В следующий раз я задам тот же вопрос

POV Джинкс

Кожа Севики горячая, а дыхание тяжёлое. Я чувствую, что она нервничает, пока я связываю её, ловко переплетая узел за узлом. Видимо, для неё такое впервые. Что уж греха таить? Для меня тоже. Но ведь для неё ситуация куда сложнее: ей пришлось довериться мне, когда я постоянно её злю и подставляю. На самом деле, я искренне удивлена, что она согласилась на это. Видимо, любит меня куда сильнее, чем я предполагаю. Верёвка ложится на её мускулистое плечо. Я тяну назад, чтобы Севика соединила лопатки, а я смогла привязать её руки друг к другу у неё за спиной. Мы молчим. Я от сосредоточенности, ведь пытаюсь связать её так, чтобы позже она смогла освободиться самостоятельно, а она молчит, потому что, видимо, ей страшно, что я что-то вытворю. Она знает меня слишком хорошо.

POV Севика

Как я умудрилась согласиться на это? Осознание того, на что я подписалась, пришло лишь сейчас, когда эта мелкая бестия уже приличных минут двадцать связывала меня. Но мордашка у неё такая старательная, что отвести взгляд просто невозможно. На самом деле, я не знаю, чего ожидать. С Джинкс трудно: она хаотична и непредсказуема, когда же я привыкла всё держать под контролем. Но стоит признаться: иногда в жизни нужно разнообразие. Именно её детская непосредственность и эта лисья хитрость в последнее время заставляли меня искренне улыбаться. Видимо, я старею и мякну изнутри. Чёрт, я отвлеклась. Она уже закончила и куда-то унеслась. Я даже не знаю, что на это сказать.

POV Джинкс

Наконец-то с верёвками было покончено. Я убегаю в другую комнату, чтобы вскоре вернуться с огромным зеркалом. Оно было даже чуть выше меня самой. Выражение лица Севики такое забавное. Она не ожидала этого. Ещё бы. Именно её реакции на мои выходки заставляют мою фантазию работать всё активнее. Каждый раз я выдумываю для неё что-то новое, чтобы увидеть, как расширяются её серо-голубые глаза, поднимаются всегда нахмуренные брови и напрягаются пухлые чёрные губы. Сейчас я ставлю зеркало за письменный стол напротив кровати, напротив самой Севики, чтобы она могла лицезреть ту же картину, что и я. Я залезаю на матрас и падаю на колени прямо у неё за спиной. Она следит за мной в отражении. Отлично, тебе предстоит много наблюдать.

POV Севика

Я чувствую плечами её мягкую грудь. Что она задумала? Внимательно слежу за ней через зеркало, искренне не понимая, зачем оно здесь. Джинкс дышит на мою шею, заставляя по телу пройти волну мурашек. Затем она кусает меня за ухо. Чертовка знает мои слабые места. Я хотела прикрыть глаза, но поймала её игривый взгляд в отражении. Это заставляет меня по привычке легко нахмуриться. Что она уже задумала? Она откуда-то достала ошейник... Когда она вообще успела его притащить? Неудивительно, что я проигрываю ей в карты. У неё слишком ловкие руки. Эта приблуда для шавок оказывается на моей шее. Джинкс цепляет на кольцо сзади поводок и зовёт меня бойцовской собакой. Я ёрзаю, злясь, но не слишком активно, чтобы верёвки не тёрли мою кожу. Она успокаивает меня поцелуем в плечо, я повержено выдыхаю. Наверное, я позволяю ей слишком много. Видимо, научилась у Силко. Но иногда ей слишком трудно отказать. Есть в этой девчонке нечто, перед чем невозможно устоять. Наверное, это зовётся шармом. Она водит руками по моему телу, ласкает, дразнит, возбуждает. А меня дважды просить не надо. Я завожусь быстро. Соски твердеют от её прикосновений, а дыхание становится глубже. Одной рукой она играет с моей грудью, а я фыркаю, только сейчас подметив, насколько же мала её ладошка, если сравнивать с моими размерами; второй рукой скользит по моему животу вниз, начиная ласкать меня между ног. Торопится? Обычно она действует куда медленнее. Я выдыхаю через приоткрытые губы и подаюсь навстречу её прикосновениям, расслабляясь. Но, видимо, слишком рано. Она резко останавливается.

POV Джинкс

Я специально ждала момента, когда Севика расслабится, чтобы перейти к следующему пункту. Встаю с кровати и становлюсь так, чтобы меня было видно в отражении. Медленно снимаю с себя всю одежду и беру из-под подушки заранее припрятанные игрушки: резиновый член на присоске и вакуумный стимулятор. Сказать честно, я не особо люблю пользоваться игрушками, но сейчас они нужны, чтобы позлить Севику. Я обхожу кровать кругом и сажусь прямо на письменный стол, чувствуя кожей холод зеркала. Это заставляет меня найти опору в собственной руке, заведенной за спину. Севика глядит на меня непонимающе. Не знает, почему я нахожусь здесь, а она — там. Но ничего, скоро поймёт. Я леплю игрушку к столу и пошло ухмыляюсь, глядя прямо в глаза напротив. Упираюсь коленями в древесину, приподнимаюсь и рукой фиксирую игрушку так, чтобы её головка касалась моей кожи. Я спускаюсь ниже, не разрывая зрительного контакта с Севикой.

POV Севика

Серьёзно? Резиновый хуй? Она решила меня связать, чтобы воспользоваться вот этим говном у меня на глазах? Возбудила и оставила стынуть в одиночестве на кровати. Хотя, справедливости ради, остыть у меня не получается. Этот вид завораживал. Как она двигает бёдрами, опускаясь и поднимаясь. Я вижу влажный след на резине, показывающий, насколько глубоко игрушка входила внутрь. Джинкс себя жалеет, не засовывая эту хуйню в себя до конца? Или это приглашение, чтобы я ей помогла? Что же, я помогу, когда сниму эти блядские верёвки. Она включает ещё одну игрушку, название которой я не знаю. Прикладывает её к клитору и сразу же напрягается всем телом. Блять! Это несправедливо! Там должна быть я, а не эта бездушная хрень, созданная для тех, кто не может получить секса от людей. Я вновь злюсь и ёрзаю, но кожу сдавливает этот идиотский шнурок. Чтоб я ещё раз на подобное подписалась! — Как хорошо, что вы... А-а! ...у меня есть.. мм-м... — начинает говорить Джинкс, закрыв глаза. С кем она разговаривает... — А то Севика с вами не сравнится. Я-аа! А-а... Я бы вам подчинилась даже. А она не сможет меня заставить... Я бы хотела, чтобы вы заставили меня плакать. — это она разговаривает с игрушками! Да ещё и стонет так сладко. Нет, ну это уже слишком! Вот сейчас я разозлилась не на шутку. Напрягаю все свои мышцы и пытаюсь выбраться, а верёвка, как ни в чём не бывало, поддаётся. Видимо, чертовка продумала и этот момент. Раз мелкая хочет поплакать, то я с радостью дам ей такую возможность.

POV Джинкс

Ну наконец-то Севика поняла, что стоит подёргаться чуть больше, чтобы освободиться. Я вижу злость в её глазах. Она склоняется надо мной угрожающе, заставляя что-то в низу моего живота затянуться. Я сглатываю и облизываю губы, когда она кладёт руки на мою талию. Вскрикиваю, но сразу же закрываю рот ладонью, когда она резко насаживает меня на игрушку до самого конца. — Так тебе нравится, да? — она рычит мне прямо в ухо, а я ничего не отвечаю, лишь тяжело дышу. Она отбирает стимулятор и щурится, рассматривая кнопки на нём. Видимо, старушку зрение уже подводит. Хотя она быстро поняла, что делает кнопка "+". Включает стимулятор на максимум и вновь прикладывает к моему клитору. Больно, блять! Я пытаюсь привстать, чтобы избежать стимуляции, но Севика надавливает на меня рукой, не позволяя шелохнуться. — Сидеть. — командует грубо. Её голос стал заметно ниже. Видимо, я её обидела. Не в этом заключалась моя задача. Я лишь хотела немного разозлить и подкинуть идей. — Севика, пожалуйста! Мне больно! — я скулю и дёргаюсь в сторону, чувствуя, как всё моё тело дрожит. — А я тут причём? Это всё твои игрушки, с которыми я не сравнюсь. — обычно хватало одного "пожалуйста", чтобы она сделала то, о чём я прошу. Сейчас мне становится страшно. — Прости! — снова вскрикиваю, всхлипываю и хватаюсь за её плечо и ладонь. Лбом утыкаюсь в ключицы. — Прости! Я просто хотела тебя позлить немного! Она выдыхает и выключает стимулятор. Какое же облегчение. Это была настоящая пытка, хоть и продлилась не слишком долго. Я вытираю слезинки с глаз и поднимаю взгляд на Севику. Она всё ещё выглядит злой. Что же, мне придётся постараться, чтобы загладить свою вину.

POV Севика

Я понимаю, что Джинкс просто развлекалась, но стоило преподать ей урок, чтобы в следующий раз она следила за словами. Я уже не обижаюсь, но всё равно смотрю на неё строго. А ведь она такая ранимая. Всегда заметно тускнеет, если на неё разозлиться. Чёрт, она такая очаровательная, когда плачет. — На пол. — командую, сложив руки на груди. Она медлит, но приказ выполняет, оставляя эту резиновую чушь торчать из стола. — На колени. — смотрит на меня глазами большими и жалобными, точно кошачьими. Не разжалобишь, не пытайся даже. Она плавно опускается сначала на одно колено, а после и на второе. Я подхожу к ней вплотную и кладу свою живую ладонь на её голову. — Ты знаешь, что делать. — это было сказано, чтобы понять, закрепился ли пройденный материал или ещё стоит применить порку. Закрепился. Она начинает мягко водить языком, проникая им между моих половых губ. Я выдыхаю и начинаю поощрительно её поглаживать. Видимо, это действие её оживило. Она взялась руками за мои бёдра и проникла головой глубже меж моих ног, принимаясь там всё целовать и вылизывать с неожиданной жадностью и рвением. Чем бы дитя ни тешилось, правильно? Я буквально отсюда чувствую её желание и понимаю, что она старается так, как никогда до этого не старалась. Не сдерживаюсь, выдаю утробный полустон-полурык, из-за чего Джинкс начала двигаться ещё активнее. Откуда в ней столько энергии? На самом деле, я хотела заставить её делать куни долго, чтобы у неё челюсть заныла, но не ожидала такого напора с её стороны. Да и с позой прогадала. Мне приходится хорошенько напрячь ноги, чтобы не упасть и не начать шататься. Но увижу фейерверки перед глазами и согнусь вдвое, затрясшись всем телом, когда она начнёт посасывать клитор, параллельно поддевая головку кончиком языка. Двойная стимуляция? Такому я её явно не учила... Хотя это один из тех случаев, когда ученик давно превзошёл учителя.

POV Джинкс

Севика рукой мягко отводит мою голову назад, а я продолжаю гладить её бёдра, наслаждаясь дрожью в них. Её взгляд подобрел. Она больше не злится на меня. Ладонью она берёт меня за лицо и большим пальцем стирает свою собственную смазку с моих губ и подбородка. Я же провожу по её пальцу языком, слизывая. Она вкусная, мне нравится. Севика падает на кровать, пытаясь отдышаться, а я запрыгиваю на неё сверху, заглядывая прямо в лицо с улыбкой. Она кончила быстро, а значит, что спрашивать, понравилось ли ей, не стоит. Конечно же понравилось. — Ты всё ещё любишь меня? — этот вопрос интересовал меня куда сильнее. Каждый раз, когда на меня злились, голоса в голове говорили мне, что меня больше не любят. Этот случай исключением не оказался. Я бегаю по её лицу глазами и губы поджимаю, ожидая ответа, пока в груди всё болезненно сжималось. — Конечно люблю. — она вздыхает. Я знаю, что подобные слова даются ей с тяжким трудом. Я благодарна ей, что она каждый раз отвечала одинаково. — Этого ничто не изменит. — рукой аккуратно давит на мой затылок, чтобы мы соприкоснулись лбами. Я улыбаюсь и невольно дёргаю бровями. В следующий раз я задам тот же вопрос.