Призрак рядом с тобой

- Сэр, наш отряд окружают и загоняют под луч, они запрашивают подкрепление. - Отправьте трёх пилотов на истребителях, пусть расчистят им путь, - голос главнокомандующего звучал, как и всегда, твёрдо. Впрочем, ситуация выходила не самой худшей из всех, в которых ему довелось побывать. Из потерь с их стороны пока был только подбитый двигатель, который уже оперативно чинили техники и астромеханики. Однако, подкрепления больше не предвиделось, тогда как Империя могла в любой момент прислать по их души ещё один звёздный разрушитель, и вот тогда им придётся уже туго. Не имея возможности уйти в гипер-пространство, их щиты рано или поздно истощатся под чужим обстрелом и их либо расстреляют, либо возьмут в плен. То, что враг смог бы незамеченным проникнуть в их повреждённый ангар, если бы не внимательно следившие за полем боя пилоты, уже говорило о многом. Внутренняя система камер тоже была частично задета в той части судна, поэтому Призраки должны были самостоятельно найти и нейтрализовать имперцев. - Командующий, капитан Синдулла на связи. - Соедините, - Сато дождался появления голограммы с лицом твилечки. - Командир, все имперцы выдворены с крейсера, - Джун позволил себе короткий вздох облегчения - одной проблемой меньше. Продолжение фразы подпортило его маленькую радость, - ...однако, вместе с ними был один из ситхов. Он до сих пор на корабле, но без сознания. Морщин на его лбу стало больше. Форсьюзеры всегда были больным местом для людей, не обладавших их способностями. Слишком сильные по сравнению с другими существами, они были непредсказуемы и от того опасны. Ему повезло, что хотя бы один из них был на его стороне. - Командир Синдулла, почему его не отправили вместе со штурмовиками? - возможно, в этом была виновата слегка сбоящая связь, или ему не показалось, и Гера правда замешкалась с ответом, пока подбирала слова. - Фантом-1 настоял на этом решении. Он считает, что ситх может знать что-то, что пригодится нам, - Джун напряжённо сощурился, глядя в глаза твилечки. Высчитывая, взвешивая. В текущей нестабильной ситуации брать в плен Инквизитора казалось рискованно. Ещё одна взрывоопасная переменная, которую неясно, сумеют ли они сдержать в случае чего. С другой стороны, если сражение обернётся не в их пользу, будет неплохой шанс выменять их жизни на ситха. Хотя он и не верил, что имперцы поступятся своей победой ради одного-единственного солдата, но это ведь был и не совсем обычный солдат. Если же им удастся уйти, то у них появится ценный военнопленный и возможный источник информации. И всё же, стоил ли риск того? - Где сейчас этот форсьюзер? Фантом-1 всё ещё с ним?

***

Сила на протяжении всей жизни Джарруса устраивала для него немало испытаний. Война, предательство, потеря мастера, отказ от пути джедая, многолетние прятки от Империи и её поныне верных Тëмных сторонников. Он считал, что, не встреть он вовремя капитана Синдуллу, то рано или поздно потерял бы смысл борьбы. Наверное, так и становятся ситхами? Во всяком случае, форсьюзер напротив него не выглядел как кто-то, способный сражаться. Меньше минуты понадобилось на то, чтобы заставить имперца упасть на пол коридора без сознания, оставшееся время потребовалось, чтобы добить находившихся рядом штурмовиков. Хотя в любой битве, в которой он участвовал ранее, расклад был ровно противоположный. Сила хранила своих детей, давала им преимущества, о которых обычный солдат не мог и мыслить, но почему в этот раз всё было иначе? Кейнан нахмурился, продолжая стоять рядом с поверженным врагом, недостойно сжавшимся на полу. Зрелище жалкое, но не в его правилах было принижать кого-то за слабость. Форма инквизитора странно виделась на явно молодом, неопытном форсьюзере - вполне возможно, ученике Гранд Инквизитора, раз тот командовал флотом. Шлем был будто гипертрофированным по сравнению с остальным мелким и низким телом. Джедай присел на корточки, чтобы снять его: ещё один образец формы имперца им не помешает. Приблизив руку к застёжке под подбородком он вдруг ощутил, как быстро бьётся на шее чужая жилка, и резко осознал - ситх до сих пор был в сознании. Словно только этого и ждавшая, Сила вдруг обрушила на него целый шквал как волны перекрывающих друг друга кричащих неконтролируемых эмоций, не поддающихся определению. Резко вдохнув, он устоял под неожиданным напором только благодаря многолетним тренировкам своего разума. Во имя Восстания, что творилось с этим бедовым инквизитором? Щёлкнув застёжкой, он медленно стянул с чужой головы шлем, ожидая сопротивления или подлянки от имперца. Но ничего не произошло, броня оказалась у него в руках, и он, наконец, смог рассмотреть лицо врага. Нет, не врага. Ребёнка. Голова и плечи прижавшего к себе пострадавшую ногу мальца подрагивали. Всё лицо было мокрым от пота и слёз, а губы, сжатые в тонкую линию, пытались сдержать рвущийся наружу стон. Стеклянные глаза, жёлто-красные, как и положено ситхам, были распахнуты насколько возможно широко, а зрачок остановился на одном месте, будто ребёнок боялся даже отвести взгляд от его ботинок. - П-пожалуйста, - что-то внутри Джарруса дрогнуло, не от неожиданно прозвучавшего слабого голоса, а выражения неподдельного ужаса на чужом лице. Такой же ужас, холодный, больной охватил всё задрожавшее тело мальчишки, растёкся в Силе подобно яду. Он пытался захватить своими отвратительно липкими сетями и мужчину, набирая силу, просачиваясь сквозь ментальные щиты. Джедай не мог больше выносить ни этой ужасной какофонии чувств, ни страдания существа перед собой. Он протянул руку и легко коснулся лба зажмурившегося при его приближении мальчишки, с помощью Силы погружая его в беспамятство. Тот сжался, тело пробила судорога, но уже через несколько секунд обмяк и затих. Кейнан проверил его пульс и удостоверился, что ребёнок дышит, а затем сам позволил себе спокойно выдохнуть. Сила, что это было? Кто этот мальчик? Инквизитор правда отправил на передовую... ребёнка? Ему на вид было лет десять-двенадцать. Или он на самом деле был куда опаснее, чем ему показалось? Он сдержал ещё один тяжёлый вздох и встал. Баталия снаружи продолжалась, время шло на секунды. Необходимо было догнать остальных и вместе с ними осмотреть, нет ли на корабле других крыс, до того, как техники закончат с двигателем, и они прыгнут. Но мальчишка поселился в его голове беспокойством, а его наполненные ужасом жёлтые глаза, вполне возможно, явятся к нему грядущим вечером, если у него вообще выдастся время на сон. Коммуникатор неожиданно запиликал, и он был вынужден оторваться от размышлений и принять вызов: - Фантом-1 на связи. - Кейнан, Зеб отрапортовал, что они закончили осмотр этого сектора. Имперцы не успели далеко зайти, наши вовремя перекрыли всё. Но почему ты отстал от группы? - взгляд невольно вернулся к телу на полу. Комлинк плохо передавал эмоциональные нотки в голосе любимой, но он был уверен, что среди них было беспокойство. - Гера, я в порядке. Со штурмовиками был ситх, но он уже не проблема, - джедай искренне думал, что до сего момента он ей и не был, однако вот-вот обещал стать таковой. - Раз ты звучишь так бодро, тебя, видимо, не ранили? - послышалась пауза, содержащая и вопрос, и насмешку. - Отлично. Пакуй всех вместе с ребятами, избавимся от безбилетников и вернёмся к флоту. Джаррус постучал носком ботинка по полу, пытаясь собраться с мыслями. Отчего-то идея просто попрощаться с мальчишкой-ситхом не казалась ему уместной. Да, ребёнка было жалко - тот, очевидно, был не готов к тому, чтобы выйти на передовую наравне с настоящими Инквизиторами. Возможно, это была одна из проверок от его учителя-ситха, или он сам, пылая юношеским максимализмом, напросился вести операцию в самом сердце врага. А ещё вокруг мальчика крутился настолько плотный шлейф негативных эмоций, что казалось странным, как он не заражал этим коктейлем из отчаяния и страха всё и всех вокруг себя. Быть может, вовсе не его решением было прийти сюда вместе со штурмовиками... Но. Было ли это проблемой Кейнана? Нет, разумеется, нет. И уж точно не ему эту проблему взваливать на себя и своих союзников. - Гера, я... - он долго пытался подобрать слова, и твилечка, так и не дождавшись, переспросила: - Да? Идёт война. Он просто не мог, не имел права сейчас взять и подставить под удар всё, что они имели, ради... кого? Вражеского форсьюзера? Имперца? Жалкого мальчишки? Потерянного и одинокого, жившего единым страхом, ребёнка? Джаррус с трудом сдержал желание выругаться, чтобы ещё больше не шокировать Геру. Ей и так сейчас будет нелегко. - Я оставляю ситха, - он выждал несколько секунд, давая ей переварить информацию. - Что? В каком ещё смысле оставляешь? - осознав, что слишком поспешил и неясно выразился, он попытался объясниться: - Этот Инквизитор ослаблен и ранен. Мы могли бы взять его в плен. Он наверняка знает больше обычного солдата. - Чтобы он потом очнулся и устроил светопредставление? Мы едва справились с одним Инквизитором, а теперь ты хочешь пригласить ещё одного к нам домой? - он помолчал, понимая, что ей необходимо было выговориться и успокоиться. Ему тоже тяжело было принять решение, и, если быть до конца честным, он до сих пор сомневался в его правильности. После продолжительной паузы комлинк вновь отозвался: - Я поговорю с командиром Сато. Отведи его пока в охранные ячейки на нижнем ярусе. И не дай хатт случится что-то из того, что я предсказывала. - Спасибо, Гера, - Джаррус невольно улыбнулся уголками губ. Пусть Синдулла пока и не знала всей ситуации, но её доверие к нему помогало собраться с мыслями и продолжать следовать выбранному пути. - Пока что не за что. Не отходи от ситха, я с тобой ещё свяжусь, - связь с лёгким писком прервалась, и он закрепил передатчик на поясе. Да куда уж он денется? Мальчишка ожидаемо продолжал лежать на полу без сознания - и, по хорошему, должен был пребывать в этом состоянии ещё часа два, а то и три, учитывая перенесённые ранения. Было бы неплохо подлечить его, но это было уже роскошью. Раздумывая, во что он в очередной раз мог ввязаться по вине глупо сыгравшего с ним благородства, он склонился над ребёнком, поднимая тело с пола.

***

Скользя по улочкам среди немногочисленных лотальцев, маленький и незаметный, он чувствовал себя воришкой. Хотя на самом деле он не стащил и шурупа, но подогреваемая чувством опасности иллюзия совершаемого преступления достаточно живо выстраивалась в детском мозгу. Она заставляла его специально прятать лицо от полузнакомых и незнакомых людей, иногда замирать за углом, заметив впереди взрослых, которых он или мама с папой хорошо знали. Возможно, в этом и не было смысла, но Эзра боялся, что знакомые родителей решат остановить его и порасспрашивать - а где мама с папой? Или почему он гуляет один достаточно далеко от дома? А, может быть, некоторые из них уже знают, что он сейчас живëт с Цибо - тогда его непременно спросят о том, почему он не в квартире или отведут его туда, а потом ещё и настучат на него родианцу. Нет, такого счастья привлечь на себя мальчик точно не хотел. По мере того, как он продвигался от рыночных закутков Лотал-сити к более тихим, "спальным" жилищам, местность становилась всë более знакомой. Он ходил этой дорогой вместе с матерью почти каждый день, когда она шла отнести обед отцу на работу. Он трудился на строительстве нескольких новых домов неподалёку, делал чертежи и следил за доставкой всяких материалов. Наверное, у папы была не самая интересная работа, но Эзре нравилось, что тот иногда приносил ему "трофеи" - негодные или старые части дроидов, использовавшихся строителями, ржавые инструменты, чертежи, которые так и не пошли в ход. Мальчик чувствовал себя держателем сокровищницы самых интересных в мире вещей и тщательно следил за еë сохранностью, в тайне мечтая собрать из всех этих вещиц что-то стоящее. Сейчас даже было немного обидно, что за последнее время отец почти ничего ему не приносил. Неужели не может у них какой-нибудь дроид немножко засбоить и достаться ему целиком? Это был бы лучший день в его жизни! Но пока что не было ни дроида, ни новых деталей - да даже папы с мамой не было рядом. Куда они запропастились, тоже было неясно. Цибо постоянно повторял, что его родители срочно уехали по очень важным делам и просили присмотреть за ним, Эзрой, и что тот обязан был слушаться Цибо, чтобы не расстраивать их. Это надоедало, да и в целом с нудным родианцем ему было скучновато. А ещё он не мог поверить, что родители его просто бросили, даже ни слова не сказав. Друг семьи тоже будто бы себе не верил, постоянно отводя взгляд от Эзры, когда говорил о Мире и Эфраиме, смотря какими-то грустными глазами в сторону, нервничая и морщась сильнее обычного. Такая недомолвка не устраивала и даже начинала злить, и он не был бы Бриджером, если бы не решил проверить всё самостоятельно. Мальчик не был дома уже четыре дня - как раз перед внезапным уездом родителей его позвал в гости друг, мальчишка постарше, который вместе с отцом сам учился собирать дроидов и продавал детали на рынке. Они копались в деталях до вечера, пока его не пришёл забрать родианец, и только тогда Эзра узнал ужасную новость о том, что домой они не вернутся. Когда Цибо привёл его к себе домой и всё объяснил, то мальчик начал уговаривать его вернуться в дом родителей. А когда они приедут? Куда поехали? А что за дела? Взрослый не мог, - или, может, не хотел - отвечать на его вопросы. Эзра говорил, что сможет прожить и самостоятельно, что Цибо, если захочет, хоть каждый день может приходить и проведывать его или вообще жить вместе с ним. Только бы в родном доме. Родианец с какой-то отчаянной решимостью отказал ему и даже запретил дальше говорить на эту тему. Эффект это возымело прямо противоположный - мальчик, хоть и молчал, но с каждым часом в чужом доме тосковал по своему в сто крат сильнее. Поэтому прямо сейчас, лот-кошкой скользя по малолюдным дорожкам, он, наконец, пришёл сюда и остановился прямо перед дверью. Его дом почти не отличался от других на этой улице, но для него он был своим, дышащим родным запахом и любимым маминым супом. Нащупав ручкой под песочной жилеткой запасной ключ, который мать всегда велела носить на груди, он вдруг замешкался и разнервничался. Вот он сейчас зайдёт в дом и что там увидит? Наверное, раз родителей нет, значит и в квартире должно быть пусто. А вдруг они уже вернулись и просто ещё не успели за ним зайти? А может они вообще не уезжали, а просто решили его разыграть? Не смешная шутка. А если, пока родителей нет, к ним в дом забрался вор или ещё кто похуже? Он, не зная, что может быть хуже, помотал гудящей от волнения головой и, поборов лёгкий страх, достал ключ-карту и приложил к электронному замку. Дверь даже не успела полностью открыться, когда он вздрогнул от резкого окрика за спиной: - Эй! Мальчик! Что ты там делаешь? - повернувшись, ребёнок увидел в шагах десяти от себя двух людей в белой броне, и немного напрягся. Это ведь солдаты, они следят за порядком в городе. Может, они подумали, что он вор и забирается в чужой дом? Он оглянулся на всё ещё открытую дверь позади себя, за которой было видно лишь тёмную и пустую комнату. Значит, мамы и папы правда не было. Тем временем, штурмовики - он вспомнил это трудное слово - приближались к нему. - Это закрытая зона. Назови своё имя, - один из штурмовиков остановился рядом с ним, вперив в него взгляд своего теперь не казавшегося таким чудесным шлема. Второй достал какой-то планшет, принявшись водить пальцем по экрану. - Но я ведь тут живу. Я Эзра, Эзра Бриджер, я живу здесь вместе с родителями. Это наш дом, - солдаты, кажется, слушали его в пол уха. Один перестал водить пальцем по планшету и показал его второму. Они быстро сравнили адрес дома, переглянулись всё так же молча, а затем взгляды обоих вдруг опустились на него, заставив что-то неприятно ершистое зашевелиться внутри, а сердце застучать быстрее. - Тебе придётся пройти с нами, мальчик.