Сокращённое имя для нас двоих

– Сама я считаю, что Серёжа поступил правильно, как настоящий друг, – твёрдо произнесла девушка, отпивая вино из бокала. – Мы с ним были даже не знакомы, но он пытался меня уберечь, – Ангелина сощурила глаза и сделала голос увереннее, – от тебя. – Но я... – Нет, Арс, – брюнетка перебила Попова, не дав ему договорить, – даже не думай оправдываться, я знаю, что ты от меня хотел с первой минуты знакомства, – Бархатова, дабы избежать неловких пересечений взглядами, стала рассматривать людей за соседними столиками. – И честно, я не понимаю, зачем вообще согласилась пойти с тобой на встречу, – в этот момент голубые глаза мужчины как-то осознанно блеснули, будто надеясь, что девушка всё-таки продолжит свой монолог и скажет, что всё же что-то к нему чувствует. Выяснение отношений было бесконечным, словно летний ливень, мутные капли которого сползали вниз по окну, увеличиваясь в размере с каждой секундой и добавляя всё больше новых и вскрытых тайн и загадок. Двухчасовой разговор Ангелине удалось вынести только благодаря уже выпитой бутылке красного вина. Какое-то количество алкоголя определённо спасало Бархатову, что уже несколько раз была на грани истерики. Алкоголь помогал чувствовать себя легко, приятно разливался по телу, почти полностью блокируя восприятие каких-либо слов, сказанных Арсением. Безусловно, брюнетка сохраняла здравый рассудок, если диалог перерастал во что-то большее, чем обычное разрешение ссоры, но, когда такого не происходило, девушка облокачивалась на свой подставленный локоть и тупо смотрела на Попова, на его губы, которые что-то активно пытались до неё донести, в глаза, заставляющие её периодически задыхаться. Отвлекаясь от рассматривания собеседника, Ангелина также посматривала и в окно, наблюдая за летним вечерним солнцем, которое только-только садилось за горизонт, оставляя на небе бледно-розовые полоски из облаков. Единственное, что пока могла сказать темноволосая об этом вечере – странно. Странно настолько, что даже хорошо. – Я не оправдываюсь, а прошу искренних извинений, – вот только насколько они искренние, остается загадкой. – И ведь ты не знаешь, что я чувствую к тебе сейчас... – Да простила я тебя, – вырвалось у Бархатовой, отчего она хотела просто упасть головой о стол, чтобы её мозг наконец начал работать. Маленькая десятилетняя Ангелиночка внутри неё, что отвечала на каждое обидное слово в свою сторону, была вне себя от ярости. Она хотела мстить, как ранимый ребёнок, который желал, чтобы обидчик понёс такое же наказание, как и она, а может и хуже. И даже если брюнетка уже взрослая и самостоятельная личность, которая не желает кому-то зла, то ей в любом случае хотелось потомить Арсения, чтобы он хотя бы немного понервничал по этому поводу. – Ещё вчера, когда ты мне написал, – и снова девушка не контролирует поток своих мыслей. – А ты что, ждала моего сообщения? – спросил Арсений, игриво улыбнувшись уголками губ и решив, что вопрос про его чувства лучше и правда не поднимать. – Нет, – отрезала брюнетка, несильно покраснев и стараясь скрыть своё лицо за прядками волос. – Пойдем прогуляемся? – скорее сообщил как новость, а не предложение, Попов, подзывая официантку, чтобы попросить счет. – А то тебе явно нужен свежий воздух, – мужчина оскалил зубы, снова замечая, как его спутница краснеет. Московская набережная прекрасна, это Ангелина знала и до приезда в мегаполис. Шум проезжающих машин как-то по-своему волшебно сочетался со спокойствием, царившим рядом с водой и бликами, которые она отражала. Бархатова часто любила приходить сюда, когда голова разрывалась от мыслей и терзаний души. Она считала набережную своеобразным местом спокойствия и хаоса, который каким-то образом всегда уравновешивался, останавливаясь где-то посередине. Здесь будто и разговоры давались легче. Сразу находились ответы на все волнующие вопросы, говорить становилось проще, формулировать свои чувства в слова не составляло ни капли труда, а все сложные темы для диалога не казались такими ужасными, какими представлялись сначала. Арсений и Ангелина затронули тему побега брюнетки из Екатеринбурга. Попов, если честно, и сам был не в восторге от происходящего, но определённо знал, что если они не обсудят это сейчас, то не обсудят никогда. Бархатова же вообще не хотела слышать и единого слова, хоть как-то связанного с этим городом, поэтому на любые вопросы отвечала несвязно и сразу отворачивалась к Москве-реке, в которой отражался, казалось, весь мир. – Почему ты постоянно уходишь от разговора? – слова Арса растворились в воздухе, сразу же принимая риторический облик, для девушки, так точно. – Арс, – Ангелина сделала затяжную паузу, собирая мысли и чувства воедино, – как бы ты общался с человеком, который хотел тебя трахнуть, а через какое-то время объявился с якобы «добрыми» намерениями? – Грубо, – решительно произнёс брюнет. – Да, я согласна, формулировка грубая, но… – Нет, я не про формулировку. Грубо – вот, как бы я общался с человеком, – Попов заглянул в тёмно-голубые, из-за темноты, глаза Бархатовой. – И да, прости, что спросил. Это глупый вопрос, – усмехнулся сам над собой мужчина, отворачиваясь и оставляя девушку практически одну со своими размышлениями. Ей почему-то стало жалко Попова, и она не могла ответить себе на вопрос «Почему?».

***

– Наконец-то. Я не думал, что мы уйдем настолько далеко от парковки. Почти час возвращались обратно! – воскликнул Арсений, подходя к автомобилю, после чего поднял голову наверх и заметил, как на и так тёмном небе, собираются тучи. – Я довезу тебя до дома, – мужчина начал подходить к пассажирскому сиденью, чтобы открыть дверь. – Не стоит... – Посмотри на небо и садись, – брюнет говорил настойчиво. – Это не обсуждается. Благодарно улыбнувшись, Ангелина всё-таки села в машину, после чего за ней закрыли дверь. Дорога до дома не должна занять много времени, и они определённо должны успеть до того, как начнётся дождь. Должны, но, видимо, природа решила по-другому. Когда до конца маршрута оставалась три минуты, на лобовое стекло стали прилетать редкие капли дождя, которые постепенно учащались. – Не успели, – прошептал Попов, тяжело вздохнув и заглушив машину достаточно далеко от подъезда Ангелины. – Ближе мест вообще нет? – посмотрев на Арса, девушка сразу всё поняла. – Чёрт. – Давай посидим немного, чтобы он хотя бы уменьшился, а там добежишь уже. В салоне было темно, и только свет высокого фонаря напротив освещал ноги молодых людей. Арсений, хоть и толком не видел лица Бархатовой, старался посмотреть в её глаза напоследок, непроизвольно смущая девушку своей настойчивостью. Ангелина лишь робко взглянула на силуэт мужчины и опустила голову вниз. Ей правда хотелось включить фонарик на телефоне и ответить на этот взгляд полный чувств и вины за свои поступки, но девушка прекрасно понимала, что так нельзя. Осознавала, что не должна давать надежды. Брюнетка невольно подняла взгляд и старалась рассмотреть хоть что-то сквозь капли воды на окне. Жилой комплекс Ангелины, где она снимала квартиру, представлял собой совокупность нескольких дворов, состоящих из шести домов, которые были расположены в виде полукругов. Не посмотрев на них вживую сложно представить такое дизайнерское решение, но оно как раз-таки позволяло ощутить всю общность людей и бесконечный комфорт при проживании здесь. Стоя в середине двора, достаточно просто поднять глаза наверх и увидеть миллионы квартир со светящимися окнами. Высмотреть свою квартиру удалось благодаря розовой светодиодной ленте, приклеенной на подоконник на кухне. Бархатова сразу заметила знакомый силуэт и тут же захотела выйти из машины и направиться домой. Наблюдая за тем, как огромные лужи собираются под каждым подъездом дома и на дорогах, девушка поняла, что ливень даже не собирается уменьшаться. – Ладно, мы сидим уже десять минут, я пойду, – Ангелина посмотрела в глаза Арсению и о чём-то задумалась на несколько секунд, после чего взгляд упал на губы. – Всё равно намокну, – брюнетка судорожно начала собирать свои вещи, чтобы избавиться от разных непристойных мыслей, повернулась к двери, чтобы выйти, но напоследок ещё раз взглянула на мужчину. – Спасибо за вечер, – мило улыбнувшись, прошептала Бархатова и вышла из машины, не торопясь шагая под проливным дождем. Арсений ничего не ответил. Этот томный взгляд Ангелины сначала в глаза, а потом на губы выбил из лёгких брюнета последний воздух. Что-то тянуло его к ней. Оценив все «за» и «против», Попов понял, что окончательно задохнуться под этим дождём чувств будет лучшим его решением. Мужчина резко открыл дверь машины и нажал на кнопку закрытия автомобиля. Тёплый летний дождь моментально намочил волосы, толстовку и джинсы, а кроссовки уже изначально наступили в глубокую яму с водой, погрузившись в неё чуть ли не на половину. Арсений, пытаясь обойти и оббежать огромные лужи, бежал, бежал настолько быстро, насколько ему позволяло его тело, силы и обстоятельства. Вот она, в мокром платье, с мокрыми волосами и белыми кроссовками, которые уже стали грязными от воды, льющейся ручейками по дороге. Вот она, такая нежная, чувственная, идёт под ливнем и никуда не торопиться. Её простота – она поражает. Подбежав к Ангелине, он схватил её за тонкое запястье и повернул к себе лицом. Ресницы и брови девушки намокли, а на щеках и лбу были небрежно разбросаны капельки воды. В её голубых глазах не было ни капли страха, будто она знала, она ждала, что он прибежит к ней. Арсений не спеша протянул руки для объятий, и Бархатова сразу же приняла их. Сколько они так стояли знают только люди, смотрящие в окна, проливной дождь, который проник во всё, что только можно и месяц, одиноко висящий на небе и пытающийся вылезти из-под туч. Они наслаждались друг другом. Арсений, крепкий и сильный мужчина, пахнущий кофе и мятой с нотками его любимого одеколона, держит в своих руках хрупкую девушку, пахнущую какими-то сладкими конфетками и вишней. Для них время остановилось. И кажется, Попов разгадал эту загадку, которую дала ему жизнь. Почему в тот вечер, после концерта Арс начал чувствовать что-то большее, чем влечение и смог понять, что это чувства? Любовные чувства, или что-то наподобие этого. Разгадка всему этому – она. Очаровательная девушка, которая одним своим взглядом способна сделать немыслимое, перевернуть мировоззрение человека с ног на голову и забрать чужое сердце себе. Эта невероятно простая брюнетка, которая выросла в деревне, не гонится за деньгами и огромным состоянием любимого человека. Она умеет любить. Умеет влюблять. Умеет сделать так, чтобы любили её, сама этого не понимая. Нельзя сказать, что Арсений любит Ангелину, но влюблён – точно. Медленно отстранившись мужчина положил левую руку на щеку Бархатовой, мягко и бережно её поглаживая и смотря ей в глаза. Он не знал, что делает или хочет сделать, но определённо чувствовал, что это правильно. Ангелина ощущала себя точно также – не отдавала отчёт своим действиям, списывая это на давно выпитое вино, которое никакой роли здесь не играло. Она не контролировала себя, но чувствовала, что всё это неправильно. Ужасно, дико и отвратительно. Они не должны стоять посреди улицы под дождём и обниматься. Тем более, она не должна тонуть в этих ярко-голубых глазах, которые, скорее всего, через несколько минут уже не будут такими же искренними. Бархатовой ни в коем случае не хочется делать Арсению больно, но ей нужно сказать это сейчас. – Ар… – Это тебе спасибо за вечер, – перебил её мужчина, положив обе руки на лицо Ангелины и накрыв её губы своими. Это было слишком неожиданно, из-за чего девушка сразу же уперлась руками в грудь Попова, но сопротивляться перестала. Вопрос «Зачем?» с сильнейшей болью бил по голове, только вот Ангелина не могла на него ответить, стараясь отключить все мысли и отвечая на поцелуй. Она как будто знала и чувствовала, что это произойдет сегодня, но, чтобы в настолько прекрасной атмосфере – даже подумать не могла. Арсений красивый. Вот ведь говорят не нужно открывать глаза во время поцелуя, но брюнетка не смогла сдержаться. Даже на таком близком расстоянии он прекрасен, его длинные ресницы изредка подрагивают, черты лица просто безумно изящные, и он – мечта любой девушки. А повезло в данный момент именно Ангелине. Бархатова обвила руками шею Арса, иногда проводя по ней ногтями и царапая. Брюнет же переместил одну руку на талию Ангелины, притягивая её как можно ближе к себе. Поцелуй получился мягким, чувственным и вкусным, так как привкус вина на губах всё ещё напоминал о сегодняшней встрече в кафе, и спустя некоторое время Арсений отстранился первый, набирая кислорода в лёгкие. Он смотрел не отрываясь, разглядывая лицо девушки, и это уже не заставляло её смущаться, как в первую встречу. Теперь она сама испепеляет его глубокие голубые глаза, кажется, даже не моргая. Но мозгу всё же свойственно работать, к сожалению. Всё в голове Ангелины мигало красным цветом и буквально трубило о том, что надвигается, мягко говоря, «пиздец», что это всё неправильно, что так нельзя. Внутри брюнетки боролись два тяжелейших чувства: она могла наплевать на всё и утонуть в чувствах к Арсению или закончить это всё. Что-то здравое щёлкнуло в её голове. Она никому не позволит себя использовать, даже если сама влюблена. – До встречи, – томно протянул мужчина уже делая шаг в сторону, но тут же резко остановившись. – Арс, стой, – Ангелина подошла ближе и обняла своего друга. – Прости меня, – девушка приблизилась к уху брюнета, обдав его горячим дыханием, – но мы должны остаться друзьями, – шёпотом, почти неслышно произнесла темноволосая. Арсений теряется в прямом смысле этого слова. Он потерялся в лабиринте этих трёх слов, натыкаясь каждый раз на тупики и уже не надеясь найти выход из этой игры, он обречён на поражение. Это же игра, верно? Первоапрельская шутка в июне, незапланированный стендап концерт или что-то наподобие этого. Нет. Слезящиеся глаза Бархатовой говорили об обратном. Арсению больно. Ангелине тоже. Он взял брюнетку за руку, надеясь услышать желаемое, но этого не произошло. Бархатова резко сорвалась в сторону своего подъезда, не оборачиваясь назад. Так будет лучше.

***

Звонок в дверь. Карина, быстро соскочив с кровати, побежала в коридор, чтобы наконец впустить свою сестру в дом. – Бл... Ангелина! – выкрикнула девочка, даже не подумав о нецензурности своей речи и смотря на насквозь мокрую девушку. – Иди давай в душ, согрейся. Брюнетка никак не отреагировала на недосказанный мат от сестры, а на предложение пойти в душ послушно поплела свои ноги в сторону ванной комнаты. Ей было безумно холодно и неприятно. Она была противна сама себе из-за того, что сделала почти близкому человеку очень больно. Она не имела права так поступать, никто в этом мире не вправе причинять боль другим. Для счастья обоих не нужно поступать по-дьявольски.

*Боже мой, он видел меня такой* – подумала девушка, пальцами пробираясь в свои волосы и глубоко вздохнув.

Волосы стали паклями, хотя, чего стоило ожидать от проливного дождя, тушь потекла от большого количества воды, и теперь Бархатова была больше похожа на панду. Если она нравится Арсу такой, может, стоит призадуматься, перед тем, как говорить, что они просто друзья? Мысли отказывались складываться во что-то цельное, особенно, когда истерика мешает не то, что думать, но и дышать. Ангелина находилась в ванне приблизительно сорок минут, пятнадцать из которых заняло реальное принятие душа, а остальное время было посвящено слезам, паническим атакам и ненависти к себе. Она плакала. Ревела как ненормальная и пыталась смыть этот прекрасно-ужасный привкус вина с губ, который напоминал о поцелуе с Арсением. Кое-как успокоившись, брюнетка вышла из ванны, оставив дверь открытой. – Я тебе приготовила сменную одежду, – Карина прищурилась, старательно разглядывая красные и опухшие глаза сестры. – Так, ладно, потом расскажешь. Кушать хочешь? – старшая сестра молча кивнула, проводив шатенку взглядом и пошла переодеваться. – Ты, наверное, сейчас не в состоянии слушать, как прошёл мой день, да? – этот вопрос являлся больше риторическим, чем каким-то конкретным, поэтому девочка продолжила. – Расскажи, что случилось, – Бархатова снова молчала с комом в горле, понимая, что если откроет рот хоть на секунду, то сразу же заплачет. – Ты можешь при мне плакать, Гель, – замечая слезящиеся глаза девушки, сказала Карина, но всё равно не получила никакой реакции. – Я видела вас в окно. – Чего? Блять, окна же на ту сторону выходят... – досадливо протянула Ангелина, поперхнувшись чаем с мятой и смородиной. Мята и смородина. Чёртов Арсений! – Да и думаю не одна я вышла посмотреть на сильный ливень в окошко на балконе, – хитренько улыбнувшись сказала девочка. – Почему ты плакала? – в мгновенье светловолосая стала серьёзной. – Я… Я сказала ему, что м.. мы должны остаться друзьями, – заикаясь, Ангелина заплакала, закрывая опухшее лицо руками. – Иди сюда, – Карина встала и подошла к сидящей за столом сестре, крепко обняв её. – Ты всё правильно сделала, – девочка немного отошла, положила руку на подбородок Ангелины и приподняла его, чтобы установить зрительный контакт. – Слышишь? Всё хорошо. – Наверное, ты права, – девушка громко всхлипнула, после чего младшая Бархатова ушла куда-то в комнату на несколько минут. – Я тебе кровать расстелила, иди ложись, ты устала сегодня. – А как же ты? Ты не рассказала, что произошло... – шёпотом сказала брюнетка, заглядывая в глаза сестре и принося своими искренние извинения за то, что она сегодня, так сказать, не в ресурсе. – Да ладно тебе, завтра расскажу, – девочка посмотрела на настенные часы. – А нет, уже сегодня, – Ангелина всё равно не уходила, ещё сильнее погрустнев. – Всё иди давай, завтра ещё к папе идти. – Бля-я-ять, – протянула темноволосая. – Я не хотела тебе говорить, он мне звонил сегодня, – Ангелина смотрела в пол, не моргая. Ей уже было всё равно на все секреты, которые она зачем-то пыталась создать, потому что никакого смысла этого не имело. Карина видела её, целующеюся с Арсением, что ещё скрывать? – Спросил сколько мне лет, а потом на фоне я услышала одобрительный голос, будто кому-то был принципиален мой возраст, – младшая сестра нахмурила брови. – Ладно, пойду я, да и ты не задерживайся. – Спокойной ночи, – прошептала Карина, подогнув к себе одну ногу и смотря в одну точку. Кому понадобился возраст Гели? Зачем ему это было нужно? Много вопросов, но ни одного ответа. Бархатова еле доковыляла до комнаты и плотно закрыла за собой дверь, а, подойдя к кровати, откинула в сторону одеяло и застыла. После нескольких секунд ступора она улыбнулась. На чёрной простыне лежала небольшая шоколадка, а рядом записка. Люблю тебя, не грусти♡ P.S. За шоколадку скажи спасибо Серёже)) Карина просидела на кухне до пол второго ночи в раздумьях и изредка заглядывала в телефон. На данный момент желание встретиться с отцом окончательно её покинуло. Есть же миллион вариантов кто бы мог оценить возраст Карининой сестры: друг папы, коллега с новой работы, какой-то прохожий маньяк, который неожиданно решил, что ему срочно нужно узнать об Ангелине всё. Кто угодно! Но есть один вариант, который кажется наиболее вероятным. И пожалуйста, только не он...

***

– Это пиздец, – отозвалось эхом по квартире, после того, как входная дверь захлопнулась. – Только виски не бери, последняя бутылка моя, – донеслось из комнаты Матвиенко, который всё пытался быстрее найти ногами тапочки под кроватью. На улице уже давно стемнело, а тучи, которые недавно полностью закрывали всё небо, рассеялись, давая лунному свету проникнуть во все окна городских многоэтажек. В квартире, как казалось Арсению, было безумно душно, поэтому он, пройдя в гостиную, соединённую с кухней, настежь открыл окно на двадцать третьем этаже, после чего быстро стянул с себя мокрую толстовку и кинул её куда подальше. Хорошо, что дождь, скорее всего, смыл запах девушки. – Давай, братан, – Серёжа плюхнулся рядом с другом на диван, – рассказывай, – Арсений не мог связать и слова. Внутри всё смешалось, а бабочки в животе как будто утонули. В чувствах или под дождём – хуй знает. Вот примерно такая формулировка крутилась у Попова в голове. – Она сказала, что мы должны остаться друзьями, – Арс нервно хрустел пальцами, то и дело смотря то на Серёжу, то в окно. – После, блять, того... – После чего? – поинтересовался нетерпеливый Матвиенко. – После того, как я её поцеловал, – растянул мужчина, в конце горько усмехнувшись. – Здорово правда? – Воу, – хвостатый сильнее развернул корпус в сторону Арса. – А Ангелина девчонка-то с характером. – Ты о чём? – Арсений устало зажмурил глаза, надеясь, что это приведёт его в чувство. – Первая девушка в истории, которая отказала самому Арсению Попову, – Матвиенко гордо выделил имя и фамилию друга. – Ой, Серёг, иди на хуй с такими фразочками. – А ты разве не Ангелину собирался туда послать? – Серёжа ехидно улыбнулся кончиками губ. – Причём, на свой же. – Лучше бы ты так оживлённо советы давал. – Да ладно тебе, должен же я был пошутить об этом, – мужчина прошёл на кухню и налил в стакан воду из графина, после чего направился обратно к Арсу. – На, выпей и успокойся, у тебя же отпуск скоро начнётся, давай не раскисай. За тебя никто в Шарм-эль-Шейх через почти две недели не поедет, билеты Окс уже купила, – Сережа расцвёл, как только подумал, как будет круто отправиться всем коллективом отдыхать, да ещё и с его женской частью. – А мы не можем предложить Ангелине полететь с нами? – Так-так, хватит ныть о своей неразделённой любви, – на самом деле Матвиенко задумался о мысли Арсения. – Давай просто определимся, что ты к ней чувствуешь. – Ты сейчас возомнил себя в роли психолога? – вместо благодарности за стакан воды произнёс брюнет. – Арс, ты, блять, сам попросил совета, – Серёжа отодвинулся от друга. – Так вот будь добр, ответь мне на вопрос. Арсений сам не понимал, что он чувствует. Час назад, под проливным дождём, обхватывая ладонями лицо девушки, он был уверен, что влюблён. А сейчас она его отвергла, она первая кто осмелился это сделать с Арсением Сергеевичем, но и на это были причины. О недотрахе Попова Ангелина узнала на второй день знакомства и умно поступила, что сбежала. Он её подвёл, потому что, естественно, при первом взгляде на мужчину, кажется, что он восхитительный, начиная от идеальных черт лица, заканчивая прекрасными манерами. Но до тёмной стороны человека ещё нужно добраться, и, к счастью, брюнетка смогла это сделать почти сразу же. – Она отличается от других, и, кажется, я влюбился, – коротко и понятно сказал Арс, соединив все мысли в голове и сделав из них вывод. Он влюбился. По-настоящему. – Свои мысли по этому поводу я тебе выскажу как-нибудь потом, а сейчас вот, что тебе могу посоветовать, – мужчина ткнул Попова в плечо, чтобы тот на него посмотрел. – Если ты и правда считаешь её особенной, то и относись к ней по-особенному, – Серёжа поймал на себе непонятливый взгляд. – Окажи ей поддержку, если что-то случится, покажи, что она может доверять тебе, и что ты её не подведешь, – после этого Арсений замолчал, что-то активно обдумывая. Нарушил тишину своим загадочным шёпотом хвостатый: – Тем более, мне кажется, скоро у неё появится повод для переживаний, – Арс посмотрел на друга и свёл брови к переносице, как бы спрашивая, что за хуйню сейчас сморозил Матвиенко, – и не один.

***

Оказалось, что кафе, в котором договорились встретиться отец со своими детьми, и правда находилось недалеко от дома Ангелины. Конечно, можно было бы заказать такси, но за всё время пребывания Карины в Москве они так никуда и не сходили с сестрой, поэтому сразу было решено идти пешком. Недолгая прогулка до соседнего района заняла не более двадцати минут, последние пять из которых девочки тянули, как могли. Встретиться с папой спустя десять лет разлуки – очень хотелось, но Ангелину и Карину будто на подсознательном уровне отталкивало происходящее. Девушки не спеша зашли в кафе, которое как всегда поразило старшую Бархатову. Интересно, есть хоть что-то в этом мире, что её бы не впечатлило? Здесь было и вправду красиво и сразу видно – дорого. Дорого настолько, что кажется одна люстра на входе стоила не меньше, чем самая последняя версия BMW. Карина судорожно искала мужскую фигуру за одним из многих столиков заведения. Сначала девочка подумала, что отец опоздал, но, когда заметила огромного, во всех смыслах, русоволосого мужчину, её словно прошибло током. В ту же секунду отца заметила Ангелина. И светловолосую макушку, сидящую напротив него. Интересно, кто это? – Пошли, – девушка мельком посмотрела на шатенку, на которой не было лица. – Улыбайся, – шикнула сестра. Как здесь улыбаться, когда догадки, мучающие Карину с позднего вечера, оправдались? Она сразу поняла, что это Артём. Кошмар детства, кажется, вернулся. Подходя всё ближе к столику, обе девушки буквально чувствовали, как ноги становятся ватными от волнения, но обратного пути не было, поэтому последние шаги навстречу к своей родне Ангелина сделала более уверенно и быстро. – Девочки мои, привет, – соизволил сказать отец, который изначально не заметил две фигуры, стоящие рядом. Да и, в принципе, не особо горел желанием видеть. – Папа, привет! – Кариша первая бросилась в объятья такого близкого, но чужого человека. Ангелина предпочла подождать, пока утихнет эта наигранная буря эмоций сестры (всё-таки из Карины вышла бы шикарная актриса), и стояла немного в стороне от них, бегло пробегаясь глазами по заведению. На улице ярко светило солнце, немного ослепляя тех, кто сидел возле окна. За многими столиками проходили деловые встречи, за другими сидели парни и девушки, пришедшие отдохнуть после рабочего дня. Люди, официанты, собачка, крутящаяся вокруг ног милой женщины, папа, Артём, Карина. Артём!? Пара светло-голубых глаз распахнулась настолько, насколько это было возможно. Взгляд скользнул снизу вверх, и остановился на карих глазах, смотрящих прямо в душу. Шатен в чёрном костюме поднялся со своего места, но не успев до конца выпрямиться был обхвачен в кольцо рук низенькой девушки. – Тёма-а-а! – чуть ли не пропищала брюнетка, утыкаясь носом где-то в районе шеи мужчины. – Как же мы давно не виделись! – Геля! – на выдохе с улыбкой произнёс друг детства и по совместительству бывший парень. – Как была миниатюрной, так и осталась, – снизу послышался сдавленный смешок. – Вижу, сюрприз удался, – отец кое-как отлепил от себя Карину и своим строгим голосом заставил Ангелину вспомнить, что она всё-таки пришла к папе. Как-то быстро обняв отца, Геля поспешила сесть рядом с Тёмой – лучшим другом детства и своей первой влюблённостью, с которой каждый День рождения, каждый Новый Год и каждый день был волшебным. В юности Артём был безумно красивый – русые волосы, которые так и хотелось перебирать своими пальчиками, пухлые губы, которые так хотелось целовать, розовые щёчки, которые так хотелось тискать. В какой-то момент жизни это всё удалось сделать, только вот развод родителей стал концом этих коротких, но счастливых отношений подростков. Пока Ангелина вспоминала прекрасные юношеские годы, Карина ёжилась, сидя рядом с отцом и насквозь прожигая Артёма своими голубыми глазами. Зачастую бóльшая часть людей помнят своё детство очень смутно или же не помнят вообще. Но Карина входила в ту самую малую часть людей, которые помнят себя буквально с первых шагов. Честно, лучше бы девочка забыла годы своей жизни с двух до четырёх лет как страшный сон. Артём, на тот момент, шестнадцатилетний парень, у которого, наверное, было шило в жопе, по-другому не объяснить его постоянные шутки, приколы и издевательства над маленькой Каринкой. Девочка сама не знает, как у неё осталась вполне крепкая психика, если в четыре года её и пугали, когда она ночью топала на кухню, чтобы попить воды, и отбирали игрушки, и щекотали до замирания сердца. У Артёма жёстко играли либо гормоны, либо он и правда был ебанутый. Это Карина держала в голове всю свою жизнь, и даже сейчас, когда он в строгом костюме, улыбается, как полнейший придурок, при виде Ангелины, всё равно умозаключение шатенки остаётся неизменным. – Пап, а теперь объясни, – Бархатова посмотрела сначала на отца, а потом на Артёма. – Каким образом ты оказался в Москве и как здесь появился он? Брюнетка сразу поняла, что начала диалог не с той интонации, когда заметила, что у отца чуть ли чёртики в глазах не затанцевали. Александр очень изменился с их последней встречи в подростковом возрасте. Любящий и добрый папа, который был готов сделать что угодно для счастья своих девочек, теперь сидел напротив Ангелины и прожигал её таким грозным взглядом, что у неё появились мурашки на коже и дрожь по всему телу. – Ангелина, в следующий раз старайся уважительнее разговаривать со своим отцом, – старший Бархатов высоко поднял брови и продолжил. – Карина и Ангелина, вы мои любимые дети, и я должен вам рассказать, что произошло с моей жизнью за этот десяток лет. – Ага, но можно заказать что-нибудь поесть? – перебила Карина, открывая меню, лежащее на столе. – Конечно можно, заказывайте, что хотите, – отец сразил Карину строгим взглядом, показывая, что перебивать его нельзя. Пока младшая сестра выбирала блюдо, а Александр отошёл поговорить по телефону, Ангелина достаточно близко приблизилась к уху Тёмы и прошептала: – Ты почему молчишь всё время? Мы много лет не виделись вообще-то, давай рассказывай, что поменялось, – девушка немного отстранилась. – Хотя, вижу, что многое. – Поверь, мне есть, что рассказать, но я не имею права говорить, пока твой отец сам не расскажет всё, что сейчас происходит в его жизни, – прошептал шатен, в то время, как отец вернулся, а брюнетка не смогла что-то сказать в ответ. – Ангелина, ты тоже выбирай, что закажешь, – произнёс мужчина, смерив девушку высокомерным взглядом и протягивая ей меню. – Спасибо, я не голодна, – соврала брюнетка, но готова была поклясться, что ещё немного и её живот заурчит на весь район, а не то, что кафе. – С тех самых пор, как ваша циничная мать, которую я кстати никогда не прощу, выгнала меня из дома, моя жизнь полностью поменялась, – отец сложил руки в замок и обвёл всех присутствующих глазами. – Я безумно благодарен отцу Артёма, – мужчина показал ладонью на парня, – за то, что приютил меня в те трудные времена у себя дома в нашей деревне, а через два года и в Санкт-Петербурге. Кажется, всё кафе заметило, как глаза сестёр вылезли на лоб. Всё это время папа жил в Питере со своим другом и ничего об этом не сказал, никак не намекнул? – Сейчас я имею свой бизнес – 3D печать в строительной компании, – Александр расправил плечи, показывая, что гордится сам собой. – Первый раз слышу, – пробормотала Карина и уловила тихий смешок сестры, а потом и согласный кивок головы. – Теперь, пусть Артемий вам расскажет о переменах в его жизни, после чего я вам расскажу не менее важную вещь, – произнёс отец и полностью установил свой взор на шатена. – Ну, короче, – когда заговорил Тёма, то у Ангелины камень с души свалился, наконец не было этого делового тона папы, – ваш отец раньше работал на моего папу, но три года назад ушёл в свой бизнес, за что я его, конечно, уважаю, – Александр одобрительно кивнул. – Про себя единственное, что я пока что могу сказать – я работаю в компании своего отца Евгения, надеюсь помните такого. – Конечно помним, – согласно улыбнулась Ангелина, вспоминая дядю Женю. – Так, а теперь, прошу отнестись к моим словам с пониманием и уважением, – мужчина тяжко вздохнул. – У меня есть жена и ребёнок. Нет, глаза на лоб вылезли не из-за новости о жизни в Санкт-Петербурге. Мысль о том, что у отца есть другая семья отдавалась неприятной болью в висках у Ангелины. Александр в детстве и так уделял Карине больше внимания, чем Геле, а сейчас это внимание уходит ещё и другому маленькому ребёнку. Получается, сводной сестре или брату Карины и Ангелины? Подумать только, ещё один(а) Бархатов(а)! Скажи это старшей Бархатовой три года назад – она бы засмеялась только бы от одной фразы, что она сможет встретиться с папой, а сейчас узнаётся, что у него другая семья. – Чт... Что? – Карина похлопала ладошками по своим щекам, пытаясь привести себя в чувство. – Кто они? – отец непонимающе посмотрел на неё и улыбнулся уголком губ. Впервые за сегодняшний день. – Я имею в виду, как зовут жену и ребёнка, сколько лет? – Моя любимая жена Кристина, возраст предпочту не озвучивать, родила мне прелестную дочурку Милану, ей уже пять лет, – Александр и правда улыбнулся впервые за вечер, как только речь зашла о его новой семье. – Обалдеть... – Ангелина залипла в стену, пытаясь соединить хоть какую-то мысленную цепочку у себя в голове, но резко выпала из этого состояния, когда почувствовала чужую ладонь у себя на бедре. Возмутительно вздохнув, девушка незаметно опустила свою руку под стол, пытаясь убрать ладонь Артёма со своей ноги, но все попытки закончились неудачей. – Я пытаюсь тебя успокоить, не сопротивляйся, я же вижу, что ты напряжена, – раздался шёпот над ухом брюнетки, а сам его источник пошло улыбался. Ангелина, шумно сглотнув слюну, пыталась совладать со своими эмоциями. Это не попытка успокоить. Так людей не успокаивают. Девушке было неприятно от ощущений и страшно от мысли, что может случиться, если она попытается вырваться. Не слишком длинные велосипедки не спасут от неизбежного исхода событий, если Ангелина не помешает этому. Но чужая ладонь до ужаса медленно поднималась всё выше и выше, в какой-то момент оказавшись неприлично близко к интимной зоне. Мурашки покрыли тело девушки, и она резко отдёрнула руку парня вниз, к колену. – Да ладно тебе, я же вижу твои до сих пор влюблённые глаза при виде меня, – Артём снова начал вести рукой выше по бедру. – Не ломайся, – с противной ухмылкой произнёс шатен. – Романовский, – девушка положила свою руку на ладонь парня и впилась в неё ногтями, услышав подавленный шик, и прошептала прямо на ухо. – Пошёл на хуй. Ангелине повезло, что она быстро уловила Каринин взгляд в котором читалось: – Пожалуйста, давай уйдем отсюда и как можно скорее, – одними губами сказала девочка, поэтому брюнетка приняла решение – нужно сваливать куда подальше от отца и от этого извращенца. – Пап, было очень приятно пообщаться и встретиться, но мы вынуждены уйти, – Ангелина уже встала из-за стола, – Мне написала начальница, нужно срочно отправить ей недоделанную мною работу, поэтому срочно нужно домой, – девушка состроила виноватые глазки. – Хорошо, спасибо за встречу, девочки, – Александр улыбнулся уголком губ. – Может, вас подвезти? – а Артём не собирался сдаваться, одаривая Бархатову лучезарной улыбкой. – Нет, спасибо, мы доберёмся сами, – девушка фальшиво улыбнулась и взяла сестру за запястье. – Пока. – До встречи, – кокетливо произнёс шатен. А ведь встретятся они ещё не раз.

***

Две девушки молча шли до дома в ускоренном темпе. Никакая солнечная погода не могла скрасить негативные эмоции, полученные некоторое время назад, именно поэтому Ангелине хотелось рвать и метать всё, что она видела. Скорее всего, прохожие люди не так бы её поняли, но главное, что поняла бы шокированная Карина, которая даже не могла моргнуть от услышанного и увиденного ею глазами. Незаметные, по мнению Романовского, надолго отпечатались в подростковом мозге, что уж говорить о новостях по поводу новой жизни отца, так как папин в рассказ вряд ли получиться быстро забыть, а тупые подкаты Романовского вообще отпечатались надолго в памяти. – Карин, прости меня за мой французский, но это полнейший пиздец, – зайдя в квартиру, старшая Бархатова кинула сумку на пол и остановилась посередине коридора. Она просто не смогла подобрать других слов, которые бы в точности описывали ситуацию, произошедшую двадцать минут назад. – Что делал Артём? – спросила Карина, проходя на кухню и залипнув в одну точку. – Приставал, и причём оправдал это тем, что я смотрю на него, цитирую – «до сих пор влюблёнными глазами», – брюнетка рассекала помещение бесконечными шагами. – Это нормально, блять? – А теперь ты прости меня, – шатенка подняла глаза на сестру, уже не думая о будущей реакции. – Нет, это пиздец. Ангелину даже не удивило, что сестра произнесла мат. Она в её возрасте тоже не отличалась грамотностью речи, да и обстоятельства сейчас позволяли тупо открыть окно и выкрикнуть все нецензурные слова, которые только есть и были в голове, и не волнуют даже эти мамочки, гуляющие с детьми в колясках. Дабы освежиться и успокоиться, брюнетка решила принять душ, пока Карина направилась в комнату, чтобы ответить на одно непрочитанное сообщение в Телеграме. Серёжа(19:04) Как всё прошло? Как отец? Карина(19:37) Перед Ангелиной я уже извинилась, теперь перед тобой. Прости. Это полнейший пиздец. Серёжа(19:40) Прощаю, только, надеюсь, это был последний раз, когда я услышал мат. Карина(19:41) Ты его увидел, а не услышал) Серёжа(19:40) Это неважно. Что-то серьёзное произошло? Арсу говорить? Карина(19:41) Нет, ни в коем случае. Ангелина сама сообщит обо всём, когда посчитает нужным. Про саму встречу расскажу позже, в голосовом. На самом деле, сообщение от Матвиенко пришло во время встречи с отцом, и Карине еле удалось скрыть свои шокированные глаза, и мы не берём в счёт, что они были такими с самого начала разговора с недалёким родственником. После папиной речи и его поведения, беспокойство кумира уже не кажется таким сюрпризом, а фраза, что «у каждой семьи есть свои скелеты в шкафу» такой странной...

***

К одному из загородных домов Подмосковья подъехала чёрная машина бизнес-класса такси, из которой вышел светловолосый парень в хорошем расположении духа. Пройдя через охрану своего двора и поздоровавшись с дядей Колей – главным охранником, шатен зашёл в дом. Совсем негромко хлопнув дверью, он начал снимать лакированные туфли, и хотел быстро прошмыгнуть в свою комнату, как его остановили на половине пути. – Артемий? – донёсся мужской голос из кабинета отца. – Да? – недовольно вздохнув, Артём начал спускаться обратно по лестнице. Парень неохотно подошёл к комнате, где всегда тусовался отец, и постучал костяшками о дверной косяк, оповещая о своём местоположении. Крупная мужская фигура стояла у окна, а потом медленно повернулась на сына. – Как прошла встреча? – Евгений Романовский подошёл к своему столу, держа в руках какие-то бумажки и вчитываясь в каждую из них. Они точно каким-то образом были связаны с его бизнесом, и по сути, Артёма они тоже должны волновать, но на данный момент его глаза выражали исключительно досаду и грусть, никакого интереса к работе и заработку. Такое поведение предпринимателям не свойственно, ведь они обязаны хоть в дождь, хоть в град, хоть в ядерную войну или землетрясение работать, работать и ещё раз работать. За двадцать четыре часа они могут работать двадцать три, а остальные шестьдесят минут, так уж и быть, потратить на мелкие бытовые вещи: покушать, поспать, и все остальные мелочи. Но Романовский младший отличался от большинства. Не сказать, что крупные суммы на карте его не интересовали, но для них же нужно работать, верно? А это уж точно не по части Артёма. Его стихия – это закрыться в своём кабинете-комнате и не забивать голову ненужными вещами, кроме, конечно же, страданий. Вполне возможно причиной его потерянного состояния стала Бархатова Ангелина Александровна, которая вновь его очаровала при встрече. Очаровать – очаровала, влюбить –влюбила, только вот шансов у шатена нет. Ни малейших. – Надеюсь, ты не опозорился перед Сашей и его дочками. – Да нормально всё прошло, пап, хватит каждый раз намекать на то, что у меня всё идёт через одно место, – парень сжал кулак за спиной, пытаясь сдержать агрессию, что уже начала поступать к горлу. – Подойди сюда, – Евгений взглядом показал на стул, стоящий перед его рабочим столом. – Ты знаешь, что на лжи далеко не уедешь, – мужчина вмиг перестал быть суровым и улыбнулся. – Тём, да я же видел, какой ты счастливый идёшь, с Николаем даже поздоровался. Давай рассказывай, – сейчас на лице светловолосого было лишь искреннее удивление, ведь он всегда поражался быстрой сменой эмоций своего папы. – Если тебе правда интересно, – парень немного поёрзал на стуле, мечтая уже подняться в свою комнату и снять этот неудобный костюм. – Всё правда прошло хорошо, дядя Саша всё рассказал, поблагодарил тебя за помощь в трудный период жизни, – Евгений расплылся в доброй улыбке. – По лицам Ангелины и Карины легко было понять их шок, но они не маленькие, переживут. – Сашка, что, про семью сказал? – отец нахмурил брови. Эти бизнесмены – это что-то. Вечно хмурые, вечно недовольные, мечты Артёма только в этом и заключаются – не стать таким же, как они. – Ну да, а что, не планировал? – Нет, говорил, что потом расскажет. Ладно, как девочки? Похорошели? – Романовский подмигнул сыну и ухмыльнулся. – Ещё как... – сказал Артемий мечтательно вздохнув. – Ангелина стала ещё лучше, чем десять лет назад. – Нравится? – В смысле? – в голосе Тёмы появились нотки волнения. – Ну, она тебе нравится? – Думаю да, – парень подумал прежде, чем продолжить. – Я пытался к ней немного подкатить, но она ушла, сделав из себя недотрогу. – Артемий, что за выражения? Подкатить? – отец не смотрел сыну в глаза, но голос его был серьёзным. – Ладно, попробую это уладить, – произнёс мужчина, подписывая очередную бумажку. – Правда? – парень подскочил со стула как резанный. – Пап, ты лучший! – Я тоже тебя люблю, – смеясь выкрикнул отец вслед уходящему парню. Евгений Романовский всегда выручал Артёма и помогал ему, если это требовалось. Именно поэтому шатен привык получать всё «на блюдечке с золотой каемочкой», может и не сразу, но в конечном итоге всё будет так, как хочет он. Артемия избаловали, несмотря на то, что семья стала обеспеченной, когда ему было уже больше восемнадцати лет. Новая техника последних моделей, модная одежда, лучшее образование – все капризы выполнялись в тот момент, когда сынишка должен был начать устраивать свою жизнь. Сам. Родители, поняв, что уже поздно что-либо исправлять, просто устроили его в бизнес отца и даже не спросили об этом самого Артёма. А он и не был против. Совсем маясь от скуки дома, Романовский младший решил всё-таки отыскать номер Ангелины где-то в закромах своего мобильного устройства. Бесконечные телефонные контакты, нужные для работы, составляли большую часть списка номеров парня, но давнее имя «Гелечка» нашлось на удивление быстро. Голову Артемия посетила гениальная мысль – написать девушке. И он, к счастью или сожалению, мысль эту игнорировать не собирался. Романовские никогда так быстро не сдавались, особенно после отказа, который разогревал ещё больший азарт.

***

За оставшуюся половину дня сёстры особо не разговаривали, а просто скитались по квартире в поисках какого-то успокоения. Карина пол вечера общалась с Серёжей в Телеграме, отправляя ему множество голосовых сообщений, а он их, на удивление, слушал и даже отвечал. Параллельно в диалогах высвечивалось пару сообщений от друзей из родной деревни, но их ответ шатенка максимально откладывала. Ангелина в это время решила прибраться дома и ещё раз попробовать позвонить Злате, но как можно догадаться – всё безуспешно. Ближе к одиннадцатому часу лежащий на столе телефон девушки завибрировал, оповещая хозяйку о новом сообщении. Она, подлетев с кровати, в глубине души надеялась увидеть короткое «Арс» на экране, но увидела ужасно старый контакт «Тёма». Смирившись с тем, что паренёк не отстанет, по крайней мере сегодня, брюнетка нажала на диалог. Тёма(22:24) Привет. Не спишь?) Геля(22:27) Сплю, а что? Тёма(22:28) Так крепко погрузилась в сон, что даже ответила мне) Мы вечером так и не поговорили, давай рассказывай, что у тебя нового. Парень есть?)) Геля(22:29) Романовский, веришь или нет – не горю желанием общаться с тобой, но знаю, что ты не отстанешь. Тёма(22:29) Умница, не забываешь мой характер. Так что, встречалась с кем-то после меня? Геля(22:30) Артём, прошло 10 лет, подумай хорошо своей головушкой, если в ней есть что-то кроме бизнеса( Ты же теперь, блять, бизнесмен у нас. Тёма(22:32) Да, и кстати очень хорошо зарабатываю, если ты понимаешь на что я намекаю)) Геля(22:33) Можно я буду строить из себя наивную дуру, которая ни слова сейчас не поняла? Тёма(22:34) А сейчас парень есть? Геля(22:34) Артём, что ты пристал ко мне? Я всё понимаю, папа хотел сделать сюрприз, и скажу правду, у него это получилось, но зачем ты переходишь все личные границы? Что будет, если я скажу да? Бархатова не умеет думать. Не умеет размышлять, соображать, предполагать, рассчитывать стратегии на будущее и пользоваться мозгом! Вот кого она имела в виду? Удалять гениальное сообщение со скрытым контекстом «Арс мой друг, но и парень одновременно» было поздно – оно было мгновенно прочитано. Тёма(22:36) Кто он? Геля(22:37) Спасибо за игнорирование вопроса про личные границы. Кстати о них, кто он, ты уж точно никогда не узнаешь. Артём, столько лет прошло, а ты такой же ревнивый маленький мальчик. Успокойся наконец, всё в прошлом, я в том числе. Спокойной ночи. Брюнетка сразу же выключила свой телефон, бросив его на тумбочку, и ушла на кухню, чтобы не слышать звук уведомления. Сейчас девушку волновал далеко не Артём Романовский, от имени которого раньше у Ангелины бы подкашивались ноги. Сейчас на уме был только её, так называемый, друг и приятель, Арсений Попов. Не больше, чем друг. Да, именно так. Тот друг, который впервые за много лет разблокировал у девушки в голове такую функцию как «настоящая влюблённость», но сразу же и сломал её не только другому человеку, но и себе. Такой исход послужит уроком обоим. Так должно было произойти. Так будет лучше.

***

Середина июня в Москве – это по-настоящему прекрасная пора. Тёплая погода, сопровождающая хорошее настроение абсолютно всех жителей города, уменьшение с каждым днём людей на улице и пробок на дорогах, так как все взяли отпуска и свалили куда подальше от этой городской суматохи. С момента встречи с отцом и Артёмом прошло несколько дней, и, к счастью, девочки быстро отпустили всю ситуацию. Они, конечно, долго разговаривали насчёт того, должна ли знать их мама о встрече с папой, и уж тем более о его новой семье, но в конце обе сошлись на мнении, что пока рано что-то рассказывать. Они сразу получат набор фраз по типу: «Я же вам говорила не общаться с ним», «Девочки, я на вас рассчитывала», а также парочку матов, если Наталья сильно разозлится. После всех этих обсуждений сёстры больше ни слова друг другу не сказали про их семейные траблы. Ангелина стабильно работала из дома, так как количество заданий было минимальное, кроме того, получив долгожданное разрешение на назначение отпуска. Выбор девушки пал на конец июня. Планы на отпуск были грандиозными: через неделю Карина вернётся к родителям, а Бархатова старшая начнёт жизнь с чистого листа, отправившись в какую-нибудь страну, например, Турцию или Италию. Попробовать настоящую итальянскую пасту в каком-нибудь красивом ресторане Рима – мечта ещё с подросткового возраста. Но также брюнетке хочется побывать на море впервые за долгое время. Анталия – далеко не единственный город, который хочет посетить девушка в этой стране, но пока что выбор стоит именно на нём. Конечно, Ангелина желает, чтобы Карина поехала с ней, но реакция мамы, скорее всего, будет отрицательной. Нужно обдумать это как следует. Восторг Карины нужно было видеть. Бархатова никогда не думала, что её сестра настолько любит проводить с ней время, об этом говорили светящиеся счастьем голубые глаза шатенки. – О чём задумалась? – Карина обняла сестру со спины, осматривая парк Зарядье с моста. – Да вот думаю, подозрительно это всё, – вздохнула девушка, облокотившись на стеклянную панель. – От Артёма ничего не слышно, и от папы тоже. – Ангелин, – девочка сощурила глаза, всматриваясь в другие напротив, – пожалуйста, давай не будем начинать эту тему. Их не слышно, не видно, это же хорошо, – светловолосая еле заметно улыбнулась. – Не знаю, может осознание приходит с возрастом, но, если человек тебя как-то задевал, а потом резко исчез – это к добру не приведёт, – брюнетка провела руками по волосам. – Уже три часа дня, пойдём покушаем? – сменить тему в данной ситуации лучшее решение. Именно так подумала Бархатова.

***

В это же время в одном из крупных офисов Москвы. Сходу залетая в чужой кабинет, мужчина чуть ли не сбил с ног молодую секретаршу Валерию, и, попутно извиняясь, подлетел к столу своего лучшего друга и бизнес-партнёра. Работница Александра, глупо улыбаясь, вышла из комнаты, как всегда очаровываясь харизматичным и снисходительным Евгением. – Что-то произошло? – на выдохе произнёс Бархатов, не отрываясь от компьютера, но зная, что так нестись, сломя голову, в его кабинет может только Женя. – Да, – Евгений старался восстановить немного сбившиеся дыхание. – И только ты сможешь помочь мне, – Женя всегда знает, на что давить. Только эта фраза смогла заставить мужчину оторваться от чтения контракта с одной известной фирмой, после чего он уставился на друга серьёзными, но полными интереса глазами. – Выкладывай, – у Александра немного вспотели ладони от столь напряжённой обстановки. – Твоя дочь, Ангелина... – С ней что-то случилось? – с каким-то беспокойством в голосе, спросил шатен, на удивление своего друга. Несколько лет после развода со своей супругой, Александр очень нервничал и переживал за своих дочерей, как они там, хватает ли им заботы матери и не нужна ли им его помощь, хоть материальная. Но все эти года ни одного звоночка, ни одного сообщения не поступило на номер Бархатова, и он начал остывать, смирился с тем, что не нужен родной семье. Забыть их вовсе не получилось, ни спустя год, ни спустя семь лет, но приглушить тупую боль обиды удалось ещё как. Уход в работу с головой забил мозг Александра до поры до времени. Только один звонок от Карины заставил задуматься, вдруг они всё-таки нуждаются в нём, но и тут не повезло. Девочка резко сбросила вызов на середине разговора и с тех пор не звонила. Никогда. В тот период, примерно через три-четыре года после развода и переезда в Санкт-Петербург, Саша встретил свою вторую любовь и будущую жену – Кристину. Молодая девушка, гораздо младше самого Александра, приятной внешности (по меркам мужчины) и стройного телосложения привлекла его внимание сразу. Первый раз они пересеклись на общей встрече нескольких инвесторов, а через какое-то время жизнь связала их судьбы и подарила им дочь Милану. Очаровательную пятилетнюю девочку, которая стала для Бархатова всем миром. Тогда мужчина поставил жирную точку в истории своей любви к Наталье и детям. Но честно, неожиданный звонок Ангелины и Карины заставил его растеряться. Настолько сильно, что мужчина долго не решался взять трубку и старался восстановить дыхание, параллельно уточняя у Жени, мерещится ему или нет. Бизнес определённо его изменил, и он просто не мог отказаться от своего образа серьёзного мужчины, каким он показал себя девочкам. И, к сожалению, с каждым днём это уже не кажется образом. Это становится стилем жизни и общения: быть серьёзным и строгим по отношению ко всем. – Нет, нет, с ней всё хорошо, – Евгений бегал глазами по кабинету, собираясь с мыслями. – Твоя Ангелина вскружила голову моему Артёму. – А я здесь причём? – шатен пока не совсем понимал, что от него требуется. – Ты должен с ней поговорить о перспективе отношений с моим сыном. – Жень, вот что я ей скажу? – Александр тяжело вздохнул, собираясь парадировать свой же монолог. – Ангелин, понимаешь, ты нравишься сыну моего лучшего друга, а также по совместительству своему бывшему, надеюсь, ты не против с ним встречаться снова? – мужчина поднял брови, спрашивая, этого ли ожидает его друг. – Так? – Саш, мне правда всё равно как ты это сделаешь и что тебе для этого потребуется. Я поставил тебе условие – выполняй. Если же этого не произойдёт, помни, что мы, конечно же, лучшие друзья, но ещё и бизнес-партнёры. В бизнесе нет дружбы, – Евгений лукаво улыбнулся. Он достаточно редко показывал свою самую отвратительную личность – и видимо, когда речь зашла о любимом сынишке, он сразу же решил взяться за помощь. На самом деле Александр Владимирович никогда не понимал такого поведения своего друга. Артёму идёт уже двадцать шестой год, и, наверное, в его жизни должна быть хоть какая-то самостоятельность? – Я не думал, что те годы твоей помощи обернутся в шантаж в будущем, – шатен развернулся на кресле к окну, чтобы не смотреть Жене в глаза. – Что я должен сделать, объясняй чётко и понятно. – Для начала позвони ей и спроси, что она думает об Артемии. – Жень, такие вещи по телефону не обсуждают, – произнёс Александр, но его тут же перебили. – Не обсуждаешь такие вещи ты, я и остальные люди, связанные с бизнесом. Ангелина простая девчонка, и прости, пожалуйста, ничего особо гениального из себя не представляет. Думаю, она не добьётся особых вершин в карьере, и Артём – её единственное спасение, чтобы не утонуть в бедности. На одну миллисекунду в груди Александра что-то больно закололо. Да, Ангелина не общалась и не звонила ему несколько лет. Да, не пыталась выйти на контакт, несмотря на запрет. Да, Александр уже почти забыл о её существовании. Но она не перестала быть его дочерью. – Если она скажет, что он ей не нравится? – заметно напрягся Саша, нервничая и зная, что Женя может предложить всё, что угодно. И да, он струсил. Привык молчать. Такая у него работа. – Хм, – Евгений коварно усмехнулся и вздохнул, – тогда план Б такой... – мужчина рассказал все свои мысли, надеясь, что Саша поможет соединить их воедино. – Жень, ну ты же ничего толком не придумал, а просто сказал, что можно использовать шантаж, – Александр потёр глаза и поджал губы, обдумывая всевозможные варианты. – Знаешь её слабое место? – выдохнул темноволосый, смотря в одну точку и постепенно понимая, что его примерный план просто гениален. – Кого? Ангелины? Нет. – Шантаж должен быть связан с Наташей. – Но... – Никаких «но». Ведь ты же её ненавидишь, – с гадкой ухмылкой произнёс мужчина.

***

– Дай-ка попробовать, – произнесла Ангелина, забирая у своей сестры лимонад со вкусом земляника-маракуйя и отпивая небольшой глоток. – М-м-м, очень вкусно, – наслаждаясь напитком, произнесла девушка и показательно притянула стаканчик к себе. – Эй, отдай! – запротестовала Карина, стараясь перегнуться через стол. – Спокойно, спокойно, дай сестре попить, – смеясь выпалила брюнетка и увидела, как сестра недовольно отвернулась. Девушка сразу же поставила лимонад на стол и толкнула его в сторону шатенки, которая сразу же развеселилась, заметив свой стаканчик рядом с собой. – Вот так бы и сразу, – прошептала Карина. В этот момент лежащий на столе телефон Ангелины тихонько завибрировал, и девочка сразу же схватила устройство. – Теперь это моё, – светловолосая хитро ухмыльнулась, а Ангелина очень напряжённо смотрела на свой телефон у неё в руке. – Что, Арсюша звонит? – Карин, отдай телефон, ты себя сейчас очень некрасиво ведёшь, – произнесла брюнетка и одним движением отобрала у сестры мобильный. Кинув злой взгляд на девочку, Бархатова медленно опустила глаза на экран. – Это папа, – девушку бросило в холодный пот.

*Зачем он звонит? Очередная встреча, да ещё и с Артёмом? Нет, спасибо*

– Ну... Отвечай. – Но я не хочу. – А что ты ещё можешь делать? Проигнорировать? Он этого не потерпит, – девочка честно тоже не хотела, чтобы сестра брала трубку, но чёрт знает этого Александра и как он отреагирует. Особого выбора нет. Брюнетка провела указательным пальцем правой руки вправо по зелёному значку. – Да?.. – Здравствуй, Гель, – снова серьёзность на высшем уровне. – Пап, ты что-то хотел? – в мыслях Ангелина надеялась, что нет и он просто звонит спросить, как у неё дела. – Да, дочь у меня к тебе серьёзный вопрос, – в этот момент у девушки округлились глаза. Карина, даже не представляющая, что же такого сказал отец, сидела с точно таким же лицом, как и у брюнетки. – Я слушаю... – в динамике слышалось лишь молчание. – Я не собираюсь тянуть, поэтому задам вопрос прямо. Тебе нравится Артём? – И ты туд... Э-э-э. Он, конечно, симпатичный, но я к нему ничего не чувствую, и он мне не нравится. Он друг детства, не больше, – кажется, ещё немного и у Ангелины начнёт дёргаться глаз от упоминания имени Артём. – Ладно, хорошо... – как-то задумчиво произнёс Александр. – Это всё? Тогда, пап, с твоего разрешения, я сама буду устраивать свою личную жизнь, – сброс вызова. Нажав на красную кнопку завершения звонка, Ангелина не знала, что сделала. Не знала, что где-то в центре Москвы в одном из офисов, отец набрал номер своего друга и произнёс: – Переходим к плану Б. Игра началась.