Сокращённое имя для нас двоих

Чувства, вспыхнувшие вновь спустя длительное время, удивили и самого Артёма. Как минимум, направляясь в то кафе вместе с Александром, парень не рассчитывал влюбиться в свою бывшую по новой. Да и в не слишком развитом мозге Романовского слово «влюбиться» имело странное значение, скорее, это являлось симпатией. Можно провести простую параллель с обычным, адекватным миром: в то время как другие люди правильно воспринимали значение понятий «симпатия», «влюблённость» и «любовь», Артемий понимал их значение как бы «на уровень выше». Аккурат этому он был уверен, что любит Бархатову. Мышление у парня достаточно детское и наивное, но такого было его воспитание – вседозволенность и бесконечное потакание желаниям. Таким Артемий был не всю жизнь. Всё резко перевернулось примерно десять лет назад – с разводом родителей Ангелины, переездом его семьи и появлением новой карьеры у Евгения. Для Евгения и Алины он всегда был, есть и будет маленьким мальчиком, поэтому он и стал избалованным ребёнком. Естественно, никакой вины Артёма в этом нет, потому что не он выбирал родителей и не знал, что они будут относиться к тому типу, что бояться выпустить своё дитя из-под тёплого родительского крыла. И конечно, эго парня безумно тешилось из-за очередной помощи отца даже в таких личных вещах. Евгений как всегда подключил нужных ему людей для достижения цели, и его сына, на самом деле, вообще не волновало, что ему потребовалось для этого сделать. В результате этого по приезде домой в один из летних вечеров Романовский-старший наконец-таки сообщил Артёму, что скоро всё у него наладится. Как и зачем – неважно. Отец сказал, что больше месяца это точно не займёт, значит, нужно ждать. Все мысли шатена были заполнены, в прямом смысле этого слова, Ангелиной. Её образ плотно засел в голове и никак не хотел исчезать, из-за чего Артемию с каждым днём становилось всё труднее держаться перед соблазном написать или позвонить ей ещё раз, однако он никогда так и не осмеливался этого сделать. Евгений строго настрого запретил совершать такой необдуманный поступок, почему-то упоминая при этом слова «только не спугни». Опять же, Романовского-младшего это ни капли не волновало, теперь основная часть его жизни состояла из фантазий и мечт по поводу их совместного с Бархатовой будущего. Что думает об этом сама девушка? Да какая разница? Артём уверен в себе больше, чем Илон Маск, именно поэтому убеждён, что как только он встретится с брюнеткой, она сразу прыгнет ему на шею. Но некоторые вещи всё-таки настораживали парня: Александр Бархатов стал появляться в их доме гораздо чаще, закрываясь в кабинете отца Артёма и что-то тихо обсуждая внутри. Ни мама Романовского, ни сам шатен не знали, что происходит за этой массивной коричневой дверью. Такое поведение старых друзей-коллег однозначно заставляло задуматься о правильности происходящего, так как Артемий понимал, что речь идёт исключительно о предмете его воздыхания. – Артемий! Подойди ко мне в кабинет! – Послышался строгий голос папы, дающий парню понять, что подслушивать – плохая идея. Тихо отворив дверь, за которой шатен стоял секундой ранее, он прошёл в глубь комнаты и встретился с двумя не совсем довольными взглядами. – И что ты там делал? Подслушивал? – на удивление спокойно спросил Александр. – Нет. – Зачем врёшь? Ладно, потом с тобой разберусь. Смотри, какая ситуация: мы все надеемся, что Ангелина хорошо обдумала своё решение и согласилась дать тебе шанс, поэтому уже через неделю тебе нужно начать действовать. – Глаза Романовского младшего тут же загорелись, но очевидный вопрос сам собой возник в голове. – А если не дала шанс? – Ну… – Бархатов замялся, стараясь подобрать нужные слова. – Как бы так сказать… Будет не очень хорошо. – Кому? – Всем, кроме нас. – В смысле? – с опаской в голосе вскрикнул Артём, спрыгивая со стула. – Мальчики, идите ужинать! – Голос жены Евгения донёсся отдалённым гулом до мозга сына, после чего он сразу рванул на кухню, оставляя двух взрослых мужчин наедине. Они, молча переглядываясь, так и не смогли сказать друг другу ни слова, отправляясь вслед за ним. Возможно, это и к лучшему, что Артемий слишком наивен…

***

Несмотря на вчерашнее выяснение отношений между Ангелиной, Кариной и Арсением, следующее утро четверга встретило ребят как всегда солнечно и радостно, если не брать в счёт их, уже постоянное, опоздание на завтрак и попытки доесть половину шведского стола из своей тарелки за несколько минут. Вся компания подметила довольно удивительную, и возможно, странную вещь – они смогли сплотиться между собой за очень короткий период, что зачастую бывает трудновато среди не знакомых ранее людей. Никто понятия не имел повлияли ли на это обстоятельства или они изначально нашли общий язык, но однозначно понимали, что уезжать отсюда будет чертовски грустно. Не знаю, задумывались ли вы об этой вредной привычке, но в любом случае сейчас у вас откроются на неё глаза. Осмелюсь предположить, что хоть раз в жизни вы отправлялись в какую-нибудь долгожданную поездку с близкими, верно? Неважно, кто это был ¬– друзья, родители, собака или морская свинка, всё равно атмосфера предстоящей поездки затмевала вам глаза, а все ваши мысли были заполнены только списком вещей, которые стоит взять с собой. Но, согласитесь, не успевали вы и моргнуть, как вы уже и приехали на отдых, и обустроились в новом месте, и половина этого желанного отпуска прошла. И в этот момент каждый человек совершает огромную, даже роковую, ошибку.

Мысли о том, что отдых скоро закончится заполоняют весь мозг, не давая спокойно отдохнуть последние деньки.

И тогда все начинают тревожно отдыхать, будто бы стараясь не обращать внимания на то, что скоро придётся вернуться домой, однако всё же каждый день включая календарь на телефоне и подсчитывая сколько дней осталось до начала новых страданий в родном городе. Казалось бы, шесть дней – это почти неделя, за которую можно сделать много интересных вещей, однако незначительные бытовые дела забирают это драгоценное время буквально по кусочкам, и никто не успеет заметить, как окажется в аэропорту с билетом на обратный рейс. Именно поэтому ребята за завтраком договорились максимально наслаждаться оставшимся отдыхом, и что бы ни случилось, отрываться на полную катушку. Возможно, вы замечали, что у Арсения и Карины случился какой-то подозрительный коннект, из-за которого их безумные идеи неожиданно совпадали и почему-то претворялись в жизнь. Как только фраза «отрываемся на полную катушку» дошла до мозга этой безбашенной парочки друзей, то вся компания сразу же узнала о своих планах на ближайший день – поход на море в полдень. Кажется, речь уже об этом заходила, верно? – Карина! Сколько раз мне ещё повторять, что в двенадцать часов дня нельзя выходить на улицу? Ты сразу же сгоришь, а что ещё хуже, можешь получить солнечный удар! – вопила Ангелина, что есть сил, всё же собирая сумку на этот чёртов пляж. – Ангелинка, успокойся. – Уже готовый идти Попов зашёл в номер Бархатовых. – Что мешает нам быть аккуратными и пользоваться солнцезащитным кремом? – Ты у меня спрашиваешь? Этот вопрос нужно задавать вам, но уж точно не мне! Я еле заставила её вчера нанести этот крем, но лицо у неё всё равно сгорело! – показала девушка на свою младшую сестру, которая, дабы переодеться и не выслушивать это бормотание, ушла в ванную комнату. – Ангелин. – Мужчина подошёл ближе к брюнетке и взял её за руку, отчего та почти перестала нервничать. – Всё будет хорошо, мы все будем аккуратны, с Кариной разберёмся. Если потребуется, все будем её держать и мазать эту штуку, – держа в руках SPF 50 и улыбаясь, произнёс Арсений. – Ладно. – Бархатова подошла ещё ближе к брюнету и заключила его почти двухметровую фигуру в объятья. На самом деле она сама не знала зачем и почему совершала все эти милые жесты, означающие проявление внимания и симпатию. Каждый день вопрос «Что будет дальше с этими недоотношениями?» возникал в голове сам собой, но ответ на него, к сожалению, найтись не мог, так как даже тема Артёма и шантажа папы не была решена. Нужно было определённо разобраться в себе и своих чувствах к людям, однако Ангелина откладывала это на самую дальнюю полку своего сознания, наверное, где-то глубоко в душе надеясь, что всё разрешится без её помощи. Сейчас отношений ей точно не хотелось, почему-то Бархатову устраивало, что Арсений являлся для неё передругом-недопарнем, именно поэтому, определив для себя, что сегодняшним вечером она поговорит с Арсом об их отношениях, а также попросит совета по поводу условий папы, девушка вместе со своей компанией двинулась в сторону морского берега, ещё несколько раз повторив всем о важности нанесения солнцезащитного крема. Все, дружно кивая головой, естественно эту информацию в голове отложили, но использовать явно пока не собирались. Сегодняшние морские волны были куда больше, чем в остальные дни, доказательством этому служил флаг жёлтого цвета, висящий неподалёку и означающий средний уровень опасности. Найдя отличное место для расположения, Карина, Арсений, Оксана и Антон сразу же рванули в сторону берега, разрезая крупные волны своими телами и стараясь плавать так, чтобы солёная вода не попала в рот, нос, глаза и остальные чувствительные зоны. Остальную часть компании это действо как никогда забавляло, ведь в Москве все эти взрослые люди всегда выглядели серьёзно, но кто же знал, что в каждом из них до сих пор есть маленький ребёнок, что подпрыгивает на мощных волнах, заливисто смеясь? Сама погода располагала к купанию, если не обращать внимания на палящее солнце, из-за которого Стас, пользуясь помощью Позовых и Иры Кузнецовой, пытался поставить несколько зонтов, дабы не сжариться под этими нещадящими лучами. Серёжа, заметив озорно плескающихся в воде друзей, тут же оказался рядом с ними, делая вид, что не услышал просьбу Шеминова придержать один из разноцветных зонтиков. В это время Ангелина расстилала что-то наподобие пледа, который также отличился своей пёстрой расцветкой с морским принтом, одновременно недовольна бормоча что-то о глупости её «взрослых» друзей, что видимо совсем не боялись сгореть. Через пару минут всё было готово: бóльшая часть пледа покрывалась тенью, куда ребята и положили различные закуски и напитки, настольные игры и прочие личные вещи. Пока Бархатова вела непринуждённый диалог с Ирой о том, где она купила купальник, а где приобрела шорты, то почувствовала, как её предплечья коснулось что-то влажное и холодное, после чего это «что-то» стало тянуть её вверх. – Ну и что вы делаете? – сразу поняв чьих это рук дело, спросила девушка, оборачиваясь на счастливых и мокрых Карину и Арсения, пытающихся вытащить Ангелину из-под зонта. На солнце температура воздуха ощущалась абсолютно другой, по сравнению с температурой в тени, ведь как только лучи попали на плечи брюнетки она поняла – здесь не меньше тридцати пяти градусов. – Вытаскиваем тебя купаться, – констатировал Арсений, всё же поднимая Бархатову на ноги. – Ай! Где мои тапочки? – Касаясь ногами раскалённого песка, она начала судорожно осматриваться по сторонам и, заметив искомый объект, сразу надела его. Оглядев местность, девушка осознала, что совсем не заметила насколько пляж был чистым, не загрязнённым камнями, водорослями или мусором. – Вы тоже идёте с нами, – заглянув под зонт, произнесла Карина, замечая радостные улыбки Кати и Иры. Заставлять остальную часть компании, на удивление, долго не пришлось, и уже через несколько минут все стояли в воде по пояс, прыгая на волнах и брызгая друг друга водой. Младшая Бархатова, проанализировав всех людей мужского пола, загадочно взглянула на Шаста, плавающего недалеко от неё, отчего тот попятился назад. – Ты хочешь, чтобы я подбросил тебя с плеч? – сразу же понимая намерения кивающей девочки, Антон отплыл на чуть бóльшую глубину, чтобы его двухметровая фигура смогла поместиться под водой. – Иди сюда, Карь. – Ребят, отойдите, пожалуйста, – крикнула шатенка, наблюдая за тем как Шастун набрал воздух и быстро погрузился под воду. Нащупав ногой правое плечо мужчины, девочка схватилась за рядом стоящего Арсения, используя его в качестве опоры, и поставила вторую ногу, оказываясь не в самом устойчивом положении из-за всё таких же неслабых волн. Антон, почувствовав, что Карина смогла встать, стал пружинисто подниматься и в конце концов резко вынырнул почти в полный рост, слыша восторженный крик и громкий шлепок о воду. – Антон, это очень круто!! А можно ещё? – Вообще-то сейчас моя очередь, – сказала Ангелина, подплывая к растрёпанному Шасту. – А я думаю, что моя! – встряла в разговор Оксана. – Ребят, а мне кажется, что в нашей компании не только у меня рост под два метра, не замечали? – немного вспылил шатен, потирая плечи и кося взгляд на Попова. – Ангелинка, бегом сюда, – встав параллельно Шастуну, произнёс Арсений, чувствуя, что именно сейчас начинается веселье. Звонкие визги девчонок и заразительный смех парней разносился по всему, на удивление, полупустому пляжу так же, как и недовольное бормотание уже заебавшегося Антона, чьи плечи уже достаточно покраснели. Когда многие поняли, что Шаста нужно оставить в покое хотя бы на пару минут, все девчонки побежали в сторону коротышек своей компании – Диме, Серёже и Стасу. Прыжки с их плеч, конечно, имели смысл, однако все сошлись на мнении, что можно веселиться и прыгая с накрест поставленных мужских рук. Таким образом, ребята провели в воде около часа, сами не замечая, как быстро идёт время. Постепенно мощные потоки воды становились всё сильнее, и именно поэтому бóльшая часть компании побежала греться под солнышком, чтобы лишний раз не подвергать себя опасности. – Арс, – затормозила Бархатова у самого выхода из воды и схватила мужчину за руку. – Можно я последний раз прыгну? – Заметив взгляд полный замешательства, девушка немного расстроилась. – Пожа-а-алуйста. – Ангелинка, я всё понимаю, но волны слишком большие. – Брюнетка тут же пождала губы и, понимающе кивнув, пошла в сторону берега. – Ладно, но только один раз. Тогда в груди Попова возникло странное ощущение тревоги, однако он не стал этого показывать, напоследок помахав ребятам как бы говоря, что «они скоро вернуться». Дима и Антон, только что подкурившие свои сигареты, улыбнулись в ответ своему коллеге и стали осматривать пляж в поисках чего-то интересного, и оно определённо нашлось. Именно в тот момент, когда две фигуры их друзей оказались по пояс в воде, спасатели поменяли жёлтый флаг опасности на красный.

***

Солнечный Петербург впервые за долгое время одаривал своих жителей такой прекрасной погодой, отчего казалось, что всё вокруг ожило: будто бы и птицы стали петь громче, люди стали радостнее и улыбчивее и, в конце концов, появилось желание жить. – Злат, вообще я сказал мат из-за тебя. – Старшая сестра изогнула правую бровь и усмехнулась оправданиям своего брата. – Илья, честно, мне всё равно, что ты говорил или не говорил, я интересуюсь другим. – Касимова подошла ближе к парню и положила руку на его плечо. – Она тебе нравится? – Ехидная ухмылка сама собой проявилась на лице. – Кто «она»? – сделав шаг назад, спросил младший, теряясь в собственных мыслях и понимая, что он совсем не хочет обсуждать эту тему. Взаимоотношения Златы и Ильи были очень похожи на доверительное общение сестёр Бархатовых, ведь все они всегда были готовы обсудить любую тему и поддержать друг друга, но всё-таки находились вещи, обсуждение которых не требовало особого внимания, так вот, «Карина» – одна из них. – Не тупи, дурак, Карина, кто ещё? – А… – Касимов опустил глаза вниз и нервно поправил свои русые волосы. – Эм.. Нет? Не знаю… Может быть.. Нет. Нет! Не нравится, – произнёс Илья, быстро шагая в свою комнату, будто в тумане. – Если бы не нравилась, ты бы сейчас не убежал и всё мне рассказал, – послышалось из-за двери, пока шатен пытался трясущимися руками открыть новую пачку сигарет, оставленную им на «чёрный день», несмотря на то, что он планировал бросать курить. Парень максимально игнорировал факт того, что это являлось просьбой той самой Карины, вскружившей ему голову. Кажется, влюбляться в человека будучи знакомым с ним не более трёх недель, немного странно и даже, наверное, глупо, верно? Обычно такие мимолётные симпатии не несут за собой чего-то серьёзного, тем более, Илья подросток, всё можно списать на гормоны из-за переходного возраста. Вообще можно искать множество оправданий, почему ты ежесекундно думаешь об определённом человеке, и кстати, именно этим сейчас и занимался Касимов, однако в какой-то момент осознание всё же приходит. Достаточно задать себе лишь три вопроса:

Вам комфортно рядом с этим человеком? Вы доверяете этому человеку и можете рассказать о своих внутренних переживаниях? Вам интересен внутренний мир, мысли, жизнь, чувства человека?

Если на все вопросы вы тут же ответили «да» – больше не нужно думать и метаться. Почти докуренная Ильёй сигарета, выпала из его изящных пальцев прямо вниз с балкона восьмого этажа, как только в его голове «замигало» красным цветом это слово из двух букв.

***

Мощные волны почти сбивали с ног даже крепкого мужчину, стоявшего по грудь в воде, не говоря уже о хрупкой и лёгкой девушке, державшейся за него. Пара отошла совсем недалеко от берега и даже не удосужилась взглянуть в ту сторону последний раз. – Ангелин! – Попов пытался перекричать шум бьющихся друг об друга волн. – Может обратно пойдём? Волны слишком большие! – Я хорошо плаваю, давай один раз и всё! – прокричала в ответ брюнетка и стала подплывать к Арсению со спины. Потоки воды настойчиво отталкивали их обратно к мелководью, но несмотря на это, Бархатова смогла встать на плечи мужчины, погрузившегося под воду. Секунда – и она грациозно прыгнула в самую пучину моря, оказываясь на большой глубине. Выплыв на поверхность в нескольких метрах от Попова, девушка быстро протёрла глаза и помахала ему. – Плыви сюда быстрее! – нервно проорал брюнет, стараясь не потерять Бархатову из виду. – Ангелина! – глаза мужчины до невозможности округлились, когда он увидел огромную волну, накрывающую девушку с головой. Но это ещё полбеды – огромный столб воды надвигался прямо на него. Мысли о том, что это был самый классный прыжок за сегодняшний день, бегло пролетели в голове брюнетки, но в следующее мгновение мысли заполнились только вопросом: «Как вздохнуть?». Волна терзала её беззащитное тело, мотала под водой и закручивала около самого дна Чёрного моря, не давая всплыть и сделать малейший глоток воздуха. Начался настоящий шторм. Немой ужас застыл в глазах измученной Бархатовой, когда она смогла выбраться на поверхность. Бегло оглядевшись вокруг себя, она не нашла Арсения, а повернувшись в сторону открытого моря, успела только вдохнуть полные лёгкие воды, из-за вновь обрушившейся волны. Что делать в таких ситуациях? Бороться с морской стихией, пытаясь справиться с этим неведомым могуществом природы, которое запросто может тебя убить? Или же надеяться на чудо, что тебя кто-нибудь спасёт, когда твои силы уже на исходе? Смирение к девушке пришло подозрительно быстро, и если бы она могла, то конечно бы проанализировала этот момент, но сейчас не самое время. Ангелина чувствует – кто-то крепко схватил её за руку и стал тащить в неизвестном направлении. Галлюцинации от нехватки кислорода? А может это самая настоящая смерть? Бархатовой уже всё равно. Она понимает, что, скорее всего, это конец: мозг отключается, а по телу бегут холодные мурашки.

***

По барабанным перепонкам не щадя стучали молотком, громкий фоновый шум резал слух, а грудная клетка до ужаса болела от какого-то давления сверху. Сознание и все органы чувств проснулись раньше, чем тело и мышцы, из-за чего девушка даже не могла подать признаки жизни и сделать вдох. Мозг не мог понять, что происходит, где он находится и что в скором времени окажется перед глазами. Что же всё-таки выбрала судьба: жизнь или смерть? Руки и ноги будто атрофировались, не поддаваясь никаким манипуляциям, но теперь стали понятны голоса вокруг и стали возможны попытки дышать. «Блять, вызывай скорую, быстрее!» «Она дышит!» «Арс, делай искусственное дыхание!» – Господи, наконец-то! – вскрикнул Арсений с полнейшим ужасом на лице, когда Ангелина открыла глаза. Всё вокруг было словно в тумане, все лица были размыты, но одного человека девушка разглядеть смогла. Голубые глаза брюнета отливали чёрным цветом, в них читался весь страх и тревога, которые он испытал за последние несколько минут, любимые черты лица сейчас казались настолько родными и успокаивающими, что кажется именно они позволяли делать вздох снова и снова. – Ангелина, ты здесь? Пожалуйста, скажи что-нибудь. Буквы не складывались в слова, а голос не прорезался ещё очень долгое время, получался лишь сдавленный хрип, но и он радовал компанию девушки, у которой вся жизнь пролетела перед глазами. Всё, что могла Бархатова – это слушать и узнавать, что с ней произошло, пытаясь прийти в себя. – Я так испугался… Меня накрыло волной, и я потерял тебя из виду, я не помню, как я плыл в твою сторону, но это заняло немало времени, пока меня всё накрывало и накрывало. Я подсознательно запомнил, где видел тебя в последний раз – и просто нырнул под воду. Шанс был один на миллион, потому что я пиздец боялся, что тебя могло унести намного дальше. Наощупь нашёл тебя, схватил, а там на помощь уже парни прибежали, стали меня вытаскивать, – немного заикаясь быстро говорил Попов, смотря в одну точку. – Больше я в море ни ногой. – Наверное, я тоже, – прохрипела Бархатова, лёжа под зонтом и постепенно осознавая, что этот день мог стать последним в её жизни, однако в голове это всё равно не укладывалось. – «Наверное»? Мы блять все тут чуть не умерли от страха! – на мат младшей сестры Ангелины никто не обратил внимания, и, если бы были силы – выразились бы похуже. – Арс, спасибо, – прошептала девушка, взяв того за руку и слабо сжимая. Попов крепко сжал её ладонь, притянул чуть к себе и поцеловал, тяжело вздыхая.

***

– Проклятый Артём, что тебе от меня нужно? Я тут чуть не умерла, ты сейчас вообще мне не сдался, – недовольно пробормотала брюнетка, шагая позади всей своей компании, так как сотня сообщений от Романовского вынудили её остановиться, дабы не врезаться в какой-нибудь столб или человека. – Чего? Артём(18:52) Давай встретимся завтра? Геля(18:53) Нет, я не в городе и у меня отсутствует желание пересекаться с тобой. Артём(18:53) Стоп, в смысле ты не в городе?! – Ожидаемо, – снова прошептав себе под нос, усмехнулась Бархатова. Есть ли смысл удивляться тому, что Артемий снова ответил только на нужную ему часть текста? – Что «ожидаемо»? – через плечо спросил Арсений, идущий впереди девушки, так как теперь он за неё боится сильнее обычного. Он выявил для себя два правила: не отходить от брюнетки ни на секунду и не соглашаться на её тупые идеи. – Да ничег… Арсений! – оторвав глаза от телефона, Ангелина уставилась на красную и обожжённую спину мужчины, который шёл в сторону отеля только в одних плавках. – Ты видел, что с тобой? У тебя вся спина сгорела! – Да не может быть, я почти на солнце то и не был, – в этот момент брюнетка подбежала к Попову и коснулась кожи кончиками пальцев. Неожиданное прикосновение вызвало мурашки по всему телу, отчего Арс немного смутился. – Больно? – Нет. – А так? – надавив посильнее девушка услышала недовольное шипение. – Я значит её спасал, чтобы она окончательно не захлебнулась, откачивал под палящим солнцем, а она жестоко давит мне на солнечный ожог, который я получил из-за неё? – Прости, прости, пожалуйста, – Бархатова тут же ощутила чувство вины. – У тебя есть какая-нибудь заживляющая мазь или крем? – Забыл в Москве, – брюнет шагал параллельно Ангелине, ни о чём не думая и пытаясь не вспоминать, что произошло несколькими часами ранее. Не вспоминать свой страх, не вспоминать, как он молился за жизнь возлюбленной, как делал ей искусственное дыхание и выдавливал воду из лёгких. Сейчас всё хорошо, а это самое главное. – Я тогда тебе Пантенол занесу, надеюсь, чем-то поможет. – Услышав в ответ благодарность, ребята ускорились, чтобы догнать свою компанию и как можно скорее добраться до своих номеров, слишком уж выматывающий день выдался.

***

Без задних мыслей брюнетка схватила тюбик с кремом и хлопнула за собою дверью в номер. Она не знает, сколько часов прошло с тех пор, как они вернулись с пляжа, но за это время успела очень хорошо выспаться. Выдвинувшись с ясной головой после случившегося, Ангелина постучала в уже знакомую ей дверь. – Я принесла Пантенол. Сам намажешь, или я помогу? – Не замечая в этой фразе чего-то личного, и даже, так сказать, интимного, Бархатова без разрешения зашла в чужой номер. – Если у меня появятся руки на спине, которыми я смогу нанести крем, то я тебе об этом обязательно сообщу, – с хитрой ухмылкой сказал Попов, садясь на край кровати и наблюдая за тем, как рядом оказывается брюнетка. – Ну и что ты сидишь, на меня смотришь? Поворачивайся спиной! – Ангелина стремилась всё это побыстрее закончить, чтобы вернуться к своей сестре и начать собираться на ужин в ресторан. Поздний поход в какое-нибудь красивое и эстетичное заведение обязательно должен поднять всем настроение и позволить забыться. Арсений послушно выполнял все поручения своей подруги, но как только её рука коснулась его спины, по телу прошёл разряд тока. И дело вовсе не в солнечном ожоге или холодном креме для заживления, дело в ней. Её нежных и лёгких прикосновениях, в которых чувствовалась забота и даже благодарность за своё спасение, извинение за глупую идею купаться в шторм, а самое главное – чувства. Любовные ли они? Не понимает ни Ангелина, ни Арсений, но оба они знают, что сегодня вечером этот вопрос должен разрешиться. – Ангелин, – чуть хриплым голосом произнёс брюнет. – Думаю нам нужно поговорить о наших взаимоотношениях. Я не могу каждый день смотреть на тебя и осознавать, что ты не моя девушка, что я не могу просто взять и поцеловать тебя, не могу строить общие планы на будущее или хотя бы звать тебя к себе в номер, чтобы просто быть рядом, – мужчина говорил уверенно, иногда поворачивая голову назад себя, чтобы краем глаза видеть реакцию, иначе же складывалось ощущение, что он разговаривает с пустотой. – Если бы с тобой сегодня случилось что-то серьёзное, не знаю, пережил ли бы я это. И все наши паузы, и ссоры в общении я переживал очень сложно и не находил себе места, и, если такое повторится ещё раз из-за того, что мы просто не умеем разговаривать – я, наверное, сойду с ума. – Слушай… Я тоже хотела обсудить эту тему, – подобрать слова было трудно, из-за чего брюнетка надавила на спину Арсения слишком сильно. Ангелина понимала, что, скорее всего, вновь сделает любимому человеку больно, но она не могла поступить по-другому, ведь на её плечах и так слишком много ответственности. Отношения требуют много жизненных ресурсов, сил и времени, которых сейчас в жизни девушки минимальное количество. – Мне с тобой очень хорошо. Я не могу даже словами описать насколько. Я тебе доверяю, чувствую себя рядом с тобой в безопасности, ощущаю заботу, которую ты проявляешь далеко не к каждому человеку, но есть одно «но» … – Попов полностью повернулся к возлюбленной с напряжённым лицом, будто бы зная, о чём она хочет сказать.