Коробка

      Тодороки вышел на задний двор их общежития, замечая поёжившуюся от холода девушку. Сделав пару шагов, парень помедлил. На самом деле не знал, стоит ли сейчас подходить к ней. Она часто отталкивает людей, даже своих приёмных родителей, так что он даже не знает, сможет ли Айн принять его поддержку.       Ноги идут сами по себе, приближая Шото к девушке. Продолжая сжимать под мышкой книгу, парень набрасывает на её плечи плед. Колкие зелёные глаза оценивают парня и возвращаются к тому, что опять смотрят вдаль. Темное время суток совершенно не даёт того, что Тодороки сможет разглядеть даже направление этого взгляда. Парень замечает знакомую синюю коробку в руках Айн. Вещи внутри очень дороги ей: напоминают о счастливых и приятных моментах жизни под опекой нынешнего третьего героя Японии.       — Мидория уснул?       — Да, он многого натерпелся, так что должен отдохнуть.       Чуть сильнее укутывается в плед и тяжело вздыхает. Это время для всех оказалось очень тяжёлым. Тодороки осторожно присаживается рядом, глядя в ту же сторону, что и Айн. Хотя это ему кажется, что он смотрит туда же.       В руках парень сжимает книгу на немецком. За то время, пока они с девушкой не виделись он успел мало-помалу прочесть две главы. Однако, будучи даже не изучающим этот язык, Шото старательно переводил слово за словом, вспоминая, как Хакамата каждый раз помогала ему. Сейчас Тодороки работал только с интернет-переводчиком. И до завершения осталось прочесть один лишь эпилог размером в две с половиной страницы.       Тодороки осторожно прикасается к плечу Айн, привлекая к себе её внимание. Она повернула к нему голову в безмолвном вопросе: чего он хочет?       — Если сейчас не занята, поможешь мне? Тут остался только эпилог, — поясняет он, открывая книгу на её последних страницах.       — Всё это время ты переводил её? — девушка поднимает бровь, удивляясь. — Здесь темно, ты не сможешь и слова прочесть.       На этот раз она не устремляет глаза вдаль, продолжает осматривать парня, словно на предмет дефектов или же вопросов. Знает же, что он хочет ей многое сказать. Порой кажется, что с причудой контроля крови у неё есть и вторая способность — телепатия. Или же она настолько проницательна, что поражает.       — Ты сидела в логове злодеев под прикрытием? Мы все думали, что ты под стражей Ассоциации.       — С самого начала так и было. Я заключила с ними сделку. Они предполагали, что после травм Ястреб не сможет в полной мере выполнять функцию их «послушного пса», поэтому я выдвинула свою кандидатуру. Они с самого начала знали, что в скором времени он может стать ненужным, так что искали замену, — девушка, на удивление, не промолчала, а стала рассказывать о произошедшем с ней за этот месяц. — Также я сделала это, чтобы понять, куда пропал Джинс. Как-никак он мой опекун.       Как помнит парень, Айн никогда не называла Топ Джинса отцом или папой. Никогда. Просто по имени или же сокращённо «Джинс». Да, и ещё нередко в её словах проскакивала что-то вроде «опекун». Больше никак. Как она и сказала однажды:       «Тсунагу и Сайко не семья для меня, всего лишь опекуны, что из-за своего геройского начала решили удочерить её. Я с самого начала считала, как меня забрали из больницы, что это глупое решение».       Тодороки бродит взглядом по девушке. Кажется, она похудела. Этот спортивный костюм выглядит ей большим, глаза потускнели сильнее, чем это было в рождественскую ночь. Она постригла свои волосы и изменила их цвет, чтобы быть точной копией своей сестры-близнеца. Одной из Альянса, что желает придушить Айн за прошлое.       «Из-за меня моя семья рухнула. Я не помню этого, мне было тогда всего пять лет. Помню лишь то, что они продали меня в ту лабораторию. но Рин считает, что во всём виновата исключительно я. Соглашусь с ней…»       Её короткий рассказ, что слышал не весь класс. В её палату смогли пробраться только самые тихие и проворные. Одним из таких оказался Шото вместе с парой однокурсников. Но всё равно их заметили и выгнали из палаты Айн.       Но больше всего парня беспокоил сломанные ветвистый рог. Эти красивые тёмные ветви, что выглядывали из черных волос завораживали. Особенно, когда Айн украшала из цепочками с небольшими украшениями в виде блестящих звёздочек. Остался только один, и то на нём не висело тех привычных цепочек с кристаллами-звёздами. Он не казался таким же крепким, что тогда. Девушка очень часто говорила, чтобы никто не стоял за ней. По её словам, рога могли их очень сильно поранить.       Тогда они были очень острыми и опасными, но не сейчас. Казалось, что прикоснись ты к какому-то из ответвлений — сломаются с громким хрустом. Хакамата замечает, что парень заинтересованно и обеспокоенно смотрит на её рога, поэтому и здесь открывает рот.       — Да, я сломала его. Когда меня атаковали я увернулась, но вот рог задело. Он треснул, — в её голосе прошла небольшая дрожь, но она была еле заметной. — Никогда не думала, что такое может произойти.       Лаконичный голос, что всегда заставлял быть ещё более спокойным, сейчас никак не мог выполнять эту функцию. Парень чувствовал абсолютно все напряжение, даже осознавая боль, через которую Айн переступал во время схватки с Альянсом и их помощниками. Все это время она находилась там под большим риском, передавая информацию правительству. При этом она остановила трансляцию Даби, пускай и с некоторым опозданием. Все узнали, что он — Тойя Тодороки, погибший несколько лет назад. Но оставшаяся запись была отправлена в Ассоциацию и не подлежит просмотру.       — После меня атаковала и Рин. Рог и сломался, — девушка завершила короткое пояснение, сильнее сжав руками плед.       Шото молчал.       Он не знал, что нужно сказать. Будущий герой ведь, а сейчас в столь тяжёлое время даже поддержать не может девушку. Хакамата часто даже не воспринимает слова поддержки всерьез. Для неё это самые обычные слова и не более. Но как герой Тодороки обязан, нечто сказать, нельзя просто сидеть и молчать. Он и не думал, что потеря одного из своих рогов заставит девушку пошатнуться.       Она сама изменилась.       Кардинально.       Словно бы хрупкая хрустальная фигурка сломалась от одного прикосновения. Хотя до этого момента парень видел в ней камень, что будет стоять до конца и неважно, что с ним. Будь то многочисленные травмы или артериальное кровотечение. А ведь раньше она стояла даже с этим. Можно сказать, что Хакамата начала очень стремительно разрушаться, будто бы разлагаясь на составляющие. Твёрдая оболочка рушилась, открывая видимость некоторой слабости.       — Шото, всё в порядке, — говорил она и всё равно не отвела взгляда. — Это всего лишь рог.       — Ты изменилась.       — Да, если я потеряю второй рог, то потеряю и свою причуду. А значит с геройством можно будет попрощаться.       Парень услышал как его сердце на секунду остановилось. Девушка может потерять причуду… Но как? Или же её способность прямо зависит от состояния рогов? Ранее Айн не упоминала о таком, хотя, наблюдая за тем, с какой бережностью она относится к своим рогам можно было многое сказать.       — Мои атаки стали намного слабее и медленнее. Защита хромает очень сильно, так что в числе сильных боевых единиц меня больше никто не увидит. В роге находятся важные точки контроля, так что одну я уже потеряла.       Она пожала плечами, чуть сбросив с плеч плед. Её губы все также сжимаются в одну тонкую линию, а кожа будто бы от этих слов сильнее побледнела. Даже в темноте это заметно. Айн хотела ещё что-то сказать, но по какой-то причине замолчала и не стала дополнять. Тодороки оставил книгу себе на колени и положил руку ей на плечо. Внутри многое колотилось от осознания безысходности. Во всём этом пугало только спокойствие Айн, она словно уже смирилась с тем, что       «Моя цель — стать героем, которым будут гордится Тсунагу и Сайко. Всего-то. Я просто хочу отплатить им за то, что они сделали для меня».       Осторожно девушка прикоснулась к своему рогу. Она так часто делала, но на этот раз теперь это делала будто бы со страхом. И парень видел, как Айн очень и очень медленно прикоснулась к ветвистому рогу, одному из коротких ответвлений.       — Они очень хрупкие, — выдала она и отломала одну тонкую часть от него.       Резко парень остановил ее руку, боясь, что девушка сейчас может сломать себе рог. На эмоциях все могут сотворить невесть что. Айн не показывает, но из неё сейчас так и поедают эмоции, по большей части это безысходность и печаль. Но Хакамата перехватила его руку и мягко убрала от себя. Продолжала смотреть на тот отломанный кусок рога в своей руке, открыла коробку и забросила туда его.       — Точки контроля находятся у основания, так что, если я сломаю все ответвления до него, всё будет нормально.       — Ты ведь вернёшься?       Только Шото задал вопрос, Хакамата сменила тему их разговора очень резко.       — Скажи, как ты перевёл последнюю строчку. Когда Эйрин прощается к тому Неизвестному. То, что же она сказала ему?       — Она сказала, что обязательно придет к нему.       — В эпилоге она возвращается.       Эти слова будто бы прошли сквозь парня, немного успокаивая его. Он понимал, после того, как Айн уйдет, то вернётся обязательно. Как сделала это во время облавы на Альянс злодеев и их сторонников. Парень открывает книгу, сразу же на страницах эпилога. Он хочет быть точно уверен в её словах. Конечно, Тодороки руками и ногами доверяет ей, но хочет быть точно уверен, что она придет опять к нему. Вернётся, как Эйрин к Неизвестному.       Пока Шото в темноте пробовал разобрать какие-то слова, но ничего не мог развидеть. Темнота не позволяла даже одну букву разобрать, но так и не смог ничего увидеть. В глаза ударил яркий свет от фонарика в телефоне Хакамата. Строчки стали более разборчивыми, поэтому парень видел все очень хорошо. Айн перевернула одну страницу, останавливаясь на последних строках.       — Вот, их последний диалог, — пояснила она, проводя пальцами по трем строкам.       — Я исполнила свое обещание и вернулась, — прочла она на японском очень хороший перевод.       Конечно, люди, что имеют уровень С2 по любому иностранному языку поражали Шото. Так или не мог добраться до приближенного уровня в том же английском языке. А в профессии героя это бы помогало. Айн была из тех, кто знает немецкий на этом уровне, ведь её корни прошли как раз из Германии. Да и сама девушка, как рассказывала, что хотела изучать немецкий, пускай и знала только азы.       — Тебе точно нужно уйти?       — Да, я смогу разобраться с ней, — заверила Айн, вспоминая о том, что она должна будет остановить сестру с причудой контроля крови. — У меня нет выбора. Она достигла большого уровня и даже моей подготовки и того количества заранее подготовленной крови может просто не хватить, чтобы её утихомирить.       На этот раз помедлил и парень, понимая, что он ничего не может сказать девушке. Шото просто молчал: сам понимал, что встреча с тем, кто был с тобой в прошлом очень сложно. Ему ведь предстоит встретиться с Даби, а Айн — с Рин. Им не очень повезло с этим. Но они должны вернуться: выбора нет.       — Знаешь, я давно думал насчёт того, что будет после окончания этой битвы, — Тодороки сжал в руках книгу, которую хотел передать Хакамата. Ведь именно он когда-то выбрал у неё почитать. — Мы могли бы начать встречаться.       Девушка подняла бровь и повела глазами. Им не очень привычно просто так выражать эмоции. Они не просто друзья и однокурсники, а кто-то намного ближе.       — Ты до сих пор переживаешь насчёт того, что сказали твои брат с сестрой? Забей, — девушка махнула рукой. — Это всего лишь слова…       — Ты мне дорога, правда. Это не навязчивые мысли или что-то такое. Нет.       — Я не могу нормально выражать свои чувства. Не думаю, что у нас что-то получится.       — Мы справимся! У меня не лучше выходит, так что будет пробовать. Да, будут ссоры, может даже конфликты, но я обещаю, что всегда буду рядом, чтобы поддержать и помочь.       Айн осторожно наклонила голову вбок и глянула на Тодороки. Для него это слишком резко и мечтательно. Да и он не из таких романтиков. Точно, он был слишком резок, даже сам на себя совершенно не похож. Да и девушка была удивлена, её зрачки сузились, она даже хотела отстраниться и пересесть чуть дальше. Наоборот осторожно она поцеловала парня в щёку.       — Просто выживи, — проговорила она и сильнее укуталась в плед, опять накидывая его на плечи.       Тодороки ещё пару секунд находился в прострации, пытаясь связать что к чему. Он лишь передал девушке книгу и пытался скрыть нервную улыбку после её действия. Парень и не мог подумать, что Айн будет подобным инициатором. Она, вероятно, согласна…       — Я могу потерять причуду, так что путь в геройство мне будет закрыт. И идея о создании совместного агентства сразу же отметается, — пояснила она и, открыв коробку, положила книгу внутрь.       Там уже не осталось и места для чего-то ещё. Шото вздохнул и приблизился к лицу Хакамата. Она глянула на него, наверное, уже понимая, что хочет сделать он. Неумело накрыл её губы своими, сминая их и пробуя растянуть этот момент до последнего. Парень даже прекрасно помнил о том, как в той же книге главные герои так и не смогли поцеловаться. Если он и считал себя и Айн настоящей реинкарнацией Эйрин и того Неизвестного, то сейчас думал, что поступил в разы лучше.       Отстранившись, они некоторое время смотрели друг другу в глаза, дыхание чуть сбилось. Шото коротко улыбнулся, но, наверное, в темноте, это будет не очень видно.       — Наверное, это было слишком резко, — Тодороки даже не попробовал отвести взгляд, осматривая удивлённое выражение лица девушки.       Некоторое время она только думает. Смотрит на парня, а после переводит глаза на коробку.       Там были самые дорогие для Айн вещи и он прекрасно знал это. Та детская сказка про цилиня, что помогал всем справляться со злыми ёкаями. И ещё, как увидел Шото, внутри находилась одна из копий отчёта за первое задание Хакамата из агентства Мируко. Вроде там ещё должна находится последняя медаль с соревнований со средней школы, после которым девушка покинула команду. Ещё есть пара фотографий и мелкие вещи, ценность которых парень не очень хорошо помнит. Однако прекрасно в памяти отразился тот момент, как он подарил Айн красный браслет на Рождество. А вот после её сразу же забрали люди из Ассоциации под видом защиты.       Шото заметил, как Хакамата набирает в лёгкие воздух и тихо выдыхает, будто принимая сложное решение. Для неё это так. Им обоим будет сложно в скором времени. Это битва… Герои против злодеев. Насмерть.       Айн решает тихо довериться Шото, протягивая парню коробку, вверяя ему свое прошлое, настоящее и будущее в ней.       — Когда я вернусь, отдашь, — парень молча кивает, принимая синюю коробку. — Насчёт твоих слов…       Впервые девушка так помедлила с ответом за все время их знакомства.       — Если не можешь ответить, я подожду.       — Я согласна. Давай вместе откроем агентство и попробуем создать хорошие отношения.       Медленно протягивает ему руку с выставленным мизинцем — это обещание, что она вернётся.