Его второй шанс

Мадам Помфри решила оставить меня под своим наблюдением до самого утра, поэтому ночевать пришлось не в уютной кровати, а на больничной койке, к слову, не самой удобной. Спать в незнакомом месте для меня всегда было очень некомфортно, поэтому просыпалась я за ночь не один раз, и, что интересно, в один из таких моментов мои глаза обнаружили рядом светлуй макушку. Драко Малфой спал, положив свою голову около моей руки, интересно, как давно он пришел. Я очень аккуратно, стараясь не разбудить юношу, приподнялась, намереваясь встать и посмотреть, встала ли уже солнце. Однако, как только я спустила ноги на пол, мою руку мягко, но достаточно требовательно обхватила прохладная ладонь. — Тебе нужно лежать, — сказал Малфой, его голос после сна был хриплым и таким… даже не знаю, как описать это чувство, но мне вдруг захотелось, чтобы он сказал что-нибудь еще. — Прости, я не хотела тебя будить, как давно ты пришел? — Не знаю, сколько было времени, как только удалось отделаться от Снейпа, — пожал плечами Драко, — Не понимаю, почему он ничего не сказал этому гриффиндорскому… — кажется на этом месте должен был быть не самый лицеприятный эпитет, но слизеринец, покосившись на меня, передумал его произносить. — Драко, пожалуйста, не надо. Гарри не хотел этого, он уже извинился, — устало ответила я. — Только не говори мне, что ты из всепрощающих идиоток, которым всех вечно жалко, — зло проговорил, нет, не проговорил, а прошипел Малфой. И только после этих слов я поняла, насколько волшебник устал, а еще, что он сильно напряжен. Драко постоянно смотрел на мое лицо, будто пытаясь заметить малейшие изменения, а его тело было готово в любой момент начать действовать. Это удивительно, но слизеринец беспокоился, и не просто беспокоился, кажется, это было его форма заботы. Драко переживал за меня, я ему важна. Все его поступки, все слова — это попытка помочь мне. Внутри от этой мысли вдруг разлилось тепло, и я улыбнулась Малфою. — Что? — удивленно спросил он. — Ты беспокоился обо мне, — продолжая улыбаться, сказала я, — и даже не отрицай. — И не стал бы, — усмехнулся Драко. — Это значит, что я тебе небезразлична, — моя улыбка стала еще шире. — Значит небезразлична, — не стал отпираться парень. Приблизившись к моему лицу, Малфой вдруг тихо, тем самым хриплым голосом спросил: — А что насчет тебя, Грейс? — вот только я не знала, как ответить на этот вопрос. Его рука потянулась к моему лицу, но замерла на полпути. Он посмотрел мне в глаза, и только после этого коснулся пряди волос, которая спала на лицо. — Почему ты не сбежала, когда узнала? — ему не нужно было объяснять, я и так поняла, что он имел ввиду метку. — Думаешь, стоило? — я задала встречный вопрос. — Другие бы именно так и поступили, — послышался тихий ответ. — Пора уже привыкнуть, что я не другие, я — это я. Метка — это всего лишь рисунок на руке. — А ты забыла, что это рисунок обозначает? — в его голосе послышалось раздражение. — Напоминаю: тебя определяют поступки, а не значение дурацкого рисунка на руке, — четко проговорила я. — Ты просто невозможна, — Драко приблизил свою голову ближе. — Стараюсь, — я едва успела ответить, как Малфой накрыл мои губы своими, а, когда я ответила ему, сквозь поцелуй пробормотал, — полагаю это ответ, — и да, это был ответ, Драко Малфой мне тоже небезразличен.