Сокровище

ГЛАВА 2 В четверг в баре Рика - вечер караоке. Наверное, это выглядело как пир во время чумы. Практически всё человечество вымерло, а в баре, как ни в чём не бывало, не смолкала музыка и веселье. Но людям иногда необходимо отрешиться от ужаса, творящегося вокруг. И кроме того, это была единственная возможность доказать всем, что они не сдались и жизнь продолжается. Дин сидел, потягивая крепкий виски, и слушал как Роджерс и Уотерли из Синей команды безжалостно коверкают «Умереть сегодня вечером в твоих руках». Плейлист какраоке состоял исключительно из рок-баллад семидесятых-восьмидесятых годов. И Дин тоже неоднократно, когда был достаточно пьян, не мог удержаться от соблазна затянуть «У каждой розы есть шипы» или «Мечтай» Аэросмит. Он посмотрел на сцену, где Роджерс и Уотерли отвешивали шуточные поклоны публике под свист и насмешки своей команды. Бар в это время был заполнен под завязку разнообразным народом, военным и гражданским. Некоторые компании были смешанные, а некоторые держались своих. Когда Дин вошёл, его сразу потащили к столу пьяные в стельку бойцы его отряда. Он еле от них отвязался, сказав, что завтра в семь утра у него назначена встреча с Сандерсом. И хотя это было правдой, истинной причиной его отказа было то, что он с нетерпением ждал возможности провести этот вечер с Сэмом. Вот только придётся подождать пока его брату надоест гореть на работе, и он соизволит вернуться домой — Эй, босс! Дин встретился глазами с Наварро, который, покачнувшись, вцепился ему в плечо, а после панибратски обнял за шею. — Ты должен с нами выпить, – невнятно произнёс он и кивнул в сторону угловой кабинки, где Гутьеррес и Стрит затеяли борьбу на одном из сидений. Гутьеррес пытался усадить Стрита себе на колени, в то время как Анчелотти хватал его за мотню. Дин с возмущением поднял бровь, – отстаньте от меня со своей гомосятиной! Наварро тоже взглянул на происходящее в кабинке – педики, говоришь? Это не педики, это настоящие боевые пидарасы! – захохотал он. Затем, громко икнув, он повернулся к Дину, – ты помнишь мою сестру? Дженни, – блаженно улыбаясь, уточнил он. Дин немного опешил от внезапной смены темы разговора. Но Наварро так искренне смотрел на него, что послать его было просто неудобно. — Ты ей очень нравишься, – понизив голос заговорщицки зашептал Наварро. Он ещё ближе склонился к Дину, так, что его пьяное дыхание защекотало щёку. – Она безумно в тебя влюблена. Дин облизнул губы, давя в себе желание рассмеяться. Неужели он снова стал учеником средней школы и этот парень пытается свести его со своей сестрой? — Я ей сказал, что ты самый лучший. Она в тебе не ошиблась. Смотри, она сидит вон там, с ребятами, – он мотнул головой в сторону их кабинки. За столом Красной команды сидели две молоденькие девушки, на вид немного за двадцать. – Та, что с тёмными волосами, – пробормотал Наварро, – гляди, она на нас посмотрела. И действительно, темноволосая девушка подняла голову и посмотрела на Дина. Она смутилась, когда увидела, что за ней наблюдают и залилась стыдливым румянцем. Дин оценил длинные волосы, гладкую кожу и, судя по очертанию облегающей футболки, отличную грудь. Она определённо была в его вкусе, если не считать одно маленькое но. — Так ты к нам присоединишься? Поговоришь с ней? Она так обрадуется. — Слушай, парень, я очень польщён, но тебе не кажется, что она слишком для меня молода? Наварро непонимающе захлопал глазами и вопросительно уставился на друга, – да ты вроде бы не старый, – наконец сообразил он. Дин немного грустно усмехнулся и покачал головой, – чувак, спасибо, за комплимент, но мне уже тридцать девять. А сколько твоей сестре? — Двадцать два, – озадаченно сдвинул брови Наварро, пытаясь сообразить к чему клонит Дин. Дин на секунду задумался, вспомнив себя в свои двадцать два. В то время у него было море удовольствий по сравнению с тем, что имела современная молодёжь. Судьба молодых женщин была незавидна. Они были вынуждены рожать детей, если только не служили в армии или не работали в правительственных структурах, выполняя план реализации демографической политики миссис Фитцжеральд. Но любой, оказавшийся в этом комплексе, по определению был счастливчик, поэтому приходилось мириться с существующим положением дел. — Да всем плевать, босс, сейчас не время перебирать, – невнятно проговорил Наварро. В этом он тоже был прав. На базе проживало чуть более шести тысяч человек, выбор был невелик, а подходящих для брака мужчин становилось всё меньше и меньше. Он не мог винить девушку в том, что её выбор пал на него. По всем меркам – он неплохая добыча. — Дин? Голос Сэма отвлёк его внимание от Наварро. Дин обернулся, встретившись с ним взглядом. Сэм вопросительно поднял бровь и, опираясь на трость, сел на стул рядом с Дином. — Сэм! – жалобно простонал Наварро. Он потянулся через Дина, чтобы сжать Сэму руку. – Рад тебя видеть, парень! Может хоть ты сумеешь образумить нашего командира? Сэм обменялся озадаченным взглядом с братом и, дружелюбно улыбнувшись Наварро, сказал, - хорошо, я попробую. Так в чём тут дело? — Дело в том, что моя младшая сестра безумно в него влюблена и очень хочет, чтобы он подошёл к ней и типа, поговорил. Но он считает, что слишком для неё стар. Но это чушь собачья, потому что он в отличной форме. Верно я говорю, босс? А? – он сильно похлопал Дина по плечу. – Она отличная девушка. Серьёзно, я это говорю не только потому что она моя сестра. Она просто богиня. Дин заметил, как постепенно улыбка Сэма сошла с его губ, и он стал выглядеть немного подавленно. Но Наварро, не замечая, продолжал по-прежнему хрипеть ему в ухо. — Наварро, эй, ну хватит! Заткнись хоть на секунду! Наварро тут же мгновенно замолк, словно повинуясь приказу. — Слушай, мужик, я тебя уважаю, но твоя сестра меня не интересует. Я верю, что она прекрасная девушка, но она слишком для меня молода. И я не... – Дин пожал плечами, чувствуя как рядом напрягся Сэм. – Я не ищу отношений. У меня другие приоритеты. Ты понял? – Последние слова он произнёс голосом командира который, в принципе, мало чем отличался от тона старшего брата, но действовал гораздо эффективнее. Наварро сфокусировал на нём рассеянный взгляд и, быстро кивнув, сказал, – так точно, сэр! — За это ты должен мне много фееричного секса, - заявил Дин, когда они с Сэмом вышли из бара. – Ты видел, от какой красотки я отказался? — Нет, – резко отрезал Сэм. Дин бросил на него беглый взгляд, – ты как, в порядке? — Да, Дин, всё отлично. Просто зашибись. — Слушай, Сэм, чем ты недовольный? Ты же знаешь, что моё сердце принадлежит только одной долговязой девчонке. Он пошло улыбнулся и многозначительно подмигнул хмурому, словно туча, брату. Но Сэм не ответил на заигрывания, мрачно катая на скулах желваки и тяжелее обычного опираясь на трость. Дин хотел остановиться и высказать ему прямо здесь, что так вести себя глупо и у него нет оснований для ревности, что Сэм не должен сомневаться в себе и больше доверять ему, Дину. Но мимо них то и дело сновали люди, слышался говор, шаги, кто-то их обгонял, пока они не спеша возвращались домой, подстраиваясь под медленный темп Сэма. Их квартира находилась в самой лучшей части военного блока. Им дали эту комнату три года назад, после того как Сэма выписали из лазарета. До этого, они никогда так долго не жили на одном месте и эта квартира постепенно становилась им домом. Они наклеили на стены фотографии из старых журналов: пару понравившихся Дину обложек из журнала «Максим», рекламу пива и нижнего белья, и просто всякую ерунду, которая ярко выглядела. Сэму даже удалось найти старую рекламу Шеви Импала 1960-го года. Конечно, это была не Детка, но год практически совпадал. Мебель они стащили со всей базы, а кое-какие вещи сделали сами в столярной мастерской, когда им выпадали редкие минуты простоя. Несколько лет назад, во время реабилитации, Сэм увлёкся резьбой по дереву, чтобы хоть чем-то себя занять, и теперь вся комната была завалена фигурками, в которых при наличии воображения можно было узнать подобие различных животных. Но в целом, это было довольно милое место, в котором они когда-либо жили вместе, что, конечно, говорило о том, что жизнь их не баловала. Дин достал из кармана ключи и отпер входную дверь. Сэм тяжело прохромал к кровати и сел на краешек, бледнея и вздрагивая всем телом. — Болит? – Дин повернулся к брату. Сэм раздражённо повёл плечами, пряча глаза. Он поморщился, стиснув зубы, но нижняя губа предательски задрожала. Дин сокрушённо вздохнул и опустился перед ним на колени. – Твою мать, Сэм, ну сколько можно тебе говорить? - Он потянул брата за светло-голубые брюки. – Снимай их немедленно. Глаза Сэма весело вспыхнули, но Дину было не до веселья. Он выжидающе выгнул брови, буравя негодующим взглядом младшего. Сэм вздохнул и, развязав кулиску широких штанов, принялся ёрзать по кровати, чтобы спустить их вниз. Сейчас Сэм предпочитал носить свободные спортивные брюки. Не только потому, что он целыми днями просиживал в лаборатории, а больше из-за того, что это был самый удобный вариант для его покалеченной ноги. Джинсы были для него слишком грубыми и узкими, да и подходящих размеров на базе почти не осталось. Дин помог Сэму стянуть штаны и принялся расстегивать ремни вокруг его правой ляжки и бёдер. На самом деле всё выглядело не так уж плохо за исключением места, где ремни натёрли потную кожу из-за того, что Сэм слишком долго носил протез. Дин неодобрительно поджал губы и осторожно отсоединил искусственную ногу. Кожа вокруг культи покраснела и воспалилась, определённо доставляя Сэму беспокойство. Сыпь, появившаяся несколько недель назад, стала выглядеть хуже. Дин нахмурился и поднял голову, чтобы смерить брата осуждающим взглядом, но гнев тут же угас, когда он увидел, как младший сцепил зубы от боли. Но с другой стороны, кто ему виноват? Сэм прекрасно знает, что этот протез нельзя носить слишком долго. — Идиот, – проворчал Дин, поднимаясь на ноги. Он тяжело вздохнул и прислонил протез к стене. Сэм залез на кровать и, подобравшись к изголовью, откинул голову, закрыв глаза. Дин с сочувствием взглянул на него. Брат выглядел слишком уставшим и уязвимым, лёжа на постели в одних трусах и светло-голубой футболке с вытянутой вперёд единственной ногой. Сердце Дина сжалось в груди, когда он в очередной раз начал отчитывать младшего, – Сэм, ну сколько можно тебе говорить... Сэм приоткрыл глаза и упрямо покачал головой, – Дин, я всё равно не перестану его носить. — Кто бы сомневался. — Нет, ты не понимаешь. — Да, я не понимаю, что и кому ты хочешь доказать. Тебе не всё равно, что о тебе подумают другие? — Да, мне не всё равно! Дин, пытаясь сохранить самообладание, поджал губы и направился в ванную. Там он достал из зеркального шкафа тюбик с лечебной мазью и вернулся в комнату. Усевшись на край кровати он наклонился к брату. Сэм сосредоточенно поглаживал воспалённую кожу по краям культи. Почувствовав приближение Дина, он поднял голову и, скользнув по нему по-детски беспомощным взглядом, убрал руку. Дин послал ему подбадривающую улыбку и отвинтил тюбик. Лёгкими движениями, нежно, без нажима, он принялся наносить крем на раздражённую кожу, уносясь мыслями на тридцать четыре года назад. Ему было около пяти, когда он наблюдал как отец мажет кремом от опрелостей маленькую попку Сэма. Та мазь, пахла так же, как эта. Похоже, это было тоже самое средство, только в другой упаковке. Закончив, он закрутил тюбик и понёс его в ванную. Когда он вернулся, Сэм боролся с футболкой, стягивая её через голову. Он бросил футболку на пол и в одних трусах спрятался под одеяло. Дин тоже разделся, сняв с себя всё, кроме жетона. Он сложил свои вещи на стуле возле кровати, чтобы утром до них легче было добраться. Завтра его снова ждал ранний подъём и он не хотел тратить драгоценное время на поиски одежды. Раздевшись, он выключил свет и скользнул под одеяло. Дин перевернулся на бок и придвинулся ближе к Сэму пока не прижался к его спине. Сэм на секунду напрягся, но потом расслабился, вжавшись в горячее тело Дина. Дин потянулся губами к твёрдому изгибу плеча и нежно его поцеловал. — Всё нормально? Уже не болит? — Не болит, – тихо прошептал Сэм. Возможно, он врал и ему по-прежнему было больно. Но это был Сэм, парень, который зашивал себе раны, имея из обезболивающего только бутылку виски. У Сэма был самый высокий болевой порог из всех, кого он знал, пожалуй, за исключением его самого. Дин заскользил рукой по телу Сэма, поглаживая пальцами твёрдый живот. Сэм вздрогнул и Дин запустил пальцы ниже, подбираясь к резинке боксёров. Он приподнялся на локте, осыпая поцелуями плечи Сэма, его затылок и выступ позвоночника. Сэм тихо застонал и Дин на мгновенье остановился, залюбовавшись профилем брата. Длинные ресницы Сэма трепетали, подобно крылышкам мотылька, мягкие губы чуть приоткрылись в улыбке, беззвучно шепча имя Дина. Дин снова поцеловал его в лопатку, и пробрался под резинку трусов, сжимая полувставший член. Шелковистая плоть под пальцами Дина вздрогнула. Он сгрёб её ладонью, уткнувшись лицом в шею брата, вдыхая знакомый запах. Дин надрачивал член Сэма пока тот не стал твёрдым, проезжая пальцами вниз и слегка оттягивая кожу мошонки и возвращаясь обратно, обхватывая чувствительную головку. – Дин, – сдавленно охнул Сэм, и отведя руку назад, впился пальцами ему в бедро, притягивая ближе. Линии их тел слились в единое целое. В последнее время Сэм любил долгие прелюдии, и его безумно возбуждало, когда Дин первый проявлял инициативу. К счастью, Дин оказался не только замечательным старшим братом, но и отличным сексуальным партнёром. И после двадцати лет совместных брачных игр, он изучил тело Сэма как свои пять пальцев. Например, он знал как Сэма заводит ожидание прикосновений, когда Дин наклонялся над ним сзади, чтобы поцеловать в угол рта, а потом заскользить жадным языком описывая контур губ. Сэм вздрагивал, чувствуя отдачу в самых интимных местах, и поворачивал голову, сталкиваясь с Дином носами. В следующий миг Сэм закрыл глаза, жадно ловя чужое дыхание и принимая поцелуй. В какой-то момент Дин потерял ощущение реальности. Отбросив сдержанность, он перекатился, переворачивая брата на спину. Опёршись одной рукой о матрац, он крепко сжал окаменевший член. Плоть благодарно откликнулась, затрепетала. Волосы Сэма в беспорядке разметались по подушке, губы изогнулись в манящей улыбке, а в полуоткрытых глазах плясали весёлые чёртики. Подарив Сэму бесшабашную улыбку, Дин сдернул с плеч одеяло, сразу почувствовав как прохладный воздух обдул его мокрую спину, и резво оседлал бёдра брата. Сэм охнул и обхватил шею Дина, втягивая его в долгий глубокий поцелуй. Их чувства достигли лихорадочного состояния. У Сэма перехватило дыхание, когда Дин снова сжал его член в кулаке. Движения его руки становились всё более резкими и рваными. — Ну, давай же, Сэмми, кончай. Ещё немного и ты слетишь с катушек. Боже мой, какой ты горячий, – зашептал Дин брату в губы. Сэм, выгнувшись дугой, вцепился пальцами в спину Дина. Любовный ритм становился всё быстрее, он чувствовал, что решительный момент приближается. От стен комнаты отскакивали сбитое дыхание, тихие стоны и мягкие звуки надрачиваемой плоти. Дин провёл большим пальцем по сочащейся смазкой головке. Тело Сэма содрогнулось, он закусил губу и сдавленно застонал, орошая семенем пальцы Дина. – Прошу тебя, не останавливайся, – прошептал он, приподнимаясь с постели. Дин и не думал заканчивать, выжимая досуха подрагивающий член. Сэм с тихим стоном вновь откинулся на подушки. Сбитое дыхание понемногу выравнивалось. Лицо постепенно приобретало умиротворённое выражение. Он огладил ладонью руку Дина, медленно поднимаясь к плечу и шее. Пальцы задели цепочку с жетонами, которые переливчато зазвенели. В душной тишине комнаты этот звук показался едва ли не оглушительным. Он мягко потрепал Дина по щеке и, взявшись за подбородок, провел большим пальцем по нижней губе. — Это было здорово. Спасибо, Дин. Дин засмеялся, целуя подушечку его пальца. Он плюхнулся на кровать и повернул голову, чтобы взглянуть на Сэма. — Ты не хочешь мне немного с этим помочь? – он показал рукой на собственный пах. И Сэм без лишних разговоров взялся за дело. Это напомнило Дину время, когда они были подростками и лежали бок о бок в темноте на большой двуспальной кровати. Тогда они называли это взаимопомощью. Когда уставившись в тёмный потолок, они украдкой запускали руки друг другу в трусы и начинали тихо возиться под одеялом. Когда их руки и локти соприкасались, и Сэм начинал слишком громко пыхтеть и смеяться, а Дин шикал на него, чтобы тот замолчал, чтобы не разбудить папу. Когда Дин переворачивался, попадая в жаркий капкан из конечностей младшего брата. Когда он чувствовал как длинное стройное тело Сэма трепещет в его ладонях, как его молодая нежная кожа пылает под его пальцами. Когда с губ Сэма срывалось имя Дина, и он хватался за него обеими руками, купаясь в послеоргазменной неге. Сэм перекатился на бок и, удобно подперев голову рукой, с улыбкой взглянул на брата. Его длинные ловкие пальцы заскользили вверх - вниз по стволу, поигрывая яйцами и лаская на обратном пути головку. Дин кончал быстро. В отличие от Сэма, он не любил растягивать удовольствие. Руки и тело Сэма заводили его также, как и много лет назад. Конечно, сейчас ему требовалось больше времени, чтобы пойти на второй круг. Но некоторые вещи никогда не меняются, и прикосновение пальцев Сэма по-прежнему волшебным образом воздействовало на его член. — Хочу поблагодарить тебя за подарок, – сказал Сэм, когда Дин вернулся в постель, чистый и дрожащий после трёхминутного холодного душа. Дин непонимающе глянул на брата, и Сэму пришлось уточнить, – мутант. Ну тот, которого ваши ребята доставили в лабораторию. Они сказали, что вы нашли его в одной из ловушек. — А, этот. Не стоит благодарности. Наверное. Господи, иногда младший брат пугал его своими странностями. Хотя, чему он удивляется, он ведь хорошо помнит, каким был Сэм на охоте. Всякий раз, когда им выпадала возможность исследовать тушу монстра, Сэм с большим энтузиазмом натягивал латексные перчатки. Сейчас он делал практически тоже самое. Только трупы монстров заменили трупы мутантов. — Когда вы его получили, он был ещё жив? – поинтересовался Дин. — Да, он ещё жив. Хороший экземпляр. Моложе тех, что у нас имеются. Пришлось с ним повозиться, поэтому и задержался допоздна. Помогал Робинсон его оформить. — Что?? Господи, Сэм! Я же тебе говорил, чтобы ты не лез в это дерьмо?! Разве ты не знаешь, что это опасно? Дин подскочил на постели и сел в изголовье, буравя брата недовольным взглядом. Робинсон? Сэм помогал Робинсон? Ну что за дурак? Мало ему ноги! Конечно, работка у него не позавидуешь. Но Сэм не должен спускаться в клетки к мутантам. Он бы подпустил его к мутантам только в том случае, если они будут под действием транквилизатора, способного убить стадо слонов. — Я знаю, что это опасно, – сухо ответил Сэм. – Я знаю это получше тебя. Вообще-то, это моя работа – всё про них знать. Ещё одна вещь, о которой Дин даже думать боялся – это насколько близко Сэм сталкивается с опасностью каждый божий день. Он на собственном опыте убедился, что мутанты становятся всё более устойчивыми к воздействию транквилизаторов, как будто у них вырабатывается своеобразный иммунитет. Два месяца назад они совершили ошибку, вернее, он совершил ошибку. Доза транквилизатора оказалась слишком мала и из-за этого погиб человек. В тот день они взяли одного из мутантов живым и, как обычно, накачали его снотворным и посадили на цепь. Только это не помогло. Монстр очнулся в кузове джипа и вонзил свои зубы в ближайшее человеческое существо. Им оказался Крейг Клэнси, парень двадцати трёх лет от роду, с женой и ребёнком, вроде бы как вся жизнь впереди. Трагедия разыгралась прямо у него на глазах, но Дин не смог его спасти. Он разрядил обойму прямо в голову мутанта, но было слишком поздно. Тогда он приказал Джексон остановить джип, и они с Клэнси пошли в ближайшую рощу, где он пустил ему пулю в затылок. — Спускаться в клетки – не твоя работа, – продолжал настаивать Дин. – Господи, Сэм, эта тварь могла очнуться в любую секунду. Я не хочу, чтобы ты там находился! Пусть Робинсон и её помощники сами с ними разбираются, если им жить неохота. – Дин закусил губу и снова уставился на брата, в глазах его читалась мольба, – я только прошу, чтобы ты хоть раз, один - единственный раз в этой проклятой жизни меня послушался! — Ты не можешь мне запретить, – не скрывая своего раздражения, огрызнулся Сэм. – Я не член твоего отряда и ты мне не командир! Дин стиснул зубы и сокрушённо рухнул на постель. – Я всё ещё твой старший брат! Господи, Сэм, ты всё, что у меня есть. Я не могу позволить, чтобы ты так рисковал, особенно теперь... — Теперь, когда я стал калекой? – оборвал его Сэм. – Теперь, когда я не могу за себя постоять? Когда я стал бесполезным инвалидом с одной ногой? — Я такого не говорил. — Да, но это то, что ты имел в виду! Дин, когда я смотрю как ты выходишь из дома, – Сэм махнул рукой на окно. – Я знаю, что ты тоже рискуешь. Но я ничего тебе не говорю, потому что понимаю, что это твоя работа и ты её никогда не бросишь! Но неужели ты думаешь, что мне это нравится? Каждый раз, как ты выходишь за двери, я места себе не нахожу. Так что не надо мне рассказывать про безопасность. Глаза Сэма заблестели от слёз, в них плескалась целая гамма эмоций – гнев, раздражение, разочарование и печаль. Дин окинул взглядом его вздымающуюся грудь и скрюченные пальцы, вцепившиеся в постельное бельё. Встретившись с ним взглядом, Сэм мотнул головой и выпустил из рук многострадальную простынь. — Сэмми, эй, ладно, прости меня. Просто я за тебя беспокоюсь, поэтому веду себя как дурак. В ответ Сэм грустно покачал головой, – ладно, давай, наверное, спать, – и снова лёг на кровать, натягивая на себя простынь. Дин, посмотрел на него, в раздумье пожевал губами и, наконец, согласно кивнул, – давай. *** Дин пронёсся вихрем мимо стола Вайнера в 7:00. Вайнер поднял голову от бумаг и хмуро заметил, – опаздываешь, командир. Дин раздражённо стиснул зубы, чтобы не ляпнуть ничего лишнего в ответ. Дело в том, что они с Вайнером друг друга недолюбливали. Вернее, с самой первой встречи между ними вспыхнула взаимная неприязнь, а когда их пути всё больше и больше пересекались, стало ясно, что обоим им тесно на этой планете. Сэм воспринимал эту вражду несерьёзно, называя её антипатией, и просто закатывал глаза, когда Дин жаловался ему на жалкие попытки Вайнера в очередной раз подорвать его авторитет. Тот постоянно устраивал ему мелкие пакости – вычеркивал его имя из списка приглашённых на совещание или не присылал ему служебных записок. Он не переставал плести против него интриги, поэтому у Дина давно чесались кулаки заехать ему в лицо и немного подпортить красоту, но он держал себя в руках. На этот раз он решил последовать совету Сэма и просто его игнорировать. Тем более, ему не за что было оправдываться. На часах 7:00 и он ни на минуту не опоздал. — Винчестер, заходи, - Сандерс приглашающе махнул рукой из своего кабинета. Он стоял к Дину спиной, наливая кофе из кастрюли, которая кипела весь день на плите, наполняя помещение горьким аромат подгоревшего кофе. Однако, на вкус оно было гораздо лучше, чем та бурда, которую подавали в столовой. Сандерс не стал спрашивать Дина будет ли он кофе, а просто налил ему чашку и поставил на стол, кивком головы предлагая присаживаться. — Спасибо, – Дин сделал глоток, стараясь не скривиться от горечи. Сандерс уселся напротив, глядя на Дина поверх ободка чашки. — Командир Серебрянного отряда сообщил мне, что две ваши команды уничтожили пятьдесят одного мутанта во вчерашнем бою. Дин удивился, что эту схватку назвали боем. Хотя, наверное, она того заслуживала. Но Сандерс не учёл мутантов, которых они убили до того, как откликнулись на просьбу о помощи от Ричи. — До этого мы убили двадцать одного монстра и одного взяли в плен, – доложил ему Дин. – Сейчас он находится в клетке. Робинсон его вчера приняла. «Вернее, Робинсон и Сэм» – уточнил про себя Дин, не переставая злиться от одной этой мысли. Сандерс кивнул и откинулся на спинку стула, задумчиво почесав подбородок, – и Серебряная команда до этого уничтожила тринадцать. В сумме выходит восемьдесят шесть. Их число увеличивается. — Сэм говорит, что они буду продолжать прибывать. Они чувствуют нас за много миль. Тем более, такое скопление людей в одном месте... – он замолчал неопределенно пожимая плечами. – Так что да. «Мы облажались», – подумал он, мысленно заканчивая предложение. Он думал об этом в течение многих лет. С тех пор, как среди охотников начали просачиваться слухи о «неправильных зомби». Новая угроза, заражающая и уничтожающая целые города. Что-то рукотворное, может быть, ошибка учёных, и оно разрушало мир так, что Люцифер, по сравнению с этим, казался милым проказником. И вот теперь, пять лет спустя, они с Сэмом оказались запертыми на бывшей военной базе посередине Западного Орегона вместе с шестью тысячами других счастливчиков, пытающимися построить новый мир за её стенами. Дин знал, что у них ничего не получится. И Сандерс, конечно, тоже это знал. Но они продолжали бороться. И Дин испытывал облегчение только от того, что теперь ответственность за судьбы мира лежит не только на нём и Сэме. — Вопрос в том, что нам теперь с этим делать, – произнёс Сандерс, снова придвигаясь к столу. Дин помолчал, с хмурым видом отхлёбывая кофе. Что они ещё могут сделать, кроме того, что делают сейчас? Чтобы сдержать распространение монстров, их нужно убивать, а у них не так уж много бойцов в запасе. Больше ничего они сделать не в силах. Остаётся только ждать пока Сэм и его банда умников не обнаружат вакцину или какое-то слабое место у этих ублюдков, благодаря которому их можно будет легко уничтожить. Иначе, всем им будет пиздец. Но ещё не время сдаваться. Сандерс ждёт от него ответов, а у Дина Винчестера огромный опыт выживания в ситуациях, когда всё против тебя. — Мы можем больше тренироваться, – предложил Дин. – Моя команда уделяет большое внимание тренировкам и у нас самая лучшая выживаемость. Эти два момента взаимосвязаны. Сандерс дёрнул уголком губ и кивнул головой. – Согласен. И да, ты прав, цифры говорят сами за себя. У вашей команды самые низкие потери и при этом на вашем счету самое большое количество уничтоженного противника. Поэтому я поручаю тебе заняться подготовкой новобранцев. — Что? А как же Руиз и Гиле? — Они поступят в твоё полное распоряжение. — А как же моя команда? —Ты хочешь мне сказать, что не справишься с дополнительной ответственностью, Дин? Обращение по имени, как правило, не сулило ничего хорошего. Сандерс окинул Дина цепким колючим взглядом, который так сильно напомнил ему отца. Он уже не в первый раз замечал это сходство. Во многих отношениях Сандерс казался Дину состаренной афроамериканской версией Джона Винчестера. Морской пехотинец до мозга костей, ветеран нескольких вооруженных конфликтов и отличный командир, которому Дин готов был с радостью подчиняться. Но в то же время в нём присутствовал холодный расчёт и презрение к любым проявлениям слабости, и та же самая сила воли, которая позволяла выживать их сообществу на протяжении нескольких лет. Ты хочешь мне сказать, что не справишься с этой ответственностью, Дин? Слова Сандерса эхом повторились у него в голове низким голосом Джона Винчестера. Черты его отца на долю секунды наложились на лицо командира, и Дин невольно тряхнул головой в попытке прогнать наваждение. — Я справлюсь, – выпрямившись на стуле, ответил он. Дин знал, что ему эта задача под силу. Бойцов нужно обучить владению каким-либо видом оружия. Неумелый солдат может промахнуться в самый решающий момент, чем тут же воспользуется противник. Дину это было известно с тех пор, как ему исполнилось восемь лет. — Хорошо. Я возлагаю на тебя дополнительную ответственность, потому что считаю, что ты этого достоин, – произнёс Сандерс. – Ты мой лучший командир, Дин. Твои бойцы тебя уважают и беспрекословно следуют за тобой. Это очень ценное качество. — Благодарю за оказанное доверие, – Дин напряг скулы и невесело улыбнулся. — Мне будет нужен от тебя план тренировок. Ничего сложного, просто краткое описание, какие техники и методы ты будешь использовать. Имей в виду, что это базовая подготовка. Новый рекрутский набор. Их нужно помуштровать. «Только бумажек мне не хватало. Боже, куда я вляпался», – подумал Дин, но вслух ответил, – так точно, сэр! Сандерс потянулся за папкой с входящими документами, – свободен, командир. Дин отдал честь и вышел из офиса. Дин решил вернуться домой, чтобы узнать мнение Сэма, что ему делать с этими чёртовыми новобранцами. У него были кое-какие намётки и он был уверен, что справится с задачей лучше Руиза и Гиле. Их методы давно устарели и хорошо работали только в том случае, если противник был человеком. Но борьба с мутантами требовала совершенно иного подхода. Мышление монстров отличалось от человеческого, а Дин с Сэмом на этом собаку съели. Это он вдалбливал в головы каждому новичку, пытаясь дотянуть их мастерство до собственных винчестерских стандартов. И хотя он знал, что иногда бывал слишком требовательным, отчаянные времена требовали отчаянных мер. Подойдя к входной двери, он провёл ключ-картой по замку и вошёл в комнату. Но Сэма в ней не оказалось. Дин ругнулся себе под нос и быстрым взглядом оценил обстановку. Кровать была идеально заправлена. Протез всё также стоял у стены, где он его вчера оставил. Хм, неужели Сэмми в кои-то веки решил его послушаться? Ага, размечтался. Скорее всего, Сэму утром было так больно, что он не смог натянуть протез. Дин вышел из комнаты и направился в лабораторию. Нажав клавишу интеркома, он замер в нетерпеливом ожидании, пока минуту спустя, на мониторе связи не появилось размытое изображение Сэма. – Да, кто это? — Это я, – ответил Дин. Лаборатория выглядела безлюдно. Кажется, сегодня работали только Сэм и Сьюзи, а двое других ботаников, Рон и ещё один парень, имя которого Дин никак не мог запомнить, снова куда-то исчезли. Впрочем, ничего нового. Как правило, Сэм проводил на работе в два раза больше времени, чем эти два бездельника вместе взятые, несмотря на отсутствие учёной степени. Коллеги Сэма имели опыт работы в фармацевтическом бизнесе, университетах, исследовательских лабораториях или даже, как в случае Рона, в компании Лореаль. Но Сэм был лучший, когда дело касалось монстров, поэтому эти трое учёных неохотно допустили его к исследованиям. Хотя, по мнению Дина, вся их контора держалась только на Сэме. И пусть они ещё скажут спасибо, за то, что он посадил их себе на шею и позволяет ездить по причине своей склонности к трудоголизму. С другой стороны, Сэм кайфовал от своей работы, и он бы с удовольствием проводил здесь все дни и ночи, если бы Дин ему это позволил. Но таков был Сэмми, король ботаников. Сэм сидел за столом, сосредоточенно уставившись в экран монитора, и постукивал одним пальцем по клавиатуре. Дин быстро пересёк комнату, коротко кивнув в знак приветствия Сьюзи, и навис над братом, глядя на него сверху вниз. На столе Сэма царил полный бардак. Груды бумаг, книг и папок занимали каждый дюйм свободного пространства. Дома Сэм не выносил беспорядка, но здесь он им, похоже, наслаждался. Над столом висела пробковая доска с парой фотографий. Первая - старая и выцветшая с заломом посередине, потому что Сэм много лет таскал её в бумажнике. Это фото они нашли в номере отеля отца много лет назад, во время их первой совместной охоты после Стэнфорда. На ней они втроём позируют, сидя на багажнике Импалы: маленький Сэмми сидит на коленях у отца, а Дин прислонился к ним сбоку. Другая фотография гораздо более свежая. Сьюзи сделала её два года назад, когда они всей общиной праздновали Рождество: здесь они с Сэмом, обняв друг друга за плечи, расплылись в широких пьяных улыбках, держа в руках кружки с домашним пивом. — Чем занимаешься? – поинтересовался Дин. Сэм вздохнул и повернул голову, чтобы встретиться с ним взглядом, – не знаю, как тебе объяснить. — А ты попробуй, – ответил Дин, подтягивая ногой табуретку. Он сел за стол так, чтоб можно было видеть экран. Конечно, вся эта куча букв и цифр выглядела довольно пугающе, но всё же он не настолько тупой, чтобы не понять хотя бы в общих чертах о чём тут речь. Сэм указал рукой на таблицу, – это данные анализов, которые этой ночью провела Сьюзен. Она взяла у нового подопытного образцы кожи, крови и других жидкостей, в общем, стандартный набор. — Да? Нашли что-нибудь интересное? — Возможно, да, – Сэм бросил на него взволнованный взгляд и снова вернулся к таблице с цифрами. – Мы не успели сделать окончательный анализ, и Сьюз ещё проводит дополнительное тестирование, но ты помнишь, как я сказал вчера, что это существо выглядит моложе других? — Да, – ответил Дин. — Так вот, похоже я был прав. Первоначальный анализ показал, что этому существу не больше месяца. Но самое интересное – это состав ДНК. Он не человеческий. — Ну, так они и не люди, – озадаченно проговорил Дин. — Да, но нет, не совсем. Когда-то все они были людьми. Мутанты – это всего лишь инфицированные человеческие тела. Но этот мутант – другой. Его генетический код подтверждает гипотезу, над которой мы работали последние пару месяцев. – Он сделал паузу и повернул голову, чтобы взглянуть на Дина. Его волосы были всколочены, а глаза горели фанатичным огнём. Сэма снова увлёк азарт охоты. Дин словно окунулся в те времена, когда Сэм после долгих раздумий откидывался на спинку стула и говорил, – ха! А Дин садился напротив и приподнимал бровь в немом вопросе. И Сэм ему объяснял с какой проблемой они столкнулись, а вся его поза и лихорадочный блеск в глазах выдавали предвкушение грядущего удовольствия от новой охоты. — И что? – недоумённо пожал плечами Дин. — Они размножаются, – огорошил своей гипотезой Сэм. — Не понял? – Дин ошарашенно заморгал, хлопая густыми ресницами. Они размножаются, Дин. Только так это можно объяснить. — Но он... но он ведь полностью взрослый. Он не похож на ребёнка. Это охеренно большой и злобный монстр. Сэм одарил его взглядом, которым обычно смотрят на умственно отсталых, – ну, очевидно, что они не размножаются как большинство позвоночных. Во-первых, у них нет половых органов, значит, это какая-то форма бесполого размножения. — Как амебы и бактерии? Теперь пришла очередь Сэма удивлённо вскидывать брови. — И что тебя удивляет? – напружинился Дин. – Я, между прочем, раньше смотрел канал Дискавери и мне прекрасно известно, что такое бесполое размножение. Однажды, я смотрел передачу про самку акулы, которая содержалась в аквариуме одна, без самцов, и тем не менее, принесла потомство. — Я читал об этой акуле. Но то был партеногенез, это немного другое. А это, – он снова указал на экран дрожащими от волнения руками, – скорее всего, тоже что-то подобное, что-то вроде партеногенеза. — Значит, эти монстры каким-то образом ухитрились воспроизводить самих себя? — Нам нужно понять, как они это делают! Для этого нам потребуется как можно больше таких экземпляров для исследований. Но единственное, в чём я уверен, что они нарушают законы природы. Я не спорю, что бывают исключения из правил, как в случае с той акулой. Но эволюция заключается в изменении генетического состава, мутациях и улучшении популяции. – Пытаясь доказать свою правоту Сэм говорил очень возбуждённо, активно жестикулируя руками. Дин как загипнотизированный смотрел на него, не в силах отвести взгляд. – Этот экземпляр - своего рода новое поколение. Это монстр-мутант. Это многое меняет, Дин. В ответ Дин тяжело вздохнул и покачал головой, – вот поэтому я скучаю по старым-добрым оборотням, вампирам и даже ведьмам, а ведь раньше я ненавидел этих тварей. По крайней мере, мы знали что с ними делать. А эти чёртовы мутанты... – он замолчал на полуслове, вздрагивая от отвращения, – они меня просто бесят, Сэмми. Хотя, если то, о чём ты говоришь правда, то нам пиздец. — Не надо опускать руки. Они не бессмертные, мы можем их просто убить. В голове Дина снова всплыли воспоминания о вчерашнем бое с мутантами. О том, как пули проходили сквозь тело монстров, не причинив им никакого вреда. Конечно, их можно было уничтожить, размозжив из дробовика голову или кинув гранату. Сэм прав, рано или поздно они умирают, но это требует всё больших усилий. — ... и если нам удастся изобрести вакцину от их укусов – это будет настоящий прорыв! – продолжал увлечённо рассказывать Сэм, вырывая Дина из размышлений. – Тогда у нас появится реальный шанс выжить. Конечно, они будут продолжать размножаться, но по крайней мере, они не смогут обращать в себе подобных множество невинных людей. — Ну да, вакцина, – эхом повторил Дин, с сомнением покачав головой. – Надеюсь, у вас получится. Надежда умирает последней. — Что-нибудь придумаем, – ответил Сэм, небрежно пожимая плечами. Встретившись с Дином взглядом, он ободряюще улыбнулся, ласково сияя глазами. – Дин, а ну, прекращай. Мы бывали в переделках и похуже. Вспомни Люцифера. Вдруг нам опять повезёт? — Будем надеяться, – неуверенно произнёс Дин. — Послушай, конечно, сейчас может показаться, что вопросов больше чем ответов. Но я больше чем уверен, что мы стоим на пороге великого открытия. Мы отыщем способ как уничтожить монстров. — Ну ладно-ладно, – поднял руки в знак капитуляции Дин, – убедил. — На этом беседу о поднятии боевого духа можно считать закрытой, - снисходительно улыбнувшись, объявил Сэм. Он хитро прищурил глаза, а игривая улыбка на его губах выглядела очень соблазнительно. Почувствовав на себе этот взгляд, Дин нервно сглотнул. В штанах стало тесно, а низ живота предательски заныл, требуя скорой разрядки. Он воровато огляделся по сторонам – на счастье, помещение пустовало. Сьюзи куда-то исчезла, а двое других парней ещё не вернулись. Дин облизнулся и, резко подавшись вперёд, впился ему в губы требовательным поцелуем. Пытаясь что-то сказать, Сэм протестующе замычал, но Дин, подтянул его ближе, проталкивая язык ему в рот и почти полностью перекрывая дыхание. Сэм сопротивлялся недолго. Его ладони поползли вверх, пока не сомкнулись на шее старшего, и он подался навстречу. Волна дрожи пронзила тело, когда их языки сплелись в единое целое. Пальцы Дина зарылись в мягкие волосы брата, нежно поглаживая, на контрасте с настойчивым поцелуем. Кровь стучала в висках и им обоим стало не хватать кислорода. Дин медленно отстранился и они какое-то время ошеломлённо глядели друг на друга блестящими от возбуждения глазами. Затем Дин дерзко подмигнул и усмехнулся, зеркаля улыбку брата. — Прости, не смог удержаться, – без тени раскаяния произнёс он — Не паясничай, – строго осадил его Сэм. — Как скажешь, принцесса. Сэм отстранился и, передёрнув плечами, вернулся к своим бумагам. Он с преувеличенным интересом принялся рассматривать заметки, нервно постукивая кончиком карандаша по столу, затем, на секунду задумался и, подняв на Дина взгляд, сказал, – хорошо, я обещаю. — Что ты обещаешь? — Я обещаю, что если мне когда-нибудь захочется спуститься в клетки или познакомиться поближе с живым мутантом, то первым делом я свяжусь с тобой по рации, чтобы попросить разрешения. — Ты шутишь? — Я не шучу. — О, – не зная, что ответить, протянул Дин и всё ещё ожидая подвоха бросил на брата несмелый взгляд. Сэм сидел, задумчиво опустив голову. Не похоже было, что он шутил. Конечно, такое поведение было не в характере младшего, но Дину нечего было возразить, и он решил безоговорочно принять на веру всё услышанное. — Хорошо, тогда давай будем действовать так, – закинул пробный камень Дин. – Ты связываешься со мной и ждёшь пока я сюда не приду? — Да, Дин, я обязательно подожду пока ты не прибежишь сюда со мной нянчиться. — Знаешь, ты мог бы просто пообещать больше не приближаться к клеткам. — Нет, такого я пообещать не могу. — Почему нет?! Пусть этим занимается Робинсон с этими двумя долбаёбами. Каких их там? Рон и...? Надо же им как-то сбрасывать сексуальное напряжение. Сэм подавил раздражённый вздох и снова принялся стучать карандашом по столу. – Дин, заткнись. Ты можешь просто согласиться с моими условиями? Я не даю обещаний, которые не собираюсь выполнять. – Сэм протянул руку и нежно погладил его запястье. — Ладно, договорились, – севшим голосом пробормотал Дин. — Вот и хорошо, – Сэм убрал руку и снова повернулся к экрану компьютера. – А теперь катись отсюда к чёртовой матери, мне надо работать. Дин пошёл на выход, махнув на прощание Сьюзи, которая только что вышла из холодильного отделения, держа в руках предметные стёкла для микроскопа. Она удивлённо моргнула, как будто только сейчас заметила, что кроме неё и её образцов, в мире существуют другие люди. Ох, уж эти ненормальные учёные. Дин возвращался в штаб, снова и снова прокручивая в голове разговор с Сэмом. Каким образом размножаются мутанты? Партеногенез или как там назвал его Сэм. Бесполое размножение, как у маленьких агрессивных бактерий, которые делятся и их число увеличивается в геометрической прогрессии. Вряд ли миссис Фитцжеральд с её политикой увеличения рождаемости сможет соперничать с такой скоростью размножения. Может быть, им пора снова начать молиться? Но в этом не было смысла. Он хорошо помнил свой последний разговор с Кастиэлем, когда тот ему заявил, – Дин, люди сделали всё, чтобы себя уничтожить, и никто им это не запретит. Небеса умывают руки. И сколько бы Дин не умолял, сколько бы не напоминал ему о его давней привязанности к безволосым обезьянам, тот твёрдо стоял на своём: ангелы не могут и не будут вмешиваться. — Дин, человечество своей глупостью и высокомерием навлекло на себя это бедствие. Мы не можем ничем помочь. В конце концов, оценив собственными глазами весь масштаб катастрофы, постигший планету, которую он считал почти своим домом, Кас сделал им двоим предложение. Прежде чем уйти, он обратился к Дину и Сэму: вас двоих всегда ждёт место в Раю. Вы его заслужили. – Но наткнувшись на растерянные взгляды Винчестеров, поспешил уточнить, — вы будете вместе в мире и покое. Пожалуйста, подумайте над моим предложением. А здесь вас ждёт только разрушение и смерть. Но Дин хорошо знал как обстоят дела на Небесах и не имел ни малейшего желания туда возвращаться. Пусть даже Рай, который он помнил был всего лишь искорёженной версией того ублюдка Захарии, а не настоящими Небесами. Кроме того, он считал, что их место сейчас на Земле рядом с остальной испорченной, высокомерной и обречённой человеческой расой. И они не готовы были её покинуть. В конце концов, именно Сэм озвучил Кастиэлю их окончательное решение, – мы остаёмся. И это был последний раз, когда с ними разговаривали представители Рая или Ада.