Мое любимое Подземелье или как я стал Хранителем Подземелья и что из этого вышло.

Повторный тест тел подтвердил – мужская призрачная форма создана для работы, женский призрак непонятно для чего, но любопытство в этой форме зашкаливает, физическая форма для жизни: вкус, цвет, запахи, осязание – в физической форме все воспринимается острей и насыщенней. В этой форме хорошо есть, пить, сидеть в мягком кресле, валяться в кровати, проговаривать слова вслух, трогать что-то пальцами, и просто ходить по полу, наконец. Даже каблуки на сапогах и непривычные формы тела этому не мешают, а приносят новые приятные ощущения. Состроить рожицу, показать отражению язык или неприличный жест, покрутиться перед зеркалом, смотря за своими движениями, заточить втихаря купленную в магазине коробку зефира, запивая его красным полусладким вином – это натуральный кайф! Чихнуть, почесать макушку, моргнуть, потянуться, сесть-лечь-встать, сделать пару круговых движений головой – офигительный кайф! Пройтись вперед-назад, глянуть в приоткрытую дверь на свою большегрудую копию, почесать в раздумьях макушку – это настоящая жизнь, которой я был лишен все это время и успел не только позабыть, как оно в реальном мире, живя только образами и воспоминаниями. Это приносит море новых эмоций! Мне этого реально не хватало. Снова меняю тело на мужское и пробую проделать все в том же порядке. Но понимаю, что острота ощущений здесь сильно притуплена. Зефир уже не дает того взрыва вкуса и неземного блаженства. Я просто отмечаю, что пища калорийная, сладкая, вкусная, есть можно. Нет такого восторга и от тактильных манипуляций. Я что-то могу взять и куда-то положить, что-то передвинуть? Хорошо, это полезное умение. Могу пройти сквозь дверь? А это очень хорошее умение. Могу лежать плоской или объемной тряпочкой на кровати, сидеть в кресле? Не интересно, ненужное умение. И постоянный зуд в голове, что я напрасно расходую отпущенное мне время, а ведь мог бы сейчас не маяться глупостями, а копать, копать, копать. Тяга к работе в этом виде выходила на какой-то запредельный уровень. Женский призрак для повседневной жизни тоже совершенно не подходит. Разочаровал он меня. По сути это как мужской призрак, но проявляющий больше любопытства. И это любопытство совершенно не делиться на нужно-не нужно, полезно-не полезно. Информация, которую я добываю с помощью этого любопытства тоже не однозначная. Нафига было совать руку внутрь кресла, когда я и так знаю, какую мебель приобретал за свои кровные крупицы опыта? Я знаю, что кресло набито натуральным наполнителем, но лезу все это пощупать. Зачем разламываю зефирки и сравниваю толщину шоколадной глазури на них? Зачем мне вообще третья форма? Теперь еще раз проверим редактор… -Сестра? Сестренка, ты где? – раздалось от двери, поломав мне все планы. – Ты здесь? Ай! Ой! Извольте видеть, Воплощенное Ядро споткнулась на ровном месте и вкатилась колобком в комнату, тут же погребая меня под собой. Удушение вывалившейся из одежды грудью? Я видел хентай, который начинался так же… Мягонькие, но упругие и тяжелые. И молочные… если на розовую пипочку надавить, то прямо фонтанчик прыскает. Прикольно, и на вкус приятно, словно не очень жирные сливки пьешь. - Ох! Сестренка, может не надо? Не так… быстро. Ой, не надо давить туда! Я… стесняюсь… Только если это ты, тогда… Ай! Ты такая напористая, сестренка… – бормотала мне в макушку Хранитель XXXVII, Воплощенное Ядро Наоми, но попыток встать не предпринимала, зато обхватила мою голову руками, еще крепче прижимая к себе. Раз гора не идет к Магомету, то… меняем форму тела на призрачную и ловко выскальзываем из объятий. Раз! И я уже за ее спиной стою. Нет, сажусь в кресло. Меняю форму на физическую и понимаю, что стресс нужно заесть сладким. Срочно! Немедленно! Пастила, горшочек меда, колотый горький шоколад с миндальными и лесными орехами, шоколадные конфеты, мармелад в виде лимонных долек, засахаренные ананасы, эклеры, колечки с творогом, трубочки со сгущенкой, самовар, заварочный чайник, две чайные чашки. - Э-э-э… Наоми? – как ее называть-то? Воплощенным Ядром? Хранителем тридцать седьмым? По имени? Или всем сразу? - Ой! Сестренка, а я тут упала… – Да! Зрелище колыхающейся груди завораживает. А когда колышутся такие формы, это натуральное оружие массового поражения. И это покраснение на ее лице, кулачки, прижатые к щечкам, смущенный взгляд, и добивает меня хвостик, которым она прикрывает один сосок, оставив второй на полное мое обозрение. Я поражен! Нет, я полностью разбит и готов безоговорочно капитулировать! Бр-р-р-р! Что за пошлость лезет в голову? Упал ведь человек, так надо ей помочь встать, а не пялиться на еще колышущуюся голую грудь, пуская слюну в предвкушении того момента, когда… Когда что, дурья моя голова? - Вставай, будем чай пить и знакомиться. - А я/мы все-все про тебя знаю/знаем, сестренка! – заявляет мне эта особа, садясь в кресло, не забыв поправить платье. – Стройные блондинки с большой грудью, и широкими бедрами. Я/мы сама такое тело выбирала, правда хорошо вышло? Я еще хотела кошачьи ушки и хвостик, но оно само так получилось с рожками, крылышками и другим хвостиком, мы/я тут не причем, честно-честно! Но так нам/мне тоже нравится… - Да… Я ведь рыжих девушек люблю. - Нет! Я/мы все-все поняли, когда прошлую нас вставили тебе внутрь. Мы/я смотрели изнутри, где нет личных запретов, и все-все точно рассчитали и воплотили. Грызу печенье. Просто грызу печенье, заедая его медом, вареньем и пончиками со сгущённым молоком, залитых розовым сахарным сиропом. Чашка пуста, но мне сейчас не до чая. Мне бы понять, что она там говорила про мой внутренний мир и почему я люблю блондинок, когда всю жизнь я тянулся к рыжим? И как понять ее фразу, что это она все рассчитала и воплотила? - Я… Эта форма, твоих рук дело? Блондинка закивала головой, подтверждая мои подозрения, и одновременно покачала ей в отрицании: – Я/мы раньше были, но потом стали там, где нас много. Нас/мы много, но неполные. Отрывки. А так хотелось снова стать там, где я/мы одна, но чтобы нас было целое. Где есть наше тело. А тут нам дали приказ те-кому-нельзя-отказать, вставить новой Мы последнюю Я, –«сестренка» себе налила чай, и сладости со стола не сметает, как я, а аккуратно ест. Но в креме измазала щеки – милота! – Мы сделали, но поняли, что два лучше чем одна. Одной быть постоянно скучно, и мы решили сделать себя и сестру. Сразу две, но получилась одна мы и еще я/ты. И еще одна ты, но это точно не мы! Умную, добрую, сильную старшую сестру, что бы она нас защищала и оберегала. Я/мы боюсь, что опять придут злые люди и сделают нам больно. Зачем они это делают? Это неправильно! Так нельзя! Больно нам всем, и Я/мы, и там где мы хранимся/живем все вместе. Те-кто-нас-призвал/создал/воплотил временно дали тебе силу творения, а мы немножко ее взяли. И вот у нас есть ты другой, сильный, но всегда на работе и сильная сестренка, что всегда рядом. Мы ведь всегда будем вместе-вместе, да? А еще я любим торт «Три молока» и профитроли. Я ведь буду спать с тобой? Одна боюсь… - То есть, это ты захотела себе тело и заодно изменила мое? Воспользовавшись моими предпочтениями, о которых я и не подозревал? - Нет. Ты делала себе тело, но оно становилось все больше другим. Не таким, как мы/ты хотели. Тогда мы/я взяли немного нашей силы, что хранится всегда внутри меня/нас, и мы стали два. Ты есть другая, которое ты самостоятельно делала и это ты. Сейчас тоже ты, но такая, как хотели ты/я/мы вместе. А мыться в ванной мы будем вместе? Я могу спинку потереть и голову помыть. Даже так могу всю сестренку помыть, как внутри тебя хотеть/знать. Голова болит… Ничего не понятно, но жутко интересно. А еще есть сладости, которые меня примиряют с текущей действительностью. Но, если копнуть глубже, то получается, что тело призрака я сделал самостоятельно. Получил именно то, что ваял в редакторе. Мужчина – чек. Писюн стал больше – чек. Молодость, здоровье, небольшая мускулистость призрачного тела – чек. Магия – чек. А теперь вспоминаем, что я получил за свойства характера. Мстительность – в этой форме призрака я уязвим только к божественной, природной и магии смерти, полностью игнорируя любые другие воздействия. Ни физический урон, ни стихийная магия, ни призванные монстры-звери мне не могут навредить. А я могу. Могу с Хероями в рукопашную сходиться, или вступать с ними в магическое противостояние – плевать мне на всех, кроме жреца. Только у него есть возможность навредить моему призрачному телу. Не хочу сам с ними сражаться, но могу и буду, если до этого дойдет дело. Я не забыл, что они вытворили с телом прошлой Хранительницы, и до сих пор хочу видеть их головы на кольях. Дальше идет Перфекционизм. Я хотел копать больше, копать глубже, копать лучше? Более рационально использовать доступные ресурсы? Получите и распишитесь. Призрачная форма создана именно под эти задачи. Кушать и наоборот не надо, спать не надо, в отпуск не надо, зато надо работать, работать и еще раз работать – идеальный исполнитель своей же воли. Упрямство и Импульсивность. Здесь, на первый взгляд, их влияния не видно, но не факт, что его нет. Скорее всего, это именно Импульсивность не дала мне проверить, перепроверить и еще раз все внимательно отследить в деле конструирования нового организма, а Упрямство только усугубило, ведь я точно знал, что хотел получить в редакторе, что уже сделал и чего в итоге добиваюсь. Возможно также вмешательство подсознания, что уловило мой общий настрой и позволило воплотить то, что получилось в итоге. То есть призрачная форма мой собственный косяк, если не теоретизировать совсем уж абстрактно, и не приплетать всяких сущностей, что только и делают, как мне пакости строят. Но сути это не меняет – первая форма нужна и полезна. Именно она мой гарант на выживание и долгосрочную плодотворную работу по специальности. Вот второе тело, тело призрачной женщины, мне совершенно не понятно, откуда оно взялось и что теперь с ним делать. И «сестра» его не упоминает, в своем рассказе. Оно… никакое. В нем хуже работается и хуже отдыхается. Оно совершенно лишнее и ему сложно придумать хоть какое-то применение. Так что пока забудем о нем и положим на дальнюю полочку. Как НЗ – вроде бы есть, но в повседневной жизни совершенно не нужен. Третья форма – предмет манипуляций Ядра, которое (внезапно!) тоже имеет свои хотелки, в основном схожие с моими планами. Ему, как и мне, тоже скучно одному, и ему тоже хочется кушать вкусное, спать на мягоньком, принимать горячую ванну, читать интересную книжку. Поговорить хочется хоть с кем-то живым, а не с голосами, даже их обрывками, в голове. Ядру плохо в одиночестве и снова страшно умирать и вот оно делает себе защитника, основательно покопавшись в своих желаниях и моем подсознании, раз те-кто исполнили мою просьбу и подселили кусок Ядра мне в голову напрямую, не оборвав с ним связь. Ведь откуда-то взялись эти я/ты/мы стройные пышнобедрые блондинки, при том, что я всю свою сознательную жизнь предпочитал рыжий цвет волос у девушек. И третье тело создавалось не на мои кровные, а за счет Ядра и энергии, которое оно пропускало во время моего воплощения. Можно, конечно, Младшую обвинить во всех смертных грехах, все-таки именно она отщипнула кусок энергии и поучаствовала в создании живого женского тела, но я не буду. Это не поможет мне дальше жить и работать на свое благо и страх врагам. А работать надо. И отдыхать тоже. И поговорить с Воплощенным Ядром тоже, ведь я столько времени провел без общения. И вот мы уже сидим на низеньком плетеном диванчике в каминной комнате, где я глажу по голове плачущую сестренку, обнимаю ее и шепчу в красные ушки разные успокаивающие слова. Горит огонь, тени пляшут по стенам, в воздухе разливается запах костра и вина, которое мы пьем и закусываем восхитительным виноградом и сыром. Младшая мне рассказывает обрывки своих воспоминаний, которых у нее в голове десятки, а то и сотни. Это сколько же у этого Ядра было Хранителей? Неужели те самые тридцать семь? В ее рассказах упоминаются и мужчины, и женщины, и неведомы зверушки, которых даже она не может полностью описать – с шестью лапами, девятью разнообразными щупальцами, сотней тонких и длинных усиков, крохотным туловищем, хоботком, но совершенно без головы. Кто-то мог похвастаться долгой историей (вернее многочисленными обрывками историй от одного Хранителя), кто-то короткой, однако общим у всех Хранителей было одно – смерть. Рано или поздно, но в Подземелье приходили те, кому не нужны были блага, а нужна была окончательная смерть Хранителя и Ядра. Иногда эти находники не только убивали Хранителя, но и разрушали Ядро, однако, как и в моем случае, Ядро рано или поздно, снова вступало в работу, а на месте убитого Хранителя появлялся новый. Затем я, под то же самое вино и кучу пирожных, рассказывал о своей жизни вне этого мира. Все что помнил, а помнил я многое. Детский садик? Истории из него есть у меня. Школа, институт, армия, институт, работа? Об этих периодах моей жизни я помнил гораздо больше. Друзья, товарищи, родители, первая бывшая жена, вторая бывшая, третья бывшая… Рассказ перескакивал с одного на другое, с него на третье, и гнался за четвертым, но я продвигался вперед, к тому моменту, когда стал тридцать восьмым Хранителем. Под разнообразные истории и умеренное потребление вина Младшая заснула, и теперь уже ее голова лежала на моих бедрах, а я продолжал смотреть в камин, потягивал вино и гладил неожиданную сестренку по пышным волосам. Меня мучил вопрос: «Что дальше делать?». Нет, общий вектор вроде бы понятен. В виде призрака я работаю, а потом принимаю эту форму и отдыхаю. Логично? Вроде бы логично. Но это еще не все. Магия у меня теперь есть и ее надо изучать. А как? Вопрос наверх снова остался без ответа – нет сидящим-на-горе до меня никакого дела. Это же не местные сущности лезут грязными жадными лапками в их игрушку, а сама игрушка проявляет активность. Но у меня есть варианты решения и этого вопроса. Первое, что нужно сделать – это построить зал для тренировок. Там можно имитировать любые тренажеры и отрабатывать заклинания хоть до посинения. Второе – приобрести книги заклинаний в магазине за нескромные суммы в опыте. И чем круг магии старше, тем больше плата в опыте. Третье – совместить первое и второе. Вариант самый простой и рабочий, но есть одно но. Он слишком растянут во времени. Сколько его уйдет на отработку до автоматизма заклинаний первого круга? А второго? А третьего? Про восьмой мне уже думать страшно, там уже десятилетия на оттачивание одного единственного заклинания наверняка идут. Есть у меня в запасе пара сотен лет на восьмой круг, на котором, по моим ощущениям, стоит маг группы Хероев? И это я еще не упомянул, что восьмым кругом список доступных книг не ограничивается. Есть еще и девятый, и десятые круги… Правильно, нет у меня столько времени. Есть решение нехватки времени – специальный зал с другим течением времени. Вошел в пять вечера, вышел в шесть вечера, а внутри зала прошла тысяча лет, и ты такой выходишь все знающим и умеющим аксакалом, но ни внешне, ни внутренне не изменившись, ни на йоту. Удобно, надежно, фантастически полезно, но где взять секстиллион (21 ноль после цифры!!!) опыта на него, если для меня сейчас и пара десятков тысяч очень внушительная сумма. Я просто не могу представить, кого должно убивать Подземелье ради таких цифр. Древних драконов, Верховных демонов, Старых богов? И какой глубины оно должно быть? Сотня тысяч этажей с площадью каждого этажа в континент Евразия? Наверняка глубже и площадь побольше… Ставлю фигурку на стол и тут понимаю, что их там уже три… Вот тебе и подвох – я не замечаю, как сливаю опыт на совершенно ненужные мне покупки. Три штуки по цене в… Ого! Пять тысяч опыта. Однако, у них и цены. Хотя когда беру фигурку в руку, создается полное ощущение, что трогаешь живую плоть живого человека. Грудки слегка проминаются, писечка намокает, ротик натуралистично кривится в очередном оргазме – технологии, мое уважение! И кто у нас тут? Классика, Воины в матросках – Меркурий, Венера, Юпитер в порно варианте, где груди побольше, бедра шире, попки круглее, а лица похотливей. Все конечности двигаются как положено, все анатомически верно, а гибкости позавидует любая змея – хентай физика в действии. Можно даже композиции составлять… Бля! Не о том я думаю. Мне нужно решаться на постепенное и долгое наращивание мощи или положиться на кота в мешке. Если про долгое я уже думал и сильно не уверен, что мне дадут столько времени, то кот в мешке это Терра Инкогнита. В описании только «Ускоренный курс магических дисциплин или как стать личинкой Архимага в самый короткий срок» в рамочке из вопросов, и все. Несколько это будет быстрее первого варианта? «Самый короткий срок» – это сколько? Почему у него такое описание? Почему это не комната для постройки в Подземелье, не книга-гримуар из человеческой кожи, источающей жажду всех убить, не седобородый дедушка-архимаг всех миров, а старый протертый до дыр свиток, перевязанный тонкой веревочкой? И почему у него цена всего в единичку опыта стоит? Да его даже в руки брать стремно – он того и гляди в песок рассыплется от старости. Ладно, именно сейчас этот вопрос не горит. Лучше взять сестренку на ручки и отнести в спальню. Заодно и сам отосплюсь за все то время, что провел бестелесным Хранителем. И буду в это время обнимать горячее, приятное во всех местах, сестринское тело, что само по себе является хорошим релаксантом. Кровать я покупал еще в бытность призраком, но не прогадал. В меру мягкая, но в меру твердая кровать с бархатным балдахином, на невысоких резных ножках. Приятно пахнущие подушечки, что манят к себе уставшую голову, обещая комфортный сон. Теплое и пушистое невесомое одеялко, что готово обнять тебя, согреть и убаюкать. Даже трогать свежее белье было тем еще удовольствием, а уж лечь на него… Ум! Волшебно! Раздеть сестренку было просто. Сапоги легко снялись с ног, а уже за ними в кресло полетели чулки и перчатки. Платье вообще держалось на двух передних застежках. Из белья имелись только прозрачные трусики, но их я не стал снимать. Сам тоже быстро разделся и еще раз подивился схожести наших нарядов, положив свои вещи в другое кресло. Уложить сестренку, нырнуть к ней под бок, и укрыться одеялом было делом двух мгновений, не больше. Думал, что крылья и рога будут мешаться, но ничего такого не произошло – матрас, одеяло и подушки приняли наши тела в свои объятья как родных, словно мастерились именно под наши особенности. Нигде не давило, не терло, ничего не мешало, все было просто идеально! Все, обнять и уснуть. … Утро… Говорят, что оно мудреней вечера, но у меня оно выдалось просто офигительным! А все от того, что я проснулся от позабытого чувства. Утренний стояк и утренний миньет – великолепное начало нового дня! Это настолько меня выбило из колеи, что я не сразу сообразил, где я, кто я, и кто в таком случае может мне делать этот самый миньет. А сообразив, уже ничего не мог поделать, вцепившись в волосы сестренки, и постанывая сквозь закушенную губу. Волны мурашек, своим непрерывным движением задевающих каждую клеточку нервных окончаний, бегали по моему телу, начисто вымывая любые мысли о том, что так нельзя, что так неправильно. А еще это ощущение невесомости, в которое раз за разом тебя кидает, когда она опускает голову вниз и насаживается на член горлом до основания, поднимая голову вверх, оставляет лишь головку в кольце губ, когда язык сестренки задевает особо чувствительные места на головке! Сладкое безумие, от которого нельзя отказаться, которое нельзя прервать. Я чувствовал тяжесть ее груди на ногах и что из ее торчащих сосочков, елозящих по моим бедрам, вытекает горячее, пахнущее сливками, молоко. А так же ласковые пальчики и гладкие ладошки, гладящие меня по бедрам и животу. Наоми подняла голову, не выпуская головку изо рта, продолжая ее облизывать языком, и наши взгляды встретились. Да в ее огромных зеленых глазищах отображались натуральные розовые сердечки, пульсирующие в так работы ее сердца! И тут мое сердце рухнуло вниз – сестренка снова опустила голову до самого конца, насаживаясь горлом на всю длину члена! И снова мое сердечко скакнуло вверх, когда она подняла голову на прежний уровень, облизала по кругу головку и снова глянула на меня. Нет, правда, натуральные сердечки вместо зрачков! Удивительно и притягательно… - Сестренка-а-а-а! Ты лучшая! – прохрипел я, чувствуя, как горячий и сладкий ком удовольствия собирается внизу живота. А когда она взглянула на меня, то увидел, как пульсирующие в ее глазах сердечки взорвались фейерверком из множества сердечек. Она слегка прикрыла глаза и отдалась работе всей душой. Вниз, вверх, вниз, вверх не переставая обрабатывать ствол или головку языком, тереться об меня грудью, и ласкать меня руками. Ох! Это что она делает? Ее груди ложатся на мои бедра и теперь член зажат между ними, только головка торчит сверху. Она ее целует, и мокрые жаркие сисечки начинают тереться о ствол моего члена. Такого у меня точно не было, но как же это восхитительно! Даже не знаю что лучше, когда целиком берут в рот или вот так, когда между грудями и с ротиком! И этот ком удовольствия все разрастается, подчиняет тело себе, заставляя двигаться бедра навстречу рту сестренки, а пальцы перебирать ее густые и шелковистые волосы, массировать блондинистую макушку, почесывать за остреньким ухом, поглаживать основания рогов. Все, не могу! Я сейчас кончу, если сестренка не прекратит свою пытку! Я так напряжен, так закаменел, но это очень приятная каменность. Мне настолько хорошо, что это просто удивительно! Наоми снова сползает с меня и полностью насаживается горлом на член, упираясь носиком в мой лобок. Всасывая мою плоть в свое жаркое, узкое, горячее нутро, пока язычок облизывает основание члена и яички. Ее оттопыренная вверх попка с поднятым вверх хвостом, двигается из стороны в сторону, вверх и вниз, завораживает и приковывает мой взгляд к себе. Пышная грудь давит на бедра, но это приятная тяжесть. Из алых сосочков капает белое молоко, изредка взрываясь тонкими струйками. - А-а-а-а-а!!! Все, кончаю! Сестренка начинает кончать одновременно со мной и на мгновение замирает, сглатывая и даря этим мне новые ощущения. Горячее тело наваливается на меня всей тяжестью, и я чувствую, как ее всю потряхивает от накатившего удовольствия. Член напрягается, и все тело пробивает приятной истомой… Я уже ничего не соображаю, удерживая голову сестренки внизу, пока моя чувствительная головка трется о стенки ее горла! Волшебно! Уф… Меня все еще потряхивает, но пик удовольствия уже прошел, оставив после себя небольшую опустошенность в паху и приятную истому во всем теле. Теперь я ясно вижу, как из ротика Наоми брызжет моя сперма, а ее горло сокращается, сглатывая. Не знал, что у меня такой объем спермы может быть… А… это же еще одно «проклятье-подарок», как и одновременное удовольствие для партнеров… А вообще, я готов все ей простить и понять, только за это утро. Такого взрыва ощущений у меня никогда еще не было, хотя сексом я в жизни до попадания был не обделен и мне есть с чем сравнивать. Но ни одна из моих партнерш так бы не смогла, не вызвала бы такого буйства страсти и такого волшебного удовольствия. Или это потому, что это тело для меня новое, абсолютно здоровое, улучшенное, да еще и с дарами/проклятиями от местных божественных сущностей? Не знаю, может и так. Нет смысла разбираться в этом, когда тебе так приятно и хорошо, когда под боком лежит прекрасная блондинка, доверчиво прижимаясь к тебе горячим, еще подрагивающим от недавно полученного удовольствия телом. Хочется в кои-то веки после секса не заснуть, а закурить сигаретку и выпить пару глотков глинтвейна. Потом разжечь в гостиной комнате камин, постелить перед ним пушистую шкуру, накрыть стол с мясом, фруктами, пирожными и вином и просто обнимать ту женщину, что тебе нравится. Хочется кормить ее с ложечки, целовать в румяные щечки, гладить по голове, перебирать эти шикарные волосы и обнимать, обнимать, обнимать… даже если это твоя сестра. Хочется не секса, а простой теплой близости, домашнего уюта и гармонии. Хочется просто держать ее за руку и смотреть в эти зеленые глаза. Хочется лечь к ней на коленки и чтобы уже она тебя гладила, перебирала и расчесывала тебе волосы, ласково почесывала голову и шею, поглаживала сытое пузико. Хочется обнять ее, зарыться носом в эти манящие, вздымающиеся при каждом вдохе полушария, закрыть глаза и так сидеть вечность, вдыхая ее манящие и успокаивающие запахи, чувствуя биение ее сердечка.