Такого как я

      Гермиона быстро шагала по коридору, игнорируя всяческие приветствия в ее адрес. Ее кудри подпрыгивали в такт ее движениям.       Миновав миловидную секретаршу, которая толком и слова вымолвить не успела,       Грейнджер оказалась в кабинете друга, плотней закрывая за собой дверь, и тут же накладывая заклинания.       Она сжимала в руках газету утреннего Пророка. Как только сова принесла ей почту, у Гермионы тут же пропали все имеющиеся вопросы по поводу того, куда подевался Драко. Стоило догадаться о том, что он в любом случае поступит так, как задумал.       В данном вопросе, защитит ее от опасности.       Гермиона выставила газету вперед, а затем швырнула на стол Гарри.       - Устрой мне встречу с ним, - твердо сказала она, скрещивая руки на груди.       Поттер молча таращился на подругу, начиная подниматься с места и откладывая в сторону какие-то бумаги.       - Гермиона, это вряд ли может быть возможным…       - Я хочу, чтобы ты устроил мне встречу с ним. И это вполне может быть в твоих силах.       Ведь долгое время всем казалось, что нет такой вещи, которой бы не смог добиться Гарри Поттер.       - Его допрашивали все утро. И, наверняка, сейчас он уже в Азкабане.       - Он же сам к ним пришел, - Грейнджер ткнула пальцем в газету, из которой узнала все подробности.             - Сомневаюсь, что это вообще может для них что-либо значить. Гермиона фыркнула, начиная расхаживать из одного угла в другой.       - Я говорила, что ему не нужно этого делать.       - Стоп! – громко воскликнул Гарри, поднимая руки вверх. – Ты говорила?       Гермиона выдохнула, устало прикрывая глаза. Еще вчера вечером ей казалось, что все проблемы отошли на второй план. Она была так счастлива, когда он был рядом. А сейчас все вернулось и определенно стало еще более дерьмово.       - Малфой был у меня дома несколько дней. Он завалился весь избитый и…       - Ты хочешь сказать, что вчера, когда я…       - Он был в моем доме, да.       - Поверить не могу, что ты так поступила.       - Ты будешь меня осуждать?       - Нет, конечно же, нет. Просто…       - Ему нужна была помощь. И я знаю, что он ни в чем не виноват.       - Если об этом узнают…       - Мне нужно увидеть его, Гарри.       Ее практически начало трясти от резко нахлынувших чувств. Все тело яро чувствовало отсутствие Драко. И ее воображение подбрасывало не самые радужные картинки того, что могли с ним делать.       - Гермиона, что происходит?       Гарри стал еще более серьезен, когда задал ей этот вопрос. Он старался не сводить с нее глаз, ожидая ответа.       Но она предпочла промолчать, медленно опускаясь в кресло.       Гарри молча вышел из кабинета.       Тем же вечером они шагали в Азкабан, плотно укутавшись в темные плащи. Гермиона считала это лишним, но Гарри настоял. Она не стала спорить, потому что перед ней сейчас стояла одна единственная цель, которой нужно достичь.       Гермиона не смотрела в сторону охранника, пока Гарри с ним разговаривал. Поттер сразу же сказал ей о том, что добиться официального визита невозможно. Никаких посетителей к группе лиц задержанных по подозрению в сговоре в Пожирателя, не пускали. Так что прямо сейчас Гарри и Гермиона нарушали закон. Что ж, это было не впервой. Просто девушка никогда не думала о том, что во взрослой жизни им придется повторять свои подростковые подвиги.       Было очевидно, что Гарри подкупил охранника. И только после этого им разрешили пройти.       До этого момента Грейнджер ни разу не была в этом жутком месте. Здесь было мерзко, холодно и страшно. Повсюду пахло сыростью, и мурашки бежали по позвоночнику, пробуждая внутри чувство непередаваемого страха. Хотелось развернуться и бежать отсюда со всех ног. Однако Гермиона продолжала шагать вперед, хватаясь за край плаща и сильно сжимая его в ладонях.       Они с Гарри прошли несколько поворотов, и впереди их ждала длинная и кривая лестница. Сердце Гермионы яростно стучало, потому что чем глубже она заходила, тем больше начинала бояться.       - И как давно? – внезапно спросил Гарри, продолжая смотреть перед собой.       Гермиона медленно повернула голову в его сторону, тяжело сглатывая.       - Недавно, - тихо прошептала она, понимая, что впереди их с другом ждет откровенный и, скорее всего, долгий разговор.       Гарри резко остановился, а Гермиона сделала еще два шага вперед, прежде чем остановиться, немного повернуться и уставиться на парня.       Он лишь указал головой в сторону, прислоняясь спиной к темной стене.       - В конце коридора.       Гермиона кивнула и пошла вперед, сжимая и разжимая кулаки.       Ей начало казаться, что она идет целую вечность. Коридор изначально не казался таким длинным. Но теперь она все дальше и дальше отдалялась от Гарри. И создавалось ощущение, что теперь их точно разделяют километры.       Но все размышления мгновенно стерлись, когда она зацепилась взглядом за платиновые пряди, которые находились в жутком беспорядке.       Грейнджер рвано выдохнула, бросаясь вперед и хватаясь пальцами за прутья решетки.       - Драко.       Он резко вскинул голову вверх, фокусируя свой взгляд на Гермионе. Несмотря на темноту, которая окутывала их с ног до головы, она четко прочла в его глазах пронесшийся страх.       - Черт, Грейнджер, - Драко быстро поднялся на ноги, в два шага преодолевая расстояние, которое их разделяло.       Его пальцы так же оказались на решетке, и Гермиона могла почувствовать, какое тепло от них исходит.       - Ты не должна была сюда приходить, - он прислонился лбом к решетке.       Она не видела его не так много времени. Но усталость уже успела завладеть его внешним видом. Однако не это было самым страшным.       Из-под одежды виднелись синяки и кровоподтеки. И Гермионе было жутко представить, что скрывается под свитером и брюками. Губа была рассечена, а на брови красовалась уже запекшаяся кровь. Они пытали его, и уж точно не скупились на заклинания и всяческие издевательства.       Сердце Гермионы неприятно заныло. Хотелось отобрать у него эту боль и забрать себе.       Оторвав правую руку от решетки, Гермиона протянула ее вперед, дотрагиваясь до его щеки, замечая, как он медленно прикрывает глаза и тянется навстречу ее прикосновениям.       - Все хорошо, Грейнджер.       - Придется снова лечить тебя, - горько улыбнулась она, начиная моргать для того, чтобы прогнать навернувшиеся на глаза слезы.       - Я буду совсем не против, - Драко дотронулся своей ладонью до ее руки, а затем медленно переплел их пальцы.       - Зачем ты сделал это?       Они шептали. Каждый боялся повысить голос, чтобы не спугнуть нечто страшное, что витало между ними в воздухе.       - Я не мог оставаться там и подвергать тебя опасности.       - Я ведь могла пойти к Министру и сказать, что все это время ты был у меня. Рассказать о твоем состоянии и…       - Ты ведь не сделаешь этого, Гермиона? – его голос стал более твердый, и в глазах сверкнула мимолетная ярость.       - Я готова, если это поможет вытащить тебя отсюда.       - Ничего из этого не поможет, Грейнджер, - он подался вперед, будто бы желая впечататься в решетку и проскользнуть сквозь нее.       Драко обхватил ее лицо ладонями, и это было похоже на то, что словно бы он старается запомнить этот самый момент.       Прощается.       - Не смей прощаться со мной. Не смей прощаться со мной, Драко, - взмолилась она, так же стараясь сделать шаг вперед, хватаясь за воротник его свитера.       - Ни за что, Грейнджер. Мы ведь команда? – он слегка улыбнулся, но она видела, как боль отражается на его лице. И это было не только от тех побоев, что он вновь успел заработать.       - Да, - растерянно проговорила она, уже начиная выстраивать дальнейший план в своей голове. – Я скучаю, - немного испугано произнесла Гермиона, боясь, что он может вдруг отвергнуть.       - Я тоже скучаю. Особенно по тем моментам, когда ты отчитывала меня или жутко тупила, - он рассмеялся, и этот восхитительный звук начал ударяться о стенки мокрой камеры.       - Даже не буду спорить.       - Хочу, чтобы ты поспорила со мной, - в его глазах было что-то странное.       - Я сделаю это, когда ты вернешься.       - Тебе придется долго ждать этого момента.       - Вот сейчас я уже готова с тобой спорить.       - Пообещай, что не будешь делать никаких глупостей. Ты должна держаться от этого подальше, - он выждал паузу, изучая ее лицо. – Пообещай, - практически по буквам прочеканил он.       - Не люблю нарушать обещания, Малфой. Ты же знаешь.       - Ты хочешь устроить первую ссору прямо здесь, в Азкабане? Это не самая лучшая идея, потому что примирительный секс здесь вряд ли возможен. Черт, я ведь просто хочу тебя защитить!             - Я тоже! – она крикнула слишком громко и тут же начала осматриваться по сторонам.       Гермиона задалась вопросом, когда в их жизнях настал тот самый момент, в который они могли начать соревноваться и выяснять, кто быстрей закроет другого своей грудью, рискнув и пожертвовав всем?       - Гермиона, - голос Гарри ворвался в ее сознание, и она тут же повернулась, вспоминая о том, что Поттер вообще здесь присутствует. – Нам пора.       - Ты должна мне пообещать, - Драко продолжал удерживать ее запястье, практически испепеляя взглядом.       - Прости, Драко. Я не могу тебе этого пообещать.       Она начала отходить, стараясь не фокусироваться на той картине, которая продолжала разворачиваться перед ее глазами.       Убитый, потерянный и одновременно разъяренный Драко старался ухватиться за нее, рискуя одним своим видом разнести эту тюрьму на кусочки.       Но Гермиона не собиралась говорить ему тех слов, которые он так хотел услышать.       - Грейнджер, - прохрипел он ей в спину, ударяя ладонью по решетке.       Ей больших усилий стоило не обернуться. Она будет себя корить за это. Определенно будет. Но и бездействовать Гермиона так же не собирается.       Все ее страдания сейчас должны быть оправданы.       Она уверенно шагала вперед, оставляя за собой Драко. Но она убедила себя в том, что скоро они увидятся. Это обязательно произойдет. И Гермиона не собиралась допускать какую-либо другую мысль. Потому что она могла ее уничтожить.       Ей не терпелось выбраться из этого адского места и приняться за дело. Ей нужно было полностью сосредоточиться.       Несмотря на то, что Гермиона Грейнджер собиралась рискнуть, она собиралась делать это крайне осторожно. Потому что один неверный шаг, на самом деле, мог привезти ее к заточению. И оттуда она бы точно больше не смогла бы действовать.       Изначально она хотела покинуть Министерство. Но затем решила, что это точно вызовет кое-какие подозрения. Так что Грейнджер заставляла себя подниматься по утрам с кровати и отправляться на работу. Каждый раз она бросала тоскливый взгляд на кровать. Ей все больше не верилось, что в одну из ночей рядом с ней находился Драко.       Больше недели у Гермионы ушло на то, чтобы отыскать нужного защитника. Она рассмотрела множество кандидатов, и долгое время металась между двумя оставшимися. Ей нельзя было ошибиться. И в итоге, она выбрала молодого парня, который был слишком уверен в себе и амбициозен. И порой ей становилось смешно от того, что она сделала именно такой выбор. Мужчина сильно напоминал ей Малфоя. И если бы Гермиона точно не была уверена в том, что Драко единственный ребенок в семье, то могла бы предположить, что это его родной брат. Так что такой человек точно не должен был проиграть. Она очень хотела в это верить.       Естественно, Гермиона требовала, чтобы ее обращение оставалось полностью анонимным. А так как она платила большие деньги, то нанятый человек не мог ее ослушаться.       Спустя еще две недели Гермиона вынуждена была признать, что этот парень, действительно, самая настоящая акула. Если он берется за дело, то делает все возможное, чтобы окончить его полной и оглушительной победой. Грейнджер нравился такой настрой. Это ее воодушевляло.       С утра до вечера она находилась на работе, а по вечерам и в выходные дни полностью посвящала себя делу Драко.       Гарри продолжал твердить, что никаких подвижек в поимке преступников нет. И раз за разом эти слова злили Гермиону все больше.       Она полностью загружала себя, оставляя на сон несколько часов в сутки. Она знала, что если оставит больше, то будет лежать и жалеть себя, тоскуя о Малфое. И как же, черт возьми, она по нему скучала. Порой хотелось взвыть от тех чувств в груди, которые раздирали ее на кусочки. А ведь она даже не успела толком заполучить его, как тут же стремительно потеряла.       Спустя еще неделю, Гермиона прочла новость о том, что начались суды над теми, кто был задержан. А это означало лишь одно. Очередь Малфоя настанет совсем скоро.       Теперь она спала всего лишь по два часа в сутки, потому что продолжала проверять все то, что они с защитником успели подготовить. Она не хотела признаваться себе в том, что шансов было ничтожно мало.       Еще через три дня Гермиона узнала от Гарри, что уже в эту пятницу дело Драко будет рассмотрено в суде. Ее коленки предательски подогнулись, и она бы рухнула на пол, если бы друг не успел ее поддержать.       Эти были самые длинные два дня в ее жизни.       Гермиона окончательно потеряла сон и аппетит. Круги под глазами перестали убираться даже при помощи чар. И она уже начала напоминать кого-то на подобии зомби.       Но она запрещала себе расклеиваться. Только не сейчас. Не тогда, когда финал был близок.       Гермиона не могла пойти на заседание. Не только потому что боялась совершить глупость в тот самый момент, когда увидит Драко после такого длительного и убийственного перерыва. Еще и потому что ее защитник запретил ей делать этот шаг. Ведь она так сильно старалась не вызывать никаких подозрений у общественности, что одним этим поступком могла все перечеркнуть. У него больше никого не было. И все знали, что никто не придет поддержать его в это мгновение. Но они не учли того, что в стороне мог находиться кто-то, кто не пожалеет потратить все свои накопленные деньги, чтобы изменить ситуацию.       Так что оставалось лишь ждать.       Гермиона уселась в кресло и начала пялиться на секундную стрелку.       Заседание должно будет начаться через пятнадцать минут. Ровно в девять утра. И если все пойдет по плану, то уже в двенадцать дня, она получит результаты.       Нужно было прожить еще три часа.       Перед тем как опуститься в кресло и начать ждать, Гермиона отослала свое заявление в Министерство.       Не зависимо от исхода, она больше никогда не собиралась там появляться. Раньше у нее была мечта. Такая светлая и наивная. Грейнджер все хотела сделать лучше, придать какой-то смысл. Но сейчас она видела картину происходящего под иным углом. Она не знала, что будет делать дальше. Гермиона убеждала себя в том, что рядом с ней на тот момент уже будет тот, кто возьмет все в свои руки.       Там ничего было не изменить. И она не собирается подстраиваться под прогнившую систему, которая уничтожает каждого, кто им неугоден.       Каждую минуту проведенного в кресле времени в Гермиону будто вонзали по ножу. Ей не хватало воздуха, и она начинала задыхаться, впиваясь ногтями в обивку подлокотника.       Она не жила и не дышала. И когда часы показали ровно полдень, все стало еще хуже.       Никто не стоял по ту сторону двери. Никто не стучал в нее. Пугающая тишина завладела каждой клеточкой ее онемевшего тела. Ей хотелось кричать. Протяжно орать, разрывая голосовые связки, давая крови заливаться глубоко в горло. Возможно, так было бы легче. Но даже на это у Гермионы не было никаких сил.       Она уставилась на свои колени, стараясь просто дышать.       Довольно тихий стук в дверь раздался по всему дому, больше напоминая Гермионе, так привыкшей к тишине за эти часы, раскат грома.       Девушка заставила себя подняться, только сейчас осознавая насколько сильно у нее затекли ноги. Они были ватными, и приходилось держаться за стенку, чтобы продвигаться вперед.       Гермиона ухватилась заледеневшей ладонью за ручку, с трудом нажимая на нее.       Отворив дверь, Гермиона пискнула, стараясь отогнать расплывающиеся круги перед глазами.       - Надеюсь, ты еще не передумала меня лечить.       Хриплый и уставший голос сквозь пелену донесся до ее ушей, от чего ноги подкосились еще сильней.       Он стоял перед ней в той же одежде, что и месяц назад. Его лицо осунулось, а волосы покрылись темным налетом тюрьмы.       Но он держался так же уверенно, как и раньше. Ясно демонстрируя всему миру, что его невозможно сломить.       Гермиона очень хотела дать ему ответ. Броситься вперед, впиться в него поцелуем. Но вместо этого медленно начала оседать на землю, позволяя противным темным кругам взять над всем верх.       Но она не боялась, потому что крепкая, не смотря на все пережитые обстоятельства, и уже такая родная рука быстро обхватила ее за талию. Не так давно все было с точностью наоборот. И тогда ей приходилось удерживать Драко от падения.       Теперь все точно будет хорошо.       Эта мысль была очевидна им двоим.       И Драко знал, что больше точно не уйдет. И не только потому что еще никто в этом мире не делал для него ничего подобного. Все потому что Грейнджер, на самом деле, нужен был он.       Такой, каков есть.