* * *
Невилл ждал у конца улицы с домами учителей. Вышли Флитвик, Макгонагалл и Баблинг, присоединившись к растерянному Прюэтту и Беллатрикс. Та тут же начала расспрашивать учителей о Лавгудах, и к моменту их прибытия знала грустную историю гибели матери Луны и общее мнение учителей, что у бедной девочки повреждена психика, да и отец не очень вменяем. Другое мнение было только у Флитвика. Он считал, что девочка очень умна и магически одарена, а остальное — маска, правда, не понятно, что скрывающая. Прибытие Лавгудов было шумным. По окрику Луны Антарес слишком резко толкнул так, что соседям пришлось пережить локальное землетрясение. Антарес спрыгнул через край и поправил островок поровнее, Невилл сразу стал его приращивать двигаясь вдоль границы, и в ужасе вскрикнул, все бросились туда. Фред сидел на коленях, абсолютно белый, вцепившись в брата, и безмолвно рыдал. У Джорджа была оторвана нога, он был серо-бледный и уже без сознания. Блондинка, перетянув обрубок ноги пострадавшего какой-то веревкой, беспрерывно и абсолютно спокойно чередовала очищающее и стазис. Они постоянно слетали, но она не прекращала. Прюэтт и Беллатрикс бросились к пострадавшему со своим немалым арсеналом медицинских чар, но чары не держались, быстро слетая. Из теней вышел Сириус с ногой в руках. — Эй, народ, я вам потерю принес! Прюэтт тут же отнял у него ногу, и они с Беллатрикс попытались ее прирастить. Нога начинала прирастать, но спустя несколько секунд рана снова расползалась. — Это клеймо предателей крови мешает держаться чарам, надо снимать… Да, по законам магии это мой шанс… Я к родовому алтарю! — выпалил Прюэтт, поднял Джорджа на руки и аппарировал. В этот момент Фред, боясь упустить брата из вида, в прыжке схватился за Прюэтта и влился в его аппарацию, оставляя оторванную ногу на земле — расщепило. Сириус, чертыхаясь, поднял вторую за вечер ногу, наложил необходимые чары и отправился следом. Подошла Вальбурга, кутаясь в шаль. — Ну и что тут у нас? — Прибыли Лавгуды и прихватили, видимо, пару детей Уизли. Там расщепление, Прюэтт забрал их. Сириус понес оторванные части следом. — Хороший шанс обрести наследников, не будем мешать. Добрый вечер, Ксено! Мисс Скитер! Мисс Лавгуд! Пойдемте к нам. Накормим вас ужином, поговорим. Антарес, ты будешь ждать Невилла или с нами? — Мы закончим и присоединимся к вам. — Хорошо. Добро пожаловать новоприбывшим! Пойдемте! Беллатрикс улыбнулась девочке. — Я так понимаю, вы мисс Лавгуд. Пойдемте, — и протянула руку, предлагая взяться за нее. — Меня зовут Луна. Это наш дом — Подлунная Башня. Над ней всегда светит луна, даже днем. Это папочка для меня сделал! Все, кто ходит по теням, теперь могут ориентироваться на нее. А вы Белла, будущая мать народа волшебников. Вы мне нравитесь, пойдемте, — девочка взяла Беллатрикс за предложенную руку. Рита чувствовала себя не в своей тарелке. — Здравствуйте, может, и для меня найдется место? Я свой домик с собой прихватила. — Рита, конечно, найдется, раз Сириус обещал! Пойдемте, сегодня переночуете у нас, а завтра решим, куда поставить ваш дом. — Мы напечатали экстренный выпуск. Надо бы его распространить… — Один нам, а остальные… Адриан! Адриан, не могли бы вы помочь с распространением в Магической Британии последнего тиража газеты за подписью Риты Скитер? — Конечно, леди. — Простите, желательно не только в Магической Британии, но и несколько экземпляров по Европе. Договоренности, о которых там пишется, вышли за пределы одного государства, — осторожно произнесла Скитер. — Хорошо, я вас понял. Адриан растворился в воздухе. — Ксено, если не тайна, ваша дочь пророк или видящая? — И то, и другое, понемногу… Беллатрикс задумчиво пробормотала: — Мне кажется, вы не волшебники… что-то похожее я уже видела. Услышала ее только Луна. — Да, все правильно, — прыгая на одной ножке и держась за руку Беллы, ответила та, больше ничего не объясняя. Дом Гримма встретил гостей накрытым столом, озадаченными Владом и Антоном и мерящим столовую шагами Морнэмиром. — Разрешите представить наших гостей: Ксено Филиус Лавгуд, Луна Лавгуд, Рита Скитер. Присутствующие представились сами. Морнэмир на древнем эльфийском произнес: — Хорошая маскировка. Я был уверен, что народы высших эльфов вымерли и моя семья является последними их представителями… Ксено ответил на английском. — Вампир и эльф не носят маскировки? — Она здесь не нужна, папочка! — радостно сообщила Луна, и ее образ, задрожав, изменился. Острые ушки, миндалевидные, чуть более крупные глаза, чуть более тонкие черты лица, и в тех местах прически, где ранее казалось были не расчесанные колтуны, теперь виднелись артефакты, редиски в ушах тоже превратились в изящные артефакты. Девочка была вполне узнаваема, но совсем другая. Хорошая маскировка. Вальбурга на выдохе прошептала: — Светлые эльфы… с ума сойти… Ксено тоже скинул маскировку, и вместо чудаковатого издателя "Придиры" перед присутствующими предстал серьезный эльф-воин. Рита стояла в уголке с широко раскрытыми глазами, потеряв дар речи. Не удивительно, в компании темного и светлого эльфов, вампира, Пожирателя Долохова и древнейших и благороднейших Блэков одновременно она оказаться никак не рассчитывала. Из воздуха соткался веселый Сириус. — Ух ты! Вот и светлые эльфы, оказывается, не вымерли! Добро пожаловать! Рита, ты чего застыла, проходи, не бойся! — Что там с покалеченными, помощь нужна? И кто они? — Близнецы Уизли, средние дети. Судя по состоянию их магии, ни одного необходимого обряда Уизли не проводили и детей ничему не учили. Мало того, Молли по максимуму защитила свои ставки, лишив отца возможности отобрать у нее хоть кого-то из детей, лишив их наследия и сделав предателями крови. Из этого идиотизма явно торчит борода Дамблдора. Но по законам магии Прюэтт имеет право попытаться забрать детей дочери, если они находятся на грани смерти и их семья не оказала им должную помощь. Он воспользовался шансом и ввел их в род, клеймо рассыпалось, но впереди трудный путь… Прюэтт счастлив и готов к любым трудностям! — Ну и слава Мерлину! А мы поможем! Прибыли Невилл и Антарес. Увидев преобразившихся Лавгудов, они только молча переглянулись. — Ну вот, все и собрались! Прошу к столу. За поздней трапезой новоприбывшим объяснили, где они и каковы правила проживания в этом месте. Последние представители высших эльфов Народа Лунного Света подтвердили древние клятвы, не задумываясь, и были очень рады таким переменам в жизни. Все-таки прятаться и косить под невменяемых не очень приятно. Настоящее имя Ксено оказалось Габриэль, его дочери — Фенгариэль, погибшей Пандоры — Астрея. По сути Луна — перевод того же имени, и девочку вполне устраивал любой вариант. Рита была все еще в шоке, но клятву дала. Она была до ужаса заинтересована. Ей предложили заняться прессой, но не грязным бельем, а новостями и доведением до общественности необходимой информации. Она, потомок непризнанного бастарда, без протекции и состояния, о таком не смела и мечтать. Габриэль сразу объявил о готовности передать ей печатное оборудование. Здесь он явно найдет себе более подходящее занятие. В разговоре также выяснилось, что он под другим именем и маской пробыл около двадцати лет начальником Отдела тайн, а его заместителем была собственная супруга. Габриель рассказал и как они пытались сопротивляться тому безобразию с запретом целых пластов магических искусств и окончательному загону магических народов в клетку. И про их вынужденную инсценировку гибели с последующим появлением семейства Лавгуд. Они продолжали заниматься наукой, а в "Придире" печатали зашифрованные научные статьи до тех пор, пока не погибла Астрея… Морнэмир сразу попытался переключить Габриэля на науку и текущие проблемы, подняв вопрос запуска климата, и ему это удалось.* * *
Утром все собрались за завтраком, и начались чудеса или, скорее, чудесатости… Габриэль выглядел завораживающе. Теперь однозначно можно было утверждать, что Люциус Малфой — лишь лишенная лоска и обаяния пародия на светлого эльфа. Луна появилась в сопровождении Нарциссы идеально одетая, с очаровательной французской косой, в которую были вплетены те самые артефакты, только теперь они выглядели как изящные украшения, тщательно подобранные умелым стилистом, а не как необходимые, но мешающие ребенку артефакты. Луна настолько сочеталась с Нарциссой и видом, и манерами, что сторонний наблюдатель был бы неопровержимо уверен, что это мать и дочь, несмотря на отсутствие внешнего сходства. Даже Габриэль на какое-то время замер, рассматривая их. Луна подбежала к нему и чмокнула его в щеку. — Доброе утро, папочка! Нарцисса, видя реакцию отца, решила предотвратить гипотетически сложную ситуацию и произнесла: — Извините, Габриэль, я всю жизнь хотела девочку, но у меня только мальчик. Не сердитесь, если вам не нравится, мы все вернем как было… Габриель взял себя в руки. — Ну что вы, Нарцисса, моя девочка в любом случае прекрасна! Главное, чтобы ей нравилось! Я ничего против не имею. Наверное, ей не хватает женской руки… Нарцисса сжала ладошки перед грудью и чуть не запрыгала как маленькая. — Если вы не против, я бы хотела некоторое время проводить с вашей прекрасной дочерью. — Папочка, Цисси такая интересная! Она учила меня делать разные прически чарами! Я не видела таких чар ни в одной книжке! Но все сразу запомнить не смогла! Нарцисса обняла Луну за плечи, а та прильнула к ней. — О, милая, я еще много чего знаю и умею! — заговорщически подмигнула Нарцисса. Потом появилась Рита с Андромедой. И это был не меньший шок! Рита была одета в строгий юбочный деловой костюм с накинутой как плащ мантией. Туфельки на среднем каблуке, классические очки в тонкой золотой оправе, аккуратное белокурое вьющееся спиральками каре и скромный макияж, делающие ее моложе и миловиднее — бизнес-леди. Все застыли, Рита покраснела. Андромеда взяла ситуацию в свои руки. — Доброго утра всем! Ну как вам новый имидж мисс Маргарет Скитроу — главного редактора нашего первого издания "Магический Вестник" и директора одноименного издательства? Мужчины рассыпались в комплиментах, женщины похвалили. — Скандальная журналистка и директор издательства — это два разных имиджа, вы со мной согласны? Вальбурга хлопнула несколько раз в ладоши. — Браво, девочки! Вы молодцы! Маргарет, мы понимаем, что сначала будет тяжело, но вы сильная женщина — справитесь. Мы поможем, если попросите. В нашей семье не принято лезть в чужие дела без разрешения, но при просьбе о помощи мы не отказываем. Потом явился счастливый до одурения Морис Прюэтт и стал рассыпаться в благодарностях Блэкам, Антаресу, Луне… Его еле усадили за стол и напоили успокоительным. После чего присутствующие выяснили, что на близнецов пытались надеть ошейники, вот они и побежали неважно куда. Прюэтт не знал, что для современного магического мира это почти норма, и когда об этом ему доложил разговорчивый по утрам Сириус, бедного Мориса Вальбурге пришлось отпаивать уже огневиски. Антарес предложил отправить Кричера бдеть за не в меру активными по жизни близнецами, так как сомневался, что кто-то другой с ними справится. Прюэтт отказался и долго смеялся, рассказывая о проделках своих близнецов Гидеона и Фабиана, уверив окружающих, что с Фредом и Джорджем он и его привычные домовики вполне справятся. Кстати, Морис выяснил у своих домовиков, что те давно свободны, и без каких-либо истерик или претензий просто заключил с ними договор найма.