Алая верёвка

** Мафую смотрит на Канаде и замечает кое-что странное на её шее. То, что притягивает взгляд своим ярко-алым цветом. Верёвка. Ярко-алая такая, что хочется прикрыть глаза, чтобы не слепило. Красный цвет раздражает человеческий глаз. Разъедает, разжигает, убивает. Но не Мафую. Её этот цвет притягивает, и она хочет коснуться этой верёвки, которая повязанная висит на хрупкой белой шее Канаде. Нельзя. Мафую на это можно только смотреть. Трогать нельзя. У людей красный цвет — это кровь. Это страдания. Это боль. Для Мафую красный цвет — любовь. Значит у Канаде на шее повязана любовь? Мафую тихо хихикает от собственных мыслей и не обращает внимания на подозрительные взгляды от других. Раньше любимого цвета у Мафую не было. Да и как он может быть у человека, который не знает даже, кто он такой. Мафую из таких. Не понимает, не осознает, не принимает. В голове пустота, клубок чёрных ниток, который скручивается и скручивается. В глазах ни блеска, ни души. Ни намека на жизнь. Мафую раньше не знала, какой цвет её любимый. Теперь знает. Наверное. У многих это слово ключевое. Для Мафую это слово бессмысленное. Теперь её любимый цвет — это Красный. А ещё лучше Красный на фоне белого, небесно-небесно-голубого и серовато-голубого. ** Мафую смотрит на Канаде и продолжает видеть на её шее ярко-алую верёвку. То ли та не замечает, то ли снимать не хочет. Одно из двух. Других вариантов у Мафую нет и быть не должно. Она уже было протягивает руку к манящей шее, как тут же её отдергивает, услышав тихий голос. — Что такое? Канаде смотрит на неё и наклоняет голову к плечу. Длинные-длинные волосы водопадом растекаются по её хрупким плечам. — Ничего. Коротко и ясно. Мафую не хочет оправдываться. По сути ей делать этого и не надо. Просто для профилактики должна хоть что-то из себя выдавить, пока глаза цепляются за верёвку. Хочется Затянуть. Потуже. Мафую моргает и встаёт со стула, говоря всем остальным, что ей надо в уборную. По дороге она чувствует какое-то странное чувство на шее. В уборной, смотря на себя в зеркало, Мафую рассматривает свою шею. Ничего. Показалось. Наверное. Для Мафую это слово до сих пор остаётся бессмысленным. Кто его вообще придумал? Точно. люди. ** Мафую смотрит в потолок и размышляет. А человек ли она? Ну, она имеет тело. Имеет сердце, которое бьётся. Для достоверности своей теории, Мафую прижимает ладонь к груди, где у людей стучит кроваво-красная мышца. Бьётся. Значит Мафую человек. Хотя, она сомневается в этом. Она не имеет самого главного, что должен иметь человек. Души. Но Мафую не волнуется по этому поводу. Выкрутится как-нибудь, когда-нибудь. Единственное в чем она точно не сомневается, что Канаде — это настоящий человек. Её эмоции. Её душа. Всё это настолько человечески-нереально, что Мафую не верится, что такое может существовать. Но смотря на Канаде, начинает верить. ** Мафую смотрит на Канаде, а та смотрит на неё. Её небесно-небесно-голубые глаза прикрыты, поэтому Мафую не может различить в них какие-то эмоции. А так хотелось. — Мафую, ты знаешь что это? — Канаде указывает своим тонким пальцем на свою шею, где висит ярко-алая верёвка. Мафую только качает головой, говоря о том, что не знает. Какая же она Лгунья. Канаде только берет в свои руки верёвку и рассматривает её, иногда дергая. Мафую кажется, что на её шее тоже что-то дёргается. Поглядывает на шею. Ничего. Никаких ярко-алых веревок. Ничего. Мафую вообще себя не видит. Ни своего тела. Ни- Че- Го Видит только Канаде перед собой, которая не смотрит на неё, а на ярко-алую верёвку. — Зачем? Это последнее, что слышит Мафую перед тем, как открыть глаза. ** Мафую просыпается и тяжело дышит. Это был сон. Кошмар. Она поднимает одеяло и смотрит. Тело на месте. Всё на месте. Значит, все хорошо. Мафую трогает шею. Ничего не чувствует. Боже, как хорошо. Мафую прикладывает ладонь к груди. Сердце бьётся. Значит, все ещё хорошо. Ничего не хорошо. Никогда ничего не было хорошо. Мафую прикрывает глаза и думает про себя. " Сегодня все кончится". ** Мафую и Канаде сидят одни. В одной комнате. Окна закрыты, двери тоже. — Мафую, ты в последнее время странная. Что-то случилось? — Канаде смотрит на девушку, когда та только смотрит на веревку. — Всё в порядке. Не переживай, — Мафую пытается придать хоть что-то в свой голос. Не очень получается. И тут что-то в голове щёлкает. Клубок наконец-то разматывается и вытекает из головы. Она наконец-то осознает Всё. Всё. Всё. ** Перед глазами не её милая Канаде, а чёрная тень с ярко-алой верёвкой на шее. Существо тянет к ней свои руки, а Мафую не может ничего сделать. Только дрожать. Даже голос подать не может. Слабачка. Изо рта существа вылетают слова, но Мафую видит только кровавые ошметки и опарышей, которые падают на пол. — Мафую, ты в порядке? — единственное, что слышит Мафую и качает головой, чувствуя на своей шее что-то холодное и липкое. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет ** Мафую держит в руках Канаде. Та лежала с закрытыми глазами и ярко-алой верёвкой на шее. Мафую прижимает девушку к себе и чувствует холод от чужого тела. Она ощущает на спине ладони и поднимает взгляд фиолетово-сине-голубых глаз на Канаде. Та продолжала лежать с закрытыми глазами с улыбкой на губах. Мафую прикрывает глаза и прижимается к холодным губам своими. Это даже не поцелуй — это простое прикосновение губ друг к другу. Не больше и не меньше. Мафую ни того, ни другого и не надо. Ей надо чувствовать на своей спине чужие ладони, под собой холодное тело и видеть, как на белой, тонкой шее Канаде ярко-алым цветом расцветает верёвка. Верёвка, которая затянулась на шее. Верёвка, которая убила Канаде. Верёвка, которую Мафую сама повесила на девушку. Верёвка, которую Мафую сплела сама. Из своей крови, плоти и возможно любви. Эмоции никогда не были её коньком. Эмоций у неё никогда и не было. Эмоции появились после того, как Мафую видит, как её верёвка, сплетенная из себя же, убила Канаде. Канаде, которая возможно её любила. Канаде, которая с небесно-небесно-голубыми глазами и длинными-длинными серовато-голубыми волосами. Канаде, которая... Канаде. Канаде, которая уже давно мер-тва. Канаде, которая никогда не была живой. ** Перед тем, как навсегда закрыть глаза, Мафую чувствует и видит на своей шее точно такую же ярко-алую верёвку, как и Канаде. Мафую улыбается. Она чувствует что в груди что-то расцветает. Воистину прекрасное, воистину что-то такое, что даёт ей смысл жить дальше. В её представлении то, что ждёт её сейчас и есть Настоящая.. Жизнь. " Наверное, это и есть счастье" думает Мафую. И навсегда закрывает глаза. ** Как хорошо, что Канаде никогда не существовало, а Мафую повесилась в собственной комнате, намотав себе на шею Ярко- Алую Верёвку.