1
20 января 2023 г., 06:47
Из Фонтейна госпожа Фокалор прислала очень замысловатый подарок. Было похоже на граммофон. Но более новый. Архонт ещё подарила в знак уважения парочку пластинок. Чжунли вертел их, думал как поставить. Осторожно поставил иглу на самое начало. Полилась нежная мелодия вальса.
Чжунли вспоминал, облокотившись спиной о подушки дивана, как когда-то он и Гуйчжун танцевали под музыку мадам Пин. Она ещё не была старушкой. Юные, полные жизни. Хоть Чжунли и не замечал, как Гуйчжун немного не нравилась его верным адептам из-за своего девичьего наивного характера. Для Чжунли она была лишь подруга. Не любовью. Хоть, наверное, люди считали иначе.
Времена, когда он был Мораксом. Когда посадил первое чайное дерево в долине юной адепта медицины. Он уже и забыл, как она выглядела. Чжунли так и не успел пригласить её на чай с остальными адептами. А позже не видел.
Музыка заканчивается. Как и воспоминания. За окном уже закат. Чжунли вспомнил, что хотел навестить доктора и отблагодарить за помощь Сяо.
Люди уже расходились. У порога встретил Гуй и провел до кабинета доктора. Тот что-то записывал, снова. Изучал привезенные цветы из Фонтейна?
На его столе тоже стоял граммофон, вставлена пластинка, но не включена. Чжунли постарался медленно подойти, обнять сзади, приблизиться, и получить мордочкой Чаншен по щеке, дёрнув рукой Байчжу за живот.
— Ох, — он схватился за руку Чжунли, запачкав чернилами рукав.
— Хотел поздороваться.
— Моракс, — шикнула змея, — мы занимаемся исследованием!
— Тише, Чан Шен, он пришел ко мне.
Змея сползла и скрылась на столике среди книг.
— Тоже получил подарок?
— Ах, это! Итер прислал. В обмен за помощь. Он как узнал обо мне всё. И про Чаншен. Стал лучше относиться. И Паймон хоть немного перестала называть меня чудаком.
— Байчжу, — прошептал его имя Чжунли, прикасаясь губами к его лбу. — Опять извини, что перебил тебя, когда привёл путешественника и его летающую подругу.
— Бывший архонт контрактов и моры. Ты привык пользоваться чужими деньгами. Ху Тао скоро не будет прикрывать твои расходы. Как и юнец из Снежной.
Они засмеялись. Да, Чжунли согласен со всем. Он пользовался, всё высчитывать с его зарплаты. Но лишь недавно у него появился свой кошелёк, не мешочек. И теперь он мог носить с собой мору, чтобы пообедать где-то и послушать истории.
Байчжу поднялся, кашлянул, прочищая горло. Чжунли осторожно поцеловал его в губы, держал руки на пояснице доктора. Архонт вздохнул, поглаживая спину.
— Байчжу, я рад, что ты жив. Прошло пятьсот лет с того дня, когда яксы и миллелиты сражались в Разломе.
— Не напоминай, — он отвернулся. — Мне хоть и подарили жизнь, я смог ходить. Но иногда это отдается болью в теле.
— Дендро глаз даруется тем, кто готов не только стремиться к знаниям, но и жертвовать собой ради других.
Байчжу хотел что-то сказать, но его отвлек звук из граммофона. Чаншен удумала попытаться поставить музыку, а сама уползла на своё место у маленького деревца.
— Вы не посмеете отказать мне, доктор Байчжу, — протянул руку.
— Я не отказываю тебе уже пятьсот лет, — улыбнулся, кладя ладонь на ладонь.
Музыка обвивала своей мелодичностью. Вспоминался последний праздник фонарей, когда собрались музыканты со всего мира. Хоть на таких праздниках Байчжу занят работой. И фонарик запустил в небо позже, но с Мораксом. Он закончил свои дела и пришёл к Байчжу и Ци Ци.
Все эти столетия смертный, ставший учеником адепта медицины, хранил верность и любовь к одному богу. Архонту, спасшего его из болота отчаянья. Когда был готов пойти за товарищами по оружию. А теперь копьё сменилось на книги.
Шаг вправо. Поворот. Назад. Разворот. Байчжу танцевал медленно, хоть и музыка ускорялась. Моракс был готов остаться здесь, в этой уютной комнате и чем нибудь помочь, если надо.
— Приступы прошли? — прошептал Чжунли, обнимая.
— Я не знаю. Какие-то фантомные боли. Старые раны заживают долго.
— Я тебе помогу, не волнуйся.
Музыка всё ещё лилась. А они стояли рядом, прижавшись друг к другу, не замечая, как прозвучала последняя нота. И тишина.
