Запечатанные воспоминания

      Мягкий голубой свет окутывал небольшую местность. Слишком светло для места, куда лучи солнца попадают только на пропускных пунктах, слишком тепло, не смотря на вечный холод от толщи земли, и слишком свежо для города, чьи улицы полны грязи, пыли и болезней. Мягкая трава приятно успокаивает стопы, разгоряченные от длительного бега. И даже приобретённая за столько лет жизни в таком ужасном месте, как Подземный город, брезгливость ничуть не помешала скинуть весьма поношенные ботинки и ступить голыми ногами на землю. Рядом в той же самой траве лежала и пыхтела девчушка, жадно хватая воздух и пытаясь выровнять рваное дыхание. Очень странное место, но здесь царило спокойствие, которое так было необходимо в данный момент.       - Мы…точно…оторвались? - делая после каждого слова громкие вздохи, произнесла девочка. - У меня…нет…сил…чтобы…бежать…       - Я думаю, да, - с неким безразличием ответил паренёк, все также рассматривая незнакомую и странную местность. - Я и не думал, что под землей бывает и такие красивые места.       - Когда мы вместе выберемся из этого ужасного города, мы обязательно найдём места куда ещё красивее, я тебе обещаю, - с большим детским энтузиазмом протараторила девчонка. Вспышка.       Старый, полуразвалившийся ящик скрывал прижавшихся друг к другу детей от преследователей. Воровство процветало под землей, но чаще всего за этим делом ловили взрослых, детям же добывать еду таким способом было в разы сложнее, ведь скорость и сноровка ребёнка не сравнится с параметрами взрослого. Зачастую мелких воришек отлавливали и жестоко избивали, что нередко приводило к смерти. После того, как крики и тяжелые шаги троих мужчин отдалились, крышка ящика с глухим звуком откинулась и приземлилась на брусчатку, и паренёк осторожно выглянул, чтобы убедиться в отсутствии преследователей. Ловким движением, он выбрался из временного укрытия, закинул тряпичную сумку с добытой таким трудом провизией и помог покинуть ящик своей спутнице.       - Опять ты весь измазался! - пробубнила девчонка, доставая какой-то клочок чистой ткани. - На! Оботри лицо, а то как свинья какая-то. И вечно вы мальчишки не следите за собой. Неважно где и когда, но чистота вокруг должна быть всегда! Тем более в такой клоаке, где живем мы, а то ненароком можно какую-нибудь дрянь подцепить!       - Не тараторь и не выражайся так. Ты же вроде дама, а с чистотой я уже контакт налаживаю. Совсем скоро ты к моей уборке и не придерёшься! Да и из клаки этой, как ты ее называешь, мы скоро вместе выберемся. Вспышка.       Темнота. Невыносимая боль в районе затылка. Среди постороннего шума до мальчонки доносятся голоса и крики, точнее обрывки фраз…       - Отпусти ублюдок! Не трогай его! - это ее тонкий и звонкий голос.       - Не упусти это скотину мелкую, с пацаном делай, что хочешь, а ее я продам наверху… - уже какой-то незнакомый голос взрослого.       - Я сказала, убери от него свои грязные пакли! - вновь она.       Сквозь боль парень приоткрыл глаза. В затуманенном разуме запечатлелась картина, как его подругу уносит на руках какой-то мерзкий ублюдок, а она изо всех сил пытается вырваться. И крик, дикий крик. Нет, зов или вернее сказать клич, вырвавшийся из ее уст:       - Леви!!!

***

      Резкое пробуждение ударило неприятным стреляющим ощущением в висках и тянущей болью в районе поясницы и правой ноги.       - Черт, опять эти сны…       Бывший капитан из Разведкорпуса осторожно вернулся в лежачее положение, чтобы хоть как-то уменьшить болевые ощущения. Навязанная ему Армином агрессивная терапия от элитного врача хоть и подняла его из инвалидного кресла, но и имела побочный эффект в виде весьма неприятных ощущений при совершении резких движений. Но больший дискомфорт ему доставляли эти сны. Прикрыв тыльной стороной ладони глаза, он пытался понять, почему к нему приходит эта девочка, почему она кричит его имя и почему он так переживает за неё. А когда это началось? Ведь ровно после того, как его завезли в здание лечебницы. Нет, позже, намного позже. Когда к нему приставили эту странную медичку. А почему он считал ее странной, ведь она обычная, ничем не примечательная девушка лет 30-35 с длинными непослушными чёрными волосами? Но почему то она казалась ему какой-то особенной, чем-то выделяющейся на фоне других медицинских сестёр. Мысли лезли, создавали ещё больше вопросов, запутывая тугую паутину. Бессонные ночи со времён службы в армии вновь атаковали разведчика, что весьма подрывало уже привычную, выработанную за три года после победы человечества над титанами, жизнь, что сильно нервировало.       Злясь, на невозможность абстрагироваться от всех этих размышлений, экс-капитан осторожно встал с кровати, подошёл к окну и, распахнув окно, наполнил свои лёгкие прохладной свежестью ночи. Луна была на удивление яркой, тем более после накрывших район, где жил разведчик, осенними протяжными дождями. На его памяти он всегда ненавидел такую «грязную» погоду, предпочитая солнечные и ясные дни, не слишком жаркие и не слишком пыльные. Именно в такие деньки они предпочитали с верхушкой Разведывательного отряда брать выходные или увольнительные, уезжать куда-нибудь к озеру или пруду и просто наслаждаться долгожданным отгулом. И вновь он вспоминает их. Сколько обещаний было дано, столько же и клятв, но прошлое не отпускало его. Заметно поникнув, Леви поднял взгляд на небо, ища ту яркую звезду, о которой всегда говорила ему Ханджи.       «… - Всегда следуй за самой яркой звездой, она укажет тебе, где север…»       Хоть Аккерман и знал сей факт, но всегда с неподдельным интересом слушал подругу, тем более он на самом деле считал, что Зое во мнение аспектах разбирается лучше него. Для него все эти пустые разговоры были отдушиной, чем-то нормальным среди вечно окружающего их безумия.       - Почему я единственный, кто остался в живых? - с какой-то тяжелой тоской в голосе спросил у заезды мужчина.       Где-то в дали показались первые лучи солнца, а значит начался еще один день. Медленно потянувшись, чтобы его тело вновь не скрутила острая боль, он направился в душ. Не прошло и двадцати минут, как Леви стучал в соседнюю комнату, будя Габи. Когда он не смог встать после последнего сражения, когда ему поставили неутешительные диагнозы касаемо его физического состояния, когда он после долгих лечения и реабилитации все таки потерял свой правый глаз, именно Габи и Фалько взяли на себя огромную ответственность по опекунству. По началу упрямому Аккерману не понравилась идея с навязанными няньками, но все же по прошествию трёх лет он сроднился с двумя юнцами, считая их младшими братом и сестрой. С очень смышлёным Фалько он мог часами рассуждать на различные темы и это было действительно интересным занятием для них обоих. Габи же он обучал различным приемам и тактикам ведения боя, так как после запрета набирать в армию девушек, девчонка чуть ли не впала в депрессию и постоянно доставала всех вокруг сей несправедливостью. Самое же главное, что троица какими-то невероятными усилиями смогла добиться открытия своего чайного магазинчика, который затем каким-то непонятным образом превратился в чайную, куда не брезговали зайти выпить чаю даже марлийцы.       - Черт возьми, кэп, ещё только 7 утра, - послышалось недовольное девчачье бормотание за дверью.       - Магазин открывается в девять, - строго ответил Леви. - Ты сейчас пока провошкаешься будет все восемь. А чистота сама себя не создаст. Жду внизу, а если через полчаса я не увижу тебя с тряпкой в руках около столов, скину твоё тело со второго этажа, а если ты и после этого ползать будешь, то твоя голова пойдёт искать координату к Эрену!       - Садист!

***

      По утрам в будние дни народу, как повелось, всегда немного, обычно посетители подходили в обеденные часы и после работы, поэтому сейчас из гостей были только две дамы из верхнего слоя населения, которые трепались языками, перемывая кости мужьям и обсуждая сплетни. Леви не любил таких надменных женщин, поэтому старался не контактировать с ними, которые, как казалось, ничем не отличались от бордельных проституток, только в дорогом шмотье и при деньгах, ему проще было в плане общения с мужчинами, некоторым даже удавалось уговорить бывшего капитана на парочку партий в карты. Но именно такие аристократки всегда навязывали ему своё бессмысленное общение, а он, как хозяин чайной, не мог просто послать их. Вот и сейчас, обсуждая очередную сплетню, дамы постоянно отвлекали его от фасовки новой партии чая, пытаясь узнать мнение о том или ином случая, а капитан, натягивая псевдоулыбку, отвечал теми фразами, которые хотели услышать эти сороки.       Ближе к обеду в зале появились более интересные для Леви собеседники. Один из постоянных клиентов рассказывал про какие-то наработки нового летательного аппарата, а рядом мужчина спорил с ним, что данная идея спорна, и не стоит на ней заострять внимание, а лучше совершенствовать уже существующие аппараты. Аккерман также активно участвовал в дискуссии, периодически покрываясь на выполнение заказов.       - …Господин Дондо, вы совершенно не правы! Нужно модернизировать дирижабли, а не разбираться в чертежах Азумабито, тем более уже существующий аппарат уничтожен! - мужчина, возрастом примерно 35-40 лет, размахивая руками и то и дело поправляя маленькие для его лица очки, стоял на своём.       - Проект «Летающая лодка» был сооружён на скорую руку, запущен с ошибками и в последствии попал не в те руки. Господин Фэрнис, дирижабли - не верх прогресса, вам ли не понимать такую простую истину, как инженеру? - другой мужчина с уже поседевшими от возраста висками спокойно отвечал на повышенные эмоции оппонента.       - У вас даже идей нет, как вы запустите железную птицу в небо! Уголь и топка, как показала практика, неэффективны в данном вопросе, а дирижабль спокойно держится на лету с помощью пара! Нужно двигаться в этом направлении, по крайней мере потому что нам известны многие аспекты старых проектов!       - Господин Фэрнис, тут вы не совсем правы… - голос Дондо понизился на несколько тонов. Он поманил рукой кричащего, чтобы тот чел по ближе, и чуть ли шепотом начал говорить. - Есть одна зацепка, не правда ли, господин Аккерман?       - Я и сам многого не знаю, да и в принципе вряд ли это действительно поможет, - Леви говорил тихо, но четко, что в его слышали. - Но я поговорил с командующим Арлертом, он готов выслушать вас и выдвинуть их условия. Команда прибудет на днях, тогда я пошлю за вами.       - А что собственно за зацепка то? - не унимался Фэрнис.       - Если так подумать, то мы можем попытаться запустить металл в небо по средствам соединения двух устройств: УПМ и Летающей лодки, - Дондо откинулся на спинку стула. - Система будет сочетать в себе два вида механизма движения. То есть топку и газ.       - Это как?       - В два отсека по бокам аппарата мы заложим минерал, конвертирующий газ, для активации этого минерала мы заложим горючую составляющую, чем является либо уголь, либо масло, выделяющийся газ будет вращать лопасти на концах этих отсеков, тем самым судно будет двигаться. Верх же оно поднимется благодаря давлению снаружи и внутри, обтекаемости воздуха и управления потоками воздуха.       - Минерал, конвертирующий газ? - очки Фэрниса сползли уже на кончик носа. - Такой разве есть? Это какая-то мистика и дьявольщина.       - Есть, - Аккерман оперся на стойку выдачи и чуть наклонился к собеседникам. - Синий светящийся кристалл Парадиза…       - Парадиза?! - соскочил со своего места учёный в очках, но поняв, что привлёк к себе внимание посетителей, громко попросил прощения и сел обратно. - Тот титанический кристалл? Да кто вам даст доступ к его добыче? Я не помню ни одного государства, с кем бы Элдия так тесно сотрудничала, чтобы совершить обмен ресурсами.       - Вот об этом, господин Фэрнис, я и хочу поговорить с командующим Арлертом, - поставив пустую чашку на стол, произнёс Дондо. - Ну-с, на этом моменте пора бы и честь знать. Я жду приглашения от вас, господин Аккерман.       - До скорой встречи, господа, - попрощался Леви с мужчинами и ушёл за стеллаж, где его ждал Фалько.

***

      День закончился быстро. На удивление, усталости не было, хотя народу пришло за день даже больше обычного. Экс-капитан переваривал информацию, которую доложил ему Фалько. Отряд марлийцев незаконно пересёк границу Парадиза с целью получения какой-либо информации. За 3 года страна ещё не оправилась от Гула земли, но уже активно разрабатывала план по захвату и колонизации острова. Им нужны были ресурсы, но на мировую с Элдией они идти не хотели. Хоть на материке к элдийцам стали относится немного лучше, но настрой у людей все же оставался специфический. К Леви относились уважительно, потому что в старых архивах сохранились документы о признании истребления рода Аккерманов геноцидом. Некоторые даже жалели. От семей Габи и Фалько так же отстали, потому что подростков признали почетными гражданами, которые помогли освободить мир от натиска титанов. Остальным же повезло меньше. Хоть гетто и перестали существовать, но марлийцы все же старались не выпускать элдийцев в другие районы жить. Так и существовали нации со скрытой ненавистью друг к другу, но активной агрессии не проявляли. До некоторого времени назад.       - Леви, - Фалько осторожно толкнул разведчика по плечу, думая, что тот задремал. - Ты как?       - Нормально, - также не открывая глаз, ответил Леви. - Все не могу понять, почему просто не принять предложения острова и Хизуру? Обязательно нужно лезть в эти войны.       - Ну их отчасти тоже можно понять.       - Я думаю век наших мучений для их мести достаточно должно быть.       - Ну это как посмотреть, все на материке сейчас считают, что Элдия без силы титанов - одно из слабейших государств, но богатое ресурсами. С одной стороны, я как элдиец не понимаю зачем нас продолжать мучить, но со стороны политики и обогащения они действуют весьма логично.       - Можно просто попросить…       - Кэп, не думаю, что кто-то пойдёт на это. Всё-таки нас побаиваются. Не все люди уверены, что мы потеряли силу.       - Эрен был прав. Нам никогда не стать свободными.       - Но благодаря Эрену мы смогли сложить оружие хоть на какое-то время. Командующий Армин в курсе?       - Да, я передал Разведкорпусу все, что ты донёс мне. Хорошая работа, рядовой Грайс.       - Служу человечеству! - парнишка отдал сердце Леви.       Прошло совсем немного времени, как по просьбе и характеристике Аккермана их вдвоём с Габи приняли в ряды Разведывательного отряда, но за это время ребята смогли разведать больше информации о враге и его планах, чем Разведка за 100 лет борьбы с титанами.       - Кэп?       - Слушаю.       - Как настроение на острове?       - Честно? Не могу сказать, что все хорошо. Люди напряжены, военные ещё больше. Доверие к Разведке падает. Репутация Армина подрывается. В остальном все идёт своим чередом.       - Не хочешь переехать обратно?       - Хороший вопрос, но я не буду на него отвечать. Все положу на волю судьбы.       Фалько и Леви ещё немного поговорили на разные темы. Старший товарищ прочитал пару нотаций о том, что рядовой начал пропускать занятия в академии, также рассказал о наработках инженера Авида Дондо про железную птицу, что привело мальца в восторг, и уже с первыми сумерками он проводил подростка домой. Хоть он и хотел изредка побыть в одиночестве, но он не мог как-то отогнать ребят от себя. Пользуясь этой его слабостью, Габи даже практически прописалась в чайной. Но тут скорее всего не из-за того, что Леви нуждался в ней, просто девчонке надоело жить в гетто с родителями, которые вечно учили ее жизни. Вот она и уходила часто ночевать в чайную под предлогом помощи бедному инвалиду-колясочнику. Сегодня же вернулся с миссии Райнер, и родители настоятельно попросили остаться ее дома, поэтому после работы она сразу ускакала домой. Наконец-то он остался один на один со своими мыслями.       С заходом солнца в воздухе похолодало. Посидев немного на заднем дворе и замёрзнув, Аккерман все же решил выйти из своих раздумий и зайти в дом. Без задних мыслей от закрыл дверь и развернулся, чтобы оглядеть чайную, а после подняться на второй этаж в комнату. Но как резко он обернулся к столам, так же резко у него забилось сердце от неожиданности или даже испуга:       - Какого черта вы здесь делаете?!