I need you!

*** Поздно вечером, после ужина, все собрались в кабинете Намджуна. Чимин очень нервничал, но понимал, что тянуть с разговором больше нельзя. Раз его выцепили в туалете, в пятидесяти метрах от Чонгука и охраны, которая была буквально за дверью, то вполне реально, что в следующий раз раз ему, действительно, глотку перережут и он может не успеть предупредить братьев. Конечно, он припугнул Хосока через его дуболома, но всегда оставался риск, что загнанный в угол, тот может психануть и не нужно даже гадать кого он назначит виновным в своих неудачах. Так что ему нужно, как можно быстрее, рассказать всё, что он знает, а там Намджун сам разберётся какая информация будет полезна, а какая нет. Чонгук видел, что Чимин нервничает и предложил всё рассказать ему, а он потом сам с Намджуном поговорит, но тот отказался, сказал, что должен сам это сделать. — Мы кого-то ждём? — Спросил Чонгук, заметив, что брат без конца смотрит в телефон. — Я не сказал? Простите, ребята... К нам должен Сокджин присоединиться... Он уже подъехал... — Извинился Намджун и улыбнулся, увидев как младший расплылся в счастливой улыбке и бросился встречать любимого хёна. А Чимин в очередной раз удивился тому, как же сильно они любят друг друга. — Доброго вечера... Простите, пожалуйста... Я немного задержался... — Поздоровался со всеми Сокджин, которого привёл Чонгук, крепко обнимая сзади. Когда Джин вошёл, Чимину показалось, что кабинет реально осветился прекрасным солнышком. Он не знал как смотреть в его глаза и одновременно не мог взгляд от него отвести. Господин Ли и Намджун тоже бросились обнимать парня, а Чимин поклонившись, стоял в стороне и немного напугался, увидев, что Джин направляется к нему. — Привет, Чимини! Рад тебя видеть, дружок. — Старший обнял шокированного парнишку и, мягко прикоснувшись к его подбородку, заглянул в глаза и спросил. — Как ты себя чувствуешь, малыш? Ты здорово напугал нас... — Всё хорошо, спасибо большое... — Младший снова кинулся кланяться, но Джин остановил его. — Не нужно... Не делай так... Ты же не первый день в этом доме и знаешь, что в кругу семьи не нужны формальности... — Старший подвёл Чимина к дивану. — Давай присядем, я сяду рядом с тобой, если ты не возражаешь. — Для меня это огромная честь... — Тихо пробормотал Чимин, чувствуя как язык присыхает к нёбу от волнения и Джин это почувствовал. — Выпьешь со мной воды? — Спросил старший, подавая ему стакан, а Чимин вновь поразился его деликатности. Прошло ещё несколько минут, прежде чем волнение немного улеглось и парни смогли вернуться к тому, для чего собрались. — Намджун сказал, что ты хочешь нам что-то рассказать... Скажи, дорогой, ты не хочешь сначала побеседовать с психологом? — Сокджин ласково обнял Чимина, успокаивающе поглаживая по волосам. — Мы совсем ничего не знаем о тебе, но того, что знаем уже достаточно, чтобы понимать, что судьба у тебя не легкая и пережить тебе пришлось не мало. — Нет, спасибо... Всё хорошо... Я справлюсь... Вы только не перебивайте, пожалуйста... Я очень волнуюсь... Я всё расскажу, а потом отвечу на все вопросы. Разрешите, я сяду в то кресло... Вряд ли кому-то из вас захочется обнимать меня, когда я закончу... — Парнишка подошёл к столу Намджуна и положил перед ним флешку, а потом сел в кресло, оказавшись напротив всех четверых. — Первым делом я хочу искренне поблагодарить вас за всё тепло и доброту, что вы мне подарили, несмотря на то, что я столько боли вам принёс. Простите меня, пожалуйста... Я очень виноват перед вами, но к сожалению у меня не было выбора. — Чимин поднял виноватый взгляд на Джина. — Господин Сокджин... — Просто Джин... — Поправил старший и снова превратился в слух. — Спасибо... Джин... — Поблагодарил парень и продолжил. — В тот вечер в клубе ничего не было. Намджуна действительно чем-то опоили. Мне было приказано изобразить оральный секс и пояснили, что гость в невменяемом состоянии и ждут его бойфренда. Кто расстегнул его ширинку и приспустил штаны, я не знаю... Когда я вошёл, он был без сознания, как мне показалось. Но когда я положил руки на его бедра, он слабо открыл глаза и попытался оттолкнуть мою голову. Вы вошли в этот момент и вам показалось, что он притягивает меня за волосы к себе. Это было не так. — Кто приказал? — Спросил Намджун, и Сокджин посмотрел на него нахмурив брови. Просили же не перебивать. — Кто приказал? Господин Чон Хосок приказал... — Произнёс мальчик, опустив глаза, а четверо мужчин шокированно переглянулись. Одно дело что-то подозревать и совсем другое — получить подтверждение своим подозрениям. — Что вас связывает? — Первым в себя пришёл Сокджин. Он подошёл к мальчику и не обращая внимание на протест, вернул его на диван, усаживая между собой и Чонгуком. — Мой отец проиграл большую сумму. Он проиграл ему нашу квартиру и машину, свой небольшой бизнес и огромную сумму денег в американских долларах. А потом отстрелил себе голову и эти долги упали на меня. — А ты причём? Не ты же проиграл... — Спросил Намджун. — Я задал тот же вопрос. Но господин Хосок умеет убеждать. Мне хватило одной ночи с ним и шестью его отмороженными друзьями. Он позволил им делать со мной всё, что они захотят. Они не могли только убить или покалечить, и нельзя было портить товарный вид... К слову, это был мой первый сексуальный опыт. — Чимин начал мелко дрожать, окунувшись в воспоминания и Сокджин, почувствовав это, ещё крепче обнял, пытаясь успокоить. — Говорят, что первый раз на всю жизнь запоминается. Это правда. Такое невозможно забыть. Я захлёбывался спермой и своей кровью. И, разумеется, то что я был девственником их только сильнее заводило. Меня и к одному-то члену никто не готовил, а они в ту ночь в полный рост развлечься решили... — Крупная слезинка покатилась по щеке мальчика, но он её быстро смахнул, а мужчинам хотелось закрыть уши, чтоб не слышать весь этот ужас. — Никто даже не пытался как-то облегчить боль... Кляп в рот или член поглубже в глотку, и всего делов... Резвись себе сколько влезет, пока игрушка не сдохнет. — Я не могу это слышать... Бедный ребёнок. — Сокджина трясло от услышанного, а в глазах стояли слёзы. — Ему нужно было сломать меня и он легко это сделал. К утру я готов был в ногах ползать и выполнять любые его приказы, лишь бы этот кошмар закончился. — Джу Сан подал ему стакан воды и мальчик, с благодарностью сделав глоток, продолжил. — Хосок сделал меня элитной шлюхой и подкладывал под богатых и высокопоставленных людей. Он давал мне какой-то порошок, который я должен был подсыпать им в напитки, а потом я должен был их снимать во всех позах и ракурсах. Я должен был снимать все документы, что найду в их дипломатах и прочее. Иногда он привозил меня в номер, который специально оборудован для таких встреч и напичкан камерами. На этой флешке все доказательства моих слов. — Подожди... Когда ты появился в нашем доме, ты сказал, что тебя выгнали с работы, парень бросил и родители отвернулись... — Намджун пытался осознать услышанное. — Да, это то, что мне велено было сказать. Я должен был надавить на жалость, вызвать чувство вины и сделать всё, чтобы вы предложили мне пожить у вас. — Ответил мальчик, не поднимая глаз. — Я должен был залезть в постель к вам обоим. По возможности, обоих влюбить в себя и поссорить. Столкнуть лбами между собой. — Зачем ему это? Всё это звучит как безумный бред больного воображения... Просто в голове не укладывается... — Мужчины были в шоке и не понимали в чём смысл всего этого заговора. — Кто тебя избил, откуда синяки? Доктор сказал, что избили тебя с неделю назад, а ты в это время уже с нами жил... — Тихо спросил Чонгук, сжимая кулаки до побелевших костяшек. — Хосок с дружками. — Пожал плечами парнишка. Ему казалось, что ответ на этот вопрос и так очевиден. — За что? — Ему не нужен повод, но в этот раз он был. Я должен был прийти к нему с отчётом. На тот момент я больше двух недель у вас жил и должен был уже соблазнить вас. Но не сделал этого. Когда я спросил, что ему от вас нужно, он просто озверел... Нетронутым оставили только лицо... Над остальным телом поглумились от души. Несколько часов избивали и насиловали. Потом он дал мне срок, десять дней, и пообещал отдать на забаву в следственный изолятор больным туберкулёзом и ВИЧ. Срок вышел вчера. Сегодня мы с Чонгуком ходили гулять. Когда я пошёл в туалет, меня затащил в кабинку кто-то из его отморозков. — Это как?! Охрана же за дверью была... — Подскочил Чонгук. — Почему ты не закричал?! — Присядь, не пугай его. Мне больше интересно почему охрана не осмотрела помещение прежде, чем ты туда вошёл... — Что-то пометил в своём блокноте начальник охраны. — Хосок, видимо, всерьёз занервничал потому, что Намджун велел ему собрать информацию на меня. Он же понимает, что все мои контакты и передвижения ведут напрямую к нему. И не знает что вам известно. Сказал ли я вам что-то или можно придумать какую-нибудь легенду. На самом-то деле мне конец и это только вопрос времени... Ближайшего времени... Сейчас он загнан в угол, а первыми с игрового поля убирают пешек. — Что ты сказал этому отморозку? — Джу Сан и Намджун переглянулись, понимая, что парнишка прав и находится он в серьёзной опасности. Церемониться с ним никто не будет. — Я сказал, что сохранил все материалы, весь компромат, что он собирал с моей помощью на известных людей, у себя в облаке. Сказал, что всё это я вложил в письма с отсроченной отправкой и в определённое время я эту отправку переношу. Если со мной что-то случится, то письма уйдут получателям, а они будут очень удивлены увидев содержимое. — Ого! Да ты просто умничка! Как ты додумался?! Они теперь молиться должны, чтоб мимо тебя даже муха не пролетела... — Мужчины похлопали в ладоши. — Что мы получаем в итоге. Сейчас Хосок думает, что мы ничего не знаем, но ты себя обезопасил и тебя трогать нельзя. Мы не знаем, зачем он это делает и кто за ним стоит, но знаем, что всё это делается через него. — Они много людей убили. И в вашей компании тоже. Я слышал, как они это обсуждали. — Чимин вздрогнул, осознав, что всё это время теребит край худи Сокджина. — Простите. — Всё хорошо... — Джин снова вложил ткань в ладошки мальчика. — В каком смысле убили? — В прямом. Они всё выставляют как несчастный случай. Люди погибают в авариях, заканчивают жизнь самоубийством, умирают от внезапных сердечных приступов и так далее. Погибают, не вызывая вопросов у полиции. Я думаю, что сейчас, когда они боятся, что хозяева Хосока могут узнать, что он собирал на них компромат, да ещё эта информация может быть обнародована, вам ничего не угрожает. Сейчас им важнее добраться до информации и удалить её у меня, обезопасив тем самым себя. Я сказал, что переношу отправку в разных местах и в разное время, с телефона и с ноута. Телефон при мне и его легко отнять, а ноут в моей комнате в вашем доме. И сюда им сложнее будет попасть. Так что ждите Хосока в гости. — Слушай... Как ты сообразил-то так сделать? — Поразился Намджун. — Да ничего я не сделал. С перепуга выпалил первое, что в голову пришло... У меня даже своего ноута нет. — Мальчик кивнул на флешку. — Вся информация там и в облаке. Там же все пароли и личные электронки высокопоставленных людей, которым очень интересно будет с этой информацией ознакомиться. Я сегодня собирался эти письма зарядить. Хотя теперь, наверное, это уже не нужно. Вы сами решите, что с этим делать. — Ты не против, если я взгляну? — Намджун вставил флешку в ноутбук. — Да, конечно... Теперь это ваше... — Устало вздохнул Чимин. *** Даже беглого взгляда на то, кем были все эти люди, хватило чтоб глаза Намджуна стали размером с блюдце, а его челюсть отвисла. — Нихрена себе!!! — Воскликнул мужчина и все, кроме Чимина, облепили его, заглядывая в монитор. — Как это возможно вообще?!! — Ох-ре-неть!!! — Сокджин и Джу Сан впали в ступор. Чонгук ничего об этих людях не знал. Для него они были лишь дядьками-политиками из телека, ну и на приёмах официальных их видел частенько. Не понимал он присутствие только одного человека в этом списке. Лучшего друга их отца. Хан Джэ Хва. И брат словно прочёл его мысли. — Малыш, подойди ко мне, пожалуйста... — Попросил Чимина старший и, указав на Джэ Хва, спросил. — Что ты можешь сказать об этом человеке? — Я показать могу... — Тихо ответил парень и, стянув с себя футболку, показал спину и ребра. — Это сделал он?!!! — Мужчины в шоке смотрели друг на друга, а Джин притянул к себе мальчика, крепко обнимая и думая о том, что если бы можно было взять на себя его боль, он сделал бы это не задумываясь. — Он любит, чтобы побольнее... А ещё он любит охоту на людей. Там есть переписки и фото с охоты. Фото мне Хосок скидывал, обещая, что если буду плохо себя вести, в следующий раз дичью буду я... — Ответил парнишка, робко прижимаясь к Сокджину, прикрывающему его израненную спину. — Что значит охота на людей?! — Спросил Чонгук, но за Чимина ответил Намджун: — Собирают бомжей или просто неугодных и выпускают на закрытой территории. Сумел спрятаться или убежать — живи... Не успел — значит не очень-то и хотел жить. — А ты откуда знаешь? — Джин удивлённо посмотрел на мужа. — Нам господин Юн Сок Ёль рассказывал. — Ответил за него Джу Сан. — Он же генеральный прокурор. Вот и рассказывал за чашечкой соджу, что ему на контроль дело попало. В морги попадают расстрелянные и замученные люди, бомжи. А полиция, понимая, что концов не найти, заставляет патологоанатомов писать причиной смерти сердечную недостаточность или отравление некачественным алкоголем. Возиться не хотят с бездомными. — Вы серьёзно сейчас?! — Джин не мог поверить в услышанное. — Они серьёзно... — Тихо подтвердил Чимин. — Шесть огнестрельных и семнадцать ножевых это типичный несчастный случай. Там есть скрины переписок. Превратят человека в решето и ржут гадая, что причиной смерти запишут, самоубийство или сердечную недостаточность. — Это просто в голове не укладывается... Дядя, которого мы с детства знали... Который меня на спине катал... С ума сойти... — Чонгук переводил растерянный взгляд с монитора на Чимина и обратно, его картина мира была просто разнесена вдребезги. Намджун посмотрел на уставший, замученный вид мальчика. Парнишке снова пришлось пережить весь этот ужас. — Чимини, малыш... Не хочешь пойти к себе? Мне кажется, что тебе нужно отдохнуть... — Он обнял мальчика и поцеловал висок. — Ты очень смелый парень... Спасибо тебе огромное... У нас, конечно, были сомнения... Уж слишком много совпадений последнее время... Но ты открыл нам глаза... И не только на Хосока... Иди отдыхай... Мы с господином Ли просмотрим информацию и если будут вопросы, то я их тебе завтра задам. — Да, спасибо... Мне действительно нужно немного отдохнуть, но если возникнут вопросы, я в вашем распоряжении в любое время. — Мальчик всем поклонился и опустив голову побрёл к себе. — Я в шоке, конечно... И эти люди руководят этой страной... — Покачал головой Джу Сан, проводив его взглядом. — Джэ Хва вообще идеальный семьянин, муж и отец двух миленьких дочек, ярый борец с коррупцией во власти и вообще супермен... — Тихо произнёс Намджун, пробегаясь взглядом по списку извращенцев и преступников, с которыми периодически встречался по работе и на разных приёмах, и за руку здоровался. — Беги... Беги к нему... Не мучай себя и Чимина не мучай... Беги, ты ему нужен сейчас. — Старший отпустил брата, заметив как тот места себе не находит и поглядывает на дверь. — Я точно не нужен тебе сейчас? — Спросил Чонгук, но ответить брат не успел. Младший уже пулей выскочил за дверь. — У нас всё-таки любовь? — Спросил Намджуна Сокджин, глядя Чонгуку в след. — Со стороны нашего, да... Я вообще его впервые таким вижу... Спрашивал не против ли я, если он предложит Чимину встречаться...— Ответил Намджун, копируя информацию с флешки на свой ноутбук. — А со стороны Чимина? — Сокджин задумчиво накручивал локон на палец. — На Чимина давила вся эта история и то, каким образом он в семью попал, думаю... — Ответил за Намджуна Джу Сан. — Сейчас он признался, и всё позади... Надеюсь, Чонгук найдёт нужные слова... Невооружённым взглядом видно, как их тянет друг к другу. — Надеюсь, что так... Страшно представить, что пережил ребёнок... — Намджун подал флешку Джу Сану. — Сделайте несколько копий, на всякий случай. Чимина, Сокджина и Чонгука под усиленную охрану, а лучше Чимина вообще за территорию не выпускать, пока мы не поймём, что происходит. — А меня-то зачем под усиление? Официально мы с тобой на стадии развода... — Непонимающе спросил Джин. — Ты хочешь снова уйти? Солнышко... Ну тебе же уже доказали... Не изменял я... Не изменял... Вон даже в невменяемом состоянии отталкивал... — Я верю, верю... Успокойся, всё хорошо. Просто может для дела будет лучше поддерживать видимость конфликта между нами? — Джин ласково погладил Намджуна по голове и посмотрел на Джу Сана. — Вообще, Сокджин, конечно, прав. Нам же надо понять, для чего это сделано. А так, в принципе, можно просто сделать вид, что вы в ссоре. Если кто-то за въездом следит, то машину твою видели. Нужно просто отправить её назад, за город, якобы ты уехал и всё. — Пожал плечами начальник охраны. — А лично мне было бы спокойнее, если бы ты дома остался. За городом тоже всё хорошо охраняется и мы ещё усиление сделаем. Но здесь вы у меня на глазах. — Останься... Пожалуйста, останься... Не могу я без тебя... — Джуни прижался щекой к животу Сокджина. — Пожалуйста... — Ну что, ребята... Пойду я твою машину отправлю, да распоряжусь насчёт усиления... — Улыбнулся Джу Сан, глядя на влюблённых парней и понимая, как они истосковались друг по другу. — Да, спасибо... Подумайте над информацией на флешке... Может вам что-нибудь в голову придёт. Хоть убей, не пойму кому и зачем это нужно. — Поблагодарил Джуни, не в силах оторваться от Джина. Ребята проводили мужчину и стоило только двери за ним закрыться, набросились друг на друга, срывая одежду и жадно впиваясь в губы. *** Чимин стоял у окна и смотрел в никуда. Всё его тело словно оцепенело, а мозг просто взрывался миллиардами мыслей и страхов. Он всё рассказал ребятам и вроде должно стать полегче, но он не понимал их реакцию и это просто рушило всю его картину мира. Вместо того, чтобы вызвать полицию или хотя бы просто вышвырнуть его за ворота, как щенка беспородного, после того, что он сделал и рассказал, они наоборот стали жалеть. Что с ними не так? Ну невозможно быть такими тёплыми и добрыми. Он безумно боялся отвращения и брезгливости в глазах Чонгука, но даже если тот очень пожалел о том, что целовал его губы и прикасался к телу, в котором пара сотен членов точно побывала, если не больше, то никак не показал это. В его глазах был шок, злость, отчаяние, всё что угодно, но не отвращение. Конечно, он уже не захочет встречаться с ним, но вроде не презирает и уже за это огромное спасибо. Спасибо тебе, Чонгуки... Ты подарил мне надежду и несколько дней сказки... Спасибо, мой прекрасный сказочный принц... Спасибо, моя мечта несбыточная... Горло с новой силой сковал комок. Ему бы проплакаться сейчас, а он не может. Однажды его укололи чем-то таким от чего его словно парализовало. Он всё видел и слышал, всё чувствовал и понимал, но даже пальцем пошевелить не мог. А уж друзья Хосока порезвились в полный рост и он до сих пор не понимает, как умудрился выжить после их забав. Сейчас он чувствовал себя примерно так же. Его разрывало изнутри, его душили слёзы, а наружу это никак не могло прорваться. Звук открывшейся двери заставил его повернуться к гостю. Чонгук. Чимина мелко затрясло, а боль в горле стала просто невыносимой. Он смотрел на Чонгука взглядом приговорённого к смерти, в душе которого ещё теплилась хрупкая надежда на помилование. Несколько секунд парни молча смотрели друг на друга, а потом Чонгук тихо произнёс, призывно протягивая к Чимину руки: — Ты позволишь... Позволишь мне стать твоим... волшебником? И Чимина прорвало. Он бросился в объятия Чонгука, обхватывая его руками и ногами, и наконец расплакался. Он плакал так горько, что сердце Чонгука разрывалось в клочья и дико хотело растерзать в мелкую крошку каждого, кто причинял боль этому беззащитному малышу. — Поплачь... Поплачь, маленький... — Одной рукой парень поддерживал его, покачивая со стороны в сторону, а другой крепко обнимал и ласково поглаживал по волосам, по спине, пытаясь успокоить. Некоторое время спустя Чимин немного успокоился и только всхлипывал время от времени, уютнее укутываясь в объятия этого красивого и сильного мужчины. Ему так сильно захотелось его поцелуев, захотелось почувствовать его руки и губы, его ласки и нежности захотелось... Но, наверное, это уже было невозможно. Во взгляде Чонгука не было брезгливости, но и желания в нём тоже больше не было. — Я кажусь тебе мерзким теперь? — Тихо спросил парнишка, заглядывая в глаза Чонгука. Конечно, он никогда не захочет его больше, думал мальчик, кто захочет шлюху... Даже если шлюху назначили шлюхой и согласия не спросили. — В смысле? — Удивлённо вскинул брови парень. — Почему ты должен казаться мне мерзким? Откуда вообще мысли такие? — Теперь ты знаешь кем я был... И больше не смотришь на меня с желанием... — Тихо прошептал парнишка и сам испугался того, что произнёс это вслух. — Дурачок маленький... Я просто... — Чонгук не знал как объяснить то, что чувствует. — Я понимаю... — Парнишка быстро смахнул очередную выступившую слезинку. — Правда понимаю... — Нет, не понимаешь, малыш... — Гуки осторожно прикоснулся ладонью к щеке мальчика, проводя подушечкой большого пальца по пухлым губам. — После всего пережитого, тебя наверное трясёт от прикосновений, а тут ещё я от тебя не отлипаю... Ты прости меня, если сделал что-то, что тебе неприятно... Я же не знал насколько всё чудовищно... — Поцелуй меня... Пожалуйста... — Одними губами прошептал мальчик в губы своего принца, прижимаясь к нему всем телом. — Ты уверен? Уверен, что хочешь этого? — Чонгук никак не мог решиться. — Я... Да... Хочу... Я хочу быть с тобой... — Отчаянно шептал парень, обвивая его шею руками. — Даже если это будет на одну ночь... Я хочу... — Чудо ты маленькое... — Ласково улыбнулся Чонгук, со всей нежностью накрывая эти манящие сочные губы своими губами и осторожно вовлекая его язычок в сладкий танец любви. Целовался Чонгук просто божественно... И его поцелуи совершенно сводили с ума парнишку, заставляя мелко дрожать от волнения и желания в его руках. Истосковавшийся по ласке мальчик настолько потерялся во времени и пространстве, что даже не заметил в какой момент Чонгуки перенёс его на кровать и избавил от одежды. Осознал он это лишь почувствовав как его губы, мягко посасывающие нежную кожу на шее, на его плечах, прокладывают поцелуями влажную дорожку к крошечным бусинкам сосков. Гуки ласково захватывал губами каждый поочерёдно, очень осторожно и нежно посасывая их, его руки скользили по изгибам этого прекрасного тела, а Чимин просто сходил с ума, пронзаемый сладкой дрожью таких восхитительных и новых для него ощущений. Для него секс прочно ассоциировался с болью, это всегда было унижением, болью и страхом. Его трахали сотни мужчин, сотни раз, разрывая в клочья его тело и душу. С Чонгуком же всё было совершенно иначе. Безумно нежный мужчина буквально захватил его в сладкий плен своих рук, кончиком языка рисуя что-то понятное лишь ему одному и не оставляя без ласки ни миллиметра, сгорающего от невыносимого желания, тела. *** — Ты в порядке, малыш? — Ласково спросил парень, перебирая локоны волос Чимина. Парнишка лежал положив голову на его грудь и слушал биение его сердца. Оно билось так громко и ему хотелось верить что оно бьётся его именем. "Чи-мин, Чи-мин, Чи-мин" Он взял руку Чонгука и приложил ладонь к своему сердцу. — Что ты чувствуешь сейчас? Что слышишь? — Мальчик улыбнулся и спросил своего принца. — "Чон-гук, Чон-гук, Чон-гук" — Улыбнулся в ответ парень. — Как?! — Чимин звонко удивлённо рассмеялся. — Ты мысли мои читаешь? Это нечестно! — Я не читаю твои мысли, хотя иногда хочется... — Гуки поцеловал его в носик. — Ты же так и не ответил... Чимин сразу понял о чём он и серьёзно посмотрел в глаза. — Ты хочешь быть со мной даже после того, что я рассказал? Чонгуки, если ты просто хочешь секса со мной, не нужно связывать себя отношениями. Для того, чтобы меня трахать, не обязательно быть моим парнем, как ты уже понял, наверное, из моего рассказа. А я и так буду только счастлив, если ты хоть иногда будешь прикасаться ко мне... Я ведь даже не знал, что так бывает и никогда ничего подобного не испытывал... Ты... — Тсс... — Перебил Чонгук, приложив палец к губам мальчика. — Ты никогда, ничего и ни с кем не испытывал... Мы обнулились, помнишь? Есть только мы и никого больше... Я хочу быть с тобой, хочу с тобой засыпать и просыпаться с тобой хочу... Хочу с тобой смеяться и плакать, ссориться и мириться, и хочу чтобы это было не на одну ночь... Я хочу чтоб это было надолго... Я не хочу с тобой тупо трахаться, я любить тебя хочу... Я хочу быть твоим парнем... Что скажешь? — Господи, чувствую себя сейчас Золушкой какой-то... — Парнишка смущённо улыбнулся и обхватив ладонями лицо своего принца стал осыпать его поцелуями. — Да, Чонгуки... Ну, конечно, да... — Ну наконец-то... Ты заставил меня понервничать... — Чонгук крепко обнял Чимина и счастливо вздохнул. — Чонгуки... Как ты думаешь, что им нужно от вашей семьи? — Некоторое время спустя спросил Чимин засыпающего парня. — От НАШЕЙ семьи... Это теперь и твоя семья тоже... — Поправил Чонгук. — Я не знаю, малыш... Но думаю, что мы скоро это поймём... Спи, маленький... Несколько минут спустя Чонгук уже сладко спал, а Чимин ещё долго не мог уснуть, думая как же ему защитить СВОЮ семью.