Hamartia

- У тебя все еще не получается погрузиться в Тень? Он устало мотнул головой. - Сколько раз ты пытался? - Всю ночь. Я глаз не сомкнул. - Думаю, все дело в скверне. Она питается тобой и… - Я не собираюсь это обсуждать еще раз. - Ладно. Они стояли на террасе, опираясь на быльца, и рассматривали сад с возвышения. Ярослава осторожными шагами спустилась вниз по небольшой лестнице. Дарклинг провожал ее взглядом. - А у меня все еще не получается разрез. - оповестила она его. – я не понимаю как эти твои движения сгущают материю. - Потому что ты не привыкла к такому использованию своей силы. – оттолкнулся он от перил и последовал за ней. – мы выросли на разных учениях и использовали наши силы практически диаметрально противоположными подходами. - Мне нужна практика. - Естественно. Но сначала тебе нужно понять сам процесс. - Да я уже сотню раз пыталась, не работает! - Потому что ты пытаешься призывать, проникая в материю. Так работает твой подход, но не мой. Мы не проникаем вглубь, мы управляем, подчиняя своей воле. - Для меня это неестественно. – надулась девушка. - Тогда, возможно, тебе стоит отказаться от идеи овладеть разрезом. – Александр посмотрел на нее сверху вниз. Она злобно зыркнула в ответ. Затем расставила ноги и свела руки, концентрируясь. Он с любопытством наблюдал за потугами новоиспеченной ученицы. Дарклинг в целом любил в последнее время наблюдать за ней. Сам того не заметил, как ее темнеющая макушка постоянно начала сама находиться глазами в толпе. - Ты должна научиться собирать материю воедино и концентрировать ее, делая плотной. Твердой. Как сталь. Для этого нужны умения и концентрация. Она сжала зубы, зажмурила глаза, а все тело сковало в натянутую струну. Дарклинг скептично осмотрел это. - Нет, - устало выдохнул он, - так у тебя ничего не получится. - Черт! – после очередной неудачной попытки Ярослава в сердцах ударила ногой о землю так сильно, что вокруг них поднялись небольшие завихрения хаоса, расходясь словно волна от ударившейся о воду капли. С ближайших деревьев сорвались и залопотали крыльями птицы. - В этом и проблема. – осмотрев верхушки, произнес заклинатель – Твоя стихия сильна. Но ты не контролируешь эмоции. Они - яд для гриша. - Мои эмоции помогают мне призывать. - Тогда давай. – Пригласив жестом, скрестил он руки на груди – призови разрез, раз у тебя все получается правильно. Он был на волосинку от того, чтобы разразиться сильнейшим смехом, наблюдая как Ярослава кипит, будто топится изнутри в своей злости, но ничего не может сделать. Будто она сейчас взорвётся от ярости, и от них двоих останется лишь кучка пепла. Внезапно Дарклингу пришла в голову идея. - Ты не можешь понять теорию, и это самое сложное. Но я могу тебе помочь. Иди сюда. Она недоуменно сделала два шага вперед, становясь к нему ближе, но все равно сохраняя дистанцию. Он просто шагнул навстречу, оказываясь к ней вплотную. И сделал то, что сделала недавно для него она: положил руку ей на сердце. В этот раз они дернулись оба от пронзившего их разряда. Было ли это последствием их необычной связи, либо уже что-то другое… Гриши застыли, заглядывая друг другу в глаза. Первым пришел в себя Александр, прикрыл глаза. - Смотри, как я это делаю. Внезапно все вокруг померкло, и Ярослава ощутила себя кем-то другим. Обернулась. Девушка была где-то очень далеко от себя. Новые ощущения, изменилось само восприятие. Его эмоции стали ее эмоциями. Его воспоминания – ее воспоминаниями. Девушке казалось, они даже силу Тени поделили на двоих. А затем она ощутила боль. Тянущую, разъедающую, раздирающую до крови и сдирая ошметки – где-то в области сердца. Заклинательница никак не понимала, что послужило причиной – тело его было по-прежнему идеальным: ни царапин, ни ран – ничего. А затем до нее дошло. Это его внутренняя, эмоциональная боль. А также страх. И надежда. Одиночество. Тоска от потерь. Это все было его эмоциями, которые сопутствовали по жизни и стали неотъемлемой ее частью. Он запустил ее в свою голову. Сам. По своему желанию. Дарклинг показывал ей, давал прочувствовать, как Заклинатель должен призывать тьму. Девушка ощутила его мощь, его силу. Вздрогнула. Так похожа на собственную, но было что-то… Что-то столь тяжелое, темное, что-то, что нависало над ее душой – а может и душой Дарклинга – ярой угрозой. Но казалось, что ему это было вполне привычно. Ярослава почувствовала, как он призывает Тень. Процесс действительно ощущался совсем по-другому, нежели она привыкла. Дарклинг не соединялся со своей стихией: он направлял ее, подчинял, приказывал. Она вилась в его руках, ластилась, играла, приобретала ту форму, которую он ей прикажет. Разрез получался тонким, острым и смертоносным. Сформированный, он отлетел куда-то вперед, издав характерный звук. Последнее, что услышала Ярослава – громкий предсмертный хрип прежде, чем он выбросил ее из своей головы. Девушка отпрянула, заточилась от неожиданности, но его рука подхватила ее, не позволяя упасть. Они застыли так на некоторое мгновенье, приходя в себя. Первой нарушила тишину заклинательница: - Это было воспоминание? Ты кого-то убил… - Я использую разрез лишь в степени крайней необходимости. Это была та самая. - Кто это был? Он ее отпустил. Девушка шагнула назад, возводя привычную дистанцию между ними. Почему-то ей было важно знать этот ответ. Так, будто от этого зависела вся ее жизнь. Дарклинг вздохнул. - Когда я только нашел Алину, отправил ее в карете в Ос Альту. По дороге их нашли дрюскелли и устроили засаду. Я подоспел вовремя. Еще пара секунд – и он бы зарезал ее. Она опустила голову, кивая. В душе девушка радовалась, что это была защита слабого, а не еще одно кровавое и бессмысленное убийство. - Давай. – вывел ее из мыслей мужской голос. – покажи мне, что ты вынесла из этого небольшого путешествия в мою голову. - Александр… - замялась она. – Ты… Ты постоянно ЭТО чувствуешь? - Что именно? - Эту всю… Боль… Он надолго замолчал. Так и не ответил. - Руки сведи. И призывай уже разрез. Она недоуменно посмотрела на него. Опустила глаза. Конечно же, он бы не ответил. Заклинатель даже не смотрел на нее – устремил взгляд куда-то вдаль. Девушка вздохнула. - Теперь я… Понимаю тебя. – все же, тихо произнесла она. – чуточку лучше. Он перевел на нее свой темнеющий от непонятных эмоций взгляд. Там скрывалось и нетерпение, потому Ярослава поспешила сжать ладони. Свести. Выдохнуть. Пару минуть спустя под пальцами, наконец, заструился плотный серый туман. *** - Кто вам дал право так относиться к заклинательнице Солнца? Голос Ярославы вибрировал от злости. Они находились в душной хижине втроем: Ярослава, Багра, и Алина. Последняя выглядела наиболее удрученно. За час до этого Заклинательница Хаоса решила проведать новоиспеченную знакомую-подругу, но, наткнувшись на отрицательный ответ о нахождении заклинательницы Солнца в покоях – отправилась в хижину вдали от дворца. «Алина сейчас у Багры» - так ей сказала Женя. Подходя, девушка услышала болезненный возглас, а затем услышала отвратительные, оскорбительные слова, которые ей набатом били по вискам. Девушка ворвалась в дом и устроила настоящий скандал, в то время как Алина, казалось бы, совершенно поникла. - Та самая девочка, скрывая свое имя и дар? – подняла на нее взгляд женщина в черном. Она ни капли не изменилась с их последней встречи, но Ярослава, эмоционально врываясь в хижину, в темноте поначалу и не узнала ее. Но, присмотревшись, поняла: это была именно она. Багра. - Меня зовут Ярослава. – все еще злясь, бросила она. - Это уже что-то. И? - Что «и»? - Ты решила сыграть отважного принца и заступиться за жалкую, беспомощную принцессу? - Вы не имеете права так говорить со мной. Багра приподняла бровь, слегка наклонив голову набок. Ярославе этот жест показался очень знакомым. Внутри что-то сжалось. - Больше не скрываешься? – с ухмылкой задала женщина вопрос, смотря прямо в ее глаза. - Больше нет. - Вот как? И кто же ты? - Заклинательница Хаоса. – выплюнула девушка. Всем во дворце, наверное, уже был известен данный факт. Багра внимательнее заглянула в ее глаза, что-то там разглядывая. - Интересно… - задумчива произнесла она, шаря по дну души Ярославы. – Ты точно знаешь, кто ты такая. А вот она – наставница махнула в сторону Алины рукой. - она не знает. И твоими благими намереньями никогда не сможет ответить на этот вопрос. - Чепуха. Алине прекрасно известно, что она – Заклинательница Солнца. Ярослава повернулась к Алине. Багра покачала головой. - Знать то, что тебе сказали – это одно. Верить – совершенно иное, а принимать – и того третье. Ярослава осознала, о чем толковала Багра, как следует заглянув Алине в глаза. Она все поняла. - Оставь нас. – внезапно потребовала Багра у юной заклинательницы. Зеленоглазая нахмурилась. - И завтра не опаздывай. – бросила вдогонку ей преподавательница. Ярослава смотрела испытующе на то, как женщина неспешно движется к креслу у камина. Напротив был стул, на который и указала ей хозяйка. - Чего стоишь как засватанная? Или мой сын уже успел и в твоей голове покопаться? Присаживайся. — Это что-то важное? – скептично вздернула подбородок Ярослава, пропуская мимо вторую фразу. Она все еще была неблагодушно настроена к женщине. Девушка знала, что это - мать Александра, но также помнила их холодную, и, можно сказать, равнодушную, прошлую встречу. - Сколько веков вы знакомы с Александром? Четыре? Пять? - Давно знакомы. – отрезала собеседница. - Какое отношение… - Совершенно прямое. Ярослава испытующе уставилась на древнюю гришу. - Почему ты остановила его от убийства оленя? - Потому что это неправильно. Есть другой способ. – махнула небрежно девушка, проходя, и, все-таки, присаживаясь. – олень Морозова, хоть и является усилителем, но это - живое существо. Я рассудила, что и отношение должно быть соответствующим. Особенно когда увидела виденье… Усилитель нельзя просто «забрать», если он не предназначается тебе. Олень должен выбрать своего гриша, да и к тому же… Девушка подняла запястье, оголяя для Багры костяной браслет. - Я чувствовала, что он готов отдать мне часть своей силы в тот момент. Позволил взять кусочек рога в обмен на то, что я позаботилась о нем однажды. Олень не только усиливает мои способности. Частично. В основном, я скорее ношу его для связи с ним. - Частично? - Олень не выбирал меня. Его мощь предназначена не мне, кому-то другому. Это - лишь осколок той силы, что заключена в нем. Я могу ей пользоваться, пока он жив, но не в полном обьеме. - Ты удивительно сентиментальна для пятисотлетней. Заклинательница лишь устало посмотрела в ответ, улыбнувшись одними уголками глаз. - Ты ведь знаешь, почему ему нужен этот олень? Почему он не остановится? - Скверна управляет им. Я видела это, чувствовала, как она разъедает его изнутри. - Через вашу связь? - Да, но не только. Он позволил мне увидеть… Его воспоминание, когда учил разрезу. Но я почувствовала так же все то, что чувствовал он. Багра замолчала на несколько минут. - Дарклинг? Учил тебя разрезу? - Да. Взамен я научила его тоже кое-чему. Багра окинула ее прищуром: - Я не припомню, чтобы Александр хоть кому-то уделял столько времени, как тебе. Хоть когда-то. Ты имеешь власть над ним, девочка. Поэтому ты и должна его остановить. Заклинательница закатила глаза. Геройств она терпеть не могла, как и не собиралась брать той ноши, которую так «заботливо» вкладывала на ее плечи Багра. - От убийства оленя? Он его не тронет, пока я здесь. - Олень – всего лишь промежуточное звено в его плане. Ты не могла не догадываться. Ярослава нахмурила брови. - Да, - продолжила Багра. – он собирается использовать Каньон чтобы поработить все ближайшие страны. Захватить власть. Убить неугодных и править. Александр жаждет силы и власти, а когда ее получит – устроит Ад на земле, и никакие святые нас уже не спасут. - Эта скверна… Она отравляет его. - Не защищай его, девочка. Алину нужно будет спасти. - Не думаю, что он ей угрожает. - Когда заклинательница Солнца овладеет своим даром, как думаешь, что сделает генерал в первую очередь? Девушка опустила голову. Тихо произнесла то, что никак не хотело срываться с языка: - Использует ее силу. - …Для захвата власти. Он поработит Алину, а затем, с ее помощью – и всю Равку. А потом и тебя. Ярослава долго смотрела в пол. Молчала. Сказанное не стало для нее новостью, хоть и озвучено так прямо доселе не было. Сейчас же это была жесткая, но правдивая реальность, которую, наконец-то отмыли от подложенной на нее соломки. Девушка тяжело вздохнула и подняла глаза. - И что вы предлагаете? *** - Багра всегда такая. – усмехнулась горько Алина, когда Ярослава покинула хижину. Заклинательница ждала ее неподалеку. - Знаю, - усмехнулась зеленоглазая в ответ. - Мы давно знакомы. - Она тебя тоже учила? - Что-то вроде того. Подругами они с Алиной не стали, но хорошими знакомыми в доверительных отношениях – наверняка. Девушки делились друг с другом разным, и в целом хорошо проводили время. Но Ярослава ощущала эту разницу в возрасте очень ярко. В такие моменты она полностью понимала Дарклинга, который постоянно проводил свое время с гришами. Со смертными. С людьми. Ярослава всегда держалась от них подальше, потому ей непривычно было осознавать: вокруг, по их меркам, одни лишь дети. Алина же, казалось, вообще не ощущала и не догадывалась, что общается с одной из древнейших ныне живущих. Для нее Ярослава была обычной заклинательницей, постигающей свой Дар. Это была их легенда с Дарклингом: никто не распространялся о подлинном возрасте девушки. Ярославе удавалось вживить Алине в сознание мысль, что она здесь нужна. Нужна дворцу, нужна гришам. Миру. Царю. Юная заклинальница постепенно принимала свою новую роль, которую ей так заботливо вкладывала Ярослава по приказу Александра: ей суждено изменить этот мир. Будучи с гришами, с ним. Во дворце. Молодая женщина непреклонно выполняла уговор, но лишь с одной небольшой поправкой: - Твоя судьба - изменить этот мир, маленькая святая. – проговорила заклинательница Хаоса. – гриши, да и отказники уповают на тебя и твою силу. Алина выдохнула напряжение. - На меня это давит. – призналась она. – Все это… Так сложно. Ярослава чуть улыбнулась. - У тебя великая судьба впереди, но лишь тебе определять, какой именно она будет. - Что ты имеешь ввиду? - Ни короли, ни гриши не могут тебе приказать. Твой дар силен, Алина. Лишь он – твоя опора, твой спутник и твое доверие. - Не понимаю… - Ты ведь не принимаешь его, свой Дар. – чуть более резко, чем хотелось бы, произнесла Ярослава. - Мне с ним достаточно сложно. Заклинательницы остановились. Зеленоглазая всмотрелась в глаза кареглазой. - Это - часть тебя, твоя наисильнейшая опора и поддержка. У тебя могут забрать все: одежду, имя, статус, даже свободу… Возможно, когда-нибудь, так и случится. Но что они не смогут забрать никогда – твою силу. Она верна лишь тебе, и так будет всегда. - Почему ты говоришь мне все это? Ярослава неопределенно пожала плечами, возобновляя прогулку: - Не позволяй никому отбирать у тебя то, что по праву твое. Кто бы это ни был. Если у него благие намеренья к тебе – он примет тебя вместе с твоим даром. А если нет… Алина поняла ее слова по-своему. То, из-за чего девушка не могла принять свою силу в данный момент – ее желание вцепиться в прошлое, не отпуская. Так, словно это – дражайшее, что у нее когда-либо было. Жизнь в приюте, первая армия, Мал. И в этом прошлом не было места для дара Заклинателя Солнца. Конечно, Алина поймет, что имела ввиду Ярослава, но придет это осознание нескоро. Несколькими годами позже – лишь тогда семена прорастут. То, что делала заклинательница Хаоса для нее – это создавала прочную связь. С дворцом, гришами – безусловно. И это возымеет свой эффект в будущем, как и хотел Александр. Связь с ее силой. Вот, какую связь на самом деле прививала в первую очередь Ярослава. Дарклинг об этом не знал, да и было бы куда лучше, не узнай он об этом никогда. Связь со своей силой – то, что заставило бы Алину выбрать себя, а не подчинение ему, в самый неподходящий момент. Они оба об этом знали. Ярослава время от времени ловила себя на мысли, что предает его, Дарклинга. Но девушка никогда и не присягала в верности генералу. Да он был ей и не нужен, по большому счёту. Ей нужен был совершенно другой человек, погребенный под слоями злобы, многолетней ненависти и скверны. Ей нужен был Александр.