Злобные мультики!

***

      Асука пихнула меня в плечо. - Неко-чан, командиром умеешь? - спросила она. - М? - я задумался.       Вспомнил.       Летящая в ясном тихоокеанском небе ракета. Город внизу. Солдаты, услышав в эфире матерный вой не успевающих ПВОшников, выпрямились во весь рост, некоторые, прикрыв глаза, стали молиться. Я обернулся к ним: - Братья, наш час пришёл! Сегодня мы идём в бессмертие! Аллах акба-а-ар! - Аллах акба-ар!       Вспышка. Звон. Сердце - стоп.       Вздрогнул. - Да не особо, - ответил я Ленгли. - Штабную вряд ли вытяну. Дядя Саша Трифонов - наш начальник охраны - рассказывал о работе сержантского состава и вообще подразделения, но я об этом, на самом деле, только слышал. Может, и получится что-то.       Асука покивала. - Т-тогда я согласна, чтобы ты был командиром, - сказала американка. - Потому что я вообще с другими... не умею. В том смысле, что в составе подразделения. - Это плохо! - возмутился я. - Я-то думал, что тебе можно кого-то доверить.       Сигнализация оружейки заставила нас вздрогнуть, открылась большая дверь, ранее спрятанная за специальной стойкой с красивой картой Японии - и девушки вышли. Машенька запрыгала и подбежала к нам, сидящим на татами. - Масима! Масима, смотри! Круто, да?       Тёмно-серые костюмы с разноцветными головами смотрелись изумительно, только для маскировки совсем не подходили. Лучше бы они сразу волосы в платки прятали. - Отлично, ты самая настоящая ниндзя. - Куноичи, - указав на меня пальцем, не согласилась со мной Мария Анатольевна. - Это вы там сами себе разбирайтесь, - отмахнулся я.       Мусася покрутилась. - Точно мне идёт? - Точно, - подтвердил я. - Это хорошо. А то мне его теперь до-олго носить, и если будет плохо... То носить я его не захочу! - проговорила Мусася.       Самая грустная из них была Тёсокабе. Плоскодонка Юкино разрывалась между луком со стрелами и шлемом, ещё ей явно мешался свой "домашний" меч. Впрочем, я её прекрасно понимал - мне катана на поясе тоже мешала. - Хаттори, а сколько всего клинков в школе? - спросил я. - То есть, мечей с их владельцами. - А, ну... - Нина-семпай стала считать. - Всего нас тридцать восемь человек. Двадцать пять ниндзя в клубе, тринадцать самураев.       Кивнув, Хаттори посмотрела на меня. - Ниндзюцу популярнее, потому что ещё и рукопашной борьбе обучает. Ну, а ещё из-за сериала. Который "Наруто". - Это целый взвод, - кивнул я. - Зато у нас стрелков много, - подняла руку Тёсокабе. - Мальчикам очень нравилось ходить на стрельбу из лука и пулевую. Во-первых, так много двигаться не нужно было, а во-вторых, обязательство ходить в клуб и участвовать даже в соревнованиях легко выполнялась. - Тебе не тяжело, Юкино? - спросила Хаттори. - Нет, семпай, пока вроде бы нормально...       Я спросил у Тёсокабе. - Сколько? - Девять мальчиков и пять девочек, а на пулевой стрельбе поменьше.       Я глянул на Ленгли, та ответила: - Пять парней и три девчонки. В клубе даже оружия больше. Но это из-за инструктора, а не из-за нежелания. Ещё есть бейсбольный клуб, тоже вполне себе бойцы.       Я задумался, но затем решительно встал. - Без разницы. Когда родители в панике приедут за своими детьми, нам всё равно придётся всё переигрывать. Так что стоит рассчитывать только на меня и Мусасю, - тяжеловато сказал я и похлопал Машеньку по плечу. - Пошли, ниндзя, пойдём в мой класс и поищем добровольцев. Нам нужно найти хотя бы пару человек, чтобы привезти в тележках еду.       Школа всё ещё была тихой и тревожной. Пока мы шли, стоял такой оглушающий топот, что девочки начали между собой ругаться. - Тихо, - наконец, шикнула на них Мусася. - Слушайте чужие шаги, а не наши.       Ленгли же шла прямо за мной и со мной, так что и в их сторону не смотрела.       И вдруг - шаги. Такие, медленные, немного шаркающие. Я сунул пистолет в кобуру под мышкой, вынул из ножен немного звякнувшую катану и вышел из-за угла, замахиваясь. - А-а! - вскрикнул паренёк в наушниках, падая на задницу.       Я опустил меч. - Наушники сними. - Ой, Неко-чан, - высунулась и Машенька, а вот Асука встала так, чтобы суметь прикрыть мне спину и продолжать контролировать коридор.       Школьник снял наушники. - Ты куда? - спросил я его. - Если сбежать надумал, то дверь за собой закрывай надёжнее - нам тут бродячие не нужны. - Я просто в туалет вышел... - проблеял тот. - А-а, - протянул я. - И тебе всё ещё надо?       Тот сперва замотал головой и только затем выдохнул: - То есть, нет, я не обделался! - под взглядами девушек он начал паниковать. - Ты бы с собой хотя бы швабру брал, парень, - сказал я. - Видишь, тут мертвецы ходят вокруг.       Помог ему подняться и пошёл дальше. Начал подниматься наверх, к своему классу. Все девочки топали за мной, хотя той же Хаттори нужно было всего на второй этаж, насколько я понимал. Она же семпай, третья параллель. Однако за нами так же шла и медсестра, что совсем уже странно.       Я вломился в класс. Мультяшки охнули. - О! Ого! Неко-чан, что там?! Неужели уже весь город полон?!       Я посмотрел на всех. Посчитал. - Звоните родителям, вот телефон, - положил я на стол свой кирпичик Нокии 3310.       Взглянул на него с ужасной ностальгией.       Причём, я был абсолютно уверен, что его не было у большинства молодых людей и девочек. - Кстати, а где учитель Хаганезука? - спросил я, посмотрев на нерешительных ребят. - Она взяла биту и пошла в корпус младшеклашек. Там всю охрану зажали на втором этаже, - сказали мне. - А ещё! - подняла руку Кокоро. - А ещё с ней были два других учителя. Неко-чан, там и среднеклашки запертые с первого по второй этаж. То есть, они сами заперлись. - То есть, всё так плохо? - продолжали сыпаться на меня вопросы. - А, я могу позвонить в свою службу охраны. Тогда меня наверняка заберут. - Ти-хо! - воскликнула Маруся.       Мультяшка шуточно-грозно осмотрела всех. - Дайте Неко-чану подумать. Он тугодум, но обычно в таком разбирается. Масима, - обратилась ко мне Мусася. - Надо младшеклашек спасать, понимаешь?       Я пожал плечами. Я не знал, из-за чего Мусася хмурится. - Я всё равно собирался туда идти. - Отлично! - И почему я обычно тугодум? - поинтересовался. - Ты даже не заметил, что у тебя есть девушка, Масима, кто ты ещё тогда есть?       Я задумался, затем отмахнулся. - Так! Класс, есть тут настоящие отмороженные самураи?       Этот вопрос был призывом к действию и укором одновременно. Особенно высказанный мною, гайдзином. Я рассчитывал немного разозлить почтенную публику, но, похоже, только напугал. - Ну, у нас никто не занимался в клубе кендо, - сказала Кокоро.       Я покачал головой. - Да вы же поняли. Мне нужны люди, молодые люди, которые будут любой ценой выполнять приказ. Потому что убивать людей - это уголовное преступление, а пока статус наших погибших от вируса товарищей и учителей законодательно не определён. Скажу прямо, тот, кто пойдёт со мной, будет рисковать не только жизнью, но и свободой.       Я на мультиков не смотрел, на самом деле, я ожидал, что от меня отлипнут все, кроме Асуки, защищённой правительством США как полубог, меня, которому пофиг где книги читать, и Мусаси, которая просто спасается, как умеет. Далее мне были не нужны лишние, а только готовые подчиняться. То есть, добровольно подчиняться. - А? - удивилась Мусася. - А мне можно? - Всем можно, - кивнул я. - Тебе тоже. - О, ура-а! - Тогда, - начала вдруг Хаттори. - Я тоже иду с вами. Мусаси слишком несерьёзная. - О, если я буду сейчас серьёзна, то я сейчас же начну выть от ужаса! Сколько народу Неко-чан уже положил? Всё-о!..       Я глянул на класс. Похоже, те не очень понимали, что имеется в виду. Довести не могли до своих сознаний этот неприятный факт. А моё прозвище максимально не вязалось с количеством трупов за школой. - Вы родителям звонить будете? - спросил я громко. - Давайте быстрее. Может, кто-то успеет, может, кто-то успеет хотя бы проститься. Давайте, шевелитесь, мультики!       Сам же тревожно смотрел на город. Над Токио в разных местах уже клубились дымы. Косился на Мусасю, которая тоже стала звонить по своей раскладушке. Мультяшка подпрыгнула и начала говорить с мамой. Я выдохнул спокойнее - значит, с охраной...       Асука же бледнела на глазах. Убрав от уха свою трубку, американка с бешенством на лице просто сломала свой аппарат обеими руками. Подошла, встала рядом, пряча скривившуюся от обиды мордашку. - Погиб? - спросил я. - Нет. Бросил. Он уже прилетел на Окинаву, - сказала Ленгли. - С-слушай, Макс. У меня есть кое-что, что я хотела бы тебе рассказать...       Шатенка замолчала, сложив руки под большой грудью. - Наверное, пока не стоит? - предположил я холодновато. - Вокруг слишком много ушей.       Американка подняла бровь. Глубоко вдохнула. Сильно скривилась. На всякий случай я попытался обнять Асуку за плечо и по-дружески встряхнуть, но Ленгли очень решительно ткнулась мордашкой мне в грудь. - Это важно, - сказала Ленгли. - М?       Я решил немножко пошутить. - Только не говори мне, что всю эту хрень ты заварила... - Я настоящий ассасин, - сказала Асука. - Просто. Я собираюсь остаться с вами. С тобой, вернее. Потому что этот мудак меня здесь бросил.       Говоря отрывисто, Ленгли пыталась зажать в себе какие-то чувства. В глазах её стояли слёзы, и сразу не было понятно: облегчения - потому что всепоглощающей обиды я не видел - или огорчения с разочарованием. - А-а, - протянул я. - Ну, я тебе ещё тогда, на стрельбище, поверил. - Запомнил? - вздрогнула Асука, затем опустила глаза и стала искать что-то на полу. - Т-то есть, ты не против?       Странно, но Ленгли старалась не смотреть мне в глаза. В то время как, насколько я знал Асуку, врать она была горазда. И врала бесстыдно, не краснея, глядя прямо в глаза и продолжая улыбаться, словно типичный васп. - Почему я должен быть против? А, я понял, - закивал я. - Короче, у тебя задание меня грохнуть, и сейчас идеальный момент?       Вытерев глаза, Асука посмотрела на меня недовольно. - Ты в курсе, что хорошее чувство юмора - признак интеллекта? - Слушай, - разозлился я. - Ты так и продолжишь спрашивать у меня всякую фигню? Понятно, что тебя никто не бросит. Или тебе автомат надо подарить, чтобы ты это уяснила?       Мультяшка подняла бровки. - А ты подаришь? - Найду - подарю, - скривился я недовольно. - Неужели, советский АК пятидесятых годов? - Даже его, - согласился я.       Асука довольно неприятно глазу оскалилась. - Макс, я тебя люблю. - Что это? - к нам сунулась вездесущая Машенька. - Так, всё, хватит! - грозно сказал я и развернулся к классу. - Добровольцы, встаньте!       Поднялся сперва только мой неприятный сосед Тенкен. Боксёр выглядел мрачно. - Кен, - улыбнулся я. - Молоток! В смысле, надо пойти в кабинет труда и взять оттуда молоток, для самообороны. - А мечей больше нет, что ли? - буркнул он. - А ты думаешь, что я умею им пользоваться? - спросил я. - Нет. Это девчонкам, чтобы на себе столько не носить.       Встал ещё один паренёк, звали его Сато... Сато Казума? - Извини, запамятовал, - намекнул я. - Курода Мотохару, - отозвался паренёк. - Я тут по стипендии. Простой, в общем. Из детского дома. - А, точно, - кивнул я.       Совершенно обычный паренёк, к которому часто приставали, но вёл он себя при этом достойно. Вроде как даже дрался с элитными отпрысками.       Курода поднял руку, я кивнул. - Я знаю, где в шкафчике есть две биты. Нам же нужно было младшеклашек спасать? - Биты... Забирайте, - кивнул я. - Пусть будут биты. Группа, присаживаемся и отдыхаем. Сейчас пойдём.       Мы подождали, пока мультики мужского пола сбегают себе за вооружением. Это было недолго. Затем я сказал Маше. - Маш, побудешь здесь? Надо порядок... - Нет, я с тобой! - замотала та головой. - Поддерживать, - вздохнул я. - Ладно. Группа состоит из!       Я обратился к остальным. - Неко-чана, Мусаси, Куро, Кен-чана и Алисы. Алиса - это Ленгли, если кто не понял. Это наши позывные. Советую найти платки и натянуть их на лица, - порекомендовал я. - Родные и близкие убитых мертвяков могут помочь и нам отправиться в лучший мир. Проверить готовность: шнурки подтянуть, проверить трещины и металлические поверхности.       Из всей группы меня поняла только американка, она завозилась, оправляясь, и уже глядя на неё остальные тоже начали шевелиться. И тут возникла Хаттори. - Ты про меня забыл, Масима, - на манер Маши сказала вторая ниндзя. Чистая "эс" в середине имени у неё получилась как "с-щ", но так лучше, чем Макусу или Макус-щиму. - Не забыл, ты будешь наблюдателем. Может, даже разведкой, если Тёсокабе, - я указал на лучницу, потеющую в доспехе, - пойдёт с тобой.       Затем я снова обратился к группе. - Делимся на двойки. Мусаси и медсестра Такисаки, - мелкота аж вздрогнула, - Кен-чан и Куро, Неко-чан и Алиса. - Это отсылка, - поняла Асука, - на Чеширского кота и Алису в Зазеркалье.       Она оскалилась. - Всегда держать Такисаки в центре группы, - проигнорировал я американку. - Алиса, лучше вперёд пойдём, сперва надо дать парням понять, во что они ввязываются, а только потом чего-то от них ожидать. Так, Хана.       С ударением на последнюю "а" обратился я к Хаттори. - Фыф, - усмехнулась Мусася, она самую чуточку смеялась над президентом своего клуба. - Идёшь на второй этаж, занимаешь коридор напротив детского корпуса. Там шагов триста, так что кричать придётся, срывая горло, - сказал я. - Дай криком сигнал, если видишь мертвяка. Неко-групп, мы идём всё время молча. Даже я буду отдавать приказы шёпотом или тихим голосом.       Помолчал. - Вопросы? - Как мертвяков убивать? - спросил Куро. - А то только в теории. - Бей по голове до тех пор, пока в кашу не превратишь. Иначе поднимется, - ответил я быстро. - Желательно повалить его из засады или как-то ещё. - Удобнее всего будет битами разбить колено, - порекомендовала Хаттори. Ниндзя довольно нервно теребила шнурок кусаригамы. - Тогда его можно бросить до подхода помощи. - В школе мертвяков немного, - отмахнулся я, - успеете относительно безопасно попробовать все свои задумки. Всё, пошли! Пошли-пошли!       Из соседнего класса выглянула и учительница, и пара учеников, но я оттолкнул попытавшуюся возмущаться женщину, которая вообще не соображала пока, что происходит.       А происходило формирование добровольческого движения.       Во всяком случае, так я это видел.