А может кролика заведем?

— Арс, я дома, — Антон заходит в квартиру, обволакиваемую теплом и невероятными запахами, доносящимися с кухни и на которые сразу реагирует желудок, получивший за сегодня перекус в виде пары сигарет и какого-то увядавшего бутерброда с забегаловки напротив работы. — Привет, я уже заждался, — Арсений выглядывает из-за угла кухни, появляясь в своём излюбленном фартуке «Жарю профессиАнально», который Антон подарил ему на одну из первых годовщин. Шастун вручает Попову коробку, полностью обернутую в чёрный пакет, и целует в щеку, попутно залезая обеими руками под футболку Арсения. Тот ёжится от ледяных рук, но от прикосновений не уходит, а только жмётся ближе. — Я забрал твой "невероятно срочный и очень важный" заказ. Может ты уже расскажешь, что там? — Антону правда интересно, что такого секретного мог заказать его парень. — Обязательно расскажу и даже покажу, но сначала — еда, — на лице Арсения расцветает хитрая улыбка, которая делает его глаза чуть прищуренными, появляя на свет знаменитый лисий взгляд. Антону на секунду становится не по себе, зная, в каких ситуациях Арс может быть таким игривым, но запахи готового ужина рубят любую мысль под корень. Они неспешно ужинают под уютный гул, издаваемый холодильником, изредка разбавляемый рядовыми вопросами про клиентов Антона и смешками над тупыми вопросами, на которые приходилось отвечать Арсению весь день в рабочем чате. Шастун благодарит за ужин красноречивым поцелуем со вкусом тальятелле аль рагу, название которого он едва ли запомнил с десятого раза. Всё-таки подарить Арсению сертификат на мастер классы в кулинарную школу было лучшим решением. Попов загружает посудомойку и проходя мимо Шаста, который удобно развалился на диване, листая ленту ютуба, бросает фазу: — Антош, смотри не усни, пока я буду в душе. Антон не придаёт особого значения словам, кроме того, что вместо ютуба начинает поиск фильма, подумав, что Арс намекает на совместный просмотр. Пока Шастун выбирал что смотреть, ему по видеосвязи набрал Дима Позов, коллега с работы, который сейчас слёзно просит поменяться сменами. За разговором Антон не услышал, что вода в ванной уже перестала шуметь и оттуда вышел Арсений. Шаст замечает, что Дима на экране сделал очень странное выражение лица, будто бы перед его лицом сношалась парочка макак и кинув быстрое «спасибо за помощь, Шаст, до встречи», поспешил нажать на сброс. Антон секунды три смотрит на экран телефона, не понимая, что это вообще было, а затем оборачивается в сторону ванны. И блять, это явно не то, что Шастун ожидал увидеть. Арсений стоит в полумраке, освещённый только исходящим от телевизора светом, в абсолютно блядском по меркам Антона наряде. И он соврет, если скажет, что его челюсть не пробила пол. На Арсении что-то похожее на сетчатое боди, перед которого весь в завязках. За эти знания спасибо девочкам из его отдела, которые бесконечно обсуждают шмотки и тренды. На лице Арса чёрная маска зайчика, хотя в этом случае неправильно использовать уменьшительно-ласкательные. Это абсолютно точно похотливый заяц. Антон сглатывает вязкую слюну, которая успела выделиться пока он рассматривал своего парня и переводит взгляд на ноги Арсения. На нём надеты долбанные огроменные туфли для стрипластики, о существовании которых раньше Шастун мог только догадываться. Вид такого Попова буквально пригвоздил Антона к дивану. А как дышать? Вопрос, конечно, интересный. Арсений же более чем удовлетворён реакцией своего парня, поэтому начинает плавно и по-лисьи осторожно двигаться в сторону дивана, на котором сидит полностью ошалелый Антон. Он обходит его, вытаскивает из рук завороженного Шастуна телефон, всё также медленно убирая его на журнальный столик и усаживается у того на коленях. — Тебе нравится? — горячий шепот щекочет ухо Антона и ловкий язык начинает выводить незамысловатые узоры вокруг мочки, плавно спускаясь на шею. Рой мурашек покрывает спину Шастуна, который словно в секунду отмирает и устраивает руки на талии Арсения. Ладонями оглаживает аккуратные изгибы, так сказать, пробуя ткань наряда наощупь. — У меня нет слов. Ты такой красивый, Арс, — Антон опускает ладони на ягодицы Попова, сжимая их и прижимая того ближе, чтоб он ощутил в каком Шастун на самом деле восторге. Арсений на это действие сдавленно стонет и накрывает любимый рот долгожданным поцелуем. Он выходит больше нежным, чем пошлым, когда они оба поочерёдно засасывают губы друг друга, слегка прикусывая их и сталкиваясь языками. Арсений плавно отрывается от губ Антона и опускается на колени перед парнем, помогая тому освободится от лишней одежды. Попов удовлетворенно хмыкает, когда видит налитую кровью головку из которой уже начала сочиться естественная смазка. Он высовывает язык и медленно слизывает капли, затем целует головку и берёт её в рот. Антон готов пищать от развернувшейся картины перед ним. Ебучий Попов в своей ебучей маске. Он определенно должен узнать кто надоумил или вдохновил его парня на такое, чтоб пожизненно высылать благодарности. Арсений сосёт умело, он выучил все потребности Шастуна за почти пять лет их отношений и бурной сексуальной жизни. Он уделяет внимание каждой венке, каждой складке органа, чем вызывает всхлипы и стоны Антона. Когда Шастун чувствует, что практически на грани — хватает Арсения за подбородок, заставляя посмотреть себе в глаза. Только от одного этого вида можно кончить. Но никто из них ещё не успел насладиться процессом сполна. Антон подтягивает Попова вверх и теперь уже развязно целует, сопровождая мокрыми и хлюпающими звуками слюны вперемешку со смазкой. — Я хочу, чтобы ты снял это, потому что оно определенно нам ещё пригодится, — Шастун снова нежно касается боди на боках парня, опуская ладонь на явную выпуклость и ощутимо сжимает её. Арсений плавится под его прикосновениями и закусывает губу, сдерживая стон. Он заводит свои руки назад и самостоятельно растёгивает боди, а после снимает. — Я должен снять всё? — совершенно невинным голосом интересуется Попов. После своего вопроса он замечает нездоровый блеск в глазах Антона и уже заранее знает ответ. — Нет, заюш, мы оставим всё остальное. Антон укладывает свои руки на ягодицы Арсения и притягивает того прямо к своему лицу. Он утыкается носом в область паха и громко вдыхает, покрывая мелкими поцелуями член Попова. Арсений не сдерживается и направляет головку Антону в губы. Тот с удовольствием принимает намёки и сразу заглатывает почти наполовину. Арс стонет и начинает плавно двигаться, потому что обожает рот Шастуна и никогда не может до конца насладиться медленными движениями, ему всегда хочется больше. Антон помогает себе рукой, не забывая уделять внимания мошонке, оглаживая и сжимая яички в руке. Спустя несколько минут оглушительного удовольствия Арсений вынужден вытащить свой член изо рта Шастуна, потому что в планы входило кончить от другой части тела своего парня. Антон всё понимает без слов и заваливает Попова на диван, который предусмотрительно широкий и удобный, потому что "Антон, ничего он не громоздкий, мы точно не пожалеем". Сам же он поднимается на ноги и хватает одну из ног Арсения, поднимая к своему лицу за каблук. Блять, ноги Попова и без стрипов были чистым произведением искусства, а теперь-то им самое место в одном из залов Лувра. Антон покрывает поцелуями-укусами щиколотку Арсения, чтобы затем подтянуть вторую ногу и проделать с ней то же самое. — Я подготовился в душе, можешь не напрягаться, — и тут до затуманенного мозга Антона наконец-то доходит почему его парень так долго был в душе. От этого кровь закипает в жилах, представляя картину, которую он не раз видел вживую, но которая не перестает быть менее горячей с каждым разом. Шастун достаёт из журнального столика презерватив и раскатывет его, не отрывая взгляда от голубых глаз на любимом лице, которое на половину прикрыто маской. Он облизывает пересохшие губы и наклоняется за очередным поцелуем, попутно просовывая одну руку между ног Арсения и вводя сразу два пальца на пробу. Доверяй, но проверяй, потому что комфорт любимого всегда на первом месте. Даже третий палец входит довольно легко, что вызывает улыбку на лице Антона и удовлетворительный стон Арсения. Шастун не планирует измываться над парнем и соответственно собой, поэтому приставляет головку к разработанному анусу и плавно входит. Арсений оборачивает свои ноги вокруг талии Шастуна и стонет уже во весь голос, спуская все тормоза. Антона кроет от контраста холодного материала стрип на своей коже и горячих, узких стенок вокруг своего члена. Завтра он обязательно изучит, кто придумал каблуки и мысленно отсалютирует этому человеку. Движения из медленных и тягучих превращаются в хаотичные и ритмичные. — Блять, Арс, в тебе так хорошо. Каждый грёбаный раз, — Антон закатывает глаза от удовольствия, пока одной рукой шарит по груди и шеи, царапая их короткими ноготками. — Антон, быстрее, пожалуйста, — просить дважды не нужно, они оба чувствуют скорую разрядку и Арсений просовывает одну руку к своему члену, начиная надрачивать, стараясь кончить почти одновременно. Спустя несколько резких толчков Антон кончает и добавляет свою руку к Арсовой, помогая кончить и тому. Громкий стон удовольствия разрывает воздух и Антон, продолжая медленно двигаться внутри, продлевает оба оргазма. Спустя одну упаковку салфеток и пару глубоких поцелуев, между которыми Шастун помогает Арсению снять каблуки и маску, они умещаются на диване. — А может кролика заведем? — с детским восторгом спрашивает Антон. Арсений не сдерживается и прыскает смешком. — Антон, блять, умеешь ты испортить момент, — теперь они оба заливисто смеются. Уже после, Шастун вспоминает, что ему обязательно нужно извинится перед Позовым за такое шоу и возможно даже выйти дополнительную смену, в качестве моральной компенсации.