Heroes in fake masks

Холл встречает вечерней прохладной из распахнутых окон. Лоуренс лежит на диване, протянув вперёд ноги, на сонном лице покоится похабный журнал, закрывая глаза от закатных надоедливых лучей. Джинн тихо спускается по лестнице, и ждёт Лизу, которая обещала быстро собраться и наказала не скучать. Рядом с холлом расположена просторная кухня с барной стойкой и высокими стульями. Девушка решает занять место там, чтобы не будить менеджера. Мысли всё ещё немного путаются, действительно тяжело осознать, что одним вечером все её планы и предположения вывернули наизнанку. Если актриса так спокойно предлагает рыться в своих личных вещах, то значит ей нечего опасаться и она действительно не причем, а дело видимо оказалось шуткой и пустышкой. А что если это уловка, метод реверсивной психологии, который заставит Джинн потерять бдительность и расслабит внимание, что если целью является отбить у неё желание дойти до правды, ещё и это флиртующее поведение лишь подливает масла в огонь. — Вдохновение в обмен на информацию — шепчет девушка, вторя словам актрисы — чувствую как меня привязывают к себе, надо быть осторожней — Мисс Минчи не соврала и действительно спустя время осчастливливает Джинн своим появлением. Образ для сегодняшнего вечера заставляет Джинн краснеть, ведь спускаясь от яркого вечернего макияжа вниз, она видит надетый на голое тело пиджак, открывающий вид на приличную часть тонкой шеи и груди. И всё это откровенное великолепие венчает глубокий вырез на юбке. Цоканье каблуков по ступеням лестницы будит менеджера, поднимающего край журнала со своего лица, только чтобы бросить беглый взгляд на Лизу и в тот же миг вернуться в исходное положение. — Куда сегодня едем? — доносится хриплый голос из под глянцевого издания. — Считай, что у тебя сегодня выходной — произносит актриса, пересекая помещение и присаживаясь рядом с Лоуренс, подвинув её длинные ноги. Джинн смотрит на наручные часы. - Выходной? У всех и так заканчивается смена в это время. Или нет? - — Если ты собралась в одно из своих любимых мест, то лучше будет мне сопровождать тебя — Эола наконец принимает сидячие положение. — Не переживай ты так, со мной будет Джинн — сейчас они напоминают Гуннхильдр пару влюблённых, и почему то появляется желание подойти и сесть между ними прервав эту атмосферу. — И ты всерьёз думаешь, что блондинка за тебя вступится случись что? — в голосе менеджера звучит раздражение, которое кажется напрочь игнорируют. — Джинн будет рядом, я ведь для неё важный объект — выдаёт Лиза слишком серьёзно, как будто у капитана нет других причин, чтобы помочь человеку в случае беды. Эола лишь хмыкает. — Да она же... Я конечно всё понимаю но...— начинает было Лоуренс, но терпение полицейской лопается и она сама удивляется своему резкому голосу. — Не смейте так открыто сомневаться в моей компетенции, в конце концов, защищать людей это моя прямая обязанность, независимо от обстоятельств и человека. И будьте уверены я не хуже, нет, лучше, смогу позаботиться о мисс Минчи, чем грубиянка способная кого угодно вывести на конфликт парой фраз — лицо женщины вытягивается в удивлении, быстро сменяясь агрессией и встав с дивана она рывком подходит к сложившей руки на груди Гуннхильдр, лицо которой сейчас отражает не менее негативные эмоции. — Вот как значит... — встав вплотную к девушке, Эола тянется к галстуку капитана, но по её руке прилетает хлёсткий удар. — Не надо. Меня. Трогать. — отчеканивает Джинн так, будто слова как выстрелы вылетают из неё. Лиза чувствует, что ситуация между девушками раскалилась до предела с пол-оборота, и надо прямо сейчас вмешаться, дабы дамы не набросились друг на друга с кулаками. Она ловко протискивает руку между телами, создавая безопасное пространство, прекрасно понимая, что её они точно не тронут. — Девочки, устраивать драму моя задача, не отбирайте чужой хлеб. Вы обе хорошо справляетесь со своими обязанностями, не надо затевать войну на пустом месте. Эола, дорогая, где ключи от машины? — под встревоженным взглядом Лизы Лоуренс всё же сдаётся и отступает. — Вот, держи. Только в "Золотого тельца" не заглядывай, ты знаешь, там могут быть эти черти — из кармана брюк появляются ключи и аккуратно ложатся в руку актрисы, задерживаюсь чуть дольше, чем необходимо в касании. — Спасибо, ты просто чудо — Лиза оставляет короткий поцелуй на щеке Лоуренс, с некоторой виной переводя взгляд на Гуннхильдр. Она, как будто бы извиняясь, берёт капитана под руку и старается балансировать между ревностью двух ссорящихся женщин. — Не дуйся и не скучай тут, в холодильнике твой любимый виски, остаёшься за старшую — актриса спешно поворачивает Джинн к выходу и, торопясь, выпроваживает, быстро закрывая дверь следом. — Похоже, ваш менеджер не очень доволен, тем, что вы его вот так оставили — произносит Джинн в пустоте подъезда, где её слова скачут от каменных стен. В ней уже нет той грубости и напора, что был в момент конфликта, а её черты вновь приняли спокойное выражение. — Ай, да ничего страшного, она порой как капризный ребёнок себя ведёт. Отчасти, я поступила справедливо — Джинн поднимает удивлённый взгляд и встречается с искренним взглядом в ответ — я ведь обещала тебе приватную встречу, ну вот, не совсем то, что было заявлено, но ты уж прости — — Да всё в порядке, теперь это всё уже не так важно. Что вы имеете в виду под тем, что мисс Лоуренс как ребёнок? — они останавливаются на площадке первого этажа, заполненной запахом сырого бетона и дыма от чьих-то сигарет. — То и имею в виду, сама же всё видела. Русская кровь, заводится моментально стоит задеть за живое. Зачем ты на самом деле спросила? — открывая подъездную дверь, девушка сквозь рубашку чувствует на коже вечернюю прохладу города. Хоть и конец апреля, а ночи всё ещё холодные. — Хочу узнать о вашей подопечной побольше и не обольщайтесь это не от большой любви к ней, просто хочу узнать детали для расследования. И раз вы сами предложили эту сделку, то советую вам соблюдать условия и отвечать максимально искренне на все мои вопросы — капитан не хочет обращаться к Лизе настолько формальным тоном, но через силу старается сохранять остатки официальности их отношений, нельзя ведь так рано поддаваться этим чарам. — Джинн, не будь такой строгой, это портит настроение вечера — ключи от автомобиля издают писк, уведомляя о разблокировке. — Что ж, если кратко, то Эола это моя морозная девочка. Она идеально справляется со своими обязанностями, именно поэтому у меня нет нужды и желания нанимать кого-либо ещё кроме неё. Лоуренс не способна быть сдержанной, когда дело касается тех кто дорог её сердцу, иногда я думаю о том, что однажды это её погубит — Лиза решает не озвучивать свои опасения, что именно из за неё однажды Лоуренс сможет погибнуть, буквально или же нет, не так важно. Ведь всему виной её одержимая привязанность. В холодный мир этой русской женщины должно прийти своё солнце, чтобы наконец растопить заметенную дорогу в будущее. Видя как Минчи уверенно садиться за водительское сиденье, Джинн слегка удивляется, ведь она думала, что её заставят водить. Пристегиваясь на соседнем сидении, девушка осматривает люксовый кожаный салон и отмечает про себя, что тут пахнет духами актрисы. — Не думала, что вы сами сядете за руль, осмелилась выдвинуть предположение, что сегодня вы будете употреблять алкоголь в заведении целью которого является наша поездка и спихнете обязанности шофёра на меня — кажется в серьёзный тон Гуннхильдр просачиваются нотки шутливости. — Ещё не вечер капитан Гуннхильдр, ещё всё будет, так что не расслабляйтесь напрасно — девушка отчетливо видит эту усмешку на губах актрисы, и осознает, что очень хотела бы запечатлеть этот момент в своей памяти. Выйдя на основное шоссе, ход машины меняется и маневры становятся заметно резче, поэтому Джинн, не справляясь с волнением, подрывается спросить. — У вас хоть права есть? — полицейская скептически выгибает бровь, сильнее вжимаясь в кресло и сдавливая пальцами кожаную обивку сиденья. — А ты как думаешь, милая? — рука Лизы, что до этого покоилась на коробке передач, срывается с места и берёт в заложники руку Гуннхильдр. Удивлённая подобной выходкой девушка не успевает ничего предпринять, перед тем как её рука оказывается на механической коробке накрытая сверху чужой уверенной рукой, которая теперь немного грубо управляет и автомобилем и капитаном. Машина рвёт с красного сигнала светофора, проносясь мимо ярко освещенных улиц Берлина. Будь Джинн на работе, она бы выписала сейчас актрисе огромный штраф, и как минимум провела разъяснительную беседу об опасности подобного вождения. - Как максимум за такое вождение нужно лишать прав! - кричит внутри голос разума. Сейчас, в тюрьме обстоятельств, всё, на что она способна, это покорно подчиняться, наслаждаясь бешеной скоростью, рядом сидящей женщиной и подскочившим адреналином в крови. Борясь со смущением и ощущением неуверенности в правильности момента, Джинн всё же решает завести диалог, о прошлом Лизы, которое её будоражит с момента получения задания. — Так вы, получается, учились не у нас, а в другой стране? — слегка резкий вопрос заставляет актрису на секунду задуматься над ответом. — Почему решила узнать именно это, милашка? Неужели интересуешься моим прошлым, потому что влюбилась? — Минчи отрывается от дороги, чтобы оценить насколько её слова вывели из себя строгую, но такую невинную девушку, и, замечая лёгкий румянец, она довольная результатом возвращает своё внимание на вождение. — Я не собираюсь отвечать на такие провокационные вопросы, но всё же мне просто любопытно узнать о вас как о профессионале своего дела — Джинн провожает глазами мелькающие за окном неоновые яркие вывески баров и ресторанов. Берлин особенно красив в это время суток. — О профессионале? — в голосе Лизы чувствуется сарказм вперемешку с отчаянием, и Гуннхильдр с тревогой переводит взгляд на её лицо. — Конечно, вы профессионал, я ведь видела вашу игру, вижу то, как вы популярны, это всё ведь не просто так появляется, вы заслужили это. Хорошо, если вы мне не верите, то я лично от себя признаю ваш талант — внутренний голос Джинн вопит как больной о том, как странно сейчас звучат её порывы поддержать. Лиза лишь грустно улыбается в ответ на эти слова. — Спасибо, но актерство это не со всем то, что меня интересует, это приятный бонус, но не более. Джинн, лучше скажи, ты со всеми такая сопереживающая? — девушке становится стыдно осознавать, что несмотря на свою профессию она проявляет такую эмпатию лишь к третьему человеку в своей жизни. Подобные эмоции она может показывать лишь сестре и Альбериху. — Не знаю — Джинн буквально вбивали в детстве, что ложь это страшный грех, так что теперь девушка в сложных ситуациях предпочитает тактику уклонения, — думаю, вы особый случай — Сверля понуро глазами проезжающее машины, в голове почему то всплывают слова менеджера об опасном казино. — Мисс Минчи, насчёт того что сказала ваш менеджер. Почему в Золотом тельце опасно, кто там может быть, кого остерегается даже мисс Лоуренс? — Лиза давит в себе желание промолчать, оставляя для этой симпатичной девочки интригу. Машина делает резкий поворот, оказываясь на противоположной стороне улицы. — Сейчас ты это и узнаешь — актриса паркует автомобиль у массивного трёх этажного здания с ослепительным фасадом. Над просторным крыльцом с лестницей располагается вывеска с головой быка жёлтого цвета. Буквы, закручиваясь вокруг головы животного, образуют название казино - "Золотой телец". Взяв Джинн под руку, Лиза проходит в огромные деревянные двери, попадая в пространство похожее на приёмную в государственных учреждениях, только с более вольным и нетривиальным дизайном. Гуннхильдр посещала не одно казино в рамках своей работы, но все они были небольшими и подпольными, требующими тщательной проверки и последующего закрытия. Им с лейтенантом просто нечего было делать в крупных легальных казино, получивших государственный сертификат. Именно поэтому капитан сейчас заинтересованно оглядывается, запоминая помещение, в котором вряд ли ещё раз побывает. — И что нам теперь нужно делать? Всё начинается с регистрации или же мы сразу можем идти играть? — — Терпение, Джинни, сначала мне нужно поздороваться кое с кем и купить фишки, а потом пойдём смело продувать мои деньги — Пара молодых людей, до этого спокойно сидевших на ресепшене, бодро подрываются со своих мест, увидев, кто именно зашёл. Парни в строгих клетчатых жилетках, оживленно начинают проводить различные манипуляции с предметами на их столе. Один куда-то звонит по стационарному телефону, одновременно записывая что то в журнал, второй же спешно поправив предмет одежды, вышел навстречу из-за стойки раскрывая руки в пригласительном жесте. — Мисс Минчи, дорогая, как давно вас не было с нами, мы все тут по вами ужасно скучали — вопреки ожиданиям, на раскрытые объятия парня Лиза сдержанно, но не холодно отвечает рукопожатием, на что получает от работника понимающую улыбку. — Здравствуй, Венти, прости, что вот так пропала, появились крайне важные дела. Знакомься это Джинн, моя приятельница — парень, поправляя зелёный берет, переводит взгляд на девушку и снова протягивает руку для касания. — Добрый вечер мисс, не видел вас тут раньше. У нас очень хорошее и престижное казино, мы вас не разочаруем, будьте уверены. Во что вы сегодня хотите поиграть? Этим вечером особенно популярная рулетка — проговаривает улыбчивый парень, не разжимая рук и слегка их поглаживая, на что получает раздражённый взгляд от Лизы. — Спасибо за предложенные услуги, но играю сегодня я, — Лиза буквально насильно отодвигает Джинн за свою спину спасая ту от цепких молодых пальцев — скажи мне лучше, эти сегодня на месте? — взгляд Венти становится более серьёзным, а от прежней ветрености не остаётся и следа. — В самом углу, за четвёртым покерным столом, он тоже сейчас там, так что играйте лучше за первым. Кстати, где Эола, почему она не с тобой? — занимая свой стул, парень начинает рыться в рабочем компьютере. — У неё сегодня выходной, славной ночи — актриса практически отходит от стойки, указывая на законченный диалог, но остановившись, оборачивается — и тебе здравствуй, Сяо, будь осторожнее с боссом и внимательнее с воротниками — Второй парень, до этого молча работающий с документами, отворачивается, со злобой смотря на Венти, на что тот лишь пожимает плечами. — Похоже, тебя тут все хорошо знают, эти ребята, Венти и Сяо, они давно тут? — проходя к кассе, капитан решает внести ясность в ситуацию. — Венти - директор "Золотого тельца", а Сяо как видишь, совсем не умеет скрывать засосы на шее — девушка пребывает в недоумении и лёгком смущении, она даже не обратила на такую деталь внимание. — Подожди, но почему директор обслуживает гостей на ресепшене? Разве он не должен сидеть вальяжно где-нибудь в зале, или в каком-нибудь дорогущем кабинете считая пачки с купюрами? — Лиза возится с кассиром, оплачивая свои фишки. — Ну, он просто такой человек. И под этим я подразумеваю, что этот парень любит смотреть на дела компании изнутри, для постоянных клиентов уже не является уникальным, что он может раскладывать карты, работать в баре или же стоять на кассе — повернувшись, Лиза вручает Джинн чек. — Почему тут так много? — — Это та сумма, которую мне сегодня не жалко потратить на развлечения — коварно сверкая улыбкой, Лиза уверенной походкой направляется в сторону большого зала. Капитан тяжело вздыхает и следует за женщиной, что уже успела скрыться за дверями. Первое что отмечает Джинн, попав в игровой зал - это лёгкая джазовая музыка. Является ли это совпадением или же это одна из причин, почему данное заведение фаворит у актрисы? Второе, что она замечает - это размах данного заведения. В просторном помещении, которое является первым этажом, находится около десяти столов с покером и виднеющийся посередине круговой бар. В приглушенном свете, все говорят вполголоса, а в коридорах между столами плавно проходят силуэты, меняющие компанию. Крупье за каждым столом раскладывают карты, они все одеты в клетчатые жилеты, что можно предположить является официальной формой заведения. Иногда от одной из пьяных компаний разморённых азартом людей слышится хохот или крик, означающий исход ставки. Джинн выискивает сквозь всех этих людей одну единственную актрису, успевшую оставить её одну в этом непривычном месте. Гуннхильдр, разочаровавшаяся в своих визуальных способностях, замечает над столами электронные таблички, на которых указан порядковый номер, количество игроков и ставки. Под щёлканье цветастых пластиковых игровых фишек Джинн понимает, что это место пронизывает своя особая атмосфера. Это атмосфера разгульных ветреных развлечений, атмосфера безбашенного и безумного азарта. Это то самое место, куда приходят рискнуть безопасно для своей жизни но, небезопасно для кошелька. Хотя в подобных местах в большинстве своём присутствуют люди подобные Лизе, готовые спустить спустить кругленькую сумму просто по настроению. Решив двигаться вперёд по коридору, она замечает как номера на табличках уменьшаются в своём значении. Проходя мимо стола под номером четыре, капитан решает замедлиться и оценить обстановку. Эта компания действительно отличалась от других, шума от них было куда больше, а облако сигаретного дыма, казалось, поглощает мужчин в широкополых шляпах, которые скрывали части их лиц. Ещё одна деталь, которую замечает полицейская это то, что все присутствующие сидят будто бы вокруг одного человека. Человека, чью фигуру едва можно разглядеть за спинами. Джинн слегка передергивает, когда осматривая центральную фигуру, она замечает красные пряди, торчащие из-под черной фетровой шляпы, а губы незнакомца изгибаются в подобии ухмылки, удерживая зубами толстую сигару. Было четкое ощущение что где то она видела этого человека, и это ощущение сильно тревожило, заставляя нервно сглотнуть. Сама фигура будто бы излучала ауру опасности и влиятельности, при этом мужчина был единственным кто оставался молчаливым в данной группе. Гуннхильдр быстро отворачивается, продолжая свой путь в глубину помещения, дабы не быть пойманной на слежке. Совсем скоро полицейская оказывается у первого стола, за которым виднелась спина актрисы. Казалось, что женщина услышала невесомые шаги капитана по ковролину и, слегка повернув голову, она демонстрирует улыбку, говорящую о приподнятом настроении в ожидании хорошей игры. — Ты где заблудилась-то? Давай, скорее, садись я уже поставила пару фишек для разогрева — — Вообще-то это вы меня бросили, я заметила на четвёртом столе...— Джинн не успевает договорить фразу как её тут же настойчиво, но мягко усаживают рядом, чуть ли не на колени к Минчи. — Учись у мамочки как играть в техасский покер — Лиза игриво понижает голос, ловко захватывая пальцами две карты раздаваемые крупье. Джинн затихает, замечая насколько сейчас красивы зелёные глаза женщины, сверкающие от азарта. Полицейской кажется, что рядом со зрачками появляются маленькие звёздочки, складываясь в величественные созвездия, мерцание которых невозможно забыть. — Удваиваю — одна её фраза и остальные игроки за столом начинают переглядываться и проверять свои карты, в последующем трусливо пасуя. Спустя несколько выигрышей и один проигрыш, игра накаляется, а ставки растут в геометрической прогрессии. Актриса в перерывах оглядывается, чтобы посмотреть на увлечённую Джинн. Девушка выглядит так невинно в данной обстановке, Лиза давит в себе невыносимое желание целовать эту полицейскую после каждой своей победы в эти притягивающие тонкие губы, в эти строгие острые скулы. Рука сама собой тянется к пальцам Гуннхильдр, слегка поглаживая их и к удивлению не сталкивается с отказом. В горле становится сухо. Учитывая количество побед сегодня и очаровательную Джинн рядом, мисс Минчи крайне везучая сучка. — Милая, сходи за чем-нибудь покрепче для меня, пожалуйста, в долгу не останусь — шепчет она Гуннхильдр. — Говорить о том, что вы за рулём я так полагаю нет смысла? — в ответ лишь короткий кивок и молящие глаза, ради которых девушке кажется можно согласиться на многое, — хорошо, чего конкретно вам бы хотелось? — — На твой выбор, угадаешь - будет бонус — говорит актриса, проводя кончиком языка по своим губам, дразня девушку. Закрыв лицо тыльной стороной ладони, Джинн ретируется к круговому бару в центре зала. Под всеобщим вниманием за стойкой крутится бармен, поглощенный работой и заказами. На его одежде красуется золотым блеском брошь в виде головы быка. Гуннхильдр занимает свободный барный табурет и принимается изучать меню, вшитое цифровым экраном в поверхность стойки. - Тут довольно технологично - отмечает она про себя. Изучая длинный список из различных изображений и названий, Джинн делает неутешающий вывод - она практически ноль в выборе алкоголя. - Что может нравится богатой, красивой, зрелой женщине, проводящей свой досуг в казино? - полицейская зажмуривает глаза пытаясь выстроить логическую цепочку между позициями алкогольной карты, своими знаниями и мелькающими вульгарными образами мисс Минчи. Девушка поднимает взгляд уверенная в своей единственной догадке. — Молодой человек, будьте добры, два коктейля Космополитен — Гуннхильдр даже не думает об обещанном таинственном бонусе, она сейчас будто поддавшись настрою заведения ведёт свою азартную игру с одним лишь верным вариантом. — Как скажите мисс, с вас четыреста евро — глаза капитана в момент оглашения цены напоминают бармену пару крупных медных монет. — Ну и цену у вас тут! — возмущению девушки нет предела, они с сестрой могут месяц снимать жилье за такую цену, а тут приходится выкладывать её за два напитка. Пластиковая карта издаёт платёжный звук и деньги со счёта пропадают вместе с позитивом Джинн, этот вечер уже не кажется таким привлекательным. Возвращаясь назад с двумя круглыми бокалами на тонких стеклянных ножках, полицейская разглядывает богатую красную жидкость, от которой, стоит заметить, весьма приятно пахнет. Перемещая взгляд к столу, за которым играла актриса, Джинн едва не роняет из своих рук коктейли, молча застыв на месте в паре метров от происходящего. Мужчина, которого до этого точно не было с ними в игре, очень по одежде напоминал типов с четвёртого стола и, судя по всему, оттуда и притащился. Сейчас этот нахал в наглую водил своими руками по открытым бёдрам Лизы, предварительно задрав юбку. Его лицо изображало пьяную животную похоть, сквозь которую невозможно увидеть то, как женщина упорно от него отпиралась, стараясь вырваться из грязных лап. Капитан Гуннхильдр быстро придя в себя, молча ставит бокалы на соседний стол, вежливо прося их придержать тут, и с убийственным выражением лица разворачивается к извращенцу, которого здесь никто не пытается даже попробовать остановить или хотя бы осудить. Она, грозно шагая, приближается к субъекту, агрессивно подворачивая рукава рубашки, и перед тем как до ублюдка остаётся метр её рука с огромной амплитудой замахивается в ударе. По казино проносится грохот, тело мужчины отлетает на игральный стол, снося на нем аккуратные стопки фишек и карт. Всеобщее внимание приковывает игральный стол под номером один. Мужчина, кажется оклемавшись от сильного и точного удара, поднимает свою голову. Из его носа идёт кровь, стекая тонкой струйкой на зелёный бархат стола, оставляя на нем тёмные пятна. Его лицо наполняется ужасом вперемешку с болевым шоком, она быстро поднимается на ноги, бегло оглядывая то Джинн, застывшую в боевой стойке, то Минчи, успевшую спрятаться за свою спасительницу и теперь слабо тянущую ту за края рубашки в немой просьбе уйти отсюда подальше. — Ты чего совсем ахуела, сучка? Ты кем себя возомнила? Ты хоть знаешь кто я такой? — мужчина, видимо окончательно пришедший в себя начал надвигаться к парочке, попутно вытирая рукавом чёрного пиджака всё ещё украшающие его лицо капли крови. Ни лицо, ни тело Гуннхильдр тем временем не меняет своего положение, она готовиться к следующему удару. — Ещё один шаг, и мне придётся повторить манёвр — Лиза продолжает тянуть Джинн за одежду, шепча той в затылок о том, что надо идти, о том, что не нужно, о том, что ей страшно. Незнакомец останавливается в шаге от полицейской, удивлённый её наглостью и бездумной смелостью. Они буравят друг друга глазами, собирая на себе всё больше и больше взглядов, пока девушка оценив обстановку не начинает отступать делая первые осторожные шаги спиной вперёд. Отступая, по её мнению на безопасное расстояние, она рывком хватает мисс Минчи за руку, ускоряя их шаг сквозь собравшуюся толпу. Лиза не замечает как они сломя голову добираются до вестибюля, проносясь мимо вскинувшего брови директора казино, которому остаётся только убрав руку с телефоном от уха провожать парочку взглядом до дверей. — Карты на доске, игра началась — произносит он в полутьме вестибюля, заглядывая сквозь прозрачные двери обратно в игровой зал и замечая знакомую мужскую фигуру, спешно приближающуюся к выходу. В голове капитана сейчас творится кромешный ад, погруженный в самый страшный хаос, варианты один за другим проносятся перед глазами, отмеченные разумом как подходящие и отвергнутые. - Он точно пойдёт за нами. У нас есть всего пара минут, чтобы скрыться. Машина сразу не вариант, нет, не успею завести. Ближайшие переулки, повороты, что угодно чтобы уйти с прямой улицы. Так, вижу, где то тридцать метров тёмный проулок, то, что нужно. Добежать вместе времени хватит. Она на каблуках, лучше было бы их снять, нет, потратим слишком много. Надо действовать сейчас. - Не ослабляя хватки, Гуннхильдр без объяснений тащит женщину в намеченный ей проулок, игнорируя вопросы о том, почему они не садятся в машину. Они, не замедляясь, проскакивают на соседнюю улицу. - Очень быстро, куда-то зайти. Он один, он в гневе и уже может нас догнать, если видел, куда конкретно мы свернули. Вывеска книжного - сейчас точно закрыто. Подъезды частных квартир - нет ключей, также с большей вероятностью все закрыты. Неприметный дешёвый бар на противоположной стороне - идеально! -. Девушка лишь пару секунд стоявшая и оглядывающая улицу, проводя лишь ей одной доступный анализ, тянет актрису через дорогу и просто вталкивает её в бар, поспешно закрывая дверь. Быстро сориентировавшись, она ведёт их к дальнему тёмному столику, хватая большую карту меню. Усаживается с женщиной максимально близко друг к другу, чтобы и симпатичное лицо актрисы не было видно преследователю за брошюрой. Выглядывая из-за бумажного укрытия, она внимательно смотрит на входную дверь с железным колокольчиком, молясь на то, что их посещение не было слышно никому снаружи бара. — Он всё ещё идёт за нами? — мисс Минчи впервые для Джинн выглядит такой обеспокоенной и напуганной и от стресса не может перестать задавать вопросы и просто напросто говорить — Ты сильно его ударила? Где мы сейчас находимся? Мы сейчас в безопасности? Как долго нам тут сидеть? Джинн мне страшно, не молчи, пожалуйста — Гуннхильдр, не отрывая взгляд от двери, старается шёпотом вставить ответы в быструю речь актрисы, как замечает приоткрывающуюся дверь и чёрную фетровую шляпу. Ей хватает одной секунды, чтобы принять решение о маскировке. Девушка притягивает Лизу ближе за талию, чтобы её лицо было полностью скрыто за меню. Минчи выглядит непонимающе и хочет посмотреть из-за дешёвой картонки, на то, что так беспокоит Джинн. Сделать ей этого не дают, девушка порывом хватает актрису за подбородок, утягивая в рваный поцелуй, без возможности отстраниться. Она продолжает крепко сжимать пальцы на челюсти женщины. Касаясь только одними губами, она просто удерживает, застывая в этом невинном, но требовательном касании. Внезапно она чувствует, как её губы требовательно облизывают. Испугавшись и, как будто бы придя в себя, Джинн случайно, инстинктивно приоткрывает губы. Для Лизы лучшего знака и не нужно, ведь дорога для её горячего языка открыта. Джинн чувствует, как в её рот проникают, как его изучают по собственечиски нагло, рецепторы улавливают вкус дорогого алкоголя, смешанного с люксовой вишнёвой помадой. Гуннхильдр краем сознания делает вывод, что актриса выпила до их встречи и была пьяная за рулём. Переизбыток ощущений кружит голову, Лиза улыбается сквозь поцелуй, замечая, что Гуннхильдр расслабленно прикрыла глаза, отдаваясь ситуации и чувствам. Внутри полицейской чуть ближе к животу начинает разливаться тепло, ноги хочется сдвинуть, мысли о том, что её инициативу так быстро взяли на себя возбуждают. Хочется дольше оставаться под доминированием и это одновременно пугает и будоражит теперь уже не такое невинное сознание. Находясь в смятении и не предусмотрев такого напора, Джинн не может ответить на ласку, а просто принимает её. Минчи осторожно отодвигается, давая им обеим отдышаться. Она видит, как взгляд девушки слегка плывёт, но, не смотря на это, капитан с опаской выглядывает из-за спасительного куска бумаги. Мужчины, как и не было, что заставляет облегчённо выдохнуть. Пока Лиза, довольная как кот объевшийся сметаны сидит и слегка гладит руку девушки, у той в голове происходят активные аналитические процессы. Кто это мог быть? Это может быть обычная жалкая группировка, возомнившая себя местной мафией, но интуиция кричит о том, что всё куда сложнее и опаснее. Если предположить что это не глупые ряженые остолопы, то остаются два варианта с последующими вытекающими. Первый вариант это реальная опасная группировка, которой они сейчас сильно насолили и возможно до этого Минчи и Лоуренс проворачивали что то подобное с ними. Второй вариант даже прикидывать не хочется, красные локоны, самодовольная ухмылка, скандинавский подбородок с плотной щетиной. Подсознание стучит в огромный колокол, предвещая что-то неприятное и пугающее, то, что пока покрыто туманом, но то, которое при старании можно развеять, зацепившись за тонкую нить. Джинн, до этого сверлящая взглядом вход в бар, переводит его на довольную и слегка пьяную актрису, и как она до этого не заметила запах алкоголя. Можно облегчённо вздохнуть, видно, что женщина успокоилась. Надо бы объясниться. — Мисс Минчи, послушайте, это не то, чем может показаться. Извините меня за эту бездумную выходку. Я посчитала этот вариант самым оптимальным при этой погоне и сделала всё, для того чтобы нас потеряли из видимости, у меня не оставалось времени чтобы спросить вашего разрешения — взгляд Лизы заметно печалится. — Что ж раз, так, то спасибо вам капитан Гуннхильдр — Джинн кажется что, её тон стал на пару тонов официальнее, но блеск в прищуренных глаза выдаёт игривость — Но если вы захотите повторить это, знайте, я буду согласна и без погони, и даже без разрешения — женщина опускает взгляд на слегка запачканные помадой губы Гуннхильдр и быстро проводит языком по своим, ещё не остывшим от минутной страсти. Девушка нервно сглатывает, мирясь с пожаром полыхающим внутри и отводит взгляд от лица актрисы, повторно осматривая обстановку. Всё выглядит безопасно и непринуждённо, будто бы их вторжение ни на дюйм не покачнуло местную ситуацию, оставив её статичной. Но это если не учитывать встревоженного официанта в нерешительности застывшего у барной стойки, и не знающего что ему предпринять. Похоже, парень видел их поцелуй и теперь не знает спрашивать заказ, попросить клиенток удалиться или оставить их наедине друг с другом. К его облегчению решение принимает Джинн, медленно направляющаяся в сторону выхода, она ведёт за собой женщину, извиняясь за увиденное им действо. Дорога до машины проходит через соседний квартал, Лиза молча следует за Гуннхильдр, полностью доверяя ей в выборе пути. Всё-таки среди них двоих именно девушка имеет отношение к погоням, шпионским вещам и прочей полицейской лабуде. Садясь в такой долгожданный после беготни салон, Минчи плюхается на сиденье, откидывая голову на подголовник, и жмурится. Полицейская заводит машину, опустив мешающие сейчас эмоции. Она поворачивает голову к соседнему сиденью, наблюдая сонную актрису. Девушка начинает тянуться через разделяющее их расстояние, чтобы помочь пристегнуть ремень безопасности. Лиза внимательно следит за её движениями сквозь чуть приоткрытые глаза и в момент, когда рука капитана оказывается напротив груди, слегка подаётся вперёд, заставляя Гуннхильдр коснуться её. Капитан в очередной раз за день густо краснеет и с напускным раздражением отстраняется, заканчивая движение щелчком закрытого крепления. — Прости, я не буду повторять это больше — зевая сквозь улыбку, произносит актриса, устраиваясь поудобнее в сиденье так, чтобы видеть девушку в дороге. Ладони и руки Джинн покрыты мелкими царапинами и трещинками от сухости, они невесомо, но чётко управляются автомобилем, твёрдо обхватывая кожаный руль. Лицо выражает сосредоточенность, Лиза думает о том, что в свете фонарей девушка выглядит особенно завораживающее, настолько, что она чувствует, как её сердце бьётся чаще чем обычно. С плотно сжатых тонких губ срываются тихие слова, помогая Минчи не заснуть. — Хотите обсудить, то, что случилось? — — Возможно, но не сейчас — капитан коротко кивает, не отрывая внимания от светофоров и перекрестков. — Джинн, могу я тебя попросить обращаться ко мне по имени и на ты? Всё-таки после такого было бы странно сохранять формальность, но если тебе более комфортно иначе, то я понимаю — Лиза замечает на лице девушки лёгкую нежную улыбку, от чего внутри всё сжимается в умилении. — Я приму твоё предложение, спасибо — на минуту в машине виснет тишина. — А я ведь, по сути, о тебе ещё ничего толком и не знаю, — Лиза делает паузу, размышляя о том, что лучше спросить — ну, кроме того, что ты бесстрашная и сильная, готовая вломить незнакомому мужику за меня — лицо девушки окончательно расслабляется, поддаваясь дружеской беседе. — Да как-то и не было возможности ничего рассказать и тебе наверно не особо интересно узнавать о жизни настолько обычной провинциальной девушки — Гуннхильдр будто бы извиняется за свою прежнюю молчаливость, но Лиза почему-то дуется, складывая руки на груди. — Ничего ты не обычная, то, что я тобой интересуюсь уже делает тебя особенной, раз ты у нас такой хороший коп, как не заметила этого? — полицейская удивленно охает. — Мне кажется, я знаю, кто создаёт озоновые дыры на полюсах - это ваша самооценка своей высотой дырявит небосвод — машина наполняется мягким звонким смехом, и Джинн про себя думает: либо это она хороший комедиант, либо они просто всё ещё не отошли от событий в Золотом тельце. Остаток дороги проходит в обсуждениях любимых блюд, стилей в одежде, цветов, и Гуннхильдр удивляется тому, сколько вопросов ей может задать Минчи, будто бы с готовой анкетой в голове. Актриса старается выжать из девушки как можно больше, тактично избегая вопросов о прошлом и о семье. Глубокая ночь и освещённая одним лишь светом фонарей улица, создаёт раскованный и личный настрой, позволяя говорить им обеим лишнее, не думая о том, что будет с появлением первых солнечных лучей, что жестоко и без колебаний убьют магию случайной романтики. У крыльца дома актрисы Гуннхильдр сама задаёт последний вопрос, который тревожит её остаток вечера. — Насчёт твоего любимого алкоголя — девушка в привычном волнительном жесте потирает шею. — Точно ведь, Джинни, что ты мне выбрала? — актриса делает шаг вперёд сокращая между ними расстояние, заставляя капитана опустить глаза в пол. — Это ведь был Космополитен? Да? Классический коктейль, подходящий для употребления в любое время суток. Водка, ликёр и клюквенный сок дают сладость, но в то же время не приторное сочетание. Это очень тебе подходит, даже если я ошиблась — Гуннхильдр опускает тот момент, когда она расспрашивала об этом у бармена. Джинн щурится в предвкушении очередного трюка от женщины, и ожидание кажется безумно мучительным. — Бонус твой по праву. Могу я? — Лиза осторожно тянет руки к плечам девушки, заглядывая той в глаза. — Да...— она соглашается без раздумий, за что потом себя будет корить и винить, но это будет потом, так что не особо это и важно, ей просто хочется поддаться этим чувствам появившемся в её одиноком сердце впервые. Минчи в момент заключает их губы в сладком медленном поцелуе, не давая отстраняться и наконец, получает робкий, но весьма инициативный ответ. Гуннхильдр кладёт руки на талию женщины и слегка поглаживает её через одежду. Актриса Лиза Минчи твёрдо уверена, что капитану не стоит знать о том, что её любимый напиток на самом деле освежающий Дайкири, похожий своей свежестью на полицейскую, что достаточно плотно теперь засела в её мыслях.