Росток проблем

Начинать всегда стоит с того, что сеет сомнения

Летние дни тянулись долго как кисель. Солнце ласково обдавало лучами полными света и тепла, из-за чего зелень цвела как в последний раз, и сам воздух был напитан благоуханием природы. Цветы и трава росли не по дням, а по часам, украшая голую землю, которая пустовала почти полгода. В зелени ползали насекомые, и прыгали со стрекотанием кузнечики. Во всём этом пестрили разные оттенки цветов, от алых до жёлтых пучков одуванчиков. Деревья делали всё не таким пустым, и будто бы теснили поляны, но в тоже время могуче стояли раскинувши тонкие ветви, на которых красовались листочки. Чистое лазурное небо по которому плывут пушистые перистые облака будто бы бороздят моря несусветные, но так не спешно, что кажется что они совсем не двигаются. Но всё это так далеко, но иногда появлялось ощущение что можно до коснуться, но всё это лишь иллюзия воспалённого разума. В этот чудный день, двое молодых мужчин направлялись пешим ходом в город, который казалось бы виднелся где-то там на горизонте, но сколько бы те не шли, но Эпия не становилась ближе, казалось бы только наоборот. Айвен и Лоргон, шли после выполненного задания от церкви, покуда до их ушей дошли слухи о том, что на границе с Ксонами, начали делать обряды и жертвоприношения, где люди пытались воссоздать силу, которую даровал Вышний, это было осквернением трудов Бога, и противоречие учениям его. Крестоносцы, сила им была дарована для того, чтобы нести волю Всевышнего на земле его святой, искоренять ересь и внушать страх на людей грешных, дабы те покорно верили в бога, и его силу. Только было достаточно тех, кто просто хотел создать силу равную служителям Высшего, чтобы противостоять воле Бога, и долг крестов убивать во имя святого. Хоть это и грех карать живых, что создал Высший, то для благих целей ничего не жалко. Да и церковь подбрасывала дров в огнище, что для крестов это и не грех, а благое деяние где те не понесут бремя тяжкое за ослушание законов Бога, ведь они чуть ли не сыны святые, и мужчины всей душой верили в это, из-за молодости и того, что церковники тоже служители высшего. В основном кресты выполняли задания от церкви Шпиль ветра, ведь она была главнейшей среди других духовных мест, да и там часто заседали люди из ордена Пантифико Участились случаи когда нечисть начала нападать на города и села, будто бы последнее время из всех щелей повылезали, словно что-то ищут. Да и бунты на границах участились, всё идёт последнее время по швам, две огромные проблемы как камни на плечах людских, что у власти сидят, так тут ещё и люди ересью занимаются. Дел по горло, все ордена завалены миссиями. В особенности людей больше просили люди из общества «Стражи рассвета " они отвечают за погань в городах и её окрестностях, да и самосуды участились люди, будто бы потеряли веру в Высшего, и люди из ордена устраняли подобные выходки простых. В головах у мужчин ютились сомнения насчёт верности церкви в вероисповедания. Они указывали, что ересь нужно искоренять, а безбожников на колья слать. Как и иногда в своих учениях они недоговаривали, или приукрашали то, что не нужно, да и сами они грешили часто, когда нарушали свой обед, не спать с девицами из пабов. Крестоносцы были верны святилищу, всё же они выросли в церкви и их связывали ностальгические чувства, что мешали трезво взглянуть на ситуацию, они будто бы были пьяны. Но краем разума они понимали, что всё не так хорошо как бы они хотели. Солнце светит для всех, обогревает и дарует силы урожаю. Дожди льют на всех, и на друзей и на врагов, все хлебнут проблем от воды, так в чём прок убивать друг друга? Если даже сам Отец небесный сделала так, что страдают и радуются все почти одинаково? Лоргон и Айвен помнили эти слова, так как на зубок выучили все писания людей, что являлись Слугой Божьей, книги были массивными, занимая почти пол стола, стоит только открыть, как пыль сразу проникает в ноздри, заставляя чихать. На потрепанных и желтых от времени страницах, были записи каллиграфическим почерком, аккуратно и мелко, из-за чего некоторые буквы казались непонятными. Бранд, когда мужчины ещё были мальцами, взял их под своё крыло и филигранно обучал детей учениям отца небесного, и сам в них воспитывал честь и совесть. Хоть это и получилось с трудом, так как Айвен был из божедомки То Лоргон с улицы, буквально из-за чего он противился учениям, но даже он был своего рода святым, пепельноволосый имел своё мнение на этот счёт, из-за чего иногда его действия можно посчитать плохими. Но мужчина смыслит не здесь и сейчас, а на несколько шагов вперёд, да и сам по себе он был очень упрямым. Но сыны божьи сомневались в деяниях церкви, как бы они не были верны клятве служить. Поскольку никто как они не близки у Богу, и они понимают, что люди все же грешны по натуре своей, совершенно забывая, что они тоже были смертными. Да ещё и святилища начали не доверительно относится к Лоргону, после случая трехлетней давности. Многие называют этот день проклятым, где все же сам Крестоносец нарушил законы отца небесного — убил простых, кто искренне верил в Бога, за одну ночь деревня была уничтожена. Этот случай замяли, но церкви и другие правители знали об этом. Воину небесному казалось, что все отвернулись от него в тот момент когда тот поддался соблазну креста, даже Айвен похолодел, но все упорно делали вид, что так всегда было, и будет. Но кривые и подозрительные взгляды, с перешёптываниями делали своё дело. В глазах красных больше не плескалось доверие, а больше сожаление и страх, алые очи уже не были такими яркими и будто бы не кровь в радужке умещается, а темный закат. Это больше всего подкосило мужчину со шрамом на лице, от был просто не обращал внимание на других, но когда бывший друг буквально отворачивается от тебя, становится тяжко, а ещё больше, когда вы из-за дня в день, находитесь рядом и эта тишина, что давит и сковывает, вынуждает что-то сказать, но тем для разговоров нет. Ничто не будет прежним сказала Матерь погребённых после того как отпустила Лоргона из своего царства смрада и смерти, откуда холодом могильным веет, как и гнилью, будто бы все трупы мира собрались в одном месте. Эта потаскуха приходила каждую ночь, и разговаривала и насмеивалась над мужчиной, пока тот просто находился в забвении. Нашёптывала на ухо разные вещи, и склоняла к массовым убийствам, это шляхе хотелось большего. Но Лоргон будто бы специально проливал кровь смертных всё реже и реже. — Убей их всех, ты это можешь сделать легко, будто бы наступить на букашку, — ропотала хранительница хлада в голове, так будто бы змея какая, которая всё больше стягивала шею, из-за чего было трудно дышать. Лоргон сейчас стоял столбом, пока ему ребенок протягивал корзину фруктов, желая поделится дарами земли, но мужчина будто бы сейчас отключился от мира, пока в голове всё нашёптывала ядовитая змеюка, самые заветные, желания которые ютились в дальних уголках души темной. — Он такой слабый, только посмотри, — улюлюкивала смерть, которая звучала все больше, её напыщенный голос просто бесил воина божьего. Лоргон быстро выхватил из тонких рук корзинку с плодами, после того как дите коснулось его руки, это действие напугало ребенка. — Спасибо за дары природы, да пусть отец небесный тебе путь осветит за такое деяние, — сдавленно произнёс Лоргон, пока его душа просто изнывала от желания размазать по дороге хрупкое тело, из-за осознавания этого мужчина раздражался всё больше и больше. После того как служитель высшего отошёл в переулок, от отдышался и сдерживался всё больше от больших порывов задушить всех, кто ходил по улицам. Его бесили люди сейчас, будто бы скот, что ходит, говорит и дышит, так ещё и потаскуха подбрасывала масло в огонь своими словами. — Пошла нахуй, — почти крикнул Лоргон, дабы эта муха не жужжала в ушах. Но Матерь погребенных только залилась хохотом, где ясно слышалась гордость. Всё остальное было как в тумане, пока голову пронзало от боли, будто бы топором рубили. — Лоргон! — хорошо знакомый до боли мягкий голос в котором слышалось волнение с толикой страха, это Айвен. Красноглазый долго искал голубоглазого, так как брюнет почти следил за пепельноволосым дабы тот не учудил дел каких, и какое было удивление найти, его в переулке глубокой ночью где тот сидел дороге, держась за голову. В тот же миг когда Айвен коснулся Лоргона, он почувствовал всё то что ощущал воин божий. Из омута воспоминаний мужчин отрывает лошадь, которая скакала по истоптанным дорогам, ржание животного и звук колёс. Это колымага, которая едет с города, за ней же клубится пыль которая скоро достигнет мужчин. Время вечереет, Айвен и Лоргон вновь в полной тишине добирались до Эпии, каждый у себя на уме. Но было ясно, что они вновь купаются в сомнениях, которые как на дрожжах росли с каждым днём. В Эпии кресты направились в церковь Шпиль ветра, там намечается важный разговор где священники, что прибыли с разных уголков государства. Дабы обсудить нечто важное, где обязаны присутствовать Сыны божьи. Люди ходят толпами, ароматы смешиваются от сладких фруктов, до пота и грязи. Щебутливость людей, придаёт улицам оживлённость, будто и нет пустых мест. Дома были потрёпаны от времени, камень стирался от частых прикосновений, окна поблёскивали от ярких лучиков уходящего солнца. Многие спешили домой к семье, а кто-то только выходил в свет. Но мужчины шли, будто бы никого и нет рядом, другие люди расступались перед ними, так как видели сияющие кресты на лбах, дети начали выглядывать из окон и тыкать пальцами в сторону Крестоносцев, перешёптывания и возгласы людей так звучали со всех сторон. Для Айвена и Лоргона это было чем-то обычным, из-за чего те шли целенаправленно, не отваливаясь и показывая всем своим видом, что им сейчас не до них. Мужчины шли быстро с гордо поднятой головой, в глазах сверкала серьёзность. Церковь стояла в центре и пока рыцари добирались до центра событий, их сопровождали люди которые хотели лицезреть святых в живую, и горожан было слишком много. Но Мужчины не придавали этому значения, но ощущать на себе все больше и больше глаз, в которых ютилось восхищение. Церковь возвышалась над людьми, её большие размеры просто поражали человеческий взор. Сложенная из разных камней красного цвета, из-за чего когда темнело здание, будто было сотворено из крови. Айвен зашёл первый в здание, за ним и Лоргон. Там ждали люди разных званий, все как один были напряжены и лик их был серьёзными, плотно сжатые губы и глаза, в которых сверкала серьезность с холодом. Все облачены в рясу только расписаны по разному. Разговор начинали с далека косвенно затрагивая трагедию трехлетней давности, и говоря в лоб об проблемах, что назревают в данный момент, и говоря прогнозы на ближайшие десять лет. То что нечисть повылазила из всех щелей из-за чего страдают обычные люди и урожай, где даже орден стражи рассвета не справляется. Массовые пропажи людей, грабежи на почве этого так ещё и бунты на границах становятся все больше. Итогом стало, то что нужные ещё носители силы божьей.