В твоих самых диких фантазиях

      Синдер не стала возражать против того, чтобы ее разоружили. Собственно, практически никакого оружия она с собой и не носила.       Возможно, Воттс считал, что Синдер позабыла о своей способности призывать лук и клинки, поскольку Жон вложил ей в голову воспоминания исключительно о мирной жизни, а потому теперь полагалась на что-нибудь другое. Наверное, так и должно было произойти. Проявление у Синдер осталось, но пользоваться им она не могла, попросту убедив саму себя в отсутствии подобных способностей.       Воттс вывел их на пирс, но повел не в сторону леса, а в противоположную – туда, где за одним из складов оказался спрятан Буллхэд.       — Если думаешь, что мы в него залезем, то глубоко заблуждаешься, – покачала головой Вайсс.       — Мне хорошо известно о пока еще слишком низком уровне доверия между нами, – ответил ей Воттс.       — И виновата в этом муть, которую ты наводишь вместо того, чтобы прямо сказать, чего от нас хочешь, – пожала плечами Вайсс.       — От нас и от Проявления Жона, – добавила Блейк.       Воттс усмехнулся.       Свой револьвер он так и не опустил, держа направленным на девочек, но почему-то не на Жона. И это оказалось довольно странно. Воттс же должен был понимать, что не сумеет с ними справиться.       "Таким образом успокаивает себе нервы? Пытается ощутить хоть немного контроля над ситуацией?"       Если бы кто-нибудь из них умел управлять Буллхэдом, то никакого разговора вообще бы не состоялось. Они бы просто скрутили Воттса и улетели отсюда. К сожалению, обучать первокурсников такого рода вещам никто не спешил.       — Я точно не хочу, чтобы он попадал ко мне во сны и играл с моими разумом и телом, – произнес Воттс. – И думаю, кое-какое доверие с вашей стороны уже успел заработать.       — Вот этим? – уточнил Жон, кивнув в сторону парома.       — Не только, – вздохнул Воттс. – Именно я не позволил Салем отыскать вас после того свидания. Пришлось направить ее по ложному следу, чтобы купить вам всем немного времени.       "Правда?.."       Пожалуй, теперь получало свое объяснение странное отсутствие погони в тот день. Да и не так уж сильно это отличалось от того, что Воттс сделал во время сегодняшних событий.       — И почему же? – не сумел удержаться от вопроса Жон.       — По большей части из-за чувства самосохранения, – с усмешкой ответил ему Воттс. – Салем держала бы тебя в своей башне, где на небольшом участке пространства оказались бы заперты ты, я и она. Ей-то на твою жажду мести, возможно, и наплевать, а вот я бы вряд ли пережил неизбежный в подобной ситуации визит в мой сон.       Ну, хотя бы в логике Жон ему отказать не мог.       — Но даже если не учитывать данный фактор, то зачем мне усиливать Салем? – продолжил Воттс. – Ты знаешь, какая у нее конечная цель? Уничтожение всего живого на Ремнанте. Соглашусь с тем, что если вырезать всё человечество и оставить одного меня, то средний уровень интеллектуального развития устремится куда-то в небеса, но подобная перспектива всё равно почему-то не радует.       — Так зачем же ты к ней присоединился?       — Чтобы достичь собственных целей, разумеется. Зачем же еще? Никто не говорил, что я обязан ехать на этом поезде до конечной. Люди постоянно используют друг друга. Не все же такие идиоты, как Тириан с Хазелом. Я оставался с Салем ровно до тех пор, пока нам было по пути, и с самого начала намеревался вовремя соскочить. Мало того, что ее усиление в мои планы никогда не входило, так еще и одержимость тобой развела наши с ней дорожки заметно раньше намеченного мной срока.       — Мне что, извиниться? – поинтересовался Жон.       — Нет-нет, в этом нет ни малейшей нужды, – улыбнулся Воттс. – Твое Проявление позволяет получить крайне интересную научную информацию, и я, будучи настоящим ученым, предпочитаю наблюдать за ходом эксперимента со стороны.       — Ближе к делу, – попросила Вайсс. – Чего конкретно ты хочешь?       — Есть несколько человек в Атласе, которым следует умереть.       — Мы не убийцы! – возмутилась Руби.       Остальные члены ее команды явно испытывали схожие эмоции.       — А вам и не надо, – пожал плечами Воттс. – Арку всего лишь нужно попасть в их сны. Мне наплевать, как быстро и каким способом это произойдет. Какого-нибудь рака будет вполне достаточно.       — Это отвратительно!       — Ты ведь имеешь в виду тех, кто "отметился" во время шоу талантов, верно? – уточнил Жон.       — Ш-шоу талантов?! – прошипел Воттс. – Это было не какое-то там "шоу талантов"! Это был наш шанс получить финансирование для своих проектов от армии! Шанс обрести признание и стать одними из самых выдающихся умов Атласа! Если ты знаешь о "шоу", то должен знать и о том, что тогда произошло!       — Тебя нечестным приемом вывели из игры, а судьи отказались от повторного рассмотрения твоего изобретения даже несмотря на предоставленные им доказательства саботажа.       — Да! – воскликнул Воттс, выглядя одновременно и разозленным, и довольным тем, что хоть кто-то ему поверил. – Да! Ты видел всё собственными глазами! Коррумпированные ублюдки боятся с этим согласиться, поскольку заодно им пришлось бы признать и сам факт наличия коррупции в их рядах. Армия, как и любая другая крупная организация, предпочитает защищать прежде всего саму себя. Вон та бывшая террористка наверняка неоднократно сталкивалась с подобными вещами. Все преступления против фавнов заметаются под ковер, чтобы не выставлять военных в плохом свете. Самих преступников в лучшем случае просят тихо уйти в отставку и платят им щедрую пенсию. С правосудием они не встретятся никогда.       — Это не оправдывает убийства.       — А что тогда оправдывает? Или кто-то здесь считает, что представшие перед судом преступники понесут наказание? Нет, не понесут. Они и правят судами. Они и есть закон, а все их действия, разумеется, направлены исключительно на благо страны. Но скажите мне, что делать, если органы правосудия отказываются наказывать виновных? Упиваться собственным моральным превосходством? Пф! Только полный дурак будет думать, что что-то изменится само по себе. Бездействие лишь подталкивает их к еще более зверским преступлениям.       Здесь Воттс был прав, как бы Жону ни хотелось обратного.       Атлас постоянно нарушал законы и правила. Тут достаточно было вспомнить их попытку провести Пенни в качестве участника турнира Фестиваля Вайтела. Или, например, требование об экстрадиции самого Жона. Наверняка они собирались поступить с ним точно так же, как и Салем: запереть где-нибудь у себя и использовать в собственных мутных целях.       Атлас создавал правила под свои нужды и навязывал их окружающим.       Вот только Воттса справедливость ничуть не интересовала. Он желал исключительно мести за нанесенные ему когда-то обиды.       — Как насчет того, чтобы улететь отсюда и продолжить разговор в другом месте? – спросил Жон.       — Нет уж, – рассмеялся Воттс. – Я не вчера родился.       — Но ты почему-то считаешь, что если мы на что-нибудь согласимся, то слово обязательно сдержим, – заметила Блейк. – И это довольно странно. Ты ведь нам не доверяешь. Так в чем подвох?       — Всё очень просто. Со мной полетит Арк. Один. А вы пойдете отсюда пешком, поскольку Салем не интересуете.       — Эм... – протянула Руби. – Нет.       — Да ладно вам, – улыбнулся Воттс. – Арк умеет драться. А еще у него есть аура. Ничего ему не грозит. Честно говоря, тут именно я рискую, потому что от смерти меня будут отделять только его принципы и некоторая наивность.       Такой вариант вполне мог сработать. Если Воттс не полетит прямиком к Салем, то Жон всегда успеет разобраться с ним и спрыгнуть с Буллхэда. В конце концов, кое-чему церемония посвящения в Биконе его всё же научила. Вот только оставлять всех здесь совершенно не хотелось.       — Предлагаю альтернативу, – произнесла Блейк. – Мы обезвреживаем тебя и улетаем на Буллхэде. Я умею им управлять. В Белом Клыке, как выяснилось, можно получить и куда более странные навыки...       Грохнул выстрел.       Блейк почти удалось перехватить своим клинком выпущенную из револьвера Воттса пулю. Почти удалось. Но это и не имело особого значения, поскольку ее защитила вспыхнувшая аура.       Неожиданностью стало то, что сплющенная пуля превратилась в облако зеленоватого дыма, захватившее и Блейк, и находившихся неподалеку от нее Вайсс с Руби. Последняя поспешила воспользоваться своим Проявлением, чтобы выбраться из зоны поражения. Вайсс тоже не стала стоять на месте и бросилась бежать.       А вот Блейк промедлила, так до конца и не оправившись от попадания.       — Ох...       Затем она опустилась на колени и упала лицом в асфальт.       — Блейк!       Руби резко развернулась, вскинула косу и выстрелила, но не сумела удержать равновесие даже несмотря на то, что подобные маневры выполняла уже сотни раз. Впрочем, реальные масштабы проблемы Жона заставила осознать повалившаяся на землю Вайсс.       "Яд!"       Если точнее, то пули Воттса содержали в себе какой-то усыпляющий газ, от которого не защищала аура. Возможно, к потере сознания и вовсе приводила нехватка кислорода, вытесненного из легких этим самым газом.       — Б-бегите... – прохрипела Вайсс.       Руби после своего падения тоже так и не поднялась.       Синдер, находившаяся с другой стороны от Жона и потому не пострадавшая от атаки, кинулась на Воттса. Сам Жон учел ошибку Блейк и предназначенную ему пулю блокировать не стал, попросту увернувшись.       Воттс поспешил перевести свое внимание на Синдер, а той, в свою очередь, пришлось прервать атаку и начать обходить противника по дуге, зажимая его в щипцы и не позволяя вести огонь одновременно и по ней, и по Жону.       Свои боевые навыки она явно не утратила, и сегодня те, возможно, даже спасут их жизни.       Артуру Воттсу пришлось бы очень несладко, если бы в дело не вмешалась Эмеральд Сустрей. Ее внезапное нападение из-за деревьев заставило Синдер вскрикнуть, а Жона – тихо выругаться.       Она появилась в самый неподходящий момент.       Воттс воспользовался подвернувшимся шансом и выстрелил Жону под ноги. Тот постарался не вдыхать образовавшийся газ и поскорее сократить дистанцию, чтобы ударом меча оглушить надоедливого противника. Но еще на середине пути руки и ноги отказались ему подчиняться.       — Разум всегда одержит верх над грубой силой. Охотники считают, что аура делает их неуязвимыми, но это не так, – усмехнулся Воттс, спокойно прицелившись и выстрелив в асфальт рядом с головой Жона. – Не беспокойся, Салем тебя точно не получит. Сладких снов.       Очередное облако дыма очень быстро лишило его сознания.

***

      Эмеральд сражалась как одержимая, чтобы Синдер не могла помешать Воттсу утащить одного редкостного ублюдка в Буллхэд.       Конечно, лучше бы Арк сдох, но и так сойдет. Он умудрился испортить всё. Вообще всё. Забрал у нее Синдер, перевернул вверх тормашками мир и ментально убил женщину, которую Эмеральд любила.       "Нет, не убил. Она до сих пор где-то там, и я ее вытащу".       — Синдер! – крикнула Эмеральд. – Очнись! Это я, Эмеральд! Вернись ко мне!       Атаки предназначались для того, чтобы отвлечь и занять ее внимание, а вовсе не для причинения вреда. Меньше всего ей хотелось случайно убить Синдер. И ловкость, с которой та голыми руками защищалась от натиска Эмеральд, весьма наглядно доказывала, что старая Синдер никуда не исчезла. Обычная гражданская девушка так бы точно не смогла.       "Это значит, что мои усилия не напрасны".       — Синдер!       — Оставь меня в покое! – рявкнула та. – Мне нужно спасти отца!       — Он тебе не отец! Просто жулик!       — Приемный отец.       — Всё это ложь! – взревела Эмеральд, умудрившись приблизиться к Синдер настолько, чтобы поймать ее взгляд, после чего поспешила активировать свое Проявление. – И я тебе докажу!       Лучше всего она контролировала свои способности, когда те оказывались направлены лишь на одну цель. Еще больше процесс облегчало наличие настоящих воспоминаний. Тогда не требовалось создавать правдоподобные иллюзии. Жертва сама брала все необходимые детали из собственной памяти.       Синдер пошатнулась под напором пробудившихся образов.       Их первая встреча на улицах Вейла. Первый совместный прием пищи. Тренировки Эмеральд под руководством Синдер. Засада на деву Осени. Учеба в Хейвене. Прибытие в Вейл...       Пока они обе замерли, Воттс спокойно погрузил Арка в Буллхэд.       Знакомство Синдер с Арком. Побег из Бикона из-за неудавшегося покушения на него. Планы по его поимке. Предательство Меркури. Их собственное предательство по отношению к Салем...       Вновь и вновь Эмеральд демонстрировала Синдер ложь Арка.       Буллхэд завел двигатели и оторвался от земли.       — Проснись! – крикнула Эмеральд. – Тебя погрузили в сон в тот момент, когда мы его поймали! Пожалуйста, проснись!       — Гр-р!       Глаза Синдер вспыхнули знакомым золотым пламенем – как у девы. На какой-то миг Эмеральд испугалась, но появившийся в руках лук тут же развеял все ее страхи. Так умела делать только Синдер. Это было именно ее Проявление.       Развернувшись на каблуках, Синдер вскинула лук и выпустила стрелу в левый двигатель Буллхэда. Тот взорвался, заставив машину потерять управление и начать разворачиваться.       Воттс успел подняться всего на пятнадцать футов, но потеря двигателя, зацепившийся за крышу склада хвост и в итоге задранный практически вертикально вверх нос делали ситуацию довольно опасной и для него, и для всех тех, кто находился внутри Буллхэда.       Первой не выдержала крыша склада. С жутким скрежетом металла она всё же отпустила хвост, оставив себе на память небольшую его часть, но тем самым дополнительно усугубив проблему с контролем. Буллхэд вырвался на свободу, врезался в попавшееся по пути дерево и упал на опушке леса.       "Надеюсь, Арк сдох".       В конце концов, аура не защищала тех, кто спал или находился без сознания.       — Синдер, это действительно ты? – спросила Эмеральд. – Ты вернулась?..       Она даже позволила себе немного ослабить хватку Проявления.       — Да, это я, – раздраженно прошипела Синдер. – Настоящая я. Насколько далеко от нас Салем?       Понимание грозящей со стороны Салем опасности само по себе было очень хорошим знаком.       — Воттс отправил ее гоняться за другой группой. Мне пришлось сотрудничать с ним, но только ради твоего спасения.       Мысль о том, что он тоже мог погибнуть во время крушения Буллхэда, не вызвала у Эмеральд ни малейших эмоций. Воттс использовал ее ради достижения собственных целей, и их пути сейчас как раз разошлись.       — Он планировал предать Салем и воспользоваться тобой в качестве отвлекающего маневра, – добавила Эмеральд. – Пока это помогало спасать тебя, я ему подыгрывала.       — Хорошая работа, – кивнула Синдер. – Но наши планы не изменились. Берем Арка и уходим.       — После всего того, что произошло? – удивилась Эмеральд. – Синдер, он очень опасен. Ему удалось промыть тебе мозги! А ведь мог и убить!       — Признаю, что вела себя достаточно безрассудно. Второй раз это не повторится, – сказала Синдер, приблизившись к ней. – Мы подойдем к делу со всей возможной осторожностью и убедимся в том, что мои воспоминания у него подменить уже не получится.       Эмеральд позволила себе немного расслабиться.       — Но сперва нужно кое о чем позаботиться, – добавила Синдер.       — О чем?.. – поинтересовалась Эмеральд.       Возникший в руке у Синдер клинок перерубил ей шею. Голова отлетела от тела и вдруг исчезла, так и не коснувшись земли.       — Даже сейчас?! – возмутилась Эмеральд. – Ты по-прежнему веришь в его ложь после всего того, что было?!       Да, она позволила себе немного расслабиться, но именно что немного. Сначала следовало убедиться в том, что всё получилось, а потому Синдер разговаривала всего лишь с иллюзией. И как показала практика, Эмеральд перестраховывалась совсем не напрасно.       Синдер раздраженно выдохнула.       — Где ты, Эмеральд?       — Он тебе лжет! Это не твой отец!       — Я знаю. И всегда знала.       — Нет! Это не отец и не приемный отец! Арк моложе тебя, Синдер! – воскликнула Эмеральд. – Все воспоминания о нем – просто фальшивка, вложенная им тебе в голову, когда-...       — Когда я впустила его в свой сон, чтобы он наделил меня силой, – перебила ее Синдер. – Да, знаю.       Эмеральд даже закашлялась от неожиданности.       — Тогда... почему ты продолжаешь выступать на его стороне? – спросила она. – Ради силы?! Синдер, ты и вправду притворяешься его дочерью, чтобы получить дополнительные улучшения? Если так, то просто скажи! Я готова служить тебе на расстоянии!       — Да, именно этим я и занимаюсь.       Эмеральд прикусила губу.       — Я тебе не верю, – сказала она. – Ты лжешь.       — Я только и делала, что лгала тебе, – осмотревшись по сторонам, произнесла Синдер.       Эмеральд понимала, что та искала ее, и потому отступила за ствол дерева, пусть даже Синдер никак не могла ее увидеть.       — Я лгала тебе, когда вербовала в свою команду. Я лгала тебе, когда говорила, что мне не наплевать. Я с самого начала знала о твоих чувствах ко мне, Эмеральд. Знала и специально их взращивала, превращая в одержимость, чтобы ты выполняла любые мои приказы и не задавала лишние вопросы.       Эмеральд зажмурилась.       — Заткнись! – крикнула она.       — Ты знаешь, что это правда. И всегда знала. Просто тебе приятнее верить в ложь.       — Моя жизнь после встречи с тобой изменилась к лучшему! Даже мысль о том, что ты всего лишь можешь однажды ответить мне взаимностью, приносит счастье такой всеми забытой уличной крысе, как я! Да, мне приятнее верить в ложь!       Синдер рассмеялась.       Рассмеялась!       — Ох, Эмеральд. Если ты всё понимаешь, то почему же удивляешься тому, что я поступила точно так же?       — Ч-что?..       — Фальшивые воспоминания, созданные моим отцом, продержались день или два. Старые вернулись ко мне практически сразу. Его Проявление их не уничтожило, а всего лишь создало поверх дополнительный слой. Разобраться с этим удалось за несколько ночей. Но и их, и свои настоящие способности я тщательно скрывала. Или думаешь, очень сложно заметить, что и отец, и мои так называемые "друзья детства" примерно одного со мной возраста? Несостыковок было столько, что куда больше удивляет, как я сама умудрилась так убедительно им подыграть.       Синдер покачала головой, после чего продолжила:       — Но всё это ничуть не мешало мне наслаждаться этими воспоминаниями. Я могу их едва ли не пережить заново. Да, они фальшивые, но человеческий разум легко обмануть. Мне повезло испытать то, чего я была лишена... Любовь отца.       — Фальшивая любовь! – возразила Эмеральд. – Ложь!       — Ложь, – согласилась с ней Синдер. – Но это оказалось именно то, чего я хотела. То, о желании обладать чем я даже не подозревала. Каждая ночь приносит мне блаженство и новые воспоминания о жизни, которой никогда не было. Но разве не это мы называем мечтами? То, чего мы хотим, но не можем воплотить в реальности. Так вот, я свои мечты в реальности воплотить еще как могу.       Эмеральд почувствовала себя так, словно сама оказалась в кошмаре. По ее щекам потекли слезы, потому что вернуть Синдер ей уже явно не удастся.       Та окончательно бросила Эмеральд.       — Нет... Это неправда! – крикнула она. – Неправда!       — Ты в отчаянии, Эмеральд, – произнесла Синдер. – Ты нуждаешься в крохах внимания со стороны тех, кто проявил по отношению к тебе хотя бы что-то похожее на участие. Именно этой твоей слабостью я и воспользовалась. А хуже всего то, что мне ничуть не жаль. Отец во мне бы разочаровался.       — ОН ТЕБЕ НЕ ОТЕЦ!       — Отец. Потому что мне приятна ложь, которую я сама же и выбрала. А теперь уходи, Эмеральд. Знакомство со мной не принесло тебе абсолютно ничего хорошего. Я использовала тебя. Возьми пример с Меркури и найди собственный путь в жизни. Возможно, ты тоже когда-нибудь сумеешь осуществить свою мечту. Нет, не со мной – с кем-нибудь, кто будет тебя ценить.       "Нет. Нет-нет-нет. Это не может быть правдой..."       Синдер наверняка оставалась запертой во сне. Другого объяснения здесь не существовало и существовать не могло. Другого разумного и логичного объяснения. Арк наверняка перестраховался и создал несколько слоев фальшивых воспоминаний.       "Но я сумею всё исправить. Нужно только... Арк! Если убить его, то Синдер освободится!"       Эмеральд молча ринулась в сторону упавшего Буллхэда.       — Итак, – устало вздохнула Синдер. – Значит, это и есть твой выбор. И если уж на то пошло... мне жаль? Наверное, нет. Но я чувствую, что должна перед тобой извиниться. Извини, Эмеральд. Извини за то, что ты выбрала меня.       Что-то тяжелое ударило ей в спину. Эмеральд сбилась с шага и упала. В ее теле ощущалась лишь безмерная усталость.       "Возможно... Возможно, я проснусь, и всё это окажется просто кошмаром..."

***

      Синдер проследила за тем, как Эмеральд дернулась в последний раз, а затем переступила через теперь уже мертвое тело.       Стрела тут же исчезла.       Наверное, ее сейчас должны были терзать угрызения совести. Эмеральд любила Синдер, а та взяла и убила ее. Но это был всего лишь очередной грех среди миллионов точно таких же. Кроме того, совесть у Синдер давным-давно отсутствовала.       "Жон расстроится, если узнает об этом".       Она поморщилась.       — Скажу, что ее убил Воттс. Тот всё равно будет уже не в состоянии что-либо возразить. И вообще, какая дочка не врала своему отцу?       Руби, Вайсс и Блейк по-прежнему оставались без сознания, так что Синдер могла только подивиться их никчемности и бесполезности. Какими же надо было оказаться дурами, чтобы поверить Воттсу и к тому же переоценить собственные силы? Еще бы он не припас козырь в рукаве, если прямое столкновение было совсем не в его характере.       — Теперь мне придется защищать бесполезных и никчемных дур, чтобы Жон не сошел с ума от горя и чувства вины.       Но сперва следовало обеспечить безопасность именно ему. Руби, Блейк и Вайсс просто спали, а вот судьба Жона до сих пор оставалась неизвестной. И если он вдруг всё же погиб, то Синдер собиралась сделать так, чтобы весь мир почувствовал ее ярость.       "Нет, Жон не погиб. Не мог погибнуть. Высота была не такой уж и большой, а ветви деревьев дополнительно смягчили удар".       Она поспешила к Буллхэду.       Остекление кабины оказалось покрыто трещинами, рассмотреть что-либо через которые не представлялось возможным. Разве что красные следы от крови. Воттс слишком сильно спешил и шлем надевать вряд ли стал. Скорее всего, даже не пристегнулся.       "Достойный конец для того, кто считал себя умнейшим человеком Ремнанта".       Добравшись до двери, Синдер попыталась ее открыть, но безуспешно. Раздраженно зашипев, она вернулась к кабине, разбила стекло, выдернула из кресла пилота окровавленный труп Воттса и откинула его прочь, после чего проникла внутрь.       Жон лежал у дальней стены с серьезным на вид ушибом головы и кровью, стекающей по губе. Синдер выругалась и поспешила проверить его пульс.       — Живой. Хорошо.       Похоже, всё ограничилось лишь ударом лицом о стену.       Синдер закинула руку Жона себе на плечо и потащила его в сторону кабины, чтобы выбраться из Буллхэда тем же путем, каким сюда забралась.       — Идем, – сказала она. – С тобой всё будет хорошо. И извини за авиакатастрофу, но нельзя было допустить, чтобы Воттс тебя куда-нибудь увез. А выполнять ту твою просьбу о "выстреле милосердия" я изначально не собиралась.       "Нет уж. Не для того я обрела семью, чтобы сразу же ее потерять. Даже фальшивую".       Ложь не мешала ей верить в реальность происходящего. Во все те воспоминания, что Синдер могла в любой момент снова пережить. В вечеринку по поводу дня рождения, которой никогда не было, но от которой остались такие теплые чувства.       Именно человеческого тепла и не хватало в жизни Синдер Фолл. Да, сила манила, но почему ради силы ей следовало отказываться от того, что она уже имела? Что мешало получить и то, и другое?       Синдер всегда была крайне эгоистичной, и дополнительные воспоминания в данном плане абсолютно ничего не изменили.       Она положила Жона в траву рядом с трупом Воттса, поскольку обнаружила уставившегося на разбитый Буллхэд Невермора. Тот молчал и совсем не спешил нападать, просто изучая постепенно разгоравшиеся обломки.       — Так-так-так, – произнес голос, заставивший ее похолодеть от ужаса. – Кто тут у нас? Неужели предательница?       — Салем...       Синдер понятия не имела, как та умудрилась настолько близко подобраться незамеченной, особенно если учесть свиту из сотен и сотен монстров. Возможно, они успели окружить Буллхэд, пока ее внимание занимало спасение Жона.       — Вижу, ты вытащила оттуда объект моего интереса. Жаль, что Артур не выжил и не смог лично привести его ко мне.       Синдер с недоумением уставилась на Салем.       — Воттс не планировал приводить к тебе Жона, – сказала она. – У него на этот счет имелись свои планы. Или ты настолько тупа, что даже не поняла, каким образом он намеревался тебя предать?       Глаза Салем округлились от удивления.       — Действительно не поняла?! – переспросила Синдер. – Смешно. Ты тупая как пробка. Еще бы Озма при таком раскладе раз за разом не побеждал тебя тысячи лет подряд.       — Вижу, ты уже вернула себе свою прежнюю личность, Синдер. Ну что же, тем приятнее мне будет покончить с тобой. Или считаешь, что в состоянии меня убить?       — Нет, убить тебя я не могу, – покачала головой Синдер. – Ты же бессмертная.       Она опустилась на колени рядом с Жоном и нащупала рукоять револьвера в кобуре на поясе трупа Воттса, после чего добавила:       — Но я знаю того, кто в силах это сделать.       Револьвер выскользнул из кобуры. Синдер одним слитным движением сняла его с предохранителя, направила в грудь Салем и выстрелила. Пуля не встретила на своем пути никакой ауры, заставив ту сбиться с шага.       — И чего ты хотела достичь своим поступком? – с откровенной издевкой в голосе поинтересовалась Салем. – Или это жест отчаяния перед тем, как я... тебя...       Она пошатнулась.       — Что?.. Что ты сделала? Яд не способен меня убить, глупая девчонка.       Подобное заявление ничуть не помешало Салем рухнуть на колени.       — Ты бессмертна, – сказала Синдер. – Но твое тело остается человеческим. Ты не умрешь, даже если я тебе голову отрежу во время сна. Наверное, это его вообще не потревожит.       — Я с-сама тебе голову отрежу! Убейте ее! – приказала Салем. – И принесите мне голову!       А затем она окончательно повалилась на землю.       Монстры бросились в атаку, выполняя последнее распоряжение их хозяйки.       — Я свою задачу выполнила! – крикнула Синдер, призывая парные клинки под треск молний силы девы. – Купила нам время! Давай, пап! Сделай то, что больше никому не под силу!