Океан моей любви

Я никогда не была послушной, не следовала правилам, а потому, меня всегда ожидали плачевные последствия. Какие — уже другой вопрос. Вот и сейчас, пока Ран упорно возился в бумагах, в поисках чего-то важного, я лишь терпеливо выжидала момент. Нужный, но только мне, момент. Старший Хайтани всегда казался мне чересчур привлекательным, слишком уж он был хорош. Его телосложение, внешность, его голос, сильные руки…м-м-м… Стоило мне только представить, как он сжимает мои запястья над головой, как сладко мне шепчет самые грязные комплименты прямо в ухо, обжигая своим жарким шёпотом мою тонкую шею. Вот и сейчас я сидела на диване, пока он, не спеша распивая свой кофе, что-то искал в тонне ненужных бумажек. Порой мне кажется, что кроме своей работы он не интересуется ничем. Но я не буду собой, если не начну дразнить его в самый не подходящий момент. — Ран, — я сладко протягиваю его мужское имя почти шёпотом. Но этого хватает, чтобы он обратил на меня внимание. Его жгучие аметистовые глаза заставляют меня с ума сходить. Я понимаю, почему в подростковом возрасте он был любимчиком девчонок. Но теперь он мой. Мой любимчик. Мужчина лишь вопросительно изгибает бровь, как бы задавая мне немой вопрос. — У тебя найдётся минутка для своей любимой? — Я подношу подушечку указательного пальца к своим пухлым губкам. Хайтани расплывается в хитрой улыбке, ставит чашку с кофе на стол, отставляя бумаги. А затем Ран смотрит на меня, прожигая своими хитрыми глазами. Он подходит ближе, садится рядом со мной на диване. Гадёныш. Заставит меня делать всё, чтобы ситуация крутилась вокруг него, чтобы я хотела его, а не наоборот. Но ведь так и есть. Я действительно хочу тебя, Ран Хайтани. Безумно хочу. Я придвигаюсь ещё ближе, усаживаюсь на его торсе. Чувствую его рельефное тело даже сквозь ткань одежды. Я кладу свои маленькие ладони на его широкие сильные плечи. Чувствую его выпирающие ключицы сквозь ткань чёрной водолазки, а Хайтани осторожно касается своими мозолистыми пальцами моих бёдер. Я наклоняюсь, чтобы поцеловать его, а мои локоны загораживают обзор, мне не удается насладиться чертами его безупречного лица. Хайтани не даёт поцеловать себя. Он хочет, чтобы я, как послушная девочка, попросила его о разрешении. Но я никогда не была хорошей девочкой, а потому беру то, что не хочу, не спрашивая. Я целую. Жадно, сладко. Обвиваю руками мужскую шею, пока Ран улыбается сквозь поцелуй. Ему нравится мой характер, нравится моё непослушание. — Плохая девочка, — Ран, отпрянув от меня, заглядывает в глаза, проникает прямо в душу. А затем проводит кончиками пальцев по моим рёбрам, проникнув под кофту. Руки у него холодные, я вздрагиваю от резкого ощутимого холода. — Если будешь умницей, я подарю тебе самое лучшее — себя. Да уж, самолюбия тебе не занимать. Я буду послушной девочкой, буду, сукин ты сын, ведь только ты можешь заставить меня чувствовать то, отчего ток проходится по телу, заставляя меня сводить бёдра вместе. Я не замечаю, как Ран нависает надо мной, снимает свою водолазку, обнажая своё изумительное тело. Не удержавшись, я провожу ноготками по кубикам его пресса. О боже, да, это лучшее ощущение, которое я могу испытывать. Чувствовать его сладкий шепот, чувствовать его жгучие пальцы на своём теле, ощущать губы на внутренней части бедра… Я слегка выгибаю спину, приподнимая свои рёбра и грудь ему навстречу. Ран мягко целует каждый сантиметр моего тела, каждую клеточку моей кожи. Тянусь ладонями к пуговице и молнии на джинсах, дрожащими пальцами расстёгиваю, а Хайтани не позволяет мне снять их. Я прикладываю ладони к его чётким скулам, медленно притягиваю его лицо ближе, приподнимаюсь, но он лишь отдаляется. Он с ядовитой улыбкой дразнит меня, пока я медленно теряю рассудок. А затем Ран разрешает мне поцеловать себя, потому что сам неистово этого хочет. Мои губы для него слишком сладкие, слишком вкусные, слишком нужные. Несмотря на свой грозный вид, со мной он всегда нежен и обходителен. Хайтани целует мягко, немного осторожно, но так чарующе. Он отстраняется, проводит кончиком носа по моей шее, заставляя меня немного запрокинуть голову. Я рвано дышу, чувствую, как он умело избавляет меня от джинс. Лёгкий холодок проходится по моим бёдрам, но он тут же сменяется горячим прикосновением мужской руки. Хайтани прокладывает дорожку из поцелуев прямиком к ключицам, заставляя меня сделать очередной глубокий вдох. Я закусываю губу, пока Ран спускается ниже. Его сильные руки сжимают мою мягкую кожу до сладкой боли, вырывая из меня протяжный стон. Ран проводит кончиками пальцев к промежности. Хайтани касается белья, размазывая мою смазку. Я едва слышно выстанываю его имя, выгляжу умоляюще и ему нравится. Нравится слушать мои сладкие стоны, ему нравится моё нытьё, нравится мой жалкий вид. Осторожными движениями рук он стягивает с меня трусики, заставляя щёки рдеть. Ненавижу себя за это. Каждый чёртов раз я краснею, представ нагой перед ним. В предвкушении горячих ощущений я чувствую, как внизу живота завязывается узел. Ран касается языком моих влажных складок, задевая кончиком клитор. Его действия заставляют меня вновь простонать. Хайтани проводит пальцами вдоль ягодиц, придвигая меня ближе к себе. Я зарываюсь своими аристократичными пальцами в его волосы, перебираю пряди, пока он раз за разом проводит языком по моим складкам. Он отстраняется, заставляя меня хныкать от прервавшегося наслаждения. — Моя девочка хочет, чтобы я позволил ей кончить? Хочет, чтобы я довёл её до оргазма? — Его спокойный тон будоражит ещё больше. Я раз за разом твержу заветное да, умоляя его продолжить. И он идёт мне навстречу, Ран медленно вставляет в меня свои длинные пальцы. Хайтани начинает двигать ими, а я лишь выстанываю мужское имя и с каждым разом всё громче. Я пытаюсь свести ноги вместе, но мужчина не позволяет мне этого сделать. Он отстраняется, а я слышу звон ремня его брюк. Он вновь нависает надо мной, но я упираюсь ладонями в его сильную грудь. Я хочу быть сверху, хочу восседать на его горячем теле, хочу смотреть ему в глаза и чувствовать, как из-за них внутри разгорается пламя. И он позволяет мне взять весь процесс в свои руки. Я оказываюсь на нём, упираюсь ладонями в сильные плечи. Насаживаюсь на его член с горячим громким стоном. Я заглядываю ему в глаза, начинаю двигаться. Ран располагает свои большие ладони на моих рёбрах, осторожно поглаживает выпирающие кости. Я слышу его тяжкое дыхание, но стараюсь растянуть момент. То замедляюсь, то ускоряюсь, лишь бы оттянуть сладкое мгновенье. Я запрокидываю голову, закатываю глаза и выгибаюсь в спине. Чувствую, как ладонями он сминает мою грудь, перебирая пальцами мои соски. — Посмотри на меня, хочу видеть тебя в мгновенье, когда ты ощутишь сладкое чувство, — и я веду себя послушно, заглядываю в омут его аметистовых глаз. Пряди волос липнут к моему потному лицу. Я ладонями «слышу» как бьётся его сердце, мы двигаемся в унисон. Толчки становятся быстрее, резче, а спустя пару минут я чувствую, как сладкое чувство разливается внутри, как ток проходится по телу, заставляя меня дрожать. Ран прижимает меня к себе, касаясь подушечками пальцев моих выпирающих лопаток. Я, прильнув ладонями к его чётким скулам, мягко целую его.