Когда Роберт - олень

Пицель с утра, даже до уборной, принес новое зелье. Горче прежнего, но здоровье надо было как-то восстанавливать, да и бокал с лимонной водой и медом исправил ситуацию. После процедур лорд Десница первым делом пошел проведать сына: Роберт рос болезненным, только тщательная забота супруги и мейстера удерживала его от того, что произошло с его братьями и сестрами. Семя крепко. Это не про него, его семя было выстылым и негодным и в предыдущих браках. Вина его, не Лизы, на ее долю и так пришлось. Было бы известно, кто посмел под покровом ночи изнасиловать младшую дочку лорда Хостера, и тот отомстил бы. Сама Лиза того не помнила. Но что же - он был уже дважды вдовцом и не просил девичества. Зато его наследник родился, хоть и не самым здоровым, но живым. -Здравствуй, сын, - сказал он, только появившись в покоях Лизы и Робина, - Как ты себя чувствуешь? Лиза посмотрела на него недобро и плотнее прижала мальчика к груди: -Он в порядке. -Лиза, у него были припадки? -Нет. Ответила слишком быстро. Слишком. Мальчик выпустил материнскую грудь и потянулся к нему ручонками: -Папа! Я хацу иглаться с котиками, как плинц Томмен! -Ты не будешь этого делать, Робин. Ты слишком слаб и мал. - Сурово сказала Лиза. Аррен подошел и взял малыша с ее колен, и тут же его разобрал проклятый кашель. Жена моментально схватила Роберта и прижала к себе. -Не трогай его, пока не выздоровеешь! Мейстер говорит, что твои миазмы могут на него влиять! Роберт уже покорно сидел в материнских объятьях, хоть Джону и казалось, что мальчику хотелось побыть именно с ним. И опять кашель. -Уйди, Джон, - завелась Лиза, - или ты хочешь, чтобы наш драгоценный малыш никогда не поправился? -Мама, папа болеет! Вейки... велийкий мейстель совсем его не лечит? -Я и на самом деле лучше пойду, - Джон Аррен даже не знал, почему ему остро захотелось покинуть покои супруги, - Робин, поправляйся, сынок. Хорошего тебе дня, Лиза. Только уже поднимаясь по лестнице он не к месту вспомнил бредовое предупреждение Роберта: "Вас или казнят, или отравят". Смешно, конечно, но с его сыном было очевидно что-то не то. Как и с ним самим. Вернувшись в свой солярий, он обнаружил маленький кувшин с вином, большой - с отваром и, зачем-то, крошечную склянку с маковым молоком. Хмм. Вроде, он Пицелю не жаловался на боли (пусть они и имели место). Джон внимательно обнюхал обе открытые емкости. Разумеется, мейстерского образования у него не было - зато имелся жизненный опыт, привычка проверять еду в замках вассалов (а в Красном замке - и подавно), а так же знание о ряде ядов, которые не убивают сразу по принятии питья или еды. Пахло все нормально, ровно так, как должны пахнуть вино или отвар. Хотелось еще поесть - но он и не просил пока слуг о завтраке. Подлая мыслишка - а что, если король был прав в своем бреду, - опять куснула его мозг. -Эмни! - Позвал он, и тут же маленькая служанка появилась на пороге. - Подай на завтрак кашу, небольшую перепелку, кусочек тушеной тыквы и позови королевского стряпчего, Байема. Он первым будет сегодня пробовать все, что собираюсь съесть я.