Strip club Singularity

      Не все возмущались возложенной на них миссией. Для многих Слуг выступление, чтобы заслужить обожание и вожделение публики, а затем возможность предаться им после этого на своих условиях, было возможностью, за которую они с радостью ухватились. Жак де Моле, превратившаяся в жрицу разврата, была в восторге от перспективы работать в стриптиз-клубе. Никто не смог бы протестовать против её разврата, ведь это было именно то, чего они от неё требовали. Однако некоторые протестовали против наряда, который она выбрала для выступления. Костюм монахини и сам по себе вызвал бы жалобы, а тот факт, что еретичка явно делала это в насмешку, только усугублял ситуацию. В конце концов, жалобы удовлетворили, и Моле добилась своего. 'Действительно, они должны быть счастливы, что люди так любят монахинь'. Зрителям, конечно, нравилось смотреть, как она выходит на сцену, сложив руки на груди, похоже, в молитве. Конечно, её недоброжелатели, вероятно, всё ещё протестовали бы против того, что она сделала, когда подошла к шесту. Держа руки близко к груди, она разняла их, взялась за ткань своей одежды, прямо между грудей, и разорвала дыру. Зрители одобрительно зашумели, глядя на это нецеломудренное зрелище, заставив губы Моле изогнуться в улыбке. Упав на колени, она снова сцепила руки, но на этот раз обхватила ими шест перед собой. Притянув свое тело ближе к нему, она закрыла глаза и приняла торжественное выражение лица, похоже, бормоча молитву, двигая верхней частью тела вверх-вниз, потирая металлическую длину между грудей, куда она была воткнута. Ухватившись за шест, чтобы помочь своим движениям, она тёрла грудь с нарастающей силой, выражение её лица становилось всё менее торжественным и всё более приятным с каждым толчком. Когда трение стало настолько грубым, что ее груди заметно подпрыгивали, она откинула голову назад и тихо застонала. Казалось, что она падает вперёд, когда ее движения прекратились, Моле отпустила шест и потянулась вниз, чтобы схватить подол своей привычки. Она приподняла его, показывая свои стройные ноги, а затем разорвала его. Снова ухватившись за шест, она использовала его для опоры, приподнявшись в приседании, широко расставив ноги, так как юбка была разорвана. Её голая нога полностью высунулась из разорванной стороны, демонстрируя нежную бледную кожу и стройное бедро. Выдвинув бедра вперёд, она отказалась от всякого притворства целомудрия и одарила зрителей шаловливым взглядом, набросившись на шест. Фальшивая монахиня продолжала свой развратный номер ещё некоторое время, а затем поднялась на ноги. «Извините, друзья, эти ханжи никогда бы не сделали этого для вас. По крайней мере, они никогда в этом не признаются. Позвольте мне показать вам, чего вы на самом деле ищете». Спрятав ногу обратно в юбку, Моле схватилась за пояс своего рваного халата и оскалилась на зрителей. Дав им время крикнуть, чтобы она сняла его и показала им товар, она быстрым движением бросила одежду. Когда ткань взлетела вверх, вид, открывшийся под ней, полностью изменился. Её бледная кожа стала неестественного темно-серого цвета, а посредине груди появился узор из более светлой кожи в форме креста с сеткой над ним. Её волосы стали на несколько тонов темнее, а голубые глаза пожелтели, и зрачки превратились в щели. Но это были самые незначительные изменения в ее теле. С макушки ее головы спускалась пара крючкообразных рогов, кончики которых были ярко-фиолетовыми. Из спины проросла пара черных, похожих на крылья придатков, «перья» которых светились тем же фиолетовым светом. Её руки и половина предплечий, поднятые над головой, тоже светились, на них был вытатуирован узор, похожий на кость, или, возможно, это был настоящий вид того, что находилось под кожей. Наконец, вокруг её тела обвился тонкий, очень длинный черный хвост. Её странное тело тоже почти ничто не скрывало. Кусок темно-фиолетовой ткани пересекал её груди, достаточно тонкий, чтобы полностью показать её декольте и боковые части сисек. Соответствующие стринги с очень высоким разрезом демонстрировали её широкие бедра, но в то же время были достаточно низкими спереди, чтобы едва прикрывать промежность. Единственным остатком её прежнего облика были очки. Полная противоположность костюму, который был на ней, Моле теперь выглядела как нечеловеческая, но чрезвычайно манящая суккуба. Одарив зрителей знойным взглядом, достойным её внешности, она схватилась за шест, держа руки над головой, и повернулась. Задняя часть ее стрингов была не более чем веревкой, которая затерялась между её пышными ягодицами, оставляя их свободными, чтобы обернуться вокруг шеста, который она держала, когда она отводила бедра назад. Потирая задом вверх и вниз, она медленно наматывала свой хвост вокруг него, то затягивая, то ослабляя хватку, двигая им вверх и вниз в ритме со своими бедрами. Одарив зрителей знающей улыбкой через плечо, еретическая темплар продолжала обслуживать шест еще немного, затем обошла его и повернулась лицом к зрителям. Отпустив шест, она опустилась на колени на четвереньки, затем опустила верхнюю часть тела, а затем подалась вперёд, опустив бёдра. Прижавшись к земле, Моле медленно подняла бедра, достаточно высоко, чтобы зрители могли рассмотреть её задницу, и опустила их на пол. Повторяя движение, она смотрела на зрителей, а её хвост полз по телу к лицу. Ударяя по земле с нарастающей скоростью и силой, она открыла рот и высунула язык, пропустив в него кончик хвоста. Засунув его в рот, она смотрела на зрителей, которые разразились криками и непристойными комментариями. «Это то, чего вы хотите, не так ли? Давайте все вместе предадимся разврату. Приди в мои объятия, и я доставлю тебе все удовольствие, какое только можно пожелать». Взяв в рот отросток, она погладила его, когда он сделал еще несколько грубых толчков, затем напряглась всем телом и опустилась на пол. Все ещё лёжа, Моле вынула хвост изо рта и обмотала его вокруг шеста позади себя. Используя рукоятку для опоры, она подперла бедра, затем выпрямилась и встала на колени. Положив руки на живот, она поглаживала их по животу, одновременно поднимая одну ногу, чтобы встать на нее, а другая по-прежнему стояла на коленях на земле. Когда она потянулась вверх, чтобы погладить свои груди, она задвигала бедрами вперед-назад и отпустила шест, чтобы её хвост мог заправить его кончик в стринги. Она лапала свои груди и двигала бедрами, пока её хвост извивался внутри трусов, и все это время развратно улыбалась зрителям. Поиздевавшись над собой некоторое время, Моле отпустила груди, которые болели от грубого обращения, и поправила стринги, вытаскивая из них хвост. Встав, она повернулась спиной к зрителям, глядя на них через плечо. Одной рукой она потянулась к спине, чтобы зацепиться пальцами за стринги, а другой потянулась вверх, чтобы зацепиться за топ. Быстрым движением она сорвала с себя оставшуюся одежду, оставшись только в очках. Повернувшись, она обернула свои похожие на крылья придатки над грудью, а хвост намотала на одну ногу, чтобы прикрыть промежность. «Извините, но есть некоторые секреты, в которые вы пока не посвящены. Если вы действительно, очень-очень хотите увидеть, то вам придется пойти на некоторые дополнительные расходы». Она подмигнула зрителям, приложив губы к пальцам, чтобы сделать жест «тише воды». Развернувшись, она пошла прочь со сцены, бросив последний дразнящий взгляд на зрителей, прежде чем исчезнуть за занавесом.