Это гиблое место

С момента аварии прошла неделя. За это время я вдоволь успела присвоить себе звание «Сумасшедшей», ибо как ещё назвать то, что я вижу и разговариваю с героями своего комикса? Погрузившись в эти мысли, я совершенно потеряла ход времени. Сколько прошло дней в моём мире? Час? Два? Неделя как и здесь? Наконец завершилось время реабилитации и врачи выписали меня, глядя с нескрываемым подозрением, потому что выписать пациентку, которой не существует было сущим бредом. Теперь меня мучал второстепенный вопрос: куда идти? Ни денег, ни телефона у меня нет. Выйдя из больницы, я огляделась вокруг: всё было таким же, как и в моем мире. Те же улицы, по которым когда-то мы с Субин гуляли, кафе, да даже офисные здания. Отличие было лишь в том, что это не мой мир. Не мой Сеул. «Надо что-то придумать» — думала я про себя, пока ноги вели меня по тротуару в неизвестном направлении. «Если это прототип Сеула, то должен быть и прототип моего дома» Ускоряю шаг. Петляю среди прохожих, осматривая донельзя знакомые черты домов. Сворачиваю, перехожу дорогу и двигаюсь по прямой. Идти пришлось недолго. Вскоре вдалеке показалось знакомое, родное здание. Мысленно молюсь, что войдя внутрь квартиры, снова окажусь дома, а это всё будет сном, неправдой. Набираю на домофоне давно выученную комбинацию цифр и попадаю в подъезд. Преодолеваю лестничный пролет и несусь к квартире, нервно дергая ручку. Заперта. — Да что ж такое! — в пол голоса восклицаю, чем привлекаю внимание только-только вышедшей на лестничную клетку пожилой дамы. — Жильцов нет дома, — говорит женщина, осматривая меня с ног до головы. — А вы, собственно, зачем к ним ломитесь? Хлопаю глазами, уставившись на нее. — Там кто-то живет? — мямлю, отпуская ручку двери и поворачиваюсь к женщине. — Конечно живет, — раздражительно отвечает. — Вы им кем-то приходитесь? Если нет, то уходите, иначе полицию вызову. — Нет-нет, не нужно полиции, — вскидываю руки, отскочив от двери. — Я, наверное, домом ошиблась. Прошу прощения за причинённые неудобства, — тараторю, быстрыми шагами идя к лестнице. Спускаюсь также быстро, как и поднималась. «И что мне теперь делать?» — Думаю, поднимая голову к небу, потому что глаза начало неприятно щипать от подступивших слез. Откидываю прощальным взглядом свой дом, медленными шагами двигаясь в неизвестном направлении. Опустив голову, размышляла, куда можно податься. Дом Субин находился в другом районе, да и смысла идти туда нет, её там не окажется, как и нашей студии. Пока я бродила по улицам Сеула, совершенно потеряв ход времени, на город опустилась ночная тень, заставляя вывески кафетериев и магазинов зажигаться, освещая дороги разноцветными огнями. Терзаясь мыслями, не замечаю преследовавшую меня машину, и только когда она остановилась недалеко передо мной, окидываю её взглядом. — Моя спасительница, — послышалось изнутри. Тут же узнаю, кому принадлежит этот голос. Решаю сделать вид, что совершенно не понимаю о ком идет речь и шагаю дальше. Водитель еле касаясь газа, едет рядом со мной. — Нам Йерин, — окликает меня и я останавливаюсь, взглянув на человека в открытое окно. Чон Чонгук собственной персоной. В новой одежде, на новом автомобиле, широко улыбается и смотрит на меня искрящимися глазами. — Здравствуйте, — коротко кланяюсь и продолжаю идти. Молодой человек опережает меня на машине и, остановившись рядом с дорожным знаком, выходит и встает передо мной. — Давайте без формальностей, только если Вы не против, — говорит он. — Хочу угостить тебя в знак благодарности. — Спасибо, я откажусь, — отрицательно качаю головой намереваясь обойти Чона, но препятствие в виде его руки, обхватившей меня за плечо, не даёт мне это сделать. — Я настаиваю, тем более в больнице нам не удалось нормально поговорить, — он ведет меня к машине, все еще придерживая, видимо для того, чтобы я не предприняла попытку побега. — Я думала, что ответила на все интересующие Вас вопросы, — останавливаюсь перед открытой дверцей, сверля взглядом брюнета. — Мне просто хочется тебя отблагодарить, ничего более, — отвечает Чонгук, отпуская мое плечо и отходя в сторону. Колеблюсь несколько минут. Интуиция внутри кричала, что это все не просто так, но желудок начинает неприятно выть, отзываясь немой болью. Мнусь у дверей несколько минут, пока «песнь китов» не доносится до моего уха вновь. Молча сажусь внутрь, чем вызываю у мужчины нескрываемый восторг. Чон закрывает за мной дверь и обходит автомобиль, садясь на водительское сиденье, пристегиваясь. Поступаю по его примеру. — Я так рад, что встретил тебя, — сказал он, а у меня дрожь проходит по всему телу. — Почему Вы так рады? — Мы же без формальностей, верно? — отвечает вопросом на вопрос Гук, не сводя взгляда с дороги. — Кхм… Почему ты так рад этому? — переформулирую вопрос, косо посмотрев на брюнета. — Не знаю, — Чон пожимает плечами. — Наверное потому, что в больнице мы редко сталкивались. Мне было интересно узнать о тебе получше. — Не могу сказать о тебе то же самое, — отвечаю, скрепляя руки в замок, чтобы скрыть дрожь. — Почему это? Разве моя личность тебя не заинтересовала? — он звонко рассмеялся, сворачивая на поворот. — Ну максимум из-за того, что ты меня выслеживал. — Всегда интересно посмотреть на девушку, которой нет в базе данных не только больницы, но и целого города. И тут у меня начинается паника. Сердце сбивается с ритма, а трястись начинают не только руки, но и тело в целом. Стараюсь скрыть своё взволнованное состояние, отвернувшись к окну. — Быстро ты сел за руль, не страшно снова попасть в аварию? — перевожу тему, надеясь, что Чонгук не станет расспрашивать меня о нулевых данных. — Я уверен — ты спасешь меня снова, — отвечает парень. — Тем более, то, что нас не убивает — делает нас сильнее, верно? — Это высказывание очень тебе подходит, — игнорирую слова о спасении. Вскоре мы останавливаемся возле многоэтажного здания. Создавалось впечатление, что оно горит в желтом свете ламп внутри. С восторгом осматриваю территорию, пока перед лицом не распахивается дверь. — Прошу, — Чон указывает ладонью на выход и я отстегиваюсь, выходя из автомобиля. Изнутри всё выглядит слишком роскошно. Даже сказала бы чересчур. Золотые арки, бархатный красный ковер, горшки с экзотическими растениями. Люди одеты по-праздничному: в дорогих смокингах и платьях в пол. На их фоне я выглядела очень неуместно в своих джинсах и толстовке. Мы проходим в глубь зала, садимся за самый отдаленный столик. Через пару минут к нам подходит официант с ручкой и блокнотом. — Заказывай, что хочешь, — улыбается Чон, рассматривая меня. Неуверенно беру меню. На первой же странице с хлопком закрываю его, удивленными глазами уставившись на Чонгука. Цены в этом ресторане космические! — Пожалуй я буду только воду, — протягиваю книжку официанту, но ее перехватывает брюнет. — Нам, пожалуйста, красное вино, мидии, фриттату с лобстером и шоколадный пудинг, будьте добры, — закончив говорить, брюнет протягивает официанту меню, который поспешно уходит, подпирает рукой подбородок и снова уставляется на меня. — Ты хотел узнать обо мне, так почему просто смотришь? — интересуюсь, смотря куда угодно, но только не на Чонгука. — Ты такая забавная, — отвечает он и я на секунду давлюсь воздухом. «Это я забавная? Кто сейчас потратил немыслимую кучу денег на человека, которого видит третий раз в жизни?» — Это такое особое увлечение? — спрашиваю я, подняв брови. — Кормить и поить неизвестного человека? — Это просто благодарность, не более, — отвечает Чонгук, оперевшись на стол локтями. Осматриваю его озадаченным взглядом. Волосы уложены, рубашка выглажена идеально. Дергаю носом, когда ловлю знакомый аромат парфюма. — Victoria Secret? — уголки моих губ слабо тянутся вверх, когда вижу удивлённое лицо напротив. — Да, — кивает Чон, как болванчик. — Как ты узнала? «Ещё бы не узнать, Субин выливает на себя эту туалетную воду ведрами» Сдерживаюсь от ответа, когда к нашему столу подходит официант с подносом. Расставляет на столе блюда, от которых у меня голова кругом идет, затем открывает бутылку с характерным «Пуф» и намеревается разлить вино по бокалам, но Чонгук жестом останавливает его, перенимая с рук бутылку. — Спасибо, — кратко отвечает брюнет, смотря, как молодой человек разворачивается и уходит. — Надо будет оставить ему чаевые — за молчание. Хмыкаю на его фразу, наблюдая, как искусно он разливает вино. — С чего ты взял, что я буду с тобой пить? — задаю вопрос, отодвигая от себя бокал. — Нам многое предстоит обсудить, не следует ограничивать себя в выпивке, тем более такой дорогой, — он вскидывает брови, демонстративно покачав в руках бутылку. Делаю глоток горького напитка и вспоминаю, почему редко пью. А конкретно — почему не пью вино. Быть может, богатым оно нравится своей престижностью, терпкостью, но вкус у напитка отвратительный. Корчу гримасу и практически отпихиваю от себя бокал. — Боже мой, — произношу, вздрогнув. В тот же самый момент, когда Чон сказал: — Ты такая утонченная! Он сделал глоток и улыбнулся, отчего мне стало невероятно тяжело ответить парню злобным взглядом. Казалось, время замедлилось, пока мы пребывали здесь. Мой бокал был осушен, несмотря на всю горечь вина. Разговоры стали чуть более раскрепощеннее, а колкостей — больше. Все темы о том, кем я на самом деле являюсь сводились на «нет», либо перетекали в другие темы. — Быть может, мы отложим разговоры обо мне, чтобы ты мог как следует оплакать свое уязвлённое самолюбие? Чонгук выпрямился. — Могу заверить тебя, моё самолюбие совершенно не пострадало. И всё же, меня начинает немного раздражать, что ты не говоришь ничего о себе. Зато я всё говорю и говорю. — Есть в девушках такая интересная черта, как загадочность, смекаешь? — играю бровями, заправив локон за ухо. — О, да, ты самая загадочная из всех, — фыркает брюнет, следя за моими движениями. — Знаешь, сейчас всё так по-странному, — надув губы, произношу я. — Почему? — он отпивает немного вина, косо смотря на мое задумчивое лицо. — Ты позвал меня сюда явно не для того, чтобы отблагодарить, — продолжаю и замечаю, как Чонгук замирает с бокалом у рта. Мои опасения оказались правдивы. Он пригласил меня сюда не для благодарности, а для того, чтобы узнать, кем я являюсь на самом деле и предпочел напоить, чтобы выпутать информацию. Не то, чтобы мне не хотелось ему говорить, просто после моего рассказа мне выложена ковровая дорожка прямиком в психиатрическую больницу. Так ещё и мой внешний вид не сулил о грамме привлекательности. — Знаешь, тут немного душно, — дергаю ворот толстовки. — Я схожу в туалет умыться. Ты не возражаешь? — Иди, конечно, — с улыбкой отвечает Чонгук, криво улыбнувшись. Его маска притворства треснула. Он понял, что его план рухнул. Медленно встаю с места и двигаюсь в сторону арки, откуда мы пришли полчаса назад. Но стоило мне отойти чуть дальше от нашего столика, я срываюсь на бег. Спиной чувствую, что Чонгук выждал некоторое время, чтобы последовать за мной и тоже в конечном счете сорваться на бег. Выбегаю в главный коридор и несусь прямиком на стеклянные двери, намериваясь выскочить на улицу и скрыться где-то в закуточках ночного Сеула. — Нам Йерин! — кричит он мне вслед и топот его ног становится отчетливее, словно он бежит прямо у меня за спиной. Возможно, он и вправду хотел отблагодарить меня за спасение, но если это было бы правдой, он не нёсся бы за мной как ужаленный, предпринимая попытки схватить за капюшон и дёрнуть назад. Как только я открываю стеклянные двери, тут же спотыкаюсь и кубарем качусь, сдирая кожу ладоней и больно ударяясь головой о что-то твёрдое. Зажмуриваю глаза, понимая, что всё, сейчас он схватит и будет допрашивать меня до посинения, как и своих врагов, но этого не происходит. Медленно приоткрываю глаза, осматривая помещение, в котором оказалась. Цветы, матрац, письменный стол. Я вернулась в свою квартиру.