Кошачья мята

- Ваш пробный период будет длиться две недели. Потом, если все сложится, просто автоматически продолжите свою работу, но жалование поднимется в три раза. Сразу предупреждаю, удержаться сложно, но возможно. - Да, да. Я согласен! - Юнги коротко поклонился. Юнги соглашался на крайне странную работу, но выбора у него особенно не было. Их семья всегда жила неплохо. Мама не работала, занимаясь домом и двумя прекрасными детьми. Папа пропадал на службе постоянно и его появление было всегда праздником. Но три месяца назад отец погиб при странных обстоятельствах. Оказалось, что после себя он оставил одни долги. Его жена, мать Юнги и его брата Минхо, привыкшая к спокойной, размеренной жизни, находилась на грани отчаяния, пыталась устроиться на любую работу. Минхо ходил в детский сад и часто болел. Мать раз за разом теряла даже самую низкооплачиваемую работу. Юнги пришлось уйти из университета. Было нечем платить. Он не блистал знаниями, но и отстающим не был. Впрочем, теперь все в прошлом. Устроиться на работу было тоже чем-то запредельно сложным. Вчерашнего студента не особо жаловали наниматели, тем более без опыта. Перебивался случайными шабашками. Вроде того, принести коробки, заменить оператора поломоечной машины. Иногда и вовсе неделю мог сидеть без гроша. Это странное предложение он нашел на сайте поиска работы. Матери не стал говорить ничего. Мнительная Юна не допустила бы сомнительных вакансий. Но Юнги набрал номер быстрее, чем успел подумать. Ему вежливо ответили и пригласили на собеседование через три дня. В обьявлении значилось - требуется компаньон к молодому мужчине с проживанием. В обязанности входит присмотр, помощь при необходимости. Подробности при личном собеседовании. Никакого специального образования не требовалось. Основное были возраст и пол. Через указанное количество дней Юнги вошёл в очень красивый дом, в дорогом районе. Где с друзьями детства как-то мимо пролетал на великах, мечтая на тему, кто где будет жить, когда вырастет. Теперь же его ноги в не очень новых кроссовках ступали по парадной лестнице. И вышколенный слуга со спиной такой ровной, будто бы проглотил лом, открывал перед ним двери, коротко, почтительно кланяясь. - Мин Юнги! Вас ожидают. Прошу сюда. - он указал направление рукой в белой перчатке. Парень слегка охренело поплёлся по узорчатым плиткам пола в уютное пространство, где находилась изящная мягкая мебель в светло-бежевых тонах. - Добрый день, - Юнги вежливо поклонился. Мужчина и женщина, скорее всего семейная пара, синхронно поднялись и вежливо кивнули головами в ответ. - Здравствуйте молодой человек, - старомодно поприветствовал кореец и вполне по европейски потряс его руку. - Меня зовут Пак Джуёнг, это моя жена Наён. Ему предложили напитки, от которых он отказался, желая скорее услышать в чем будет состоять его будущая работа. Наниматели тоже не стали тянуть резину и начали рассказывать. - Помощь нужна нашему сыну. Его зовут Чимин. Он примерно одного возраста с Вами. В силу обстоятельств этот год он проведет в нашем загородном доме. Там есть персонал, но наш сын довольно замкнут и одинок сейчас. Ему не хватает общения со сверстниками, - рассказывала женщина, и Юнги казалось, что он видит слезы в ее глазах, - скажите, Вас это устроит? Вы согласны? - А, что конкретно мне придется делать? Обязанности? - Ваши основные обязанности быть с ним рядом и разговаривать. Смотреть фильмы, гулять, и что вы там в вашем возрасте делаете. Общаться! Я должна сообщить, что наш сын, - тут она слегка запнулась, - перенес очень серьезную депрессию. Клиническую. Он получил необходимое лечение и сейчас находится, как бы это... на реабилитации. Было бы неплохо, если бы Вы следили за приемом лекарств. Но это вовсе не обязательно. В доме есть весь персонал включая медицинского работника. У Чимина тяжелый характер, но если постараться, Вы увидите насколько он нежный ранимый мальчик. Мужчина похлопал ее по руке в успокаивающем жесте. - Я согласен. Когда можно приступать? Только у меня есть небольшая просьба. Я хотел бы за первую неделю получить деньги вперед. Они нужны моей семье. - Без проблем, Юнги. Завтра за Вами приедет наша машина, в восемь утра. Будьте готовы. Вещи возьмите какие хотите, но это не обязательно. Все что нужно Вам предоставят. Деньги будут переведены на счет, как только Ваша нога ступит на землю загородного дома. Интеллигенция, подумал Юнги, рассеянно глядя из окна автобуса по пути домой. Даже у богатеньких мальчиков из идеальных домов бывает депрессия. Или может они так завуалировали слово - наркомания. Это сейчас так популярно среди золотой молодежи. Но лучше об этом не думать заранее. Юнги со всем собирался разобраться. Оплата была такая, что хватило бы на все. Даже отложить на университет, который он надеялся все же закончить. Уже дома, он рассказал матери о том, что уезжает. Юна была в бешенстве, но ничего сделать не могла. Сын унаследовал железный характер отца. И если Юнги что-то решил, то уже бесполезно перечить. Он сделает это все равно. Поиграв с братом, покидав его через бедро, потом защекотав основательно так, что мелкий начал икать, Юнги направился в свою комнату собирать сумку. Пару футболок, шорт, белья, худи, ноутбук и миди клавиатура. Юнги мечтал стать аранжировщиком, научившись играть на фано самостоятельно. Так же, был опыт в написании нескольких песен, которые с удовольствием играли местные университетские группы. Неизвестно, будет ли время у него этим заниматься? Но стоило попытаться. К прочим вещам в сумке полетел джентльменский набор смазка плюс гандоны. А вдруг. Может найдется симпатичный повар... или кто там работает на мелкого говнюка из персонала. Мать крепко обняла сына на прощание, вытирая слезы. Она была уверена, что вся эта затея большая авантюра и ничем хорошим не кончится. Брата не стали будить, чтобы малыш не переживал лишний раз. Юнги окинул взглядом родной дом, маленький, белый и уютный из которого их уже выселяли. Но если сложится все удачно, то дом удастся сохранить. Так Юнги и хотел. Как память об отце и всех счастливых годах которые они вместе провели дружной веселой семьей. Водитель помог загрузить небольшую сумку в багажник. Сам же Юнги плюхнулся в уютный салон поглядывая на отдаляющуюся фигуру тревожной матери. Он смотрел на нее, пока она совсем не исчезла из виду. В дороге парень несколько раз засыпал, потом, проснувшись, пялился в окно на пролетающие мимо деревья, строения и города. К вечеру он прибыл на место. Выйдя, размял затёкшие ноги, окидывая взглядом пейзаж и постройки. Было уже довольно темно, и можно было видеть только строения. Небольшой ансамбль из низких построек с черепичными крышами с загнутыми краями стилизованными под классический корейский стиль, располагался буквой П, соединяясь открытым коридором с деревянным полом. Мягкий свет струился через вытянутые прямоугольные окна дома. Внутри находился небольшой садик, тускло подсвеченный сейчас, но довольно симпатичный. Вдалеке виднелась беседка, тоже не ярко подсвеченная, и что-то похожее на сад на холмах. Юнги поспевал за провожатым, топая босыми ногами по деревянному полу, удерживая сумку, крепко прижимая ее к себе, глазел по сторонам, стараясь не потерять из виду водителя, который его сопровождал внутрь. - Вот, принимайте, - сказал водитель полненькой аджуме в европейской форме для прислуги. - Давай сынок, заходи. Меня зовут Суён. Сейчас я покажу тебе твою комнату. Отдыхай, а завтра познакомишься с молодым хозяином. Ох он ждет тебя, как ждет! Комната оказалась в слишком классическом стиле, на вкус Юнги, который предпочитал спать на нормальной кровати. Тут же ему предлагали матрас на полу, и прямоугольную подушку. Рядом находился низкий столик, возле стены лежачий шкаф, как обозвал его Юнги. Просто шкаф вдоль стены высотой примерно до колена. Двери были раздвижные и никак не запирались. Впрочем, ванна, она же и туалет были, к радости парня, вполне себе современные. Он мимоходом посмотрелся в зеркало, поправляя свежепокрашенные светлые пряди, подмигнул себе. Аджума принесла ему ужин прямо в комнату. Поставив на низкий столик. - Сегодня кушай здесь. Потом будешь есть в столовой вместе с хозяином. Посуду поставь просто за дверь. Хорошенький ты какой, сынок! - Спасибо, - смущенно пробубнил Юнги. Проглотив довольно вкусный ужин Юнги попытался залезть посерфить интернет, но у него почти ничего не вышло. Страницы грузились по полчаса, в конце концов он бросил эту затею. Найдя сохраненные на смартфоне книги, очень долго читал. Потом ворочался и не находил себе удобного положения в новой кровати. Замучился весь, и уснул только к утру. Проблемы начались прямо с момента пробуждения. Юнги и так, по своей природе дико ненавидел утра и все, что с ними связано, но сегодняшнее было худшее в его жизни. Пока он принимал душ все его вещи пропали, взамен предлагалось надеть женское платье горничной, с вшитым белым фартуком, которое висело на вешалке. Размер на удивление был его. - Какого хуя! - прорычал Юнги разглядывая это убожество. И ругая себя последними словами, что не догадался надеть пижаму. Впрочем, он ее тупо забыл взять с собой, и спал в трусах. Хотя, могло бы быть и хуже. Он не признавал одежду во сне. - Юнги, сынок, тебя уже ждут, давай, давай скорее, - прокричала вчерашняя женщина из-за дверей стуча по ним кулачком. - Аджума! - закричал парень с истерическими нотками. - Где моя одежда? Она молчала с минуту, потом извиняющимся заикающимся тоном пролепетала. - Надевай, что есть. Потом попросишь молодого хозяина, он вернет. Он такой шалун у нас. Парень сел на пол, исподлобья гипнотизируя платье! Но хотя бы неделю надо было продержаться. Так как деньги уже поступили его семье, и мама, наверное, заплатила за дом. Юнги напялил платье, тихо матерясь и сильно надеясь, что его белые кеды оставили ему. Мрачно глянул в длинный коридор мимо аджумы. - Ой какой ты милый, - всплеснула руками женщина, - жаль девочкой не родился, ой красавчик! Юнги против воли покраснел придерживая подол спереди. Ему казалось, что тот задирается от любого шевеления воздуха. Как женщины в этом ходят по улице? Непонятно. Юнги мысленно произнес благодарственную молитву богине обуви, так как его кеды остались нетронутые чужой грубой рукой. - А ноги то какие стройные! - продолжала аджума под звук закипающего мозга Юнги. Они прошли по длинному деревянному коридору, вдоль очень живописного внутреннего двора со стилизованными водоемами, в которых росли прекрасные лотосы и другие растения, а так же насыпанными белыми мелкими камнями прекрасными дорожками и островками. Впрочем, Юнги было слегка не до любований. Он понимал, что над ним издеваются, и возможно морально травят. Они вышли из дома и направились в сад, мимо изящной беседки и выставки бонсая на камнях. Сад был очень живописный и ухоженный. Стриженые кустарники и деревья, очень красивый мост через медленно текущий ручей. Несколько больших деревьев с красиво сформированной кроной рвались ввысь давая небольшую тень в жаркий день. - Вот молодой господин, - кивнула аджума. - Подожди, наклонись чуток, - она одела на голову дурацкий ободок с белым кружевом. Юнги подумал, что его дебильный вид стал еще ужаснее теперь. Парень сидел под одним из высоких деревьев с изогнутым стволом, которое выглядело прекрасным и корявым одновременно. Настоящее искусство талантливого садовника. Поза мальчишки была расслаблена. Он привалился спиной к толстому стволу, рассеянно сканировал горизонт. Оперев локоть на колено покачивал кистью руки в ленивой неге. Юнги приблизился, нервно оглядывая своего хозяина. Парень был темноволосый с асимметричной стрижкой, одет как подросток в смешную майку с енотом и джинсовые шорты. Было что-то тревожное в его недовольном ебле, что не понравилось Юнги сразу, какая-то неуловимая страдальческая черта. Ну он вроде как в депрессии, оно и понятно. Хотя светловолосый никогда еще не встречал людей в настоящей клинической депрессии. - О, моя новая горничная, - противным высоким голосом сказал он, когда Юнги приблизился. - Очень смешно, - съязвил Юнги у которого просто не вышло смиренно молчать, - чувство юмора высший балл! - Еще и шипит! - парень нагло улыбнулся пухлыми губами и прищурил глаза, которые превратились в забавные полумесяцы. - О, а ты на кошака похож! Юнги почти срывало башню. Это сравнение с котом, которое преследовало его с детства, выводило парня из себя настолько, что он готов был рвать и метать. Но сейчас был не особо в том положении, чтобы убивать. Поэтому, лишь крепче сжал зубы, и все же не выдержав произнес. - А ты на енота! Наглый и толстый! - хотя парень особо толстым не был, но это первое, что пришло в голову злющему как черт Юнги. - И чувство юмора у тебя говно! - Ты вроде на меня работаешь, поэтому советую тебе подзаткнуться! Я не толстый! - Я работаю на твоих родителей, так что можешь не пиздеть! И ты толстый! Со стороны виднее! - Не шипи, кошак! У меня есть валерьянка! Юнги от бессилия сжимал и разжимал кулаки, потом решил осмотреться, дабы успокоиться и не втащить пиздюку по смазливому лицу. Тут в поле зрения попал парень - садовник, который подстригал кусты. Парень был красив, как Апполон, вышедший минутой раньше из качалки. Одет лишь в полукомбинезон, мускулы блестели от пота. День был жаркий, и наверное он работал уже давно. Парень подрезал кусты бесшумными ножницами, что-то мурлыкая под нос. Юнги внезапно подзалип глядя на это чудо природы. Чимин проследив за взглядом Юнги фыркнул громко. - Что? - сразу агрессивно спросил Юнги. - А, что? - в издевательской манере ответил Чимин сладко улыбаясь. - Тебе сколько лет? - спросил Юнги, поправляя съезжающий ободок на светлой голове. - Мне двадцать два. Вообще, этот вопрос я должен был задать. - Ну так у тебя есть мое резюме. Я уверен. - Не смотрел. Все вы тут на второй день уебываете к херам. Надоели. - О, и много нас таких было? - Достаточно, чтобы заебать меня в доску. Можешь валить на все четыре стороны. Ты не подходишь! - Что, платье не идет? - Юнги нагло задрал подол обнажая стройные ноги и боксеры с рисунком динозавриков. - Нет, ты неудачник! А я ненавижу неудачников! И вообще нахер ты мне сдался, Кошак! - И с чего это, вдруг, я неудачник? Есть разумные обоснования твоим обвинениям? - Да легко! Середина учебного года, ты едешь на работу нянчиться с суицидником. Значит не учишься. Раз согласился ехать куда не знаешь, значит положение отчаянное, у тебя нет денег. Такой ты неудачник! - Пиздец ты мастер выводов. Суицидник... Наверное, меня за это выгонят, но я все же скажу! Ты тоже неудачник, может быть еще посильнее моего. Раз суицидник, но живой такой! Неудачник! Ладно, пошел я собираться домой. Вещи скажи, чтобы мне вернули. Не поеду же я в этом, - он нервно дёрнул за подол черное платье с выглядывающими из-под подола белыми рюшами. - Да хер тебе, кошечка! Походишь в платье, мне оно нравится на тебе. И трусишки зачётные. - Бля... - Завтрак на столе, хозяин, - сказал незаметно появившийся молоденький слуга в форме, но не горничной. Нормальной форме с брюками. Чимин поднялся с земли, меланхолично тряхнув длинной стрижкой, поплёлся за ним. - А мне такую форму как у него не? - Тебе не, - отозвался Чимин, - мне нравится издеваться над своими няньками. - Я тебе не нянька. Не упал ты мне никуда. - Ну, ну, а кто ты? Может расскажешь мне? А дай подумаю! Может ты... Кошак? Юнги зашипел так, словно подтвердил догадку старшего. Столовая выглядела небольшой, но очень уютной. Стол был классически низкий уставленный всевозможными закусками. Им сервировали вместе к неудовольствию Юнги. Но это была часть его работы. Компаньон, компаньон во всем. - Скажи, кот, а ты гей? Юнги закашлялся. - Тебе эта информация зачем? - Да так, издеваюсь. - Это тебя не касается! Или у меня есть обязанности, о которых мне забыли сообщить? - напрягся блондин. Чимин захохотал неприлично громко. - Придурок, - буркнул Юнги, - можно меня по имени называть? Или я тебя буду звать енотом. - Я не енот! - Я не кошак! - Вы так славно общаетесь, - вмешалась аджума всплескивая пухлыми ручками. Поднимая чайник с подноса и расставляя чашечки на столе. Юнги промолчал, хотя пара ласковых вертелась на его языке. Он опустил глаза на свои голые колени выглядывающие из-под ненавистного платья. Парни на самом деле готовы были выдрать друг другу глаза. Ну Юнги то уж точно. - Пошли, покажу тебе кое-что, - сказал Чимин, хватая незадачливого Юнги за руку. Это была комната хозяина. Вполне себе европейская обстановка в ней. Нормальная кровать с высокими подушками. Покрывало со звездами на синем небосводе. Ноутбук на столе и электро гитара на стойке в углу. - Ммм, играешь? - Так, баловство. Смотри! Он подвёл его к столу, где лежала пухленькая папка. Досье на самого Юнги. Он открыл на определенной странице и прочитал. - Мин Юнги, девятнадцать лет. Сексуальная ориентация - гей. Пассив. Встречался с Ким Сокджином, Ли Хваном, и еще даты есть когда встречался и сколько. - Пиздец, - прохрипел Юнги, - это нахрен что такое? Это зачем? - А это, Кошак, мои родители. Стараются теперь. Даже жопы пригоняют, которые можно трахать. - Мою жопу не можно трахать! - он схватился за подол платья. - Да расслабься, Кошак, я на своих таблетках даже подрочить не могу. Да и ты меня не привлекаешь. Просто хочу, чтобы ты знал, кто тебе платит деньги и зачем. - Все, пошли, нас доктор ждёт. У меня таблетки у тебя анализы из всех мест организма. - Надеюсь он найдёт что-то в моих анализах и я поеду домой в штанах, - буркнул Юнги. - Да брось, Кошак! Из тебя отличная горничная вышла. Ебабельная такая. Глаза Юнги медленно превратились из азиатских в европейские от этих инсинуаций. - Хочу снизить дозу антидепрессантов, и трахнуть девчонку! - Так ты не гей? - Гей. Но хочу девчонку попробовать. Ты, что, против? - с азартом спросил старший. - Нет, просто неожиданно как-то. Где искать будешь? Из женщин в этом доме я видел только Суён, она тебе в бабушки годится. - Да есть тут местный ночной клуб. Одного меня туда не пускают. А с нянькой, - он посмотрел на парня, - с удовольствием отпустят. Лишь бы я не лежал сутками лицом в стену. Это их бесит. - Свечку тебе буду держать. Понятно. - Тут главное Богома не цепануть. Ну нашего садовника, ты его видел. - А что с ним? Вроде нормальный такой парень. - Пока он издалека нормальный. Так он транс. Как вечер переодевается девчонкой, губы накрасит, платье наденет и вперед в клуб снимать парней. Это мои родители так гея себе представляют, чтоб жеманный и губы красил. И в общем, нашли его, для меня, пока я тут в гейской тоске гнил. Садовник, впрочем, из него хороший, по этому и остался. Про остальное промолчу. Ну узнаешь, это тот еще кадр. Доктор принимал в такой же комнате, как и спальня Юнги. Он был средних лет с очень живым лицом и специфическим чувством юмора. Он общался с хозяином на равных подшучивая по доброму во время обследования. Юнги пару раз рвался выйти за дверь, было неудобно наблюдать за осмотром и тем более Чимин снял футболку. Стало неловко. Юнги не разрешили выйти и он, во время всех манипуляций, смотрел то на окно, то на ненавистный подол с белым кружевом. - Слушай, док. У меня из-за таблеток проблемы с мужской частью. Можно как-то это поправить? - А, что сразу не сказал! Это же важно! Давно у тебя? Что конкретно происходит? Юнги позеленел слушать то, что ему не надо бы. - Не стоит у меня даже по утрам. А потребность появилась. Собираюсь трахнуться как следует! - Понимаю, отозвался доктор кивая в сторону Юнги. Парень моментально покраснел, потом побелел вскочил с места и заорал: - Да вы не так поняли! Он не со мной будет спать! Я вообще здесь не для этого! - Да ладно, расслабься, платье у тебя что надо! - стебанул доктор под конкретный заливистый ржач Чимина, - и сам хорошенький такой, во вкусе молодого господина. - Что? Он сказал, что не стоит на меня! - он впился взглядом в Чимина, чтобы тот подтвердил информацию! Сказал, ну хоть что нибудь, а тот только ржал заливисто, чуть ли не падая со стула. - Ну так мы поправим, будет стоять, не переживай! - продолжал стебать доктор. - Он вообще с девочками собрался спать! - это был последний козырь. Юнги это выкрикнул голосом срывающимся на визг. - С девочками, говоришь? Ты точно не заболел, хозяин? Юнги одержал победу. Внимание с него сместилось на раздраженного Чимина. - Ой, да ладно. Ну я попробую. А вдруг! - лениво махнул рукой молодой господин. - То есть, когда твои родители год назад призывали попробовать, ты не хотел. А теперь, нам девочки понадобились. Ну какой же ты говнюк. - Я тебя уволю! - Тогда за судьбу твоего члена не ручаюсь! - самодовольно парировал доктор. - Ладно! Выписывай, что там положено. - Свяжусь с твоим психиатром и поменяем тебе терапию, чтобы все стояло и жило. Жди завтра новые таблетки. - Так, а теперь ты, принцесса. Готовься, будем брать все анализы! - Пусть он выйдет! Иначе я не согласен! - Ой ладно! - закатил глаза Чимин. - Платье не помните! Мне оно нравится. И веди себя прилично, Кошак. - Придурок! - И как ты его приручил? - спросил доктор, когда Чимин вышел за дверь. - Что? Ты видишь в чем я одет? Думаю я здесь не надолго. - Это херня, поверь мне. Все твои предшественники не дошли до моего кабинета ни разу. - Думаю, я первый кто дошёл, но не последний. Я за утро уже раз пять пытался уехать домой. Доктор многозначительно покивал. Как и обещал, доктор залез во все возможные места со своими анализами. И даже заверения в том, что он не собирается ни с кем тут контактировать, как-либо не проканали. Юнги вышел из кабинета слегка грустный, с чувством, что его немного поимели. И без удовольствия. В коридоре его перехватила аджума, впихнула в руки маленький поднос с лекарством, поправила ободок и отправила в беседку. - Опять ты? - недовольно фыркнул Чимин. - Ты кого-то еще ожидал? Нанял бы себе гарем и менял бы в зависимости от настроения. Пей свои грёбаные таблетки! - Повежливей, Кошак! - Завались, Енот! - Для тебя я молодой господин! - Ты старше меня на три года. - Не смей звать меня хёном только. - Много чести. Он впихнул в его ладонь стаканчик с таблетками, и тот, засыпав их в рот, сразу все запил большими глотками. А младший на пару секунд подзалип на двигающийся кадык, пока тот жадно глотал воду. Мысленно надавав себе пощёчин он взял стакан из его рук. - Умничка, - ехидно похвалил Юнги. Они провели этот день в саду ничего не делая. Чимин чаще всего молчал, смотря куда-то вдаль, думал. Редко подстёбывал чем-то. Парень нежился на солнышке, вдыхая свежий воздух, без выхлопных газов. Любовался прекрасным садом и домом. Все приемы пищи были строго по расписанию. Меню сбалансировано. Аджума посвятила его в тайны приема таблеток, до еды, после, на утренней заре, на полную луну и прочее такое говно. Юнги все тщательно записал и сказал, что будет отслеживать сам. Выяснились еще интересные обстоятельства. Интернет в этом доме был, но в сильно урезанном формате. Постарались родители Чимина, дабы не искал, как самоубиться и не смотрел гейскую порнушку. Что из этих пунктов важнее было не до конца ясно. До него в этот дом пытались устроиться на роль компаньона около двадцати парней, среди них были даже психологи, врачи, массажисты и один специалист по психосоматике. Но все мимо. Уезжали в первый же день. Юнги же, похоже, собирался остаться на вторые сутки, хотя бы потому, что у него не было штанов. Вечером он обнаружил в своей комнате еще пару платьев, нижнее белье с игривыми рисунками единорогов и динозавров и стопку белых гольф. Тихо матерясь он закрыл шкаф. На самом деле парень почти привык гонять в платье. Оно уже не так его смущало. Все окружающие воспринимали его словно все нормально с его одеждой. Но Юнги все же мечтал о своих шортах и футболках. Это было чертовски унизительно. Но надо было пережить две недели, держаться во что бы то ни стало. И пока шансы были. Обессилено он опустился на свой матрас. Сейчас он казался мягче самых прекрасных кроватей. Вроде бы парень ничего особенного не делал, но устал просто кошмарно. Так не раздеваясь он задремал прямо в одежде. Проснулся через несколько часов от того, что нестерпимо горит лицо. Похоже он долго находился на улице и схватил солнечный ожог. Боль была кошмарная. Юнги залез в прохладный душ, постоял там. Но как только он вышел на воздух кожа начала нестерпимо болеть. От природы сильно светлокожий обгорал на раз и два. Он давно столько не находился на открытом воздухе и тупо забыл, как оно бывает. Решив спросить у аджумы, есть ли крем или что-то способное помочь, Юнги выскользнул из комнаты, мягко ступая босыми ногами по темным доскам пола в ночной росе. Он запутался, где какая комната находится, а скудная подсветка никак не помогала. Решил ломиться в те двери, где виднелся свет. Народу тут не очень много. Аджума сказала, что мучается бессонницей, и скорее всего на нее он и попадет. Постучавшись в первые двери он подождал, потом просочился внутрь. - Аджума? Ты спишь? - О, красавчик! - раздался басовитый голос, который намеренно делали выше на пару регистров с тем, чтобы он звучал как женский. Это был Богом и парень был практически голый не считая трусов, которые спереди едва закрывали, а сзади обхватывали мускулистую задницу двумя толстыми резинками с надписями на английском языке. - Ой, я ошибся, - Юнги попытался сделать шаг назад, запутался в платье, и это было роковой секундой, потому что в следующее мгновение сильной рукой был втянут в глубь комнаты, и дверь плотно закрылась, поглотив нежное тело мальчика в своих душных недрах. - Мне пора! Мне надо идти. - Ты такой хорошенький в этом блядском платье! Новенький? Имя еще такое кошачье - Юнги! Я тебя еще в саду заметил, сладенький такой. - он стиснул парня в медвежьих объятьях и огромные ладони поползли вверх по бёдрам задирая платье. А лицо Юнги обдал алкогольный смрад изо рта, которым тот пытался присосаться к парню. Парень заметался выбираясь из грубых лап этого садовника. - Отпусти, отпусти меня! Сейчас же, - завопил тоненько Юнги. Голос отказал ему и он сдавлено хрипел извиваясь как бешеный. От омерзения испытывая самую настоящую тошноту. Невероятным усилием он смог вырваться, впечатался лбом в дверь, забыв, что она раздвижная. Потом, содрав ногти, все же открыл ее и выбежал. Тяжело дыша вломился в первую комнату, где не было света. Задвинув дверь, тихо прислонился к стене, тяжело дыша и стараясь не издавать никаких звуков. Послышался голос с улицы. - Юнги! Где ты? - Кошак? - хрипло произнос хозяин из глубины комнаты. - Чимин, хозяин! Помоги! - Какого хрена, Кошак, я только уснул! - За мной Богом гонится. Он меня лапать пытался! - голосок Юнги был такой трогательный, такой испуганный и дрожащий, что Чимин невольно начал переживать. С тяжелым вздохом парень встал с кровати, отодвинул дверь, откуда все еще доносился зов возбужденного садовника. - Богом! Ты бессмертный или как? Два часа ночи! - Ой хозяин. Простите. Я тут потерял друга. - Если ты сейчас не заткнёшься и не пойдешь к себе, ты потеряешь свои яйца или работу. - Понял. Извините! - Урод, - сказал Чимин закрывая дверь. Юнги так и остался у стеночки, пытаясь туда врости навсегда. - Пьяный наверное. Обычно он тихий такой. И только когда из клуба возвращается бывает шумит. Но его можно быстро осадить. Юнги все еще молчал, не двигаясь, смотрел перед собой. - Эй, Кошак! Напугался что ли? - Чимин подошёл к нему и тронул за плечо. Сам парень спал без одежды. В одних трусах. Юнги машинально скользнул взглядом по крепкому телу хозяина, но без лишних мыслей, так как находился в полном ахуе. Юнги молчал, дрожа нижней губой, сдерживал слезы. Сегодняшний день вывел его из себя совершенно. Это новое место, это ебучее платье и пьяный садовник, который чуть не трахнул его просто потому, что он шел мимо. - Ну боже! Пошли провожу в твою комнату. Чимин взял его за руку и вытащил на улицу. Влажный дощатый пол был немного скользкий и холодный. Два бледных силуэта засеменили в ночном тумане. - Ну вот и твоя комната, - сказал Чимин пропуская вперед Юнги и заходя сам, - давай снимай платье и ложись. Увидев, что Юнги подтормаживает, хозяин решил помочь ему. Младший позволил парню снять с себя черное платье и сразу нырнул под одеяло накрывшись до подбородка. - Дверь не закрывается даже, - сказал Юнги подняв глаза полные слез на своего хозяина. - Он не тронет тебя. Завтра ему не жить просто. - А сегодня? - Кошак, ну какой ты душный! И тут Чимин сделал то, чего парень не ожидал. Он скользнул к нему под одеяло. Как ни странно, тревоги Юнги не испытал от этого. Наоборот стало как-то спокойнее. Они отвернулись друг от друга. Легли спина к спине не прикасаясь. - Юнги? - О, хозяин знает мое имя! - вместе со спокойствием к парню вернулся обычный сарказм. - Ой не пизди. Что ты делал в два часа ночи в комнате Богома? - Я аджуму искал. У меня лицо обгорело на солнце. Болит. Думал, может знает какое-то народное средство. - С тобой одни проблемы, Кошак. До утра потерпишь. - Ага. Лицо меня как-то перестало тревожить совсем.

***

- Кошак! Ты такой приятный по утрам, - раздался тихий голос прямо над ухом, и Юнги проснулся. Его обнимал со спины хозяин, еще и ногу сверху положил! - Может отпустишь? Я что-то чувствую себя странно. И надеюсь к моей жопе сейчас не твой стояк прижимается. Вроде ты жаловался доктору, что у тебя не стоит. - Иногда бывает, - нагловато ответил Чимин, - у тебя тоже стоит, кстати. - Ну я вроде здоровый и сейчас утро. Прекрати меня троллить! Отпусти, мне надо в душ! - Полежи еще минутку. Я так хорошо спал сегодня, впервые за несколько лет, кажется. - Ты еще трахни меня за это? - Ну только если попросишь, Кошак. - Не найдейся. Пусти твою мать! По правде говоря и самому Юнги было пиздецки приятно. Эти мягкие объятья, легкая щекотка за ухом от дыхания, пока тот говорил. Нежная, но уверенная рука, которая обнимала поверх одеяла. Его грудь, которая тесно прильнула к голой коже спины. Чимин не делал ничего недостойного. Ну, если не считать, прижимающегося к ягодице стояка. Но он даже не тёрся об парня. Однако, дух противоречия велел валить в душ и там дрочить. Он не собирался выполнять молчаливые приказы родителей Чимина, которые тупо его подложили под своего сына, за хорошую зарплату. - У тебя лицо и правда сгорело, - Чимин потрогал щеку подушечкой пальца, - это я виноват. Надо было лучше за тобой следить. - Так вроде я за тобой слежу, а не ты за мной. Куплю крем. Не парься. - Настоящий хозяин заботится о своих людях, пока люди заботятся о нем. - Меня пугает твое хорошее настроение, - ответил Юнги, - не к добру это! - Ой Кошак, какой ты! Твои шмотки в шкафу, сбоку есть дверца. Но платье будешь носить по воскресеньям. Мне нравится как оно на тебе смотрится. - Спасибо хозяин! - обрадовался парень и повернувшись кинулся его обнимать, потом вспомнил про свой никак не опадающий стояк осёкся, прижимая одеяло к паху. - Господин уж тогда. Хозяин совсем по рабоче-крестьянски, - Чимин мило рассмеялся, и, встав, вышел за дверь. Богому по видимому влетело так, что он не отсвечивал вообще. С зеленым лицом стриг кусты в рубашке застёгнутой на все пуговицы и полукомбинезон на нем сидел словно влитой и лямки на месте. Он и не смел поднять глаза занимаясь своими обязанностями. Юнги в шортах и футболке наслаждался зеленым чаем в беседке. Намазанный с утра аджумой какой-то мазью с приятным запахом. Чувствовал себя превосходно. Похоже он начинал привыкать к этому месту и его обитателям. Ну почти. После обеда на кухне, пока Юнги готовил лекарства для хозяина, подошёл извиняться садовник. - Ты это, прости меня. Перебрал слегка, - он положил руку на плечо Юнги, и тот замер неожиданно. Хотя можно было бы сбросить его лапищу и просто уйти. Тело впало в ступор. И садовник расценил это как знак одобрения со стороны парня, и другая рука медленно коснулась талии. - Богом! - раздался голос хозяина и оба парня оглянулись. - Я сказал извиниться, но не лапать! Я тебе сука руки вырву и в жопу вставлю. Ты задолбал! Садовник отдёрнул пальцы словно обжегшись. Начал мелко кланяться. - Виноват хозяин, виноват! Чимин дёрнул за руку своего слугу, чтобы тот стоял ближе к нему. - Таблетки, - пролепетал Юнги. - Давай свои таблетки, краснокожий. Одни проблемы с тобой! Думал из-за платья он так охуел. Но похоже придётся уволить. Жизнь в загородном доме пошла своим чередом. Юнги все больше привыкал. Уже знал, где кухня, у кого-какая комната, где помещение с большими чанами для Кимчи. Знал, что недалеко есть даже небольшой городок с магазинами, барами и единственным ночным клубом. Там, где Чимин собирался искать себе девчонку. Этот факт немало забавлял Юнги, и он подшучивал над своим господином, говоря, что скоро того ждет праведный путь гетеросексуальности. Потом свадьба, потом дети. Чимин тоже чувствовал себя намного спокойнее рядом с новым слугой, хотя об этом он не распространялся. Даже достал университетские учебники. Он хотел восстановиться в следующем году, или перевестись в другой, чтобы те стены не напоминали о случившемся. Хотя это и несколько по детски. Но у парня было около полугода, чтобы хорошо подумать. У него были неплохие отметки и знания, ну и плюс деньги, так что проблем не возникнет ни с какой стороны.

***

Сегодня идем в ночной клуб, - объявил Чимин после обеда, - тебе есть что надеть? - Футболка джинсы, на все случаи жизни. Чимин нагло залез в сумку, раскидав все аккуратно сложенные вещи. - Говнище, - перебирая футболки бормотал Чимин. - В платье не пойду, и не проси. - Наденешь мои. Потом купим тебе, что надо. - Одеваешь меня, как свою шлюшку! - Незаслуженно, заметь! - парировал Чимин. - Трахай своих девочек, а я свою ягодку не для тебя растил! Джинсы все же пришлось оставить свои, так как ноги господина были длиннее и штанины мотались некрасиво. А вот рубашка нашлась с забавными рисунками волны и китов. - Кошак, можешь выглядеть и прилично же! - оценивающе глядя на парня, сказал Чимин. В два прыжка Юнги оказался рядом, повалил хозяина на кровать лицом вниз, заломил ему руки. - Юнги! Повторяй, это мое имя! Юнги! - Кошак! Но у парня был план б! Он начал щекотать по рёбрам темноволосого одной рукой, пока другой удерживал его руки за спиной. Тот взвизгнув начал извиваться. Смеясь в подушки уже икая. - Аааа, отпусти меня, я ненавижу щекотку! - Говори мое имя, и я отпущу, - и ещё сильнее задвигал пальцами по выступающим рёбрам засовывая ладони под футболку. - Юнги, Юнги, все хватит! - прохрипел тот задыхаясь уже в слезах. Светловолосый ослабил хватку отпуская уже хрипящего хозяина, тот вывернулся, схватил парня за плечи, посмотрел на него так странно. Только тяжелое дыхание осталось между ними и обжигающие руки на бицепсах словно плавили мышцы. Юнги сглотнул, глядя прямо на его рот. Ему вдруг внезапно захотелось прикоснуться губами, ну хотя бы подушечками пальцев, размазать влагу по такой пухлой нижней губе. Этот полуоткрытый рот хозяина выглядел слишком притягательно, просто гипнотически. - Не делай так, - сказал Чимин, - не смотри на меня так! У нас ничего не будет. Ни трахаться я с тобой не буду, ни дружить. - Немного неожиданное признание, - ответил Юнги помедлив, - ну раз уже сказал так, скажи и почему? Потому, что я твой слуга? - Нет, потому, что этого хочет она. Моя мать. Она страшный человек, манипулятор. В итоге все выйдет против меня. Так, что, Кошак наши отношения рабочие, не более. - Думаю, мне пора заняться своими обязанностями, молодой господин! - Ну давай обидься еще. - Знаешь, я часто говорю, то, за что ты меня должен был выгнать давно. И сейчас такой случай. Тебе двадцать два года. Слишком ты большой, чтобы зависеть от манипуляций мамочки. Ну трахаться я с тобой и не хотел. Тебе просто показалось. Могли бы друзьями быть, но господа не водят дружбы с прислугой. - Тебя реально следовало бы выгнать пинками отсюда. Нихера ты не понимаешь. Просто уходи уже. Настроения нет тебя видеть. Будь готов к десяти часам вечера. Гандоны и смазка твоя обязанность. - Смазка то зачем? - Если длинно, не все бабы текут, когда меня видят. А если коротко, не твое дело, Кошак. Сказал возьми! - Если мы нихера не друзья называй меня уважительно. Я не раб тебе. Мое имя Юнги. Если так противно, можно и по фамилии. - Обиделся все же. Душнила. К назначенному времени Юнги ждал возле двери хозяина свежий, причесанный и даже побритый. Заходить не стал, было противно после сегодняшнего разговора. Чимин надел белую полупрозрачную рубашку и белые джинсы. Выглядел охеренно. Но Юнги смолчал. Хороший слуга - молчаливый слуга. - Какой, ты. Даже вид душный, - он взлохматил зачёсанные приглаженные волосы Юнги пальцами, на что парень отступил от хозяина, зашипев, как настоящий кот. - Не трогай! - Погнали Ко... - тут он осёкся, - короче, за рулем я, поехали. Сто лет не водил! - Мы же в ночной клуб. Пить будешь, потом за руль? Это опасно. - Я ж на таблетках, балда. Пить будешь ты. - Не буду. Я туда не развлекаться еду. На работе между прочим. - Лучше б я Богома взял, ей богу. - У тебя еще есть шанс. - Все не пизди. Неси свою задницу в машину. На переднее сиденье и пристегнись. - Да, мой белый господин. - Так и называй. Мне нравится. Клуб конечно не блистал роскошью, но был довольно уютный. Народ танцевал под пронизыващие лучи дискотечного освещения, общался, пил. Даже диджей изображал массаж пластинок на подсвеченной сцене. Юнги не отрывал глаз от хозяина, боясь его потерять. Этим жарким летом многие носили белые вещи, и парень страшно боялся упустить его в толпе. И все же потерял. Озираясь, как сумасшедший, толкаясь, искал своего хозяина, поворачивая к себе людей в белой одежде. - Чимин, Чимин, - шептал парень, зная, что если позовет, его голос растворится в общем шуме. Он пытался встать на носочки, чтобы посмотреть сверху не виднеется ли где-то знакомая макушка. Через пять минут ему в грудь уткнулась рука с высоким стаканом с чем-то голубым. - Что, потерял меня? Держи пей. Видок у тебя пиздец. Котенок потерял маму! - Придурок! - Юнги взял стакан и потянул жидкость через трубочку. - Алкоголь! - Да пей! Это же клуб! Я бы тоже пил, если можно было. - Мне надо следить за тобой! - Не переживай, сегодня разок я за тобой присмотрю. Пей, не парь мне мозг! Считай у тебя выходной сегодня. Алкоголь немного ослабил бдительность Юнги, и он уже с добродушным настроением кивал в такт музыке, покачиваясь, глядел на Чимина, который знакомился с девчонками. Девчонки велись на откровенно красивого парня улыбаясь ему в тридцать два зуба, шептали что-то на ухо, трогая крашеными ногтями то за плечо, то за ладонь. С раздражением Юнги заметил, что хозяин с радостью отвечал им, тоже что-то затирая. Прям натурал на выгуле! Заебавшись смотреть на этот цирк, Юнги двинул на танцпол, к тому же и трек зазвучал вполне себе неплохой. Выйдя в толпу, он поднял руки, покачивая бедрами в такт музыки почувствовал на бедрах незнакомые руки. Какой-то парнишка решил танцевать рядом. Юнги это понравилось. Он давно уже не был в клубах, не знакомился и не танцевал. Начал испытывать настоящее удовольствие от происходящего. Иногда поглядывая в сторону господина, периодически сталкиваясь с ним взглядами. - Я Чонгук, - прокричал в ухо парень. - Юнги! - Ты тут новенький? Не видел раньше. - Эй, Юнги, пошли, - Чимин внезапно появился взяв его за руку. - Твой парень? - Хуже. Мой господин! Чонгук белозубо засмеялся и пошел танцевать дальше. - Я тебя не за тем привел, чтобы ты тут обтирался с местными. - Ну простите, господин. Старался не мешать вашей гетеросексуальной природе воплотиться в жизнь. - Попизди мне, - он тащил его за руку с танцпола. - О, Чимини, это и есть твой друг. Хорошенький как и ты сам. Один светленький, другой тёмненький, какая прелесть! - Это Миранда, - познакомил Чимин. Имя явно было не настоящее. Впрочем разницы никакой. - Я не его друг. Я его слуга. - Нихрена себе, - засмеялась девушка, - это правда, или игры у вас такие, парнишки? Сладенькие какие, - она потрепала обоих по щеке, под охуевший взгляд Юнги. - Это правда. Он мой хозяин, - с некой долей язвительности ответил блондин. - Ну погнали, продолжим. За номер платишь ты, хозяин! - Без вопросов, детка, - он откровенно полапал ее задницу прямо под юбкой. Юнги только выпучил глаза и поплёлся за этими двумя извращенцами из клуба. Маленький отель находился практически через дорогу. Наверное, так специально и был построен, для нужд клубного поселения. Номер не блистал роскошью. Небольшая прихожая, санузел, просторная двуспальная кровать, кресло и телевизор. - Чимин, - тонко проблеял парень, - я на улице подожду. Ладно? - Не, Кошак, опасно тебя оставлять. Посидишь рядом. Ты ж пьяный. Расслабься. - Я пьяный, но не извращенец же. - А что, ты котик не будешь участвовать? Ммм как жаль! Ты подумай! Я хочу вас двоих сразу. - Тебе это зачем? - спросил Юнги, пока хозяин возился с замком, закрывая дверь, - он заплатил? - Вот ты глупый, хоть и красивый. Открою маленькую тайну! Девочки так же хотят трахаться как и мальчики, - она потянулась к его губам и Юнги в ужасе отпрыгнул зашипев. Ну как есть, кот. - Да не трогай ты его. - Девственник что-ли? - Типо того, - ответил хозяин. - Господи, как мило, - воскликнула девушка тиская Юнги в душных объятьях. - Хозяин?! - пискнул Юнги, прося ну хоть какой-то помощи. Все же девушка, это не его идея, а жмакают почему-то его. Чимин закончил сражаться с дверью и потянул девушку за талию к себе толкая в сторону комнаты. Юнги тихонько прикрыл дверь и сел в прихожей прямо на пол. В голове все еще продолжалась алкогольная дискотека. Из-за двери доносился низкий голос хозяина и визгливые смешки девочки. Пока все шло по плану. Юнги оставалось только ждать. - Эй Кошак! То есть Юнги. Давай сюда, что велел тебе взять с собой. Парень про себя выругался. Потому, что надо было сразу выдать гандоны и смазку. Но он забыл тупо. Дико смущаясь он приоткрыл дверь в спальню оглядывая картину маслом. На коленях Чимина сидела девчонка в одном лифчике и юбке и лизала ему шею, шаря ладонью по гладкой груди в расстёгнутой рубашке. Губы хозяина сочные сами по себе еще и припухли видимо от поцелуев были красные и блядски мокрые. А ладони гладили у нее прямо под юбкой. Это все Чимин делал глядя на своего слугу в упор, словно изучая его реакцию. А парень практически терял сознание от участившегося сердцебиения. - Да ближе подойди, положи на кровать. Юнги на ватных ногах подошёл к кровати, и вытащив из кармана несколько презервативов и смазку в пакетиках, положил их на покрывало. В это время девчонка схватила его за запястье притягивая ближе. - Ну же, котик. Я не кусаюсь. Вернее кусаюсь, но это тебе понравится. - она потянулась поцелуем мазнув его по щеке, так как парень увернулся. Юнги встретил насмешливый взгляд Чимина. - Может вы поцелуетесь? Как он на тебя смотрит, сладенький такой мальчик. Красивый как девочка, - сказала Миранда. И Чимин послушно потянулся к охреневшему еще сильнее Юнги, практически вовлекая того в поцелуй. Светловолосый в последнюю секунду отодвинулся. Словно гипноз кончился внезапно. - Сядь в кресло и расстегни рубашку. Зря я тебя поил что ли. Давай быстро, - скомандовал Чимин. Иногда у господина был такой тон, когда он приказывал, что мозги включались на минуту позже чем все тело, которое тут же начинало выполнять приказ. Видимо у некоторых это было прямо в крови - командовать. - Какой он миленький мальчик у тебя. Неужели правда слуга? - проворковала девчонка. - Правда, - ответил Чимин уворачиваясь от поцелуя в губы и подставляя шею. Еще успевал смотреть на своего младшего. - Давай, давай расстёгивай. Тебя никто не трогает. Юнги словно сомнамбула расстегнул рубашку не смея оторвать взгляда от хозяина. Тот застонал глядя ему в лицо пока девчонка добралась практически до ширинки джинс, запуская туда свои хищные пальчики. - Идите вы нахер! - с этим криком парень поднялся и выбежал из комнаты, потом из номера, понёсся сломя голову в неизвестном ему самому направлении. Подальше от этого бреда. У Юнги кружилась голова, и еще ему было до опизденения противно. Видеть хозяина с девочкой, при чем, было ощущение, будто тот использовал его вот сейчас. Так глядя, просто трахнул глазами не смотря на то, что на нем верхом сидела девчонка, и, что сам Юнги этого не хотел. Он не подписывался на такие извращения. Вся ситуация была мерзкой с точки зрения господина, и даже просто друга, коим он не захотел быть вообще-то. - Кошак, кошак, - Чимин стремительно догонял его. Стук подошв об мостовую раздавался эхом в ночной тишине. Юнги обречённо остановился, глядя, как бежит запыхавшийся хозяин в расстёгнутой рубашке, которая парусила за его спиной. Юнги развернулся и шагом уже пошел дальше, слыша, как старший его догоняет. - Да стой ты! - он обнял его прижимая к себе, покровительственно фиксируя руку на затылке. - Ну что с тобой, мелкий? Что ты такой пугливый? Никто же тебе ничего не сделал. - Ты мудак! - тихо сказал Юнги и слезы защипали глаза, - что это блядь было? Если хочешь ебаться, ебись. Я тут не при чем! Нет в моем контракте пункта об эротических услугах. Я не хочу этого видеть! - Ладно тебе, никто же тебя не изнасиловал. Никто пальцем не тронул. Что ты злишься? - Это мерзко! Мерзко! И отпусти меня, хули ты меня мнёшь? Я тебе не девка и даже не друг! - Ладно, поехали домой, золушка - истеричка! Юнги вырвался из объятий, даже руку предложенную игнорировал, хотя сам чуток пошатывался от лишне выпитого и эмоций. Так они дошли до машины. - Ты знаешь, у меня даже не зашевелился, - признался Чимин, когда они уже были в пути. Господин расслаблено держал руки на руле кидая осторожные взгляды на Юнги, который находился в крайне подавленном стоянии. Отвернувшись смотрел в окно. - А выглядело словно все на мази, - буркнул в ответ парень и даже не повернулся, - что ты ей сказал? Ты же бросил ее одну в мотеле. - Сказал, что побежал за своим Кошаком. Что я еще мог. Это избавило от лишних объяснений. Так, что вовремя ты рванул, - он засмеявшись хлопнул ладонью по колену. - Прекрати меня мацать! Я тебе не кошак! - Спорный вопрос! Когда они доехали, Юнги вышел из машины и, не посмотрев на хозяина, рванул к себе быстрым шагом. Страшно хотелось помыться, словно его изваляли в этой грязи всего с головой. Чимин нагнал его, схватив за руку, развернул к себе. - Юнги... У меня встал в тот момент, когда ты расстегнул рубашку. - Ты зачем мне это говоришь? Чимин какого хера? Чего ты добиваешься? - истерично закричал парень и слезы снова потекли по щекам. Хозяин провел большим пальцем по влажной дорожке на щеке. - Не смей, - угрожающе сказал Юнги, - ты мне не друг и не парень. Ты мой хозяин! Я твой слуга! Чимин выдохнул, и посмотрел на парня как на дебила. - Просто отвали. Я устал, - заявил Юнги и выдрав свою руку из его хватки пошел к себе в комнату. Там, в душе, под горячими струями воды дал волю слезам, уже по-настоящему. Весь этот вечер был просто кошмаром. И это блядское признание возле двери, явилось прям последней каплей. Какой-то мудаческий коктейль. То ты мне не друг и трахаться я с тобой не буду (не очень то и хотелось, вообще-то), то встал его член ... когда увидел своего слугу, в то время, пока эта девка мяла его яйца! Ну просто бинго.

***

- Время принимать лекарства, - сказал Юнги держа поднос с порцией таблеток, тех, что натощак. Утренние лучи депрессивно светили в окно. Парень ненавидел утра всеми фибрами души. Чимин сонно захлопал глазами. Хотя он обычно просыпался раньше Юнги, но не сегодня. - Ебло то попроще сделай, - отозвался он сонно. Юнги закатил глаза. Хотелось затолкать ему эти таблетки ректально. Но возможно ему это понравится. Господин проглотил все таблетки разом, как обычно. Трепетный слуга вперил глаза в гитару, дабы не смущать взор всяким. - Я в душ, жди меня здесь. Вместе на завтрак пойдем. - Ага... был бы выбор..., - сказал Юнги уже закрытой двери душа. Настроение было поганейшее. Пока старший отчаянно фальшивил в душе, Юнги сев на пол, прислонившись спиной к высокой кровати взял гитару на колени, смахнув пыль. Она ощущалась приятно тяжелой на коленях. Парень погладил струны ощущая их шероховатую поверхность. Потрогал колки, но крутить не стал. За это и по шее можно ж. Юнги не умел играть на струнных, но такие инструменты всегда привлекали его. Даже смог изобразить на одной струне знакомую популярную мелодию. Радуясь, что так быстро подбирается на слух. - Хочешь научу играть? Я не спец, но кое что могу, - распаренный и вкусно пахнущий гелем для душа с манго господин внезапно навис над парнем. - Нет, спасибо, - он хотел поставить гитару обратно на стойку, но Чимин не дал. - Да сиди уж. Вот так зажимай пальцы. Этот сюда, этот вот так. Третий прижми, - давай играй. Зажав аккорд он звякнул по струнам правой рукой, получилось не очень. - Тебе надо сильнее зажать. Давай. Юнги постарался, и вдруг почувствовал острую режущую боль в пальцах. Он зашипел от неприятных ощущений. Он оторвал руки и посмотрел на подушечки где на каждой отпечаталась глубокая красная полоса. Чимин, сидя перед ним на коленях, перехватил его указательный палец, внимательно посмотрел на него и в следующее мгновение засунул себе в рот втянув засасывая. Юнги онемел глядя на эту картину, осязая влажный горячий язык на своем пальце. Он приоткрыл рот и в секунду, которая, казалось, длилась час, на автомате коснулся кончиком языка своих передних зубов. Сердце застучало как сумасшедшее, а сознание превращалось в кашу. - Нет, - прохрипел парень, понимая, что тонет именно сейчас, просто с головой. Чимин, вынув тонкий палец из плена своих пухлых губ. Положив руки на пол, толкнулся губами в губы сидящего, все еще с гитарой, охеревшего парня. И тот ответил, подаваясь на встречу приоткрывая губы, встречая его язык у себя во рту. В следующую секунду прижимал его макушку ближе к себе, наклоняя голову в сторону, чтобы еще глубже проникнуть в этот блядски желанный рот, который он не хотел и хотел одновременно. Чимин оседлал его ноги, зажимая жалобно звякнувшую гитару между их тел. Оторвавшись друг от друга спустя продолжительное время, оба дышали, как после марафона. Юнги в ужасе прижал ко рту тыльную сторону руки, смотрел на господина, который облизывал припухшие губы. - Я с ума схожу, Кошак. Юнги спихнул инструмент на пол, вскочил на ноги. За ним вскочил Чимин. - Не делай так больше! - крикнул Юнги. - Так не делать? - подскочив к парню Чимин снова врезался в желанные губы моментально встречая ответ, чуть ли не стон, - Или так? - его руки заскользили под футболку, нежно и горячо, а бедро упёрлось между ног потираясь о конкретный стояк Юнги. - Бля перестань! - Парень, с усилием оттолкнул господина от себя. - Ладно, - он нехотя выпустил Юнги, все еще ощущая его дрожь под пальцами. - Я пошел, - сказал парень, не отрывая взгляда от хозяина, силясь отодвинуть дверь. - На завтрак пошли. И поговорим, - помогая ему с дверью сказал Чимин. - Я пошел вещи собирать! - Кошак ты затрахал! Я спрячу твои вещи снова. Или свяжу в подвале и ты никуда не уедешь. - Юнги, Юнги, Юнгиии, - повторял Господин, с хитрой усмешкой, словно это слово было сладкое на вкус. Парень выставил ладони в запрещающем жесте. - Не смей! - Ты же мне отвечаешь... - Это физиология. Ты ведёшь себя как гандон! Вчера сказал, что мы даже не друзья, сегодня лезешь на меня. Что у тебя в башке творится? - Ты творишься, Кот. Я знаю, что не прав, просто мне показалось, что я сейчас умру, если не поцелую тебя. А теперь кажется, что лучше бы этого не делал. Потому, что стало все только хуже. - Вот именно. Не стоило и не стоит повторять. Я предупреждаю. У нас рабочие отношения. Почаще вспоминай об этом. - Хорошо! Пока сам не полезешь, я тебя не трону. - Я не полезу. - Ага. *** После утренних событий господин смог взять себя в руки и погрузился в чтение своих университетских книг, помечая что-то карандашом. Юнги находился рядом, но старался особенно не отсвечивать, все еще переживая прошлую ночь и странное утро. Периодически трогая свои губы, чуть шершавые от такого наглого на них нападения, он ловил ебейшие флешбеки и пульс разгонялся до космических величин. Для себя твердо решил, что бросит эту странную работу и уедет, если Чимин только попробует переступить черту. Не смотря на то, что вся его сущность сигналила разноцветными огнями, ну преимущественно голубыми, говоря о том, что неплохо было бы принять горизонтальное положение на своем господине... ну или под ним. А вертикально так вообще огненно. Особенно если прижмёт его спину к своей широкой груди. Юнги порой мечтал о тех таблетках, от которых опадал член как озимый. Но, к своему сожалению, он не знал, какие именно. Потому, что младший Мин, подкидывал подлянки в самые неподходящие моменты. Оставалось только молиться будде, чтобы господин этого не заметил. Он даже порой думал о платье, под оборками которого можно свободно передвигаться с самым жестким стояком. И почему мужчины не носят платья? За обедом Чимин дал торжественное обещание не лапать, не трогать, не целовать, ну и не трахать. Конечно инициатором этого момента был Юнги! Который пригрозил собственным увольнением. Была правда и оговорка... Если того сам Юнги не захочет (а он не захочет!). Было еще одно требование - не называть его Кошак. Но, вот этого ему совсем не обещали. *** В этот день Юнги вошёл в комнату хозяина ожидая его увидеть тошнотворно бодрого, как обычно с утра. Но Чимин лежал не поворачиваясь. У господина был очень чуткий сон, и обычно он подскакивал от малейшего шума. Но в этот раз лежал неподвижно. Поставив поднос с таблетками на стол, парень подошёл ближе, гадая заболел или решил постебать. Он тронул лоб хозяина, отодвигая в сторону темные пряди. - Отвали, - сказал тот не открывая глаза. - Что с тобой? Заболел? - Сказал, же, уходи! Что не понятного?! - Хорошо. Пьешь лекарства и я ухожу. Парень сел на кровати, раздраженно посмотрел на своего слугу. Закинул таблетки в рот и запив снова лег как и до этого. Отвернувшись от парня. Юнги потоптался какое-то время с пустым подносом и не придумав что делать дальше вышел. Завтрак начинался через полчаса, хозяин не выходил из комнаты. Юнги дежурил возле двери. Слоняясь туда-сюда, глядя на мельтешащий по своим делам персонал. - Завтрак через пять минут, я почти все поставила, - крикнула аджума. Юнги заглянул в комнату и застал хозяина в том же положении. Недолго думая он забрался на кровать, трогая Чимина за плечо, гладя по голове. - Господин, пора завтракать, вы еще в душ не ходили. Что с тобой случилось? Чимин молчал, вообще не реагируя. Юнги видел, что он не спит, но почему-то вообще никак не отвечает. Только ресницы подрагивают и губы сжимает, вздыхает. - Ты обиделся? Чимин? Скажи, что случилось! Ну скажи ты мне! - он затряс плечо хозяина. - Отвали, - глухо ответил он. - Но завтрак через пять минут! Тебе надо поесть! Ты тут собрался весь день лежать? Давай вставай! - Юнги откинул одеяло пытаясь стянуть старшего с кровати. - Сказал же уебывай! - сорвался на крик господин, - вообще уезжай домой! Ты уволен! Заебал окончательно! Собирай свои манатки и вали! Ты же давно хотел! - Ничего я не хотел. Мне работа нужна, - глухо забубнил Юнги. - А, деньги нужны, так я тебе переведу! Просто уезжай и подальше! - Он вытолкал парня за дверь и грохнул дверью. - Аджума! - Истерично закричал Юнги и побежал за Суён. - Хозяин заболел. Плохо ему. Лежит ругается. Не встаёт! - А, - отозвалась она крайне спокойно. Не переживай, сынок. У него бывает. Давно кстати он так не делал. Пройдет. - Как это бывает? Что это значит. Как связаться с доктором? - Так хорошо, что ты о нем заботишься, сынок. Он вообще когда сюда приехал, только так и лежал. Потом иногда начал вставать. Теперь не сравнить. Но бывает. - Все равно, думаю, мне надо пообщаться с доктором! Тут Юнги подумал, что он никогда не знал подробности его состояния. Суицид и депрессия не бывают на пустом месте. Надо было все выяснить. Завтрак Чимин пропустил. Ближе к обеду Юнги протиснулся в его дверь проверить. Господин лежал практически в том же положении, с открытыми глазами. Так было даже страшнее. Он не реагировал на звук открывающейся двери, на суетящегося Юнги, который принес чай и воду, унося нетронутый поднос с едой. Невольно подумал, лучше бы кошаком звал и издевался, чем так. Все это его состояние было очень страшным. Скорее всего, это было частью его болезни. Парню не приходилось никогда сталкиваться с подобными расстройствами и он не знал, что сделать, как лучше поступить. Прошли сутки, в поведении хозяина ничего не изменилось. Он едва ел, почти не пил, все время лежал и ругался последними словами на Юнги, если тот пытался с ним взаимодействовать. Хотя ему приходилось давать обязательные лекарства три раза в день. На следующий день аджума дала номер телефона доктора и проводила к телефону. Это был допотопный черный агрегат. Пробегая мимо этого монстра, он всегда думал, что это стилизация. Так как весь дом был выполнен в старо-корейском стиле, но только на первый взгляд. Некоторые вещи были просто декором. Но нет, телефон был рабочий и даже, как оказалось, частенько использовался, для заказа продуктов или вызова водителя. - Алло, док! Это Юнги! Меня Чимин приводил на анализы пару дней назад. - Да не объясняй, я помню кто ты такой. Что случилось? Ты заболел? - Меня беспокоит состояние господина. Он лежит почти вторые сутки глазами в потолок, ничего не ест и почти не двигается. Суён сказала, что у него такое бывает. Но я хотел бы знать подробности. - Ты молодец, что позвонил. Вообще постарайся мне сообщать обо всех таких пугающих состояниях. Скажи, пожалуйста, а этому предшествовали какие-то сильные эмоции? - Да, вообще-то было кое-что. Про то, что он девочку хотел помните? - Ну да, я думал пошутил он. Неужели нет. - Нет, и возможно понервничал. Там ничего толком не получилось. Я бы не сказал, чтобы он сильно расстроился. Но эмоции действительно были. Про остальное случившееся парень не знал как рассказать, еще не знал серьезно ли это или нет. В конце концов решил смолчать. - То есть секса не было ни с девчонкой, ни с ... - Не было у него ни с кем. - Я понял, Юнги. Слушай внимательно. В общем я рекомендую тебе просто находиться рядом. Не тряси его, не требуй встать и веселиться. У него есть определенные травмы и их надо прожить и переболеть. Переплакать, даже. Это своего рода как температура, когда вроде тебе совсем хреново, но тело лечится само. Ему станет легче. Вообще с твоим приездом все стало позитивнее. - Я не заметил. - Ну, не удивительно. Ты же не можешь оценить состояние до. Будь просто рядом и не отсвечивай особо. Если вдруг, что-то сильно поменяется, сразу звони. Есть у меня еще одна идея. Я перезвоню Суён и она тебе скажет тогда, что делать. Держись пацан! Ты наше спасение. - Подождите, доктор. А вы можете мне сказать, что с ним случилось? Из-за чего он так. Чимин сам мне сказал, что суицид. - Ну, все, что мне можно сказать, это несчастная любовь. - Я понял, Вас док! Буду держать в курсе. Юнги включился по полной программе. Принося еду, воду, лекарства. Молчал рядом с ним, просто выполняя свою работу. Хотя было дикое желание встряхнуть его, нахлопать по щекам. Услышать, этот издевательский смех, который так часто звучал пока было все в порядке. - Эй Юнги, сынок! - подозвала его аджума, - в соседнем доме кошка окотилась пару месяцев назад. Посмотри сходи нам кота. Мыши завелись в подвале. Вот сам выбери, я договорилась, что ты придешь. - Правда? - неверяще переспросил Юнги. У него никогда не было домашних животных, но бог знает, как он мечтал! Со всех ног только побежал он услышав адрес, его с трудом нагнал водитель, оказалось соседний дом находится почти в десяти километрах отсюда. Через час Юнги вернулся неся на груди белого котенка с именем Рюнг, что значит - луч света. Аджума всплеснула руками! - Ах ну какой малыш! Белый как снег! Юнги, как счастливый отец, прижимал к себе пищащее от страха кошачье дитя, баюкал его в ласковых руках, гладя по мохнатым ушам. - Я покажу господину. - Конечно, сынок, беги скорее. Надеюсь ему понравится. Парень заспешил на ходу сбрасывая кроссовки, ступая на доски открытого коридора. Раздвинув дверь, он залетел в нее, обернувшись вокруг своей оси закрыл ее за собой. Чимин все лежал рассеяно глядя куда-то в стену. Парень не стал с ним разговаривать, потому, что любые попытки к диалогу приводили хозяина в бешенство. Юнги встал недалеко от кровати, держа истерично мяукающий комок шерсти, не зная, что делать дальше. Чимин медленно повернул голову в сторону слуги. - Кошак принес мне кота?! - Ага, - несмело улыбнулся парень, пытаясь не заплакать, потому что это впервые что-то осознанное, что сказал ему хозяин за двое суток. - Неси сюда. Дай! Чимин сел на кровати и протянув руки взял белого котенка, начал тут же его гладить. Малыш топтал одеяло, принимая ласку, потом лег и уснул. - Ты смотри, признал папочку, - сказал Юнги изумленно. - У него есть корм? Лоток? - внезапно спросил господин. Юнги отрицательно помотал головой. - Боюсь, у нас есть только кот. Аджума сказала, что он будет ловить мышей в подвале. - Суён гляжу слабоумием страдает с тобой на пару. Готовь джинсы и синюю футболку. Я в душ, после поедем в город купим что надо. Какой сегодня день недели? - Воскресенье. - Какого хера ты не в платье? Я тебе четко сказал, носишь по воскресеньям! Юнги не знал, плакать ему или смеятся. - В город в платье не поеду, если только связанный и в багажнике. - Хм ладно. Как зовут кота? - Рюнг. - Хорошо. Воды ему организуй! Юнги был готов целовать кота в его белую пушистую жопу! Сработало! Чимин, отличавшийся повышенной ответственностью, купился на раз и два. И с тем, как быстро он вышел из состояния черной тоски, внушало радостные мысли. Поручив Рюнга заботам аджумы, лично проследив, чтобы у того была миска с водой, пока его новые родители в спешке поехали покупать ему все необходимое для кошачьих младенцев, Юнги побежал уже к заведённой машине старшего. Машина зашуршала шинами по гравийной подъездной дорожке выезжая. Вскоре они уже ехали по трассе, и Юнги наслаждался горячим воздухом, из открытого окна, который колошматил в лицо под бурчание старшего. - Не беси, - сказал Юнги высовывая руку в окно, словно ребенок, наслаждаясь сопротивлением воздуха. - Дофига говорливый Кошак! - Кошак это Рюнг, а я Юнги. Юнги, запоминай! Иначе зачем я его принес? - Слушай, Юнги... Я должен тебе сказать. И ты скорее всего неправильно меня понял, наверное. Когда мы в отеле все вместе. Я обрадовался, не потому, что у меня там привстал. - Не уверен, что хочу говорить на эту тему, - резко сменив блаженное выражение лица на напряженное, ответил Юнги. - Нет, дослушай. Это не с физиологической точки зрения. В этот момент, конечно не самый красивый, просто я почувствовал что-то кроме пустоты. Не знаю как объяснить, чтобы ты понял. Просто когда уходит боль, из-за которой ты решаешь уйти из жизни, остаётся пустота. И это даже страшнее боли. Кажется, что ты мёртвый, хотя вроде и живой. Не чувствуешь ничего, как бы не пытался. Словно ешь и не можешь насытится всё падает мимо рта. Так вот, когда ты сидел там такой напуганный до чёртиков, в этот момент, я почувствовал себя живым снова, на какое-то мгновение. - Расскажи мне всё сначала. Из-за чего всё. Почему ты решил умереть? - на свой страх и риск спросил Юнги, - что случилось? Если только сам хочешь, конечно. - Я хочу, - ответил Чимин, - мне реально хотелось тебе рассказать. Не было удобной минуты. Он замолчал не зная с чего начать. Вцепился в руль так, что пальцы побелели. - Это был твой парень? Слуги же все знают, ну, - попытался помочь Юнги. - Да. Это был парень и мы с ним жили. Семья была, настоящая. Я ... я любил его настолько, что это казалось невозможным. Завидовал сам себе. Мог утверждать, что слышу его мысли на полном серьёзе, а он мои. Мы заканчивали фразы друг за другом. Вросли друг в друга. Я всё ещё вижу его лицо, если закрою глаза, чувствую запах. Кажется, что он через минуту войдёт в дверь и обнимет меня. Я все еще осязаю его поцелуи на своих губах. Юнги молчал, слушая хозяина. Не зная, плакать ему, ревновать или пугаться. Так как продолжение этой истории, вернее, ее конец, был вполне очевиден. - О нем, вернее о наших отношениях, узнали мои родители. В Европе такие пары более или менее нормальны. Там на это вполне спокойно все смотрят. Но не в корейских семьях, тем более в знатных. Я не понимаю, почему в наш век, понятие знать и позор все еще в ходу! Откуда такая средневековая зашореность и сын гей личный позор родителей. И мать, сделала свой ход конем. Она предложила семье моего парня деньги. Просто неприличную сумму. И они взяли. Как оказалось, их бизнес разорился именно в этот момент и образовались огромные долги, которые с лихвой покрыла эта сумма денег. Мать обратилась напрямую к его родителям. Это долго меня приводило в какое-то подобие надежды, что он не сам. Это не его решение... Даже сейчас, что-то царапает такое. Но он уехал. Мои родители устроили его в другой университет используя свои связи. - Ты прости, но это странное решение. Это же не сделает тебя натуралом, - тихо сказал Юнги. - Да, верно, но там было свое обоснование. Что, пусть я гей, но у меня не должно быть постоянных связей с мужчинами. Легкие увлечения, перепих, да. А вот отношения, нет. Они меня потом должны были женить на девушке, и как бы уже не важно, жил бы я с ней или нет. Главное лицо сохранить. И когда все это произошло, я как сумасшедший пытался с ним связаться. Он сначала отвечал односложно, словно в один миг стал чужим, потом тупо заблокировал меня везде. Я долго думал, как такое возможно. Потому что воспринимал человека как продолжение себя. Думал на тему, как бы я поступил на его месте. Могли бы так на меня надавить родители, что из-за благополучия своей семьи можно оставить такую любовь. Практически соулмэйта. И ответ не был найден. Это сводило меня с ума. В какой-то момент я не захотел жить без него. Без его участия, даже без его присутствия рядом. Хотя бы в поле зрения иногда... Меня нашли чисто случайно. Когда я порезал вены, сел в горячую ванну, забыл закрыть кран. И вода полилась на соседей снизу. Они выломали дверь и нашли меня. Откачали только потому, что сосед оказался врачом. Я хотел бы остаться там и никогда не просыпаться. Он потер шрам на левой руке. Тот был небольшой, почти не заметный, но все же был. Юнги посмотрел на него испуганно. Он не представлял, что такие эмоции можно испытывать уже спустя длительное время после случившегося. - Когда пришел в себя вообще не чувствовал ничего. Какая-то зияющая дыра в груди, в которую ветер свищет. Больно так, что невозможно дышать. Кричать невозможно. Это какой-то внутренний оглушающий вопль. Слез нет, крика нет. Ничего нет. Тупая пустота. Меня накачивали лекарствами, я где-то год провел в больнице в состоянии овоща. Потом стал приходить в себя, есть, гулять. Меня привезли сюда. Дальнейшее ты уже знаешь. Это смешно, но мать готова была вернуть все, и парня того, и вообще любого парня достать и на блюдечке принести. Лишь бы я не сдох. Позор-то какой... Неизвестно что стыднее, сын - гей или сын - суицидник. Она наверное сама еще не решила. - Спасибо, что рассказал. Я стал больше тебя понимать. Хотя, я не знаю, что тебе вообще ответить на эту историю. Мне страшно. - Ничего не надо, Кошак. Я рад, что ты рядом. Хоть и характер у тебя говно. - Кто бы говорил, - зло ответил Юнги. - Не шипи, кошак. Мы уже приехали, - Чимин щёлкнул поворотником и припарковал автомобиль. Новоиспечённые кошачьи родители затарили весь багажник и заднее сиденье самыми нужными вещами для кота. Похоже ему не грозило в этом воплощении хоть раз понюхать мышь. Этого кота ждала поистине королевская жизнь. Уже стемнело, и они ехали по пустынной дороге освещаемой только лишь светом фар. - Наверное Рюнг уже голодный совсем. - Суён нальёт ему молока. Пока кот маленький ему можно, так хозяева сказали. Они помолчали. Очень ответственный господин немного успокоился. Потому, как всерьез теперь опасался за своего нового питомца. - К нашему сегодняшнему разговору, я хотел бы добавить, - немного помолчав сказал Чимин. - Я виноват перед тобой, Кошак. Сам целоваться к тебе лез, признавался в чем-то. Но я совершенно не представляю, если он приедет, что я буду делать. Как я себя поведу. Поэтому, если вдруг я еще хоть раз к тебе полезу, пожалуйста, напомни мне или себе об этом. Мне было больно. Я не хочу, сделать больно еще и тебе. Ты не достоин такого отношения. - Ладно, - целый поток мыслей пронесся, в голове у Юнги. - Вот и хорошо, - словно поставил точку Чимин.