Hamartia

Она всегда возвращалась к нему. А он к ней. Вот и сегодня, после долгой разлуки в несколько месяцев, они снова встретились. Словно так должно было быть всегда. Мужчина нежно коснулся девичьих губ своими. Она улыбнулась от сводящих с ума ощущений, разливающихся по их телам. Заклинатели уже давно это выяснили: ранее их связь была настолько болезненной лишь потому, что они не могли принять друг друга. Но, согласно старой сказке, сперва не было ничего: повсюду царили Хаос и Тьма, и лишь солнечная искра смогла зажечь мертвое пространство: так появился наш мир. В телах заклинателей была заключены те самые силы сотворения мироздания, которые сосуществовали неразрывно, связаны вместе навечно. И пока люди, овладевшие древними силами, никак не могли примириться – и силы их постоянно скрещивались, словно в дуэли. Но постепенно все изменилось. - Ты замечал, как со временем боль от соприкосновения начинала слабеть? - Если бы я знал, что буду испытывать это каждый раз, прикасаясь к тебе – сделал бы все, чтобы это произошло намного раньше. Их силы, словно живые, переплетались между собой, создавая гармонию, укрепляя и без того прочнейшую связь, теперь созданную не только дарами. Теперь это было нечто большее, чем узы сил. Теперь это было что-то сильнейшее, исходящее изнутри, разгоняющее сердце и будоражащее кровь. Они прошли в дом. В их дом. - Так ты расскажешь, как ты, все-таки, это сделала? - Как вернулась из мертвых? Или как вернула тебя? - И то, и то. Ярослава вздохнула, положив голову ему на грудь. Большая кровать находилась прямо напротив камина, и тепло от бревен действовало расслабляюще. Они расположились посреди кровати, прижавшись друг к другу и наблюдая за искрами. Зима в этом году была особенно яростной, потому поверх одеяла лежали ещё шкуры. Хотя дом был протоплен не до конца, а воздух слегка сыроватым, им было тепло. Девушка усмехнулась: - Все дело в Хаосе. Мы думаем, что рождены от утробы матери, но это не совсем так. То, как происходит зачатие – зарождение наших клеток и дальнейшее их развитие – чистой воды хаос. Да, есть законы природы, но все равно никто точно не знает, что в итоге получится. Особенно, когда речь о гришах. Никогда не знаешь точно: гриш будет, либо же нет. Независимо от родителей. То, как рождена была Багра, ты, я, Алина… Мы все одного рода, но наша сила рождена словно не по воле природы. Опять же, Хаос. Никогда не знаешь, что получится в результате. И в этом суть: мы все рождены Хаосом. А поскольку это так – тот, кто повелевает хаосом, повелевает и смертью, как бы это не прозвучало. Она тяжело вздохнула, и он нежно поцеловал ее в макушку. - Мне немногим меньше, чем тебе, Александр. И у меня не было скверны, чтобы заживлять мои раны. Заклинатель удивленно посмотрел на нее, задавая немой вопрос. - Да, - подтвердила она. – я умирала. И не один раз. Как гласит наука, за такую продолжительную жизнь имеется стопроцентная вероятность, что что-нибудь тебя наверняка убьет. Мужчина провел большим пальцем по скуле девушки, отправляя стаи мурашек по ее телу. Она прижалась ближе. - Когда я умираю, я растворяюсь в своей силе. Я так и научилась виденью, в целом. Была всем и ничем одновременно. Абсолютный покой, полная гармония. Но каждый раз сознание возвращается ко мне, а я уж возвращаюсь в свое собственное тело, когда старое сгнивает до костей. Невозможно возродить новое, пока старое не исчезнет. Приходится ждать. - Вот, значит, почему я иногда не чувствовал связь между нами. - Да. Я была мертва. Самое долгое – сорок лет. Процесс сильно замедлился, так как меня застрелил какой-то фьерданец на севере. Холод не способствует разложению, знаешь ли. Она поежилась. Он подтянул одеяло повыше. - Если бы он все еще был жив – я бы нашел его и разорвал на клочья за то, что он сделал. - Слышу старого-доброго беспощадного Короля Теней… - Таков уж я, за это меня и любишь. - это точно. Они так и лежали несколько минут, каждый думая о своем и глядя в горящий огонь в камине. - Ты ведь тоже овладел виденьем после смерти? Он молча кивнул. - Мне стало проще ощущать себя везде и нигде после того, как меня лишили тела. – испустил он смешок. - Или потому, что тебя больше не разъедает скверна. И ты свободен. Он усмехнулся. - Со скверной я тоже чувствовал себя вполне свободно. - Особенно там, в Каньоне! Смех мгновенно прекратился. Ярослава почувствовала, как он напрягся всем телом. - Ты была там? - Была. - Каким образом? Разве тебя не…? - Нет, я научилась ходить по Каньону. Он меня принял. Не сразу, но все же. Ровно так же, как и его хозяин. - И ты умолчала? - Ну да. Слушай, - она перевернулась, чтобы заглянуть ему прямо в глаза. – скажи я тебе, что могу свободно передвигаться Каньоном, ты бы не стал возиться с Алиной. Ты бы надел те рога на меня. А я этого не хотела. Она нежно прошлась пальчиками по его шее, зарываясь в густые черные волосы. - К тому же… Я пользуюсь Хаосом. Он путал волькр, сбивал их с толку, и лишь потому они были мне не опасны. - Ты удивляешь. - Не больше, чем ты. Она нежно коснулась губами его губ. Пара наслаждалась потрескиванием дров и тем уютным теплом, исходящим друг от друга в тишине еще пару минут. - Чувствуется, будто это мгновение может длится вечно. - Почему нет? Все закончилось. Мы здесь, живые и невредимые. Гриши и Равка в безопасности, как ты и мечтал… Ланцов и Зоя справятся со всем этим. Он рвано вздохнул. - Терпеть не могу этого щенка. - Но справляется он неплохо, - пожала плечами девушка. – к тому же, если что-то пойдет не так –всегда ведь можно вмешаться. - Не думаю, что хотел бы этого в данный момент. - А чего бы хотел? - В данный момент - тебя.