Погребённый заживо

Осенний ветер стремительно гнал по  небу густые и серые тучи, терзал верхушки деревьев и глухо свистел. Серая завеса не пропускала солнечного света. В глуши, посреди леса никто бы не оказался в здравом уме, особенно сейчас. Птицы летят низко и беспокойно, прячась в укрытие. Начинается гроза.. Оритрис слышит оглушительный звон в ушах. Ладони без задней мысли  потянулись к ушам, чтоб унять звенящий шум, но помешали путы на руках. В кромешной тьме распахнулись ледяные глаза и не увидели ничего, не смотря на то, что сумрачные эльфы прекрасно видят в темноте. Даже глаза продрать невозможно. Он точно не ослеп. Первым делом, он в бреду наивно спросил в пустоту, тут же поглотившую вопрос: "где я?". Прислушиваясь, эльф внимал лишь оглушающую тишину. Под собой ощутилось  плоское жёсткое дно деревянной коробки. В нескольких сантиметрах над ещё слабым телом была крышка. Он вдыхал и выдыхал размеренно и глубоко, сосредотачивая сознание. В голове пронеслись воспоминания: помутнение рассудка, тяжесть в голове, словно от зажатого металлического обруча, ужасная боль в животе, сопровождаемая судорогами, проступивший на лоб пот, холод по спине. Отравление и распад яда в организме. Чьи-то прикосновения. Его приволокли в глушь. Тело, впавшее в анабиоз, ничего не чувствовало и были слышны обрывки фраз, звучащих так, словно Ори слушал диалог из-под воды: "- Что значит "закопать"? Он ведь живой! - Ваши проблемы - моя ответственность. Закопать." Впервые испытывая дичайший страх перед смертью, тело готово было отдаться панике, от ужаса хотелось истошно закричать, позвать на помощь, сердце билось как сумасшедшее, но разум твердил: "Тебя не услышат. Это бессмысленно". Он пытался привести себя в чувства, жмуря глаза до появления в периферии пляшущих красных кругов и открывая глаза, вглядываясь в кромешную тьму. Дыхание выровнилось. На шее должен был быть амулет. Крошечную надежду вселяла мысль, что его не сняли и он ещё при нём. "pierce velum tenebrae" - шепнул он и пространство его места заточения окутал голубой свет волшебного украшения. К сожалению, у него не было магии, способной вытащить из захоронения. Взгляду открылось подобие гроба, сколоченное без особых стараний из старых досок. Кажется, он догадывался, кто оказал ему Такую честь. В теории шансы выбраться были, но насколько они велики? Сколько он пролежал здесь? - неизвестно. Как глубоко он лежит? - аналогично, но выбора нет. Сейчас или никогда. Ранее он путешествовал в астрал, таким образом временно "умирая", однако душа могла вернуться в тело. Сейчас же он рисковал тем, что душа никогда уже не вернётся в свой сосуд. Зубы эльфа тут же вцепились в верёвку на запястьях, стараясь развязать узел. "Зараза, крепкий" - думал юноша и пытал попытки перегрызть путы. Волокна грязной, плотной верёвки застревали меж зубов. До жути противно, но жизнь дороже. В дёснах отдавало мерзким зудом и появился кровавый привкус. Не кажется же?.. Надежда терялась и появлялась вновь, когда верёвка наконец освободила затёкшие запястья. Яростный восторг исказил лицо в ликующей гримасе, но это было только начало. Юный некромант со всех сил забил коленями по крышке над собой, давил руками. Крышка была приколочена гвоздями, чей скрежет он услышал, когда удалось её немного приподнять. Земля ещё рыхлая. Вновь удар коленями - и появилась трещина, надо было наносить ещё удары, чтоб пробить её. На коленях образовались гематомы, но боль была ничем перед волей к жизни.  В итоге на ноги посыпалась земля, а обломок доски загородил обзор перед глазами. Ну уж нет! Сцепив руки в замок, он забил ими над собой и в итоге его прижал продолговатый обломок доски. Сверху вновь посыпалась земля, но ещё не попадала на лицо. Набрав в лёгкие оставшийся воздух и зажмурив глаза, эльф переместил обломок вбок, ставя его ребром. Земля сыпестся, попадая на лицо, волосы, за шиворот. Похоже, в ней копошатся черви. Нельзя вдыхать. Нельзя паниковать. Аккуратно разгребая землю над собой, он смог оторваться от дна гроба, наполняющегося почвой, которую юноша сгребал под себя руками и ногами. Процесс казался вечным, пока не удалось занять вертикальное положение. Он наклонил голову вниз, ведь вокнуг него образовалось воздушное пространство, можно было отдышаться и посмотреть вниз. Он был подобно зверьку в норе под землёй, только эта "нора" не была ему домом.      Взгляд устремлялся в засыпанное землёй дно гроба. Знакомые доски.. Это же бывшая беседка, что стояла возле академии! Её хотели разобрать и похоже, руки дошли. Злоба концентрировалась на догадках, кто мог его отравить и организовать это. Ори был готов поклясться, что найдёт и убьёт эту скотину, не смотря ни на что. Мысль придавала сил. Задержав дыхание вновь, он продолжил прорываться всё выше и выше. Земля становилась холоднее или же он изнеможён? И то и другое. Надо терпеть. Совсем чуть-чуть и вдруг.. рука пробилась с заветной лёгкостью. Остатки земли засыпало за шиворот. Окончательный рывок, и, показалась голова - он истошно закричал, как хотелось ещё будучи под землёй. Грязный, замёрзший и почти без сил выползающий из заточения, он кричал подобно новорождённому. Уже почти стемнело и прогремел гром. С неба закапал мелкий дождик. Оритрис припадал на четвереньках подобно зверю, истошный крик перешёл в истеричный хохот. Он встал на колени и задрал голову кверху. Из глаз покатились слёзы. Он свободен. Он видит небо, деревья.. руки судорожно потянулись к лицу, закрывая его, после чего он заскулил, не зная как более реагировать. Ослабленное тело упало на бок и беспомощно поджалось в позе эмбриона. Он всё ещё посмеивался, не веря в то, что он не задохнулся ещё там. Скоро тяжёлые капли дождя проливались на землю с неимоверной силой и частотой. Ливень словно омывал тело эльфа от грязи, но куда лучше было бы вернуться. Наконец успокоившись, он оглядел местность. Его окружали кусты волчей ягоды. Символично было его закопать именно здесь.. трава между двумя из них была примята. Осторожно поднявшись - побрёл туда. От слабости его шатало, по телу били судороги, торопиться не столо.  Не хватало ещё расшибиться об какое-нибудь дерево. Вот смеху-то будет: из могилы, дескать, вылез, а помер, въехав башкой в ствол. Ливень ещё не успел размыть следы сапог его могильщиков и борозду волочения. Было двое, как он и думал. Периодически он останавливался, придерживаясь за деревья, чтоб отдышаться, но ненадолго, ведь стоило расслабиться, как перед глазами всё расплывалось. После кратковременных передышек он продолжал брести, пока не вышел на тропу. Она вела к вратам академии. С каждым шагом он приближался, но чем ближе, тем тяжелее было идти. Силы почти покинули изнеможённое тело. Вдали, за воротами он разглядел чей-то размытый силуэт. - Termar! Man elye!? - послышалась от него, когда молодой некромант лихорадочно схватился окостеневшими пальцами за решётку врат. К ним подошёл смотритель и увидел подростка. Промокшего до нитки студента, ослабшего, трясущегося от шока и холода, измазанного в грязи, с воспалёнными глазами и впавшего, поитогу, в блаженное забытие.