Заблудшая душа

Одна невинная и чистая душа,

Любила сильно своего отца.

Любила так, что умерла.

      Август уже близился к концу, но тем не менее теплая, порой даже жаркая погода оставалась неизменной, даря людям возможность последний раз насладиться летними деньками в этом году.       В небольшом городке все затихало, в окнах гас свет, на улицах зажигались фонари. Назвать это городом конечно было сложно, говоря проще это был посёлок городского типа. В центре него было немного многоэтажных зданий, но в основном были построены частные дома и парочку продуктовых магазинов с аптеками. Окраина, где собственно и жила Эмили, была довольно жутким местом. Большинство фонарей там не работало, а те, которые были исправны, светили очень тускло, мигая и даже иногда вовсе отключаясь, но буквально через несколько секунд свет вновь появлялся. Вдоль заборов домов валялся мусор, а на улице стояла гробовая тишина. Молодая девушка лет двадцати возвращалась домой с подработки, ее голова была опущена, а руки придерживали сумку за лямку, которая была на плече. Одета Эмили была в светло-голубые джинсы и белую футболку с черной надписью «loser», поверх буквы s была написана красная v. На ногах были красные кеды. Сама девушка была не высокого роста, но и не низкого, выглядела она очень устало, глаза, под которыми виднелись мешки, слипались и Эмили уже даже засыпала на ходу. Распущенные волосы цвета медовый блонд покоились на плечах по обе стороны и выглядели слегка растрёпанно. Подходя к дому, Эмили остановилась перед калиткой и хотела уже было открыть ее, как услышала звук, будто бы что-то разбилось. Посмотрев в окно дома, девушка увидела на втором этаже отца, который швырял по всей видимости какие-то статуэтки и вазы на пол в комнате. Ее отец снова напился. И такое случалось чуть ли не каждый день. Мистер Гарольд не смог смириться со смертью своей жены, а ведь прошло уже больше десяти лет. И если раньше мужчина пытался сдерживать себя, то последние несколько лет он начал срываться на своей дочери, виня ее в смерти матери. Конечно, Эмили могла бы впервый же раз уйти, но нет, всё-таки он ее отец. Девушка не могла вот так вот попросту бросить его. Эмили была слишком сердобольной и до жути добродушной, любящей персоной. В очередной раз наблюдая за мужчиной, но на сей раз с улицы, девушка тяжело вздохнула. Так больше не может продолжаться, она устала. Эмили было больно смотреть на это. Он страдает из-за нее, по крайней мере так считала она. В очередной раз девушка думала о своем отце, нежели о себе. Вся жизнь Эмили напрасна, так зачем вообще продолжать ее? Уж лучше совершить самоубийство, раз уехать в другой город не было возможности, чем терпеть все эти побои и оскорбления со стороны отца, коий пропивал все деньги девушки. Но нет, Эмили никак не могла понять этого. Девушка поправила сумку на плече. Внезапно, совсем случайно в голову пришла уж очень странная мысль. Эмили решила отправиться на старую заброшенную железную дорогу, которая находилась неподалёку в лесу. Ещё в детстве девушка слышала легенду, о том, что существует состав, машинист которого является демоном. Он может исполнить любое желание в обмен на душу. Может быть всё это не бред сумасшедшего и не сказка, выдуманная для того, чтобы пугать детей в ночь Хэллоуина и Эмили действительно встретит демона, заключит с ним сделку, попросив счастливой жизни для отца. Но, а если поезда не существует, то девушка даже и не подумав о суидциде, благополучно вернётся домой к мистеру Гарольду, коий, будучи в нетрезвом состоянии, толкнет свою дочь так, что та ударится об угол тумбы и к несчастью умрёт. Печально, да? Но тогда это была бы другая история.       Пробираясь через кустарники и высокую траву, а так же через прочую растительность, девушка наконец поднялась на небольшой бугорок, на котором находились рельсы и шпалы. Дорога действительно выглядела очень старой. Ржавая, в некоторых местах отсутствовали дощечки, но что самое удивительное, так это то, что высокой травы здесь не было. Хотя нет, в некоторых местах была, но только притоптаная к земле, будто бы что-то проехало по ней. Оглядевшись по сторонам и не заметив ничего странного, Эмили вздохнула. — Это же просто сказка для детей… Такого не существует, - девушка опустилась на рельсы, сняла с себя сумку и поставила рядом с собой. После этого Роуз, такова была её фамилия, прижала согнутые в коленях ноги к груди и обняла их руками, уткнувшись в них лбом, тем самым спрятав лицо. Эмили полностью ушла в свои мысли.       Что плохого она сделала? Разве она была виновата в смерти матери? Девушка всегда была рядом с отцом, поддерживала его. Эмили никогда не винила его в том, что он пьет и срывается на ней. Девушка считала, мол все хорошо, это просто стресс, со временем это пройдет и отец перестанет заниматься этим. Но увы, мир жесток и не все бывает так, как хочется.       Плечи Эмили немного подрагивали, но нет, она не плакала, и не потому, что сдерживала слёзы, нет, сил просто у девушки на это не было. Она слишком устала за сегодня, да и за последние несколько лет в принципе.       Ну а где-то в этот момент, когда отчаянная Эмили сидела прямо на старых рельсах заброшенной железной дороги, сквозь пространство и время, во мраке никому неизвестной материи мчался состав. Старинный поезд почти всегда находился в Промежутке, соединяющем все известные и неизвестные мира разом, но иногда он покидал это пространство. И это «иногда» наступило прямо сейчас. Вся конструкция паровоза хоть и выглядела ветхой, старой и даже в некоторых местах ржавой, но в скорости нисколько не ограничивала. Говоря о скорости, не помешало бы машинисту сбавить ее, иначе заброшенные рельсы не выдержат состав. — Старый паровозный соста-а-ав, — пропел подхриповатый голос, протянув последнее слово. — Я веду сквозь пространство и время-я-я, — на лице растянулась ухмылка, в то время как когтистая рука медленно опускала переключатель скорости вниз, тем самым уменьшая её. — Но пришлось мне прямо сейча-а-ас, — скорость была снижена и паровоз был готов войти в земное пространство. — Выйти в это земное… Земное… — пение сменилось на задумчивость и подбор нужного слова. — А может там и другая строчка должна быть, я же всё-таки не стихотворец, — продолжил свои рассуждения и пожал плечами тот, кто пел несколько секунд назад.       Раздался противный свист. Эмили, будто бы находясь под чьим-то контролем, выпрямилась, повернула голову в сторону и начала смотреть на горизонт, где по рельсам, прямо на нее, мчался уже не на такой огромной скорости старый, ржавый паровоз, яркий фонарь которого освещал дорогу. Неважно, что девушка бы предприняла, ведь та попросту не могла пошевелиться. А что самое пугающее, так это то, что разум Эмили не был затуманен, она прекрасно понимала, что сейчас будет раздавлена этим железным монстром. Страх овладел девушкой, но как бы сильно она не хотела спасти свою жизнь, ничего не получалось. Эмили полностью была лишена контроля собственного тела. Жертве уже доносился стук колёс. Ещё один противный свист. Паровоз уже в пару сантиметров от Эмили и… Темнота. Но лишь на пару секунд, так как открыв глаза девушка обнаруживает себя, судя по стуку колес, который через некоторое время прекратился, в поезде. Эмили испуганно вскочила со стула, оглядываясь по сторонам. Но никого здесь не было, лишь девушка, да гробовая тишина и чернота за маленькими окошками. А где это собственно «здесь»? Успокоившись, Роуз недоуменным взглядом оглядела помещение, в котором оказалась. Оно было в форме вытянутого прямоугольника с дугообразным потолком, по бокам было по три маленьких окошечка, закрыты занавесочками. В конце и в начале помещения расположены были двери. Ровно по центру стоял деревянный стул, над которым на длинном проводе висела лампочка — единственный источник освещения здесь, пускай и довольно тусклый. Казалось, что возле двери, на которую смотрела Эмили, начал появляться туман, который постепенно становился плотнее и расползался по комнате, тем самым «подталкивая» девушку к противоположной двери. К слову, когда Роуз ещё сидела на стуле, ее взгляд был направлен именно туда. А туман, или же нечто похожее на него сейчас просто направляло девушку в нужную сторону, вызывая почему-то некий страх. Эмили сделала последний из своих медленных отступательных шагов назад, прежде чем упереться спиной в холодную металлическую дверь. Развернувшись к ней лицом, девушка неуверенно опустила ладони на ручку. Немного помедлив, Роуз аккуратно надавила, тем самым опуская ручку вниз. Эмили открыла дверь и тихо, словно мышка, зашла внутрь и так же без лишнего шума закрыла ее обратно. — Я тебе лично дам в руки пятый том справочника хороших манер, на двести двадцать шестой страницы которого как раз таки целый раздел, посвящённый стучанию в дверь перед, собственно, вхождением в помещение, - раздалось прямо над ухом девушки. Обладатель этого голоса явно был недоволен, иначе как объяснить то, что он буквально прошипел эти слова. Роуз вздрогнула и резко обернулась, прижавшись спиной к холодной поверхности двери. — Я…я..., - начала оправдываться девушка, смотря в пол, но стоило только ей поднять взгляд, как на лице застыло недоумение. Перед Эмили никого не было. — «Прошу прощения» начинается с совершенно другой буквы, - тут же раздаётся это по-прежнему недовольное шипение, но на сей раз над другим ухом. Девушка резко поворачивает голову в правую сторону. Снова никого нет. Но Эмили отчаянно пытается разглядеть хоть что-нибудь, что не очень то и получается в этой кромешной тьме. — Невежливо игнорировать слова собеседника. Об этом сказано в третьем томе на сорок пятой странице. Но увы, эту книгу съел Девятый День, - голос изменился на более сочувственный, без шипения и на сей раз доносился спереди, куда собственно и повернула голову Эмили. Раздался щелчок пальцев и в комнате появилось тусклое освещение, напоминающее лунный свет, но что самое странное, так это то, что он шел не с окна, а как будто бы с потолка, проходя сквозь него. Теперь то девушка наконец могла разглядеть таинственного незнакомца. Это было высокое, безглазое и безносое худощавое существо, имеющее пепельно-серый оттенок кожи. Заметив испуганный взгляд своей жертвы, монстр самодовольно улыбнулся, тем самым обнажив парочку клыков. Но уже буквально через секунду на его лице застыла серьезность и если бы существо имело глаза, то в данных момент они бы смотрели на девушку с неким призрением. Монстр стоял примерно в двух метрах от Эмили, но тем не менее ей приходилось смотреть на него сверху вниз, вжавшись в дверь от страха. Дар речи словно пропал, да и Роуз не могла собраться с мыслями, чтобы что-либо сказать. Однако, представление о том, что возможно сделает это существо с ней, если она не заговорит, заставило Эмили открыть рот. — Я…я… П-прошу п…прощения, - еле как выдавила из себя девушка, не отводя взгляд от монстра напротив. Какой-либо агрессивной реакции не последовало. А если быть точнее, то ничего не произошло, существо как стояло неподвижно с серьезным и спокойным видом, так и продолжило стоять. Подождав некоторое количество секунд, Эмили мысленно облегчённо выдохнула и собралась со всеми силами перед тем как выдать следующее. — Я ещё с детства слышала легенду о поезде-призраке....и…, - уверенно начала Роуз, смотря в пол. Эмили нервно мяла пальцы. Девушка сделала небольшую паузу, подняв исподлобья взгляд на существо, которое по-прежнему оставалось в неизменном положении, словно оно застыло, как статуя. Тихонько прокашлявшись в кулак, Роуз опустила руки и продолжила. — И машинист этого поезда демон. Я…мне бы… , - Эмили вздохнула, прикрыла глаза, чтобы собраться с мыслями. — Я на всё готова, лишь бы мой отец чувствовал себя хорошо и прожил долгую счастливую жизнь… Прошу Вас, помогите мне. Я готова отдать свою душу. Стоило только девушке упомянуть о душе, как в помещение погас неизвестно откуда взявшийся тусклый свет, погрузив все в темноту. Раздался звук шагов. Медленных, идущих прямо на Эмили, шагов. Девушка вскрикнула, когда что-то приблизилось к ней. Она закрыла лицо ладонями, зажмурилась и повернула голову в сторону, будто бы это действие могло как-либо защитить бедную Роуз. Буквально через секунду девушка почувствовала лёгкое прикосновение двух когтей монстра к грудине. Маленький белый свет, появившийся под пальцами существа, заставил девушку немного расставить пальцы в сторону и открыть глаза, чтобы посмотреть на него. Но разглядеть огонек Эмили не успела, так как в ту же секунду ее ослепила яркая белая вспышка, после которой в комнате опять появился тусклый свет, прямо между девушкой и существом, которое отошло на несколько шагов назад, но тем не менее было достаточно близко к Роуз. Такое освещение не позволяло разглядеть что-то, кроме монстра напротив, но даже его в подробностях рассмотреть было трудно. Но в то же время не сложно было догадаться, что находятся они в кабине машиниста, правда здесь не присутствовал жар от раскаленного угля, как в обычных паровозах. — Отдать свою душу взамен на счастливую жизнь для отца? В первую очередь думай о себе, - задавая вопрос, машинист поезда сложил руки за спину и наклонился вперёд к девушке, но уже после, он выпрямился и с неким раздражением в голосе произнес следующее предложение, прежде чем сделать небольшую паузу. Девушка стояла молча, иногда поднимая взгляд на безликого демона, не решаясь перебить его. — Почему бы не попросить чего-то более стоящего? - процедил сквозь зубы монстр. - И давай обойдёмся без лишних вопросов, таких как: «Но почему?», «Зачем мне что-то другое?», - машинист передразнил девушку, говоря это со всеми нужными тонами голоса и эмоциями, но потом вмиг успокоился, ожидая ответа Эмили, которая, собственно, недоуменно смотрела на него, а потом вздохнула, взявшись рукой за предплечье и немного сжав его. — Тогда… Тогда я ничего не желаю, - спустя две минуты ответила девушка. После этих слов наступило молчание. Долго молчание. Оно длилось больше десяти минут, но вскоре раздалась усмешка. Эмили подняла взгляд с пола на медленно подходящего к ней машиниста, который с силой схватил девушку за подбородок и притянул её лицо к своему наклонённому, тем самым заставив Роуз встань на носочки. — Ничего не желаешь? Раз так, то попросишь лояльного отношения к тебе со стороны всех пассажиров моего поезда. Дверь, ведущая домой для тебя закрыта навсегда. Поверь, навсегда — это очень долго, - сквозь зубы процедило существо, отпустив Эмили, у которой на глазах выступили слёзы, а на щеках остались красные следы от когтей. Девушка тяжело дышала. По щеке потекла слеза, а потом ещё, и ещё. Сейчас ей было страшно, как никогда. Хотелось, чтобы всё это было просто страшным сном, что скоро Эмили проснётся и всё будет как раньше, но нет, теперь как раньше не будет никогда. Уперевшись спиной в дверь, Роуз съехала вниз, поджав согнутые ноги в коленях к груди. Она плакала бесшумно, лишь иногда раздавались всхлипы, и то они были через чур тихими. Но даже их демон слышал прекрасно. Раздался тяжёлый вздох, а после и голос. — Подойди ко мне, - по прежнему властный, но немного, совсем чуть-чуть смягчившийся, то есть без раздражения. Вытерев слёзы, которые ещё иногда продолжали стекать вниз, Эмили поднялась, осторожно подойдя поближе к существу, но оставаясь на расстоянии от него, которое было до этого. Демон немного сократил дистанцию между ними и осторожно взял руку девушки в свою, поднеся ко рту. Существо подняло взгляд на Эмили и пока та пыталась полностью успокоиться и не обращала ни на что внимания, вытирая слезы свободной рукой, машинист перевернул ее пальцы подушечками верх, а после чего резко укусил указательный. Роуз вскрикнула от неожиданности. На пальце показалась маленькая капелька крови и буквально в этот же момент она была перенесена на какой-то листок ветхой бумаги, который сразу после этого исчез.       Демон ослабил хватку, и девушка в тот же момент отдёрнула руку, прижав ее к груди. Эмили испуганно смотрела на монстра. Она тяжело дышала, по щекам опять потекли слёзы. — Ты можешь идти, - произнес машинист, после чего в кабине снова наступил мрак.       Эмили после этих слов буквально выскочила из комнаты. Девушка вновь опустилась на пол, прижав ноги и спрятав в них лицо. Тело немного подрагивало от негромких всхлипов. Как же так получилось? Всё, что она хотела — счастливой жизни для отца и себя, а в итоге теперь никогда не вернётся домой. Что будет дальше Эмили не знала. Но она сильно боялась. Девушка не знала где находится, не понимала, что с ней произошло. Как так вышло, что эта бедняжка лишилась души, а взамен ей не досталось счастье? Девушка жалела, что вообще вспомнила эту легенду, лучше бы она пошла домой к отцу. Даже сейчас Эмили думала больше о нём, чем о себе. Как теперь он без своей дочери? В мыслях промелькнул несчастный облик отца и от этого сердце больно кольнуло, а слёзы хлынули ручьем. Домой. Девушка хотела вернуться домой. Вскочив с пола, Эмили хотела распахнуть дверь, но та оказалась закрытой. Тогда Роуз с силой начала стучать по металлической поверхности кулаками. — Верни, верни меня домой! Я сделаю, всё, что ты захочешь! Всё! - кричала девушка, начиная уже захлёбываться в собственных слезах. Сколько бы Эмили не умоляла, ничего не происходило. Вскоре от таких криков голос охрип, и девушка всё же сдалась, медленно опустившись на колени перед дверью. Роуз ещё некоторое время очень слабо била руками по гладкой поверхности, пока не переместила ладони на пол. Сил на истерику уже не было. По щекам скатились последние слёзы, а дыхание постепенно начало приходить в норму.