Белые Цветы

      Был ли я счастлив, когда в тринадцать лет я почувствовал, что на обеих коленках у меня растут цветы? С одной стороны да. Судьба наконец-то дала мне понять, что мой соулмейт существует. И цветы были красивые - белые фиалки. А с другой… Ему же было больно. Фиалки были такими большими и занимали большую площадь на коже. Что могло произойти, что он так сильно рассёк коленки?..        Стоит признать, история с коленями была особым случаем. В отличии от меня, у которого не один день не проходил без того, чтобы не пораниться, мой соулмейт был очень осторожным. Хотя, когда мне было пятнадцать, маленькие фиалки стали довольно часто появляться на моих щеках и лбу. Кажется, переходный возраст доставлял его лицу много проблем.       А потом умер отец. Я слишком хорошо помню, как моя мать позвонила мне на одной из перемен. Тогда я впервые прогулял урок. Было страшно. Больно. Хотелось кричать. Просто хотелось выговориться. Но говорить было уже некому - мать начала запивать боль алкоголем. Тошно. Я нашёл утешении в лезвии.       Я боялся, что на моём лице пропадут фиалки. Кто захочет чинить сломанного? Я плакал. Каждый раз плакал, когда видел редкие маленькие цветы. Я ненавидел себя, переставал рисовать линии на запястья. Меня никогда не хватало дольше, чем на три дня.       Я держал лезвие в руках, когда фиалки начали расти сразу в нескольких местах на теле. Я буквально чувствовал, как бутон за бутоном распускаются цветы на моих руках и ногах.Что произошло? Лезвие упало, так и не коснувшись моего запястья. Мне было страшно. Почему я позволял соулмейту беспокоиться за себя из-за линий гипсофил на запястьях? Почему гипсофил? Я не знаю. Эти аккуратные белые цветы всегда мне нравились.       В тот день я выбросил всю упаковку лезвий. Я должен был держаться. Он не должен был беспокоиться за меня…       Примерно через месяц мать увидела мои руки со шрамами. Тогда она впервые ударила меня. Кажется, она говорила что-то про то, что я так пытаюсь привлечь внимание. Что мой соулмейт не станет искать меня и срежет цветы. Что она сама готова срезать фиалки с моего лица. Я вновь купил лезвия. Мне было так проще.       Я старался появляться дома как можно реже, но было такое ощущение, будто мать специально ждёт меня, чтобы посмотреть на запястья и вновь меня побить. Это происходило даже чаще, чем появлялись белые цветы на моём лице. Кажется, фиалки стали расти чаще. Признак стресса? Возможно.       В десятый класс я не пошёл: поступил в художественное училище в ближайшем городе. На самом деле, мне было плевать, куда поступать. Просто хотелось сбежать от матери. На скопленные деньги я смог снять маленькую комнату у доброй бабушки в старом доме. Мне казалось, что я смогу начать новую жизнь. Но район оказался не самым гостеприимным. Примерно раза два в неделю меня стопала гопота. Как же бесит.       В один прекрасный осенний вечер я вышел на улицу за хлебом. Только я вышел из подъезда, я увидел два знакомых лица. Два гопника, которые постоянно требовали с меня деньги. Тогда я понял, вечер прекрасным не будет, и постарался быстрее зайти назад. Не успел. Один из них потянул меня за воротник пальто, а второй уже стал требовать деньги. Сказав, что у меня их нет, я получил удар в грудь мигом оказался на земле. Я мог только сгруппироваться, закрыв голову руками. Ужасное умение, но очень нужное.       Били меня на удивление недолго. Напоследок потянули за волосы, рассекли мне губу и смотались. Сил не было даже для того, чтобы поднять голову. Я даже не сразу понял, что меня держат за плечо и что-то спрашивают. Только через несколько секунд я понял вопрос:       - Вы в порядке?       Голос женский? Даже девичий. Я постарался кивнуть. Конечно, я в порядке. Кажется, мою спасительницу такой ответ не устроил, потому что она помогла мне сесть. Я ещё пару минут просто тяжело дышал. Наконец-то я смог аккуратно поднять голову. Нужно было поблагодарить девушку. Она была красива. Длинные, прямые, распущенные блондинистые волосы, карие глаза, которые внимательно меня изучали. Пухлые губы, на которых росли гипсофилы…        Слова благодарности застыли у меня на губах. Я не осознавал, что делаю, но моя рука потянулась к её губам. Уже другая фраза рывками вырвалась из меня:       - У вас... На губах гипсофилы…       Она дотронулась до цветов, и, кажется, что-то ответила, но я не слышал. Всё также, не осознавая свои действия, я потрогал свою губу. На ней кровь. С замиранием сердца я взял девушку за руки и аккуратно поднял рукава. Линии гипсофил покрывали её запястья в точности повторяя узор на моих руках. Это была она.       Мои глаза наполнились слезами. Я сжал руки девушки, которая не предала меня. Я боялся, что это сон. Я много хотел сказать, но мог произнести лишь короткое:       - Прости…