Они любят тихо

      Тишина. Абсолютная. Единственное что иногда её прерывает, это ветер который колышет деревья и бамбук. Ну, всё-таки пол второго ночи.       Но сейчас вместе с ветром тишину прерывает чьи-то тихие шаги. Человек в белых одеяниях вышел из бамбукового леса и подходит к маленькому домику, который сделан из того же бамбука.       Мало кого пускали внутрь, а некоторым просто не открывали дверь, но Лю Цингэ просто открыл дверь и зашёл, как будто это его дом. Внутри было темно, что удивительно, ведь хозяин обычно работает до рассвета, спя около трёх часов, из чего следует что свет горит всю ночь, как минимум для того чтобы сделать себе чай и хоть немного проветриться. Но сейчас всё иначе.       Бог Войны тихо зашёл в спальню Цзю, закрыл дверь, я глянул на спящего шисюна. Раньше бы он обрадовался, ведь несмотря на старые, настоящие, ссоры, Цинцю всегда выглядел как живой мертвец. Нездорово бледная кожа и мешки под глазами, болезненно уставшее лицо. И дураку было бы понятно, что этот высокомерный и подлый человек почти не спит. Но сейчас, когда они вместе около двух лет, вид спящего мужчины совершенно не успокоил, даже наоборот, заставил сильно нервничать. Он ведь не может спать сам… Постоянное чувство тревоги не давали этого… Но даже если и получалось, ужасные сны изводили его, не давая после и глаз замкнуть.       Из-за этого по возможности они всегда спали вместе. Только в объятиях боевого брата Цинцю мог расслабиться. Мог забыть прошлое, тонув в нежных поцелуях. Мог прижаться всем телом.       Быстро подойдя к кровати. лорд пика Байчжань рассмотрел усталое и напуганное лицо своей второй половинки. Да, он спал. Хотя… Можно ли это назвать сном? Когда просыпаешься через час-два, весь зажатый и за мученый, а сил совсем не прибавлялось.       Сняв с себя сапоги и верхние одежды, Цингэ залез под одеяло и прижал к себе дрожащее тело.       — Цинцю… — тихо проговорил Бог Войны и потормошил пару за плечо. — Шэнь Цинцю, просыпайся!       — То от любого шороха просыпается, то спит как убитый, самому себе же делая хуже.       — Эх… Похоже придётся применить запретную технику…       Лю Цингэ так же обнимая Шэнь Цинцю за талию сел. Положил голову брата себе на грудь, правую руку на макушку, а левой взял Цинцю за руку переплетая пальцы. *Тяжёлый вздох       — Надеюсь что после этого он не выставит меня за дверь… ....... ........... ....................       — Любовь моя, что с твоим прелестным личиком?       Горячо шептал Бог Войны попутно перебирая пряди волос. Но на этом он не остановился.       — Так скривил свои мягкие губки… Что же так тревожит тебя, радость моя?       Глаза начали медленно открываться, но Байчжановец решил добить его.       — Если кто-то посмел обидеть тебя, скажи мне, я от него и мокрого места не оставлю… Ты ведь не против?       Это была последняя капля… Шэнь Цинцю резко открыл глаза полные недопонимания. Но мальчик он у нас не глупый, увидев красивое лицо своей второй половинки, его выражение лица и позу в которой они сидели, понял…       Он что, опять пользовался его слабостью к ласкам и милым прозвищам?!       — Т-ты… Опять! — А-Цзю резко отстранился и слез с ног Лю Цингэ. — Т-ты же в прошлый раз обещал что не будешь так больше делать! И в позапрошлый! И поза-позапрошлый!       Лорд Пика Цинцзин продолжал возмущаться и истерить пока его шиди сравнивал его с гордым, белым котом. Ну а что… Похоже! Но из этих великих размышлений его вывел крик.       — Ты вообще меня слушаешь?!       — Да успокойся, сам лёг спать без меня, вот и сниться всякая ересь из-за которой тебя постоянно надо будить! — после сказанного Бог Войны обратно подтянул свою половинку и умостил их в прежние положение. — А теперь давай нормально поспим, и не бойся будить меня если что.       — Мф… Кто тут боится…       Приподняв голову А-Цзю одарил щёки Лю Цингэ поцелуями, а потом лёг в прежние положение.       — Ты говорил что придёшь к закату… Я тебя долго ждал…       Точно. Он же пообещал что придёт когда начнёт садиться солнце.       — Прости.       Последовал нежный поцелуй в лоб.