Помни, что небо всегда голубое

За окном порывы холодного осеннего ветра срывали с деревьев уже пожелтевшую в некоторых местах листву и кружили её по двору. Сухие листья, словно следы прошедшего лета, рассыпались по бетонному прямоугольнику перед школой. Марго следила за танцем природы, подперев голову рукой, и не обращала никакого внимания на учителя. Недавний развод родителей и переезд из родного города занимали все её мысли. Сердце болезненно сковывали ледяные цепи страха. На подкорке сознания крутилась предательское «Во всём виновата я». Разумом Марго понимала, что родители развелись из-за измены отца, а из столицы в провинцию их с матерью вынудили переехать высокие цены за аренду квартиры, но бессознательно она винила себя. Это разногласие между здравым умом и бессознательными мыслями выливалось в порезы на запястьях, которые приходилось прятать под широкими браслетами. Из раздумий Марго вырвал голос Евгения Михайловича. Учитель остановился возле её парты и уже минуту наблюдал за ней. Наконец, не выдержав такой наглости он заговорил: — Маргарита, — манерно растягивая слова произнёс учитель, — Скажите, что такое интересное вы делали сегодня ночью, что вам приходится отсыпаться на моих уроках? Послышались сдерживаемые смешки однокласников. Марго вздрогнула и подняла непонимающий взгляд учителя, пытаясь понять: что от нее хотят? Евгений Михайлович смотрел на неё так, будто и в правду хотел узнать, чем его ученица занимается по ночам. — Вас это не касается, — немного грубо ответила Марго. — Ооо, разумеется, — холодно усмехнулся учитель. Спустя пару мгновений он добавил, — Вон из класса, не мешайте мне вести урок. Евгений Михайлович вернулся на кафедру. Марго проводила его злым взглядом,, молча поднялась из-за парты и под пристальными взглядами одноклассников вышла из кабинета. Сил, да и желания, спорить с Евгением Михайловичем не было. К тому же, стены класса давили на Марго, и вырваться из их душного плена на десять минут пораньше она была совсем не против. Оказавшись в прохладном коридоре она прислонилась к стене и закрыла глаза. С каждой секундой стук сердца отдавался в ушах все громче. Марго сползла по стенке и обняла себя за колени. В тишине собственные мысли казались необычно громкими. В классе Марго просто не замечали. На переменах она постоянно сидела в наушниках и рисовала в блокноте, а на уроках почти не отвечала и ни с кем из однокласников не общалась. Её это вполне устраивало. Марго всегда была одиночкой. Общество книг, гитары, наушников и плюшевого лисёнка было для нее куда приятнее чем шумные тусовки. Если кто-нибудь и заговаривал с ней, Марго терялась и не могла сказать хоть что-нибудь связное. Некоторое время она пыталась что-то с этим сделать, но безуспешно. Десять минут до конца урока пролетели незаметно. В коридор высыпали ученики, громко смеясь и переговариваясь. Трель звонка и веселые голоса разорвали ватное одеяло мыслей, окутавшее разум Марго. Она поднялась с пола и пошла прочь от кабинета. Выйдя на крыльцо школы Марго прислонилась к холодной колонне и оглядела двор. Ветер швырнул ей под ноги несколько кленовых листочков. Марго потянулась к сумке на поясе, чтобы достать смартфон. Пальци наткнулись на пустоту. Паника холодным комом свернулась в желудке, но в следующую секунду Марго вспомнила, что сумка вместе с джинсовкой остались в кабинете. Глубоко вздохнув она развернулась, чтобы вернуться за вещами, и нос к носу столкнулась с одноклассницей. — Ты забыла, — сказала та, протягивая Марго её вещи. — С-спасибо... Агата, — немного замешкавшись поблагодарила Марго, так как не была уверена в том, что правильно помнит имя. Агата улыбнулась и сделав шаг в сторону. И во время. Из школьных дверей хлынула волна младшеклассников, сносящих всё и всех на своём пути. Осенний ветер пробирался под тонкую блузку, и Марго надела джинсовку. Ей внезапно захотелось начать разговор, но слова никак не приходили в голову. Выручила Агата. Она скользнула взглядом по россыпи нашивок и значков, прикрепленных к джинсовке, и глаза у нее засияли восторгом. — О! Ты тоже их слушаешь? — спросила она, указывая на значок с эмблемой малоизвестной рок-группы. — Да. Меня брат двоюродный подсадил, — немного заторможено отозвалась Марго. — Я недавно на их концерте была. Фронтмэн у них просто прелесть! А какой альбом тебе больше всего нравится? Разговаривать с Агатой было непривычно легко. Язык с непривычки спотыкался на самых простых словах. Но через некоторое время Марго вполне освоилась в непривычной для себя ситуации и начала сама задавать вопросы. От Агаты веяло добротой и позитивом. Она была из тех людей, что всегда помогут и поддержат. Марго непривыкла, что незнакомые люди могут быть такими, слишком уж часто её отшивали грубыми фразами. Оказалось, что Агата ходит в художку, любит ту же музыку, что и Марго, и живут они на соседних улицах. Она была валантером в приюте для животных, и Марго этому не удивилась. Все в Агате говорило о ее большом сердце: и открытое лицо, и большие голубые глаза, и веселая улыбка. — А почему вы переехали? — через несколько минут разговора спросила Агата. Марго вздрогнула и отвела взгляд. — Не важно. — резче чем хотела отозвалась она. — Хорошо, я не настаиваю, —легко согласилась Агата и добавила, немного задумавшись, — Помни, что небо всегда голубое. Марго тогда не придала значения этой фразе, но запомнила её. В это же мгновения из школы вышел Евгений Михайлович. Остановившись за спиной Агаты он устремил на Марго холодный взгляд. — Магу ли поинтересоваться, что вы здесь делаете? Занятия закончились полчаса назад. Агата, не слышавшая шагов учителя, вздрогнула, но не обернулась. — Как полчаса? — воскликнула она и взглянула на наручные часы, — Правда! Досвидания, Евгений Михайлович, нам пора! И, взяв Марго за руку, она спустилась с крыльца. Листья шуршали под ногами. Агата продолжила разговор, не выпуская руку Марго. — Он у нас местный Северус Снейп, но договориться с ним можно. Сам по себе он мужик нормальный. С припиздью, но в рамках разумного, — сказала она про Евгения Михайловича, когда они отошли от школы на приличное расстояние. Дорога до дома показалась слишком короткой. Марго чувствовала, что от простого разговора в душе распускались цветы. «Возможно, — думала она, слушая рассказ Агаты про школьного призрака, — Возможно мне стоит ещё раз попробавать завести друзей?» Распрощавшись с Агатой на повороте к своему дому и обменявшись контактами Марго через пару минут уже была дома. Разувшись и сняв джинсовку она вошла на кухню, где бабушка, приехавшая в гости на пару дней, пекла пирог. — Привет, а где мама? — В магазин пошла. А ты чего так долго? Занятия ведь давно закончились? Как день, вообще, прошёл? Марго вкратце пересказала прошедший день. Через несколько минут вернулась мама. Сели пить чай. Марго была веселее чем обычно, и мама, наблюдая за ней, улыбалась. Но вечером её накрыло. Страх перед будущим сковал ее надёжнее любых оков. Марго кусала мокрую от слёз падушку, чтобы не закричать. Её изнутри выжигали эмоции, каторые она не могла выплеснуть. Руки уже потянулись к концелярскому ножу, спрятоному под матрасом, как вдруг она вспомнила: «Помни, что небо всегда голубое». Эта фраза словно перевернула что-то в внутри. Она вскочила с кравати, бросилась к столу, включила лампу и начала писать. На бумагу ложились слова. Слова переплетались в строки. Строки в строфы. Почерк был едва разборчивым, но это не имело никакого значения. Ручка выскальзывала из пальцев, но даже это не мешало потоку сознания превращаться в стихи. Закончив, Марго перечитала написанное и разорвала лист на мелкие части. Эмоции и желание умереть поутихли. Она сложила обрывки бумаги на край стола и легла спать. Впервые за последние месяцы Марго проснулась без слез. Выглянув в окно она увидела, ясное небо. Собравшись и доехав в школу с мамой, Марго вошла в класс с улыбкой и села на своё место. Подумав она не стала надевать наушники и подготовилась к уроку и. — Доброе утро! — бодро сказала Агата, сев рядом, — Ты не против, я подсяду? В её глазах искрилось голубое небо. Марго кивнула и улыбнулась. Небо всегда голубое.