла орда роботов Атласа с кроваво-красными огоньками глаз. Жон взмахнул кулаком, заставив Нору испуганно вскрикнуть, и сотни железяк разлетелись по окрестностям горками металлолома. — Здесь я – настоящий супергерой! – закончил он. — А вот это, по-твоему, вообще не подозрительно?! – возмутилась Нора. – Уверена, что ее отец на такое не способен! — Не способен, – кивнул он. – Но ведь это и никак не наводит на мысли о Жоне Арке, верно? Очередной робот, отправленный в полет сильным пинком, сбил по пути кучу своих соратников и проломил в стене новую дыру. — Пусть Блейк теряется в догадках. Главное, чтобы она нас не узнала. Вытянутая вперед рука остановила целый град пуль, а щелчок пальцев отправил их обратно. — Кроме того, какая девушка не мечтает, чтобы ее отец был супергероем? – ухмыльнулся Жон. — Мне-то откуда знать? – пожала плечами Нора. – Я – сирота. — Чисто технически... — Заткнись! Я отказываюсь называть тебя "папочкой"! Нора с рычанием бросилась вперед, принявшись размахивать выданным ей мечом так, словно у нее в руках был молот. К счастью, Жон создал его неразрушимым, а от того, попадал ли он лезвием или плоской частью, результат особо не менялся. — Давай уже покончим с этими неудачниками и выберемся отсюда! – прошипела она. Жон как-то не задумывался о том, что своим бешеным сопротивлением они поставили кошмар в довольно неловкое положение. Его основная цель не была достигнута, родители Блейк не погибли, а соответственно, она сама не страдала. Но раз уж армия Атласа потерпела поражение, то следовало просто немного изменить подход. Земля содрогнулась. Лава хлынула из того самого разлома, который для поднятия своего барьера создал Жон. Вопли ужаса стали громче, и Нора поспешила вернуться обратно. Он прижал ее к себе и взмыл в воздух на тот случай, если лава поглотит вообще всё. Впрочем, замысел кошмара оказался совсем иным... Из разлома высунулась гигантская рука. Ногти впились в землю, помогая монструозной фигуре выбраться наружу – всего по пояс, но и этого уже было более чем достаточно. Демоническое создание взмахнуло кулаками, громко взревело и дыхнуло на них огнем. Жон мог принять многое. Демона в виде Адама Тауруса, например, символизирующего былые чувства Блейк к нему и то, чем он, по ее мнению, стал теперь. Или Жака Шни в качестве воплощения расизма. Генерала Айронвуда, олицетворяющего собой военную машину Атласа. Он бы спокойно отнесся и к просто чудовищу, которое бы ничего не значило, не символизировало и не олицетворяло. Но тут был откровенный перебор со стороны Блейк. — Это что, Глинда Гудвитч?! – воскликнула Нора, изумленно уставившись на их новую директрису. – Двухсотметровая демоническая Глинда Гудвитч?! Блейк, ты мне, конечно, как сестра, но с головой у тебя серьезные проблемы. — Справедливости ради, в текущем семестре команда RWBY постоянно отбывала у нее наказания, – заметил Жон. – Да и в прошлом тоже. Демоническая мисс Гудвитч снова взревела и опять дыхнула на них пламенем, вынудив отлететь немного вбок. Затем она подняла гигантскую руку и раскрыла ладонь, заставляя огромные булыжники взмыть в воздух и ринуться к ним со скоростью пули. Жон отмахнулся от импровизированных снарядов собственным телекинезом, который у мисс Гудвитч и скопировал. — А мы ее так, случаем, не убьем? – поинтересовалась Нора. – Она же не умрет по-настоящему, правда? — Не умрет, – ответил ей Жон. – Это всего лишь сон Блейк. Никакой мисс Гудвитч тут нет. — Круто! Тогда дай мне какое-нибудь оружие! В ее руках появился реактивный гранатомет. — Вот какого фига, а? – спросила Нора. – Молот мне нельзя, а гранатомет – пожалуйста? Недовольно цокнув языком, она прицелилась и тихо пробормотала: — А я-то наивно полагала, что мои сны безумные... Дымный шлейф позволял отследить полет ракеты. В реальной жизни их снаряжали различными типами Праха, но тут был сон, и Жон решил не мелочиться, накачав туда воды. Много воды. Очень много святой воды. Демоническая Глинда Гудвитч завизжала, когда ее кожа начала дымиться, а сама она принялась усыхать. Нора откинула в сторону пустой гранатомет и фыркнула, с нескрываемым удовольствием наблюдая за этой картиной (потому что наказания в Биконе назначались далеко не одним только членам команды RWBY). Издав последний вой, порождение кошмара скрылось в том же разломе, из которого и выползло. — Что дальше? – спросила Нора, когда Жон поставил ее обратно на землю. – Вторжение Атласа мы отбили, демоническую преподавательницу изгнали. Давай, Блейк. Продемонстрируй нам свою фантазию. — Гав! Гав-гав-гав! Перед ними уселся миленький щенок и начал радостно вилять хвостом. — Жон?.. – неуверенно окликнула его Нора. — Кажется, Блейк боится собак, – отозвался он. — Аф! — Ваф! — Ваф-ваф-ваф! Лай постепенно нарастал, и вскоре перед ними сидело сначала десять собак самых разных пород и размеров, потом двадцать и тридцать. В обычном кошмаре это оказались бы бешеные твари с вываливающейся изо рта пеной, но именно таких Блейк и не боялась. Бешеных псов она просто убивала. Куда больше пугали ласковые щеночки, на которых даже у нее не поднималась рука. Теперь же большая стая ласковых щеночков окружила их, вызывая у Норы счастливый визг. И да, для Блейк всё это по-прежнему оставалось кошмаром – самым настоящим ужасом во плоти. А потому ее подсознание воспользовалось против них именно такой тактикой. — Жон! – радостно хихикая, крикнула Нора. – Не убирай их! Только не убирай! Ее реакция породила в декорациях пылающего Менаджери целое море щеночков, которым тоже отчаянно требовалось чье-нибудь внимание. Пушистая волна милоты захлестнула их с головой. К сожалению, на том сон и завершился. Жон с Норой вылетели в реальность, а из комнаты команды RWBY донесся полный ужаса вопль.***
— Это было ужасно, – пожаловалась за завтраком Блейк. – Мне снилось, как моих родителей пытали наиболее кошмарным способом из всех возможных. И еще все старались их убить, а я... послужила для этого причиной. Остальные члены команды RWBY гладили ее по спине, выражая свое сочувствие. Как, впрочем, и то, что уже простили Блейк за столь раннюю побудку. Члены команды JNPR пытались вести себя схожим образом, но им приходилось куда тяжелее. Рену и вовсе с огромным трудом удавалось удерживать серьезное выражение лица. — Очень странный сон, – добавила Блейк. Жон с Норой моментально напряглись. — Странный? – переспросила Пирра. – В чем именно это заключается? — Мой отец в нем был невероятно сильным. Он практически в одиночку победил целую армию роботов. А потом... – сказала Блейк, немного замявшись. – Потом появился гигантский монстр. Она покосилась на мисс Гудвитч, которая завтракала не так уж и далеко от них. Нора ткнула Жона локтем в бок и ухмыльнулась. — Но даже этот монстр не идет ни в какое сравнение с тем, что случилось после, – продолжила Блейк. – Их заживо погребли эти... чудовищные чудовища. — Гриммы? – уточнила Янг. — Хуже, – покачала головой Блейк, не став ничего объяснять, поскольку понимала, что тогда ее поднимут на смех. – Самые жуткие твари в мире. Просто... не понимаю, почему мне всё это приснилось. Белый Клык остался в прошлом. Я даже никаких угрызений совести больше не ощущаю. — Возможно, ты испытываешь чувство вины перед родителями, – предположила Руби, тем самым избавив Жона с Норой от необходимости пытаться аккуратно донести до Блейк известную им информацию. – Ты ведь позвонила им после того, как ушла из Белого Клыка, правда? Блейк промолчала. — Ведь позвонила же? – с нажимом спросила слегка прищурившаяся Вайсс. – Отсюда до башни МКП буквально два шага. Ты же не могла не сходить туда и оставить их и дальше пребывать в неведении о твоей судьбе, да? По лбу Блейк скатилась капля пота. "Так и не позвонила..." — Ну что же, – произнесла Янг, поднимаясь из-за стола и хватая Блейк за подмышки, пока Руби с Вайсс взялись за ноги. – Мы вас потом догоним. Блейк предстоит серьезный разговор с родителями. Нора шутливо вскинула руку к голове. — Вперед, солдаты! И знайте, что мы вами гордимся! Когда команда RWBY в полном составе покинула столовую, она хмыкнула и уже гораздо серьезнее добавила: — У Блейк все-таки огромные проблемы с головой. "Жуткие твари". "Чудовищные чудовища". Да это было самым лучшим из всего того, что я пережила за последние много-много лет! Пирра печально вздохнула. — Хотела бы я утонуть в щеночках и быть замужем за Жоном. Рен с намеком откашлялся. — Что? – поглядев на него, спросила Пирра. – Просто мне нравятся щеночки. — Я имел в виду вторую часть, – пояснил он. – Впрочем, неважно. По крайней мере, вам обоим удалось выбраться из ее сна не только живыми, но еще и не став родителями. Думаю, это успех. Нора швырнула ему в нос кусочек тоста. — Это не успех, а кошмар, Ренни. Из Жонни получился отвратительный муж! — Я ведь даже ничего не сделал! — Вот именно! Мы были женаты всего ночь, а ты не совершил ни единого романтического поступка, – под смех Пирры проворчала Нора. – Самый худший муж из тех, что у меня когда-либо были. — По твоей же собственной логике, я еще и самый лучший муж, – обиженно буркнул Жон. — И вдобавок отец, – напомнил Рен. — Нет! Фу-у! – отложив в сторону блинчик, скривилась Нора. – Весь аппетит мне испортили. Фу-фу-фу! Я целую ночь была замужем за собственным отцом! Меня сейчас стошнит! Она сунула два пальца в рот. — Буэ! "Придурки. Кругом одни придурки".
