Папа, я не хочу замуж!

— Решили не звать меня на вечеринку? — фигура Пак быстро оказалась с самого утра перед лицом Т/и. — Как жаль, я подготовила подарок. — Откуда ты узнала о вечеринке? — прошипела девушка, бросая гневный испепеляющий взгляд на коллегу. — Эта дурочка Мина не умеет скрывать личную жизнь. Она выставила фотографии на свою стену, — Чанми мечтательно коснулась пальчиками подбородка. — Ах, я так завидую, он когда-то также целовал меня. Т/и проглотила колкую обиду и хмуро отвернулась. Чанми посмеялась в ладошку и поспешила на своё место. Т/и сжимала ладони в кулаки, ощущая, как ногти впиваются в кожу. Она соскочила с места и двинулась в туалет, чтобы умыть лицо прохладной водой. Она упёрлась руками в края раковины и взглянула на своё отражение. Глаза пылали злобой. Т/и вновь пообещала себе, что скоро расскажет обо всём Хосоку. В конце дня парень сам приехал на машине, чтобы забрать жену. Он ожидал её на первом этаже в холле, изредка поглядывая на наручные часы. Первой показалась Чанми, которая, заметив парня, тут же стремительно двинулась к нему. Следом шла Т/и, но Хосок её уже не видел из-за Пак. — Милый, я скучала! — девушка кинулась ему на шею и заглянула в глаза. — Как ты мог променять меня на ту злюку? — Чанми, прекрати это, — Чон упёрся руками ей в плечи с намерением оттолкнуть. Девушка заметила приближение Т/и и стала действовать. Она обхватила шею Чона руками и притянула, впиваясь губами в мужские. Хосок в ступоре продолжил стоять пару секунд, уже хотел отстранить её от себя, когда осознание ударило в голову, но Чанми сама отошла. Пак протёрла тыльной стороной губы и ухмыльнулась. — Это мой подарок, Хосок-и. Она махнула рукой ему на прощание, кинула острый, словно лезвие, взгляд на Т/и и ушла. — Т/и, я не... — начал Чон, но жена перебила. — Нет. Давай забудем об этом недоразумении, — она слабо улыбнулась. — Поехали домой, я голодна. Дорога до дома была оглушающе тихой, давящей. Т/и смотрела в окно, думая о последнем произошедшем. Хосок нервно сжимал ручку руля, иногда слишком резко поворачивал, выдавая своё негодование. Уже дома, за ужином, Чон решился поговорить на эту тему. — Ты же видела, что я этого не... — Хосок, — имя парня слишком резко вылетело с уст Т/и, — не нужно оправдываться. Я знаю, ты этого не хотел, и сам бы не сделал. И мы решили забыть об этом, да? — Я люблю тебя, — он отложил вилку и взглянул в глаза напротив. — Она не сможет изменить этого ни сейчас, ни потом. Не сомневайся во мне, хорошо? Девушка натянула улыбку и кивнула, взглядывая на мужа. Его слова дарили невероятное тепло, и все мысли о событиях прошедшего дня тут же улетели из головы. Сейчас Т/и чувствовала благодарность. Но внезапно нахлынуло воспоминание. Ему нужно рассказать. — Хосок... — она выдержала паузу, — Чанми, она... распустила ложные слухи обо мне, и теперь весь офис шепчется за моей спиной. Я не хотела тебе говорить, чтобы не впутывать в неприятности, но Юми сказала, что мне нужно верить тебе. — Какие слухи? — она не отвечала. — Скажи, о чём они сплетничают, Т/и. — Будто тебя привлекает во мне тело, и якобы я изменяю тебе с Сокджином прямо в его кабинете. Желваки на скулах парня заметно заиграли. Его сердце больно кольнуло от того, что все нападки девушка терпела одна. Он был намерен действовать. Чон подумал, что не может допустить, чтобы Т/и обижали. И он не позволил бы этого, даже если бы она была его подругой, а не женой и возлюбленной. — Я разберусь, — коротко и сухо отозвался и сделал глоток чая. — Чёрт, я знал, что у этого Сокджина в офисе не все с головой дружат. — Не обвиняй его. Такие люди есть везде, даже не в офисе. Вспомни школу, там полно сплетников. Даже среди друзей они есть, — Т/и вмиг оказалась рядом с Хосоком. — Не переусердствуй. Чон взглянул на жену снизу вверх и слегка улыбнулся. Наступила умиротворяющая тишина. Парень уже хотел отвернуться, но Т/и схватила его за подбородок, вынуждая смотреть на себя. В её глазах сверкнул огонёк. Она наклонилась и коснулась губами губ мужа, ощутила его улыбку и углубила поцелуй. Чон опустил руки на женскую талию, притянул ближе, а после и вовсе усадил девушку к себе на колени, целуя глубоко и страстно. — Останови меня сейчас, — оторвавшись, прошептал он. — Потом я не смогу этого сделать. Он заметил, как девушка замялась и увела взгляд. Хосок тихо и хрипло посмеялся. — Ты не готова, не заставляй голову пухнуть, — он оставил чмок на сладких губах и улыбнулся. — Я люблю тебя, — прикрыв глаза, отозвалась девушка. Она вскочила с мужских бёдер и стала убирать грязную посуду как ни в чём не бывало.

***

— Срочное собрание, — голос директора, словно гром среди ясного неба, раздаётся в офисе. — Абсолютно все прямо сейчас идут в кабинет заседаний и переговоров. Работники с удивлением начинают переглядываться, но послушно двигаются в указанную комнату. Все рассаживаются по местам, стоит тихий гул непонимания. Совсем скоро директор Ким заходит и встаёт перед коллективом с серьёзным лицом. — У меня нет слов, — он устало потирает переносицу. — Вы просто нечто. Как вы можете вести себя, словно дети? Вы что, школьники? Распускать столь грязные, но самое главное, лживые слухи! Почему я чувствую себя учителем в младшем классе? Работники начинают печально переглядываться, и в их глазах читается скрытый страх и досада. — Распространяя эти слухи, вы вредите репутации компании. Мало того, вы оклеветали человека. Нельзя так легко доверять всему, что говорят. Дверь открывается и быстрым шагом входит Хосок. Коллеги с удивлёнными вздохами встречают его, а потом глядят выпученными глазами. — Если ещё кто-то посмеет сказать что-то необоснованное о моей жене, он пожалеет об этом и не сможет найти работу уже никогда. Имейте совесть и держите свой яд при себе. В кабинете становится всё шумнее, так как люди начинают вставать и кланяться в девяносто градусов, извиняясь. Хосок видит, что большинство из них искренни. — Вы должны это делать не передо мной. — Все свободны, возвращайтесь к работе, — бросает Ким, наблюдая, как поток людей выплывает через дверь в офис. — Пак Чанми, зайдешь ко мне через пятнадцать минут. Девушка с неприкрытой злобой кивает, уходя последней. Мужчины остаются наедине. — Спасибо, Сокджин. Это было важно как для Т/и, так и для меня, — Чон похлопал мужчину по плечу. — Не за что. Я был слеп, простите меня за это. Т/и — мой друг, мне стоило увидеть перемены в её настроении, да и во всём офисе. До идеального директора мне, конечно, далеко, — Ким неловко улыбнулся. — Помни, что в этом мире нет ничего идеального, — Хосок натянул безобидную улыбку и развернулся, чтобы покинуть комнату. Он резко повернул голову к Сокджину. — И да, тебе не нужно извиняться. Ким проводил взглядом уходящего Хосока, после чего зачесал волосы пятерней назад. Он подошёл к окну и посмотрел на город свысока. У него вырвалось вслух: — И всё же хорошо, что ты с ним, Т/и. Я бы не смог тебя так защитить.

***

Сокджин сидел за столом, нервно постукивая по нему пальцем. Его злобный взгляд был направлен на дверной проём, за которым вскоре послышался стук. — Заходи. Чанми прикрыла за собой дверь и прошла внутрь, встав лицом к директору. Она удивительно реалистично состроила грустное лицо, делая вид, что сожалеет о произошедшем. — Источником этой проблемы являешься ты, не так ли? — Ким скрестил пальцы, поставил локти на стол и облокотился подбородком на руки. — Да, директор Ким, — нервно жуя губу, отозвалась девушка. — Но мне безумно жаль! Я обязательно принесу свои извинения. И Вы простите. В ближайшее время я подам заявление на увольнение. — Погоди-погоди, что? Увольнение? Ты хочешь уйти? — Сокджин искренне удивился, выпрямляясь. — Думаю, это будет правильным решением. Я уйду и больше не доставлю хлопот. Я и так подпортила репутацию компании, так ещё и все будут смотреть на меня косо, — Чанми демонстративно шмыгнула носом, кидая грустный взгляд в окно. — Хорошо, если ты так хочешь, — пожав плечами, кивнул Ким. — Я был рад работе с тобой, надеюсь, ты найдешь лучшее место. Чанми кивнула, поклонилась и поспешила уйти после разрешения. Открывая дверь, она не сдержала злобной улыбки, которую Ким, к сожалению, не видел.

***

Пак встаёт около Т/и во время обеденного перерыва. Она нервно заламывает пальцы и наклоняется, чтобы прошептать просьбу отойти. Т/и смотрит на недовольное личико Юми, но встаёт и идёт следом за Чанми. — Хотела извиниться, — отойдя в безлюдный угол, начинает Пак. — Неужели? — у Т/и бровь подскакивает, на лице появляется наигранное удивление. — Ты больше не увидишь меня после этой недели, — кидает Чанми и наблюдает удивление напротив. Она ухмыляется и добавляет, — в офисе. Прости, что не довела дело до конца. Т/и сначала удивляется неподдельно, непонимающе смотрит на девушку, а потом хмурится. Пак проходит мимо, намеренно касается пальчиками женского плеча и шепчет в ухо, подобно ядовитой змее: — Скоро встретимся, милая. У девушки эмоции смешанные. Она провожает стеклянным взглядом Чанми, ничего не понимая. Юми замечает её замешательство, а после объяснений и вовсе громко вскрикивает от удивления. — Вот ведь гадюка! И чего она так прицепилась к Хосоку? — Юми прикусывает конец палочек и вскидывает брови. — Может, она одержимая? — Не знаю, — Т/и смотрит в спину уходящей Пак, — но мне определённо это не нравится. Она ещё доставит нам хлопот. — Твой муж тебя защитит, не сомневайся, — улыбается подруга и начинает активно доедать. — Поспеши, скоро обед закончится. Т/и кивает и пережёвывает еду, но вкуса совершенно не чувствует. В сердце сидит гулкая тревога. Теперь Чанми не будет в поле зрения. Что она может придумать?