Bring me to my life

      «Верни мне мою жизнь» — судорожно крутилось в голове, пока в руке дрожала сигарета. Пятая за этот час. Пятая за вечность, которую он стоит на балконе отеля в Морио. Выдохнув клубок дыма в ночное небо, мужчина едва слышно прорычал что-то себе под нос, опустив взгляд на клумбы, растущие под балконом. Лунный свет преображал красные розы в почти чёрный цвет, что соответствовало настроению молодого учёного. Также гадко и паршиво было у него сейчас на душе.       Пепел, подхваченный ветром, унёсся куда-то в сторону полной Луны, теряясь в облаках. Мужчина облокотился на перила, делая ещё одну затяжку. Ни-че-го не было в голове, только эта противная, мозгосъедающая мысль «Верни мне мою жизнь». Выжженная на подкорке, засевшая в сердце и отдающая тремором в руки. Бычок упал на каменную поверхность балкона, тут же раздавленный носком мужской туфли. Тряхнув головой, учёный снова поднял взгляд на небо, ловя в свете Луны что-то смутно знакомое.       — Какёин, — сорвалось с губ тихим шёпотом, но имя застряло в горле тугим комом. — Нориаки, — смог он произнести, когда поборол этот страх перед тем, кого уже давно нет.       Нориаки нет уже как десять или одиннадцать лет, на могилу к нему мужчина ни разу не ходил с того дня, как его похоронили. Ему сейчас двадцать восемь, а тому, кто умер, до сих пор семнадцать. Прекрасный возраст, наполненный приключениями, долгими разговорами и неспешными, почти ползучими нитями чувств отнюдь не дружеских. Свежо в памяти то время, особенно один долгий вечер в пустыне.       — Ты всё ещё хочешь победить Дио? — Нори опёрся спиной о камень, за которым они сидели последний час. Пытливый взгляд аметистовых глаз уставился на лицо Джотаро, а тонкие ладони легли на собственные плечи, поглаживая их через ткань школьного пиджака.       — Отчего бы мне не хотеть? — вопросом на вопрос отозвался Куджо, мельком глянув на парня. Ярко-алые волосы крупной завитой чёлкой упали на пол лица, сглаживая взгляд Какёина. Свет костра еле-еле доходил до них, пробираясь за камень тонкими полосками. В лагере все давно уже спали, только их мучала бессонница, бесстыже настигшая посреди ночи. — Он пробудил в моей матери проклятие, я должен его убить, чтобы спасти её. В чём смысл твоего вопроса, я не совсем понимаю.       Нориаки только улыбнулся уголками губ, зябко потерев плечи. Заметив этот жест, Джотаро вздохнул и стянул с себя пиджак, тут же накинув его на плечи парня. Отвлекшись на звёздное небо, аловолосый слегка удивлённо хлопнул пушистыми ресницами, повернув голову в сторону друга. Натянув козырёк кепки на лицо, брюнет отвёл взгляд куда-то в сторону, улыбнувшись чему-то своему.       — Это странно, — сам себе пробормотал мужчина, тряхнув головой. Ветер промозгло лез под одежду, заставляя ёжится от холода. Тем не менее, Куджо оставался на месте, ведь ему некуда спешить. Некуда идти со своими мыслями, готовыми вылететь из головы чёрными воронами и пропасть где-то далеко.       «Верни мне мою жизнь» — снова пронеслось в голове, когда он лёг в кровать. Прижав подушку к себе, мужчина едва улыбнулся уголком губ и прикрыл глаза. Аромат чистого белья нисколько не отвлекал, но навевал определённые воспоминания.       И когда Джотаро поймал сон за хвост, к нему как будто кто-то прикоснулся. Совсем легко, проводя ладонью по волосам. И, кажется, запахло ненавистной вишней.